Читаем Первая исповедница онлайн бесплатно

Перевод с английского QuickDead, Татьяны Васильевой, m_e_v, Дмитрия Великого и Татьяны Алексеевой

Под редакцией Татьяны Алексеевой, Дмитрия Великого и lllod

Компьютерный дизайн и обложка Дмитрия Великого

Корректор Татьяна Гладышева

Руководитель группы перевода Дмитрий Великий

Старший переводчик Татьяна Алексеева

Информационные ресурсы:

vk.com/mord.sith.club — Группа перевода «Клуб Морд-Сит»

terrygoodkind.ru — Поклонники Терри Гудкайнда

vk.com/terrygoodkindru — Подслушано Меч Истины

— Ходят слухи, что есть люди, способные не просто общаться с мертвыми, — призналась пожилая женщина.

Отвлекшись от раздумий, Магда Сирус хмуро взглянула на старушку, склонившуюся над ее плечом. Женщина выглядела решительной, отчего на широком лбу залегли глубокие морщины.

— О чем ты, Тилли?

Поблекшие голубые глаза женщины забегали, проверяя затененные углы слабо освещенной комнаты.

— О нижних частях Замка, где творят темные дела люди, обладающие исключительными способностями. Говорят, среди них есть особо одаренные, которые могут говорить с душами сквозь завесу жизни. С теми, кто теперь в мире мертвых.

Дрожащими пальцами Магда коснулась нахмуренного лба.

— Тилли, ты же не настолько глупа, чтобы верить пустой болтовне.

Тилли снова пристально оглядела мрачную комнату, освещаемую лишь узкими лучами света, которые пробивались в щели между плохо подогнанными, покоробившимися ставнями. Пылинки почти неподвижно висели в полосах света над тяжелым деревянным столом, стоявшим вплотную к каменной стене.

На столе виднелись поблекшие от времени следы темных пятен, порезов и царапин, появившихся за сотни лет использования. Края толстой столешницы были неровно стерты и отполированы бесчисленными прикосновениями, из-за чего на дереве образовался блестящий коричневый налет.

Магда сидела за столом перед закрытыми окнами, погруженная в воспоминания, навеянные одиноко стоявшей перед ней маленькой серебряной шкатулкой, и думала обо всем, что потеряла.

Она потеряла все.

— Это не просто слухи, — мягко, с сочувствием сказала Тилли. — В нижних частях Замка работает моя подруга, которой я доверяю. Она многое знает и видит. По ее словам, волшебники, изучающие мир мертвых, не просто говорят с душами, но делают нечто большее.

— Большее? — Магда не могла заставить себя оторваться от воспоминаний, заключенных в шкатулке. — О чем ты?

— Моя подруга говорила, что они способны даже воскрешать людей. Я хочу сказать, возможно, вы сможете вернуть его.

Опершись локтями о стол, Магда прижала кончики пальцев к вискам, пытаясь сдержать вновь навернувшиеся слезы. Она смотрела на высохший цветок, который он однажды подарил ей, редкий белый цветок, за которым он карабкался целый день. Он называл Магду своим юным, страстным цветком и говорил, что ее достоин только такой редкий и прекрасный подарок.

Так почему же он решил бросить ее подобным образом?

— Вернуть? Из мертвых? — Вздохнув, Магда медленно покачала головой. — Добрые духи, Тилли, что на тебя нашло?

Женщина поставила на пол деревянную кадку и выпустила из рук тряпку, позволив ей утонуть в мыльной воде. Она приблизилась, словно для пущей уверенности, что никто не подслушает, хотя в захламленной, редко использовавшейся кладовой других людей не было.

— Вы были добры ко мне, госпожа, — произнесла Тилли, опуская мягкую, сморщенную от воды руку на плечо Магде. — Добрее остальных, даже когда в этом не было нужды. Большинство не замечают меня, когда я занимаюсь поручениями. Хотя я и проработала здесь большую часть жизни, многие даже не знают моего имени. Только вы спрашивали обо мне, одаривали улыбкой или кусочком съестного, когда я казалась изможденной. Вы — единственная из всех.

Магда похлопала по теплой утешающей руке пожилой женщины на своем плече.

— Ты хорошая, Тилли. Многие не замечают простых истин. Я оказывала тебе не больше внимания, чем того требуют правила приличия.

Тилли кивнула.

— Правила приличия, которые большинство людей вашего круга соблюдают только в отношении женщин благородного происхождения.

Магда сдержанно улыбнулась.

— Мы все благородные, Тилли. Каждая жизнь... — Она сглотнула, боясь, что еще одно слово — и голос ей изменит.

— Драгоценна, — закончила за нее Тилли.

Магда улыбнулась женщине.

— Драгоценна, — согласилась она. — Возможно, я вижу ее иначе, потому что не родилась благородной. — Она прокашлялась. — Но, когда жизнь заканчивается, все кончено. Это и есть жизнь: мы рождаемся, живем и умираем. Из мира мертвых не вернуться.

Магда обдумала собственные слова и поняла, что они не совсем точны. Ей впервые пришло в голову, что он мог принести с собой смерть. Хотя ему и удалось вернуться из рискованного путешествия в мир мертвых, возможно, он так до конца и не освободился от его власти. Не смог.

Тилли некоторое время теребила завязки фартука, раздумывая над словами Магды.

— Я не хочу расстраивать вас, госпожа, — произнесла наконец старушка. — Вы всегда были ко мне добры и относились с уважением, поэтому я скажу то, что не осмелилась бы сказать другому, только если вы пожелаете выслушать. Если же нет, я никогда больше не заикнусь об этом.

Магда глубоко вздохнула.

— Ладно, рассказывай.

Тилли, поглаживая пальцем нижнюю губу, вновь оглядела мрачную комнату и только потом заговорила.

— Внизу, в усыпальницах и обширной сети туннелей, расположенных глубоко под землей, рядом с теми местами, где покоятся некоторые усопшие и куда не допускают большую часть посетителей, волшебники проводят свои военные исследования. Так вот, госпожа, по словам моей подруги, эти волшебники нашли способ воскрешать мертвых. Признаюсь, я не видела этого своими глазами, но подруга душой клянется, что не врет. И если так, возможно... Возможно, есть способ вернуть господина Бараха. — Тилли выгнула бровь. — У вас достаточно высокое положение, чтобы просить о таких привилегиях.

— Ты так скоро забыла, кем был мой муж, Тилли? Поверь, волшебники — мастера обмана. Они могут создать любую иллюзию, и та покажется реальностью.

— Нет, госпожа, я не забыла, кем был ваш муж. Его любили многие, в том числе и я. — Подняв ведро, Тилли замешкалась, обдумывая слова Магды. — Наверное, вы говорите правду. Вам известно об иллюзиях гораздо больше, нежели мне. — Тилли почтительно склонила голову. — Я должна вернуться к работе, госпожа.

Магда смотрела, как старуха неуверенно идет к двери, раскачиваясь и прихрамывая. Видимо, сломанное бедро так и не срослось правильно после падения прошлой зимой.

Тилли обернулась, не дойдя до двери.

— Госпожа, мне не хотелось расстраивать вас разговорами о воскрешении любимого человека. Я знаю, как вы страдаете, и только хотела помочь.

Вероятно, старушка не представляла, что муж Магды, человек, обладавший великой силой и способностями, уже однажды возвращался из мира мертвых. Многие пропали, пытаясь разгадать пророчество красной луны, восходившей каждую ночь, и отчаянный призыв о помощи из Храма Ветров заставил ее мужа самого отправиться в опасное путешествие.

Он отправился в мир мертвых и вернулся.

Но Магда знала, что в этот раз он не вернется.

У Магды ничего не осталось в мире живых, и ей лишь хотелось присоединиться к нему.

Она слабо улыбнулась женщине.

— Знаю, Тилли. Все в порядке. Спасибо, что пытаешься помочь.

Тилли поджала губы, но затем решила сказать:

— Госпожа, возможно, вам стоит навестить говорящую с духами, она могла бы связаться с вашим мужем. В нижних частях Замка есть такая женщина. Если не ошибаюсь, даже волшебники приходили к ней за советами.

— И что хорошего может выйти из встречи с такой женщиной?

— Может, вам следует хотя бы поговорить с ней и попросить помочь в поиске ответов, которые позволят вам принять поступок Первого волшебника Бараха. Вдруг она сумеет передать вам из-за завесы его слова и принести мир вашему сердцу?

Магда не верила, что ее сердце когда-нибудь обретет умиротворение.

— Вам может понадобиться помощь, госпожа, — добавила Тилли. — Возможно, Первый волшебник Барах сумеет каким-то образом вас защитить.

Магда бросила хмурый взгляд на женщину через всю маленькую комнату.

— Защитить меня? Что ты имеешь в виду?

Тилли помедлила с ответом.

— Люди жестоки, госпожа, в особенности к тем, кто не имеет благородного происхождения. Вы прекрасная жена Первого волшебника, и вас очень уважают, несмотря на то, что вы намного моложе его. — Тилли коснулась своих коротких волос, затем указала на Магду. — Ваши длинные волосы — символ положения. Вы пользовались властью, выступая перед советом от имени тех жителей Срединных земель, которые не имеют права голоса. Вы одна были их голосом. Многие знают и уважают вас именно за это, а не за статус жены Первого волшебника. Но после ухода господина Бараха вас некому защитить, некому поддержать положение перед советом или в другом месте. Мир может быть весьма неприветлив к вдове могущественного человека, которая не имеет дара и благородного происхождения.

Магда уже размышляла о подобном, но вряд ли она проживет достаточно долго, чтобы столкнуться с этой проблемой.

— Возможно, говорящая с духами передаст ценный совет из мира мертвых или ваш покойный супруг объяснит свои мотивы и облегчит боль.

Магда кивнула.

— Спасибо, Тилли, я подумаю.

Ее взор снова остановился на серебряной памятной шкатулке. Она не могла понять, почему Барах так поступил, и не верила, что он сможет объяснить ей что-то из могилы.

У него было достаточно возможностей рассказать ей о своих мотивах. В конце концов, он мог написать письмо, которое она прочла бы по возвращении.

Еще Магда понимала, что лежа в могиле, Барах не в силах защитить ее положение. Но это уже не имело значения.

Слабый свет свечей упал на пол, когда Тилли открыла дверь в противоположной части комнаты.

— Госпожа.

Оглянувшись через плечо, Магда увидела, что Тилли стоит в дверях и сжимает ручку. В коридоре толпились люди. Их руки были сцеплены в замок, а лица скрыты тенью.

— К вам... посетители, госпожа.

Магда повернулась к столу и бережно закрыла серебряную шкатулку с драгоценными воспоминаниями.

— Пожалуйста, впусти их, Тилли.

Магда знала, что рано или поздно они придут. Оказалось, все же рано. Она планировала покончить со всем до того, как они надумают прийти к ней, но все сложилось по-другому.

Магда совсем бы упала духом, но она и так была уже на пределе. Разве теперь это имеет значение? Хоть что-то из происходящего? Совсем скоро все закончится.

— Хотите, чтобы я осталась, госпожа?

Магда провела пальцами по перекинутым через плечо длинным густым волосам, которые она совсем недавно расчесала.

Она должна быть сильной. Барах хотел бы этого.

— Нет, Тилли, — ответила Магда, тщательно контролируя свой голос. — Все в порядке. Пожалуйста, впусти их и можешь возвращаться к работе.

Низко поклонившись, Тилли отступила от двери, отворив ее пошире и впуская мужчин. Как только все семеро проскользнули в комнату, Тилли поспешила прочь, закрыв за собой дверь.

Магда переставила витиевато украшенную серебряную шкатулку на край стола, рядом с коллекцией изношенных изящных инструментов по металлу, полудрагоценных камней в отдельных лотках и полных заметок книжечек, принадлежавших ее мужу. Она на минуту задержала ладонь на том месте, куда он клал руки во время работы за столом в ночной тиши, создавая предметы вроде того удивительного амулета, сделанного им еще в начале войны.

Когда Магда спросила о назначении амулета, он ответил, что это вечное напоминание о призвании, таланте, долге и смысле его жизни. Барах говорил, что амулет олицетворяет основную задачу боевого чародея: уничтожить врага, повергнуть саму его душу. Рубиново-красный камень в центре запутанных линий символизировал кровь неприятеля.

Он сказал, что амулет олицетворяет танец со смертью.

С момента создания амулета Барах носил его каждый день, но оставил в анклаве Первого волшебника вместе с черно-золотым одеянием — облачением боевого чародея, его боевыми доспехами, — а потом шагнул со стены Замка Волшебника и разбился, пролетев несколько тысяч футов.

Перекинув длинные каштановые волосы на спину, Магда обернулась к семерым мужчинам, идущим к ней через комнату. Она узнала лица шести членов совета, на каждом из которых застыло каменное выражение. Магда подумала, что они словно надели маски, скрывая легкое смущение, которое, вероятно, чувствовали из-за цели своего визита.

Она не сомневалась, что они придут, но не ждала их так скоро. Магда полагала, что они проявят тактичность, предоставив ей немного больше времени.

С ними был еще один мужчина, лицо которого скрывал капюшон свободного коричневого одеяния. Когда они подошли ближе, седьмой человек, освещенный слабыми лучами света, пробивающегося через закрытые ставни, откинул капюшон на свои округлые плечи. Его черные глаза были устремлены на нее, словно он был стервятником, пристально наблюдающим за страданиями животного. Люди часто смотрели на нее, но совсем по-другому.

У него была короткая и широкая бычья шея. Голову покрывали жесткие коротко остриженные черные волосы, а нижняя половина лица была спрятана под щетиной. Из-за высоко расположенной линии роста волос лоб и верхняя часть его головы казались больше. Морщинки и складки словно стремились к центру лица, придавая ему сжатый, стянутый вид. Грубые и плотные черты выражали решительность, словно каждая частичка этого человека была столь же непоколебима, как и его репутация.

Он не был уродлив, скорее, выглядел необычно. В каком-то смысле, поразительный облик создавал вокруг него ясно ощутимую ауру властности.

Не было сомнений, что перед ней сам Главный Обвинитель Лотейн, человек, обладающий огромным влиянием и сопутствующей статусу известностью. Его своеобразные черты, подчеркнутые черными глазами, невозможно спутать. Магда не понимала, почему такой человек пришел вместе с советом ради формального и незначительного дела. Казалось, его время слишком драгоценно для этого.

Под суровостью Лотейна, усиленной обветрившимися складками на жестком лице, не скрывалось ни малейшей нотки сострадания, как у остальных. Магде казалось, что он не способен испытывать неловкость, не говоря уж о стыде и тем более о жалости. Грубые черты лица говорили о том, что он делал работу с непреклонной, железной решимостью.