Читаем Перст Божий? онлайн бесплатно

Высоко-высоко над землей в райских кущах меж пушистых облаков, где человеческому глазу все кажется прозрачно-иллюзорным, сидели в укромном уголке Иисус Христос со своей матерью Пресвятой Девой Марией. Почти 2000 лет минуло с тех пор, как завершили они свою земную миссию. Земля постоянно менялась, люди продолжали грешить, как будто и не было подвига искупления грехов человеческих, и было уже давно ясно всем небожителям, что пора посылать на землю нового Мессию, но Бог-отец бездействовал. Надо сказать, что время в райских кущах течет совсем по другим законам, чем на земле, и Бог-отец последние 300 лет (по земным меркам) находился в глубоких размышлениях, стоит ли разрешить на земле технический прогресс, или для безопасности своих детей неразумных — запретить его. Он и не представлял, что за эти 300 лет человеческая цивилизация сделала гигантский скачок вперед. Однажды, взлетавшая в космос ракета чуть было не прервала его размышления, протаранив окрестности райских кущ, но мысли его были так глубоки, что он не заметил и этого. А дальнейшее промедление было губительно. Иисус сидел, горестно склонив голову на плечо матери. Мысли его были там, на земле. Он жаждал снова помочь братьям своим меньшим, но не знал как. Снова и снова меж ним и матерью повторялся один и тот же диалог:

— Я должен им помочь, — это моя миссия.

— Но ты не можешь второй раз прийти на землю.

— Значит, нужно послать нового Мессию.

— Да, но это может сделать только Отец, а мы не вправе прерывать его раздумья.

— Но нельзя же больше сносить их грехи, они же уничтожат саму жизнь на земле.

— Это так, но мы бессильны помочь безумным…

И этот диалог продолжался без малейших изменений все последние 300 земных лет. Жизнь в райских кущах статична, и ничто не в силах изменить ее. Но недаром Иисус был когда-то землянином — в нем остался этот земной бунтарский вирус. И он (этот самый вирус) и не давал сыну Божьему отступиться от мысли о новом спасении людей. И на этот раз его осенило:

— Но ведь я могу вдохнуть мои мысли в голову земного человека, и он станет перстом Божьим, который и укажет путь к спасению всем остальным людям.

— Но кто станет слушать простого человека в таком тонком вопросе, как спасение души, если они не очень-то слушали при жизни тебя — Сына Бога?

— Да, ты права, но это будет не простой человек. Я дам ему ум, образование, опыт, средства к существованию, и он станет самым знаменитым в истории человечества писателем. Он напишет Божественные книги, и его рукой будет водить моя воля.

— Но кто станет твоим избранником? Из какого народа ты изберешь себе помощника?

— Да, это не простой вопрос. Народ Израилев погряз в делах земных, деньги стали их божеством. Остальные же народы все для меня равны.

— Я думаю, что это должен быть представитель одной из крупнейших стран, что бы за ним всегда была мощная поддержка родины.

— Значит выбирать придется только из русских и американцев.

— Я думаю, что надо выбрать русского, в этой стране почти совсем не осталось верующих, и будет неплохо, если он попутно вернет своих сограждан на путь истинный.

— Решено, пусть будет русский.

А в это время на Земле на севере первого в мире государства рабочих и крестьян, в городе с божественным именем Архангельск родился ничем не примечательный мальчик. Шел 1962-й год. В роддоме над колыбелью младенца в обеденный перерыв, когда весь персонал разошелся по своим делам, склонился тихий белоснежный ангел, провел ласково рукой по голове новорожденного и поцеловал его в лоб. Дальше оставалось подождать, пока он вырастет и понесет свой крест.

Ночью в том же роддоме, когда весь персонал сморил недолгий чуткий сон, над той же самой кроваткой склонился черный ангел и тоже поцеловал младенца в лоб. Сатана, случайно подслушавший весь разговор Иисуса с Девой Марией, довольно потер руки. Он не стал разрушать замысел сына Бога, так как тот с легкостью мог найти себе другого человека, а только немного улучшил проект. Он решил слегка добавить избраннику ума, зная твердо, что с умом добавляет тому и сомнений. Пусть уж лучше Иисус намучается с этим человечишкой, может, тогда ему и не захочется повторять эксперимент.

Николай Сыромятов, сын простого рабочего и служащей, не помнил первых, в общем-то бессмысленных лет жизни. В голове мелькали какие-то обрывки воспоминаний о днях, проведенных в детском садике, драках с одногодками во дворе, о добрых тетях, маминых подругах, тискавших его в приступах материнских ласк. Надо сказать, что на своих ранних фотографиях он всегда представал в образе белокурого ангелочка, которого так и хочется обнять и поцеловать. Да он таким и был почти все свое раннее детство. Удивительно легко поступил он и в английскую спецшколу, сдав вступительный экзамен не столько за счет своих знаний, сколько за счет неотразимого обаяния. Учителя его тоже любили. Он был умен, не без способностей, почти никогда не дрался. С самого раннего детства он обнаружил в себе странное свойство: прежде чем что-либо сказать или сделать, он всегда думал о последствиях. Поэтому в школе отличался тихим характером, был скромен и молчалив. В старших классах он начал блистать по литературе, его сочинения неизменно ставили в пример, отправляли на городские и областные конкурсы. В десятом классе в одном из сочинений он написал, что каждый человек должен стать знаменитым, иначе зачем ему вообще дана жизнь?

Иисус довольно потер руки. Его миссия протекала успешно, препятствий впереди не предвиделось. Оставалось послать Николая в литературный институт, и через 5 лет у него будет собственный подвластный только ему писатель, а точнее — Перст Божий.

Но осложнения начались на школьных выпускных экзаменах. На устном экзамене по литературе Николай на простейший вопрос о том, кем были Онегин и Печорин, не смог дать ответ. Он отлично знал, что они были лишними людьми, но почему-то не смог этого сказать. Какая-то странная немота поразила его. В уме он десятки раз произнес эту фразу, но губы и язык отказывались повиноваться. Любимая учительница Анфиса Семеновна, не в силах помочь такому горю, вынуждена была поставить в итоге только четверку. О поступлении в литинститут пришлось забыть.

Сатана счастливо потирал руки. Это он наслал необъяснимую немоту на Николая и тем расстроил планы Христа. Дебют партии остался за ним, а этот небожитель даже и не понял, с кем он играет.

Вообще-то в Советском Союзе путь в литературу не всегда лежал через литературный институт. Огромное количество литераторов имели специальности, далекие от литературы. Страна, перепрыгнувшая за 50 лет путь от всеобщей неграмотности к всеобщему обязательному среднему образованию, ставшая, по общему мнению, самой читающей страной в мире, обогнала все остальные страны и по количеству писателей, поэтов, критиков и прочих окололитературных специалистов. Ясно, что все они не могли закончить один-единственный в стране литературный институт. Да не все туда и стремились. Считалось особым шиком вопреки всему впрыгнуть в литературу прямо из большой жизни. Накопить опыта и впечатлений, выработать свой писательский стиль… Но чем больше в стране становилось профессиональных писателей, тем отчаяннее они отбивали атаки самодеятельных авторов, не желая пускать их в свой замкнутый мирок, полный привилегий и льгот. Так что путь в знаменитые писатели для Николая Сыромятова не был закрыт, но заметно удлинялся. Оставалось решить, в какой институт поступать, через какую специальность прорываться в литературу. Николая манила романтика моря, но моряком он стать не мог из-за плохого зрения. И он выбрал себе специальность: организация морских перевозок. За громким названием скрывалась совершенно банальная должность мастера в порту. Правда, с этой именно должности начинал свой путь в литературу сам Жванецкий, но Николай этого не знал.

Христос, понимая, что во время учебы Николаю будет не до писательских трудов, махнул на него рукой. Пять лет он не смотрел в сторону города Ленинграда, где получал свою профессию будущий писатель. Операция «Перст Божий» откладывалась.

1985 год начался бурно. Уже в апреле на трон взошел новый «царь». Это была третья подряд смена власти, начиная с 1982 года, когда наконец-то завершилась 18-летняя эпоха Брежнева. Сразу за ним на короткое время воцарился Андропов, попытавшийся реанимировать Сталинское понятие производственной дисциплины и изрядно напугавший этим сплоченные ряды советской бюрократии. Но возраст сделал свое дело, Андропова увезли на артиллерийском лафете вслед за Брежневым, а царем стал старейший член Политбюро — Черненко. Бесконечные болезни не дали последнему насладиться властью, и вскоре он отправился вослед за своими предшественниками. Смешить мир больше не захотели, и трон достался молодому и энергичному Горбачеву. Газеты запестрели новыми словами: перестройка, демократизация, гласность. Эти же слова затрещали на всех углах из уст профессиональных демагогов от политики, называемых лекторами-пропагандистами. Вслед за первой волной нововведений на страну обрушилась, подобно цунами, кампания борьбы с пьянством. Начались перебои в торговле спиртными напитками, очереди, а следом и талоны на получение 2-х бутылок водки в руки в месяц. Появились и первые пострадавшие функционеры, не рассчитавшие сил и замаравшие своими пьяными физиономиями светлый образ строителя коммунизма. Жизнь становилась веселее.

В этот самый год молодой специалист Николай Сыромятов, успешно закончив институт, поступил на работу в Архангельский морской порт. Он получил должность мастера на участке, называемом: грузовой район «Бакарица». В подчинении у него оказалось 25 опытных грузчиков, которых здесь почему-то называли солидным словом «докеры». Работы было много, план постоянно срывался, начальник грузового района постоянно призывал усилить, углубить и т. д. Рабочих же интересовала одна только зарплата да где достать выпивки. Николай, как и другие мастера, постоянно оказывался между молотом и наковальней. С подчиненными он старался не выпивать, но быстро сдружился с механиком по кранам Михаилом Литвиновым и начальником электросилового хозяйства Сергеем Кротовым. Они и подсказали, как во времена дефицита спиртного всегда иметь вдоволь выпивки. Оказывается, во время разгрузки или погрузки теплоходов с водкой грузчики будто бы случайно роняли поддон с ящиками. Водка билась, составлялся акт на бой, и все заинтересованные лица оказывались с вожделенным напитком. Проблема была только в том, чтобы вовремя запастись битыми бутылками, которые и предъявлялись комиссии взамен изъятых.

Итак, вопрос всех вопросов: где достать — был решен. Оставалось одно — пить. Николай в студенческие годы научился пить помногу и часто, но никогда не опохмелялся по утрам, считая это шагом к алкоголизму. Да поначалу организм и не требовал опохмелки. Но постепенно похмельный синдром все сильнее вмешивался в его молодую жизнь. По утрам после серьезной пьянки голова становилась тяжелой, во всем теле чувствовалась противная слабость, от одного вида еды начинало тошнить. В руках до обеда ощущалась дрожь. Грузчики сочувственно качали головами и совершенно искренне предлагали опохмелиться. Им нравился этот простой компанейский парень. Он не пытался выслуживаться перед начальством за их счет, всегда старался приписать десяток рублей к их нарядам и был всецело на их стороне. Между бригадой и Николаем быстро установились партнерские отношения. Было без слов ясно, что если понадобится, то бригада прикроет его перед начальством.

И началась его самостоятельная жизнь. Почти каждый вечер Николай с Михаилом и Сергеем «соображали» на троих. Водку приносил Николай, друзья приходили с нехитрой закуской, и неспешное застолье затягивалось допоздна. Быстро меняющаяся жизнь подкидывала все новые темы для бесконечных кухонных разговоров. Сколько людей, столько и мнений. Они всегда находили повод поспорить, делали это со знанием дела, никогда не ссорились, и, наверное, поэтому никогда не надоедали друг другу.

Первым не выдержал Христос. Видя, как бездарно его «перст» распоряжается своим временем, он решил положить конец этим пустопорожним дискуссиям. Выход напрашивался один: Николая надо было женить. Сначала Иисус натравил жен Михаила и Сергея на своих мужей. После длительных скандалов, угроз сходить в профком и партком, компанию удалось расколоть. Оставалось подыскать невесту и внушить Николаю мысль о женитьбе.

Сатана, будучи в курсе задумок Иисуса, решил приложить руку к поиску невесты. Задача оказалась совсем не сложной. Достаточно было в самую скромную девушку вдохнуть побольше алчности и эгоизма, припудрить немного стервозностью, а дальше она сама справится с любым Божественным промыслом.