Читаем Перья столь порочные онлайн бесплатно
Перья столь порочные
Более коварны, чем война…лишь битвы в сердце. Затаившись среди ветвей и теней,мы смотрим, мы плетём интриги,сражаясь за королевство забытое и покинутое. Пока не вырвем её когтями,нашу пленницу, нашу пешку, нашу игрушку. Она — невинна и чиста,хрупка и беззащитна……но так виновна своей кровью. Она называет нас чудовищами,порочными и злыми,жестокими и безжалостными. Мы — всё это. И хуже. Один из нас предлагает ей укрыться под своим крылом,шепчет обещания наслаждений,ищет искупления. Другой жаждет разбить её на тысячи осколков,шепчет обещания боли,жаждет возмездия. Зажатая между нашими перьями,она терпит наши безумные желания,наши тайны, нашу ложь,наши извращённые замыслы. Сдастся ли она нашей тьмеили будет бороться за ускользающую судьбу? Добро пожаловать во Двор Воронов, маленькая белая голубка. Чего в этой книге нет — так это героя. Ведь злодеи делают всё лучше. А двое злодеев — лучше, чем один…
Серия: Двор Воронов
Романы / Любовно-фантастические романыПерья столь порочные
Лив Зандер
Авторское право © 2023 автор: Лив Зандер
Все права защищены.
Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в любой форме или любыми электронными или механическими средствами, включая системы хранения и поиска информации, без письменного разрешения автора, за исключением использования кратких цитат в рецензии на книгу.
Эта книга — художественное произведение. Имена, персонажи, места и происшествия либо являются плодом воображения автора, либо используются вымышленно. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, предприятиями, событиями, местоположениями или любыми другими элементами является полностью случайным.
Перевод выполнен телеграм каналом и вк группой «Клитература»
Полное или частичное копирование без указания канала — запрещено.
Данная книга не несет в себе никакой материальной выгоды и предназначена только для предварительного ознакомления! Просьба удалить файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Большая просьба НЕ использовать русифицированную обложку в таких социальных сетях как: Инстаграм, Тик-Ток, Фейсбук, Твиттер,1 Пинтерест.

Глава 1

Тем утром глубокие стоны матери разносились от её покоев по балкону внутреннего святилища. Они проникали через дверь в мою комнату всю ночь, выворачивая наизнанку. Сколько ещё ей терпеть роды? Будут ли у моего маленького брата мои волосы — кремовые, как овсяные хлопья в кладовой?
— Галантия… — Риса выпрямилась в бледно-зелёных одеяниях — моя нянька, явно недовольная моими блуждающими мыслями — и заправила прядь коричневых волос с проседью обратно под чепец. — Почему наш добрый король Барат — да хранят его боги и Дранаду — объявил войну королевскому дому Хисал много лет назад и в конце концов напал на город Вальтарис?
— Потому что Ворон-царь, Оманиэль из дома Хисал, много лет назад похитил человеческую невесту короля Барата. — Я посмотрела на изображение преступника в книге передо мной: его длинные чёрные волосы были заплетены, на нагруднике выгравирован герб его дома — ворон, сидящий на черепе. — Он заставил её выйти за него замуж ради… — Мои глаза резко обратились к двери. Неужели мать только что закричала? — Политической… политической выгоды.
Полышался лёгкий кашель.
— Какой политической выгоды?
— Земли… — Мой слух напрягался при каждом спешном шаге за дубовой дверью, при каждом шёпоте. Родился ли мой брат? — Или крепости.
— Галантия…
Мой позвоночник выпрямился, но упрямо непослушные глаза оставались прикованными к двери.
— Армия, может быть.
— Или, быть может, все три пункта, — Риса вздохнула так, как она часто делала, когда я была слишком нетерпелива — это было так же опасно, как сбежать. — Галантия, ты…
— Сколько ещё ждать? Могу я теперь навестить мать? — ноги покалывало, будто они хотели убежать. — Думаешь, малыш уже родился? Думаешь, это мальчик, как говорят целители?
— Да помогут боги, пусть это действительно так, наконец, наследник займёт эту пыльную колыбель. — Перелистывая страницу в книге, Риса покачала головой, лоб её был покрыт глубокими морщинами. — Твоему господину-отцу сейчас как никогда нужно укреплять свою линию и союзников. Это единственное, что удержит Воронов в укрытии от нового восстания.
Снаружи раздался крик.
Пронзительный. Хриплый.
— Он здесь! — Я вскочила и бросилась к двери, зелёные юбки платья развевались за спиной. — Мой брат здесь!
Я подняла засов и открыла дверь лишь настолько, чтобы пролезть в щель и выйти на балкон. Ноги скользили по плитке, влажной от тумана, но я не позволила этому меня остановить.
— Галантия! — закричала Риса позади. — Вернись немедленно! Мать не разрешает тебе бегать!
О, но как она могла быть недовольна в такой день? Я поспешила вдоль резной каменной балюстрады и колонн, поддерживающих крышу, следуя за криками моего брата. Только мальчик мог кричать так громко! Будущий лорд дома Брисден.
Но его плач становился всё слабее, чем ближе я подходила к покоям матери. К тому моменту, когда я оказалась перед резной деревянной дверью, стояла тишина.
Тошнотворная тишина.
Почему было так тихо?
Я хотела схватиться за ручку, но рука не поднималась. А если мой брат мёртв, как моя маленькая сестрёнка? Риса говорила, что мать потеряла двоих детей после меня. Я не знала, сколько ещё она потеряла до меня. Достаточно, чтобы отец отстранил её однажды, отчего мать плакала.
Проигнорировав боль в животе я надавила на ручку. Большая дверь заскрипела на тяжёлых железных петлях, но только до того момента, как я прокралась внутрь и захлопнула её. Что это был за запах?
Странная сладость разлилась вокруг носа, воздух в покоях матери был не иначе как застоявшийся. Служанки метались по комнате, меняя простыни, оттирая капли крови с пола и отжимая тряпки в умывальнике, стоявшем на табурете возле кровати матери.
Грудь моя приподнялась.
Она сидела там, золотистые волосы у висков завивались и прилипали к влажному лбу. Улыбка, большая и непривычная, растянулась на губах матери, и весь мой страх исчез. Она сияла, глядя на младенца, которого держала на руках, укачивая и шепча ему, завернутому в шерстяное одеяльце.
На лёгких ногах я подошла к её кровати. Какая она красивая. Какая счастливая.
— Мама, — тихо сказала я, остановившись у края кровати, где тяжёлый зелёный занавес был оттянут, чтобы служанки могли взбить подушки и встряхнуть простыни. — Ты в порядке?
— Тсс… — прошептала она, когда малыш сморщил нос, покачивая краснолицое чудо одной рукой, а другой проводя мягким пальцем по дикой копне коричневых волос. Волосы отца. — Ты — всё, о чём я молилась.
Что-то шевельнулось у меня в животе.
Возможно, я была голодна.
— Значит, мальчик?
Ответа не последовало.
О, наверное, она меня не услышала.
Я подошла ближе к её кровати, прочистила горло и наклонилась, чтобы она увидела меня.
— У меня родился брат?
Мать продолжала смотреть на младенца, а комната словно расплывалась вокруг.
— Мама?
— Ага, это мальчик, маленькая леди, — сказала одна из служанок, которая стояла на коленях рядом и терла пол пеплом, при этом глядя на меня с хмурым выражением. — Мы уже сообщили вашему господину-отцу. Ах, колокола в часовне будут звонить три дня.
— Три дня…
Такой маленький, мой брат, и в то же время такой важный. Сколько дней отец заставлял звонить колокола, когда нашёл меня в колыбели? Один? Два?
— Он такой красивый, — сказала я, хотя это была ложь. Его голова выглядела странно, лицо покрыто белыми корками, но я не смела говорить об этом. — Можно я потрогаю его?
Мать… молчала.
Она продолжала успокаивать брата, мягко покачиваясь из стороны в сторону, напевая мелодию, которую я никогда не слышала с её губ.
— Я молилась за тебя, — тихо шептала она между нотами. — Ты такой совершенный. — Ещё один напев. — Я люблю тебя.
Чем дольше она говорила ему эти слова — слова, которые никогда не говорила мне, — тем сильнее мои ноги звенели, будто хотели снова побежать. Но куда? По комнате? Нет, мать бы меня отчитала, но… если бы она ругала меня, разве она не посмотрела бы на меня? Увидела бы меня?
Я отвернулась…
…и столкнулась прямо с табуретом.
Он опрокинулся, уронив умывальник на пол с громким лязгом. Поток окровавленной воды растекся по плитке, заставив служанок метнуться прочь, издавая крики и визг. Мой брат рывком вздернул маленькие ручки. Следом последовал его оглушительный крик.
— Посмотри, что ты наделала! — Мать, наконец, устремила на меня гневный взгляд, а затем посмотрела на что-то позади меня. — Что она здесь делает? Уберите её с глаз моих.
Сердце моё треснуло.
— Но я не хотела пугать моего маленького брата…
— Тсс, дитя… — вдруг Риса схватила меня за руку, развернула и подтолкнула обратно к двери. — Давай дадим Леди Брисден время отдохнуть, а сами заглянем в сад, хорошо? Мейзи приготовит тебе яблоки, разомнёт их и подаст с мёдом, так, как тебе нравится.
Лицо горело, глаза жгло, и всё вокруг расплылось.
— Я не хочу эти глупые яблоки!
— Галантия… — Риса присела передо мной на балконе, обхватила лицо руками и провела большими пальцами по глазам. — Не плачь, Галантия. Никогда не плачь. Давай… будь хорошей девочкой и дыши. Вдох-выдох, как я учила.
Я сжала зубы.
Я не хотела быть спокойной.
Но если я не подчинюсь, мать могла бы узнать об этом, назвать меня капризной и отправить в мою комнату без Рисы. А я не хотела оставаться без Рисы. Не хотела быть совсем одна.
— Вот так, моя хорошая, — сказала Риса с улыбкой, выпрямившись и взяв мою руку в свою. — Лучше?
— Немного. — Я моргнула, прогоняя слёзы, и заставила себя дышать ровно, как она меня учила. — Ты всё-таки поведёшь меня в сад? За стены? Пожалуйста?
— На этот раз, и только ненадолго. Идём.
Она повела меня по балкону. Когда мы спускались по лестнице, один из колоколов часовни пробил час. К тому времени, как мы добрались до внутреннего дворика внизу, оба колокола звенели так, что уши закладывало.
— Как громко. — Когда конюхи и стражники хлопали в ладоши в знак радости, я сжала её руку крепче. — Колокола звонили, когда я родилась?
— Твой господин-отец не был здесь в день твоего появления на свет, он собирал вассалов для короля Барата, прежде чем вернуться домой, чтобы увидеть маленькую леди.
— Он тогда приказал звонить в колокола? Когда наконец пришёл и увидел меня?
Её губы сжались, и она наконец покачала головой.
— Колоколов не было.
Тот покалывающий зуд на лице вернулся, подползая к глазам, ушам, рту, щекоча так, что губы сами разомкнулись.
— Они радуются моему брату, словно он сам принц. Он некрасивый.
— Галантия! — отчитала Риса. — Как ты можешь говорить такое ужасное? И про собственного брата?
Мои ноги тяжело волочились по раздробленным ракушкам, когда мы проходили мимо западной стены. Вольеры молчали с тех пор, как отец ушёл на охоту ранее.
— Прости… я не знаю, почему это сказала, — тихо произнесла я.
Я хотела брата или сестру с самого детства. Кого-то, с кем можно было бы играть в мяч, прятки, читать книги вслух. Любую забаву, чтобы коротать скучные часы, когда мне не разрешали бегать, ездить верхом… или даже играть с детьми слуг.
Всегда была только Риса и я.
Во время сильных бурь она позволяла мне забраться к ней в постель. Иногда даже прятала меня под платьем служанки и брала на пляж, позволяя часами играть с волнами.
Сердце переполняло от этих воспоминаний.
Но всё равно оно никогда не было полностью полным.
Всегда как будто ощущалась… пустота.
Риса остановилась и обернулась ко мне, сжатые губы медленно расправились в мягкую улыбку.
— Перед сном ты попросишь у богов прощения.
— Я попрошу, — сказала я, настороженно прислушиваясь к зловещему завыванию, как когда ветер прорывается сквозь расщелины утёсов, где гнездятся чайки. — Обещаю.
— Хорошо, — сказала она. — Нельзя говорить о…
Она продолжала, но её голос исчез под другим завыванием, доносящимся из чёрной щели двери рядом с нами. По воздуху расползался неприятный запах — смесь собачьего дерьма из вольеров и внутренностей, которыми отец кормил их после охоты.
Темницы.
Живот сжался.
Но грудь, напротив, как-то странно приподнялась. Так со мной иногда бывало, когда я проходила мимо этого места. Может, из-за звуков, доносящихся изнутри? Иногда я подслушивала сквозь камни. Стон. Хрип.
Плач.
— Что там такое, дитя? — Риса дёрнула меня за руку, и когда я сделала лишь один шаг вперёд, её взгляд последовал за моим. — Ни за что не спускайся туда. Слышишь меня, Галантия?
Я продолжала смотреть в щель зияющей тьмы.
— Что там? Воры?
— Я скажу тебе, что там, — шепнула она, держась за мой взгляд с дрожащей решимостью. — Крысы! — Она рассмеялась, видя, как я подпрыгнула, и снова потянула меня вперёд. — Крысы размером с початки кукурузы в амбаре!
Я последовала за Рисой через западные ворота, оглядываясь через плечо, когда она не смотрела.
Это были те звуки, что я слышала? Писк крыс и царапанье маленьких когтей по камню?
— Крысы не такие большие, — сказала я.
Я подняла взгляд на мрачное небо, улавливая солёный бриз, что скользил между стенами. Волны бились о близлежащие утёсы, на которых возвышался Тайдстоун, гремя в такт крику серой чайки, парящей на ветру над глубоким, широким морем.
Грудь расправилась от этого вида.
— Куда ты думаешь она летит? — спросила я.
Риса резко остановилась.
— О, нет… мы пришли слишком поздно, Галантия.
Она показала рукой на тропу, что вилась через луга перед Тайдстоуном, усыпанные валунами размером с мою голову. Яблони росли словно солдаты, выстроенные в ровные ряды вдоль дороги — все пустые.
Я указала на одинокую телегу у края поля, с плетёными корзинами, полными красных и жёлтых яблок.
— А эти?
— Их с деревьев не сотрёшь нашим потом.
— Но деревья растут на землях моего отца. — Я отпустила руку Рисы, залезла на телегу и подняла пустой мешок из корзины с яблоками. — Нам нужен всего один. Никто и не заметит.
— Поймайте его! — крик из ворот заставил меня подпрыгнуть. — Не дайте пленнику сбежать!
