Читаем Переписать сценарий онлайн бесплатно
Переписать сценарий
Чтобы студенты знали историю, надо их перенести в изучаемую эпоху и сделать участниками исторических событий. Начало XX века. Схватки разведок и тайных обществ, война и революция и наши современники, абсолютно реальные люди. Реплики, приведенные в книге – это их собственные реплики. Да что там реплики… сюжет книги, и тот существенно дополнен самими героями повествования. Входит в цикл книг "Заметки на полях российской истории".Под редакцией Вадима Татаринцева
Самиздат, сетевая литература / Альтернативная история / Попаданцы«Это же будет не игра, а бомба! – Сценарист вскочил с кресла, не в силах справиться с эмоциями, и, жестикулируя, как ветряная мельница, – Сид Мейер нервно курит в сторонке! Ну, вот сам посмотри, в какое унылое «болото» ежедневно превращают свое время миллионы людей! Включаешь игрушку – мозг отключается автоматически. Информации – ноль. Пользы – столько же. Выигрывает тот, кто шустрее жмет на клавиши и кнопку мышки. А у нас будет, ну ты представь, – Сценарист попытался показать, что конкретно надо представить, – парад “ноу-хау” от каменного века, до века компьютерного, где победить сможет только тот, кто больше знает и лучше понимает “как наш мир устроен” и “как это всё работает”!
Хочешь сделать каменный топор? Расскажи, какой камень для этого подойдёт, и как его в топор превратить! Хочешь железной секирой осчастливить человечество, – покажи, где найти это железо, как его добыть и обработать.
Современные игровые «стратегии» утверждают, что для строительства кузницы требуется камень, металл, дерево, кожа, и рабочая сила. И всё… Ну, бред же! Представь – лежит перед тобой груда камней, деревяшки, стоит навытяжку «рабочая сила», и спрашивает «Что делать-то? Как это всё превратить в действующую мастерскую?» Командуй, если можешь!
Мы пользуемся сложнейшими машинами, в сердце которых – кремниевая начинка, но знать не знаем, как этот кремний выглядит в природе, и что надо сделать, чтобы он превратился в эти машины! Мы живём в сложнейших архитектурных ансамблях, но представления не имеем, как соорудить самую примитивную избушку. Нас несет в магический мир «Гарри Поттера» и «Властелина колец», но совершенно не трогает магия полета аппаратов тяжелее воздуха, и плавание механизмов тяжелее воды. Никто даже не задаёт вопрос: «Как? Как, чёрт возьми, такое вообще возможно»???
“Давай создадим игрушку, где выигрывает не тот, кто за единицу времени сделает больше «кликов», а тот, кто больше знает, и у кого больше полезных навыков. Это, ведь, безумно интересно! Это, – как возвратиться в дом детства, найти на чердаке бабушкин сундук, и благоговейно разбирать его содержимое, пытаясь понять, для чего нужен тот или иной предмет»…
С момента этого разговора прошло больше года. В течение его интернациональная группа студентов технического университета Twente работала параллельно с восемью такими же группами «товарищей по несчастью» из других стран над единой задачей максимального сопряжения виртуального и реального миров. В группу входили: голландец с неголландским именем Кевин, кореец с некорейским именем Джонни, и русская девчонка с нерусским именем Симона. Они программировали, паяли, сверлили, монтировали, и на четырех языках – три родных плюс английский, бранили эту затею, на которую так легкомысленно подписались. Ругались, но дело делали, ибо их часть работ – дизайн интерфейса ввода данных – была выделена в отдельный проект, который надо было сдать для получения долгожданного зачёта.
Для общения игрока с симулятором сконструировали «Сири наоборот». Игровой интеллект, получая команду «построить кузницу», теперь задавал глупый вопрос «А как?», и буквально, вымогал из игрока подробную инструкцию, без которой отказывался совершать порученные действия.
В ходе формирования игровых диалогов стало возможным не только скучное общение человека с машиной, но и вполне жизненное переругивание заказчика с исполнителем, игрока с искусственным интеллектом, и даже издевательское поддразнивание, различными вариантами которого студенты щедро поделились с программой…
«Вишенкой на торте» была игровая капсула с мониторами, смонтированными для обеспечения наружного кругового наблюдения с сектором обзора, равным 180 градусам. Капсулу оборудовали гидравликой, вентиляторами, спринклерами, разнообразными механизмами и приспособлениями, для обеспечения визуальных, тактильных, обонятельных, и прочих ощущений сопричастности.
Сценарист сразу предложил заложить в возможности программы функцию «выдворения игрока», если тот превысит лимит тупости и необразованности. От этой идеи отказались. Ведь неизвестно, кто из профессоров и с каким IQ будет тестировать игру в приёмной комиссии. Мало ли, что…
При попытке запустить с таким трудом написанную программу, оказалось, что инновационный «софт» не тянет даже самая мощная материнская плата. Потом были многочисленные попытки, чуть ли не с ломом совместить несовместимое. Были пройдены все этапы неизбежного от отрицания до уныния, когда в лаборатории появился последний «писк моды» – квантовый красавец «D-Wave 2000Q» с процессором, мощностью в 2000 кубит, приобретенный университетом буквально вчера, и совсем для других целей.
Преимущество квантовых «компов» заключается в сумасшедшем быстродействии, в тысячи раз превосходящее классические компьютеры. Недостатком – слабая изученность физики этого явления, влекущая определенную непредсказуемость вычислений, и связанный с этим риск ошибок.
– Вот на практике и проверим, что это за зверь такой! – решительно хлопнул по крышке машины Кевин.
Загрузка. Настройка. Интернациональный, эмоциональный, и очень разнообразный мат при выявлении и исправлении глюков и багов… Отладка. Непрерывное тестирование. В общем, – шесть месяцев напряжённой и трудоёмкой работы.
Теперь Сценарист изнывал, в предвкушении приобщения к прекрасному миру программирования. Одно дело – пользовать чужие сценарии, и совсем другое – увидеть воплощение собственных трудов.
– Программа ещё «сырая», – ворковал Джонни, запуская своё “космическое” хозяйство, – поэтому не стоит заряжать всю историю “от Адама и Евы”. Давайте начнём с эпизода. Что-нибудь коротенькое, яркое и хорошо изученное.
– Бородино готово? Там всего один день.
– Один день – можно, потянет.
Ух, сколько раз я, разглядывая карту битвы, и листая мемуары участников, задавал вопрос: «А как бы надо было?», и руки чесались переиграть. Вот, теперь и попробуем, – обрадовался сценарист.
На игровых часах – 3 часа пополуночи. В соответствии с учебником истории, только что отгремели последние залпы у Шевардинского редута. До начала самой битвы осталась пара часов.
– Машина, принимай задание! Войскам правого фланга скрытно передислоцироваться в центр. Туда же, направить весь артиллерийский резерв. Исполнять!
Машина вздохнула, как вздыхают обычно родители, услышав очередной каприз неразумного дитяти, и выдала безапелляционным тоном:
– Перемещение указанных войск невозможно, ввиду угрозы с Севера.
– С какого такого Севера? Что там на Севере? На Севере только лес и медведи. Север прикрыт крутым берегом речушки Колоча. Давай, всех в центр! Там сейчас начнется!
– Предписание не может быть выполнено, ввиду явной некомпетентности распорядителя, – издевательски выдала машина, – ознакомьтесь с основами управления войсками на поле боя, и попробуйте ещё раз…
Ну, наворотили студенты! В сценарии, точно, такого не было. Однако, спасибо, за проделанную работу. Хорошо, начнем «от печки» – с рекогносцировки. Перейти на тактическую карту! Передислоцировать штаб на правый берег реки Колоча, у деревни Малое. Поехали!..
Карты на мониторах погасли, и сменились панорамой ночного неба. Красиво. Как жаль, что я не знаю названия всех этих созвездий. Надо будет предложить сделать справочные надписи. А под звёздным небом… Однако…
На левом берегу Колочи, где слева, на фоне предрассветного неба, угадывались крыши какой-то деревушки, насколько хватало взгляда, горели костры бивуака.
– Ничего себе, повороты истории! По сценарию, и согласно истории, в этом месте вообще никого не должно быть! А здесь, вся армия Наполеона, что ли? А кто тогда сейчас у деревни Шевардино разворачивается? – подумал Сценарист, и машинально повернул голову налево…, и вовремя, потому, что оттуда, прямо на него, летел силуэт всадника на низкорослой лошадке…
Эффект присутствия, включая приближающийся топот копыт, был настолько реалистичным, что голова сама провалилась чуть ли, не под панель, а левая рука автоматически надавила, что есть силы, «ESC»…
Вентиляторы взвыли, грохот, свист… мониторы погасли, капсулу тряхнуло, и наступила полная темнота…
В лаборатории было темно, как… (далее – игра слов, русский сленг).
– Здесь есть, кто живой? – спросил сценарист, осторожно выбираясь из капсулы, и ощупывая окружающее пространство.
– Электричество вырубилось, – вздохнула темнота голосом Симоны. Причем не только у нас. Вообще, нигде в городе, не вижу освещения. Сиди пока спокойно, не двигайся, а то здесь оголённые провода везде, заденешь. Сейчас найду, чем подсветить, и будем выбираться. Тестирование на сегодня закончено…
13 июля 2016 года физик-исследователь Центра Европейских ядерных исследований, расположенного в Женеве, был найден на рабочем месте в служебном помещении с простреленной головой.
Со слов коллеги он не спал всю ночь, и, отказавшись от плановых работ, заперся в своём кабинете, сжёг все свои исследования в мусорном ведре, и удалил все данные со своего компьютера, кроме одного документа. Его нашли только через несколько дней. Этот документ был засекречен, но просочился в общественность и первоначально был размещён на сайте «Reddit».
Ничего не появляется из ниоткуда.
Ничего не исчезает само по себе.
Всё это – дело рук бестолковых юзеров!!!
На следующее утро, обсудив невиданное доселе происшествие с одновременным отключением электроэнергии во всём городе, и окрестностях, студиозы собрались в лаборатории, и теперь ругались на трёх разных языках, так как драгоценный софт категорически отказывался запускаться, горестно возмущаясь на своём цифровом языке «корявыми ручками» пользователей, а также, некорректным выходом из программы.
Капризное квантовое “железо”, слава Богу, из-за нештатного отключения электричества не пострадало, и только одна из камер «HTC VIVE» не подавала признаков жизни, ибо печально висела на кабеле, с направленным вниз разбитым объективом. Напротив, в алюминиевом кронштейне, застряла слегка деформированная горошина размером, с двухцентовую монету.
Сценарист долго разглядывал изуродованную камеру, аккуратное входное отверстие рядом с ней, мониторы, крепление. Затем выковырял шарик, покрутил его, измерил штангенциркулем, вздохнул, и задал неожиданный для всех вопрос:
– Можно ли, ознакомиться со сценарием, загруженным в базу?
– Конечно. А зачем? Вы же сами его писали.
– И что, никто дополнений не вносил?
– Кодеры не справляются с оцифровкой того, что уже в сценарии написано. Что-либо дополнять нет ни сил, ни времени.
– Ну как же не вносили? Кавалерия у вас вообще за сценарным полем скачет.… Причём так реалистично, что я изрядно перетрусил…
– Звуковую дорожку для кавалерии будем добавлять только через три недели. За это отвечает группа из Гонконга. Я напишу им, спрошу, что они сделали…Папа, слушай, мы – дизайнеры, переписывать твой сценарий нам не хватит ни квалификации, ни времени, ни полномочий, у нас тут свои проблемы – вот видишь – минус камера ещё.
– Ребята, если вам этот артефакт не нужен, я его заберу. А насчет камеры – не беспокойтесь. Сейчас же, сделаю заказ производителю на поставку аналогичной, так что ваша отчетность не пострадает. ОК? Всё, я пошёл…
Сценарист быстро пошёл к выходу, засовывая горошину в карман, поэтому студенты, продолжившие работу, не услышали его бормотание:
– Картинка на мониторах, ход игры не соответствуют сценарию – это раз. Картинка не соответствует историческим реалиям – это два, 18-миллиметровая картечина, разбившая камеру, и застрявшая в кронштейне, – это три. Одним словом, надо выпить, – это четыре…
Дайте нашим «Могу» отдохнуть от ваших «Хочу»!
Симона, возвратившись домой, застала своего папаню в крайнем возбуждении.
