Читаем Перекресток Миров (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Если ты попаданка - готовься изменить мир. Если ты маг - готовься спасти Империю. Если ты женщина - готовься, что в тебя влюбится главный красавец. Если ты невеста - готовься к свадьбе. А если ученица магической академии - сумей её закончить. Но что делать, если этому миру изменения не нужны, спасать надо тебя саму, любимый превращается во врага, а предложение руки и сердца - это не конец истории?

 Тогда надо принять, что жизнь не так проста, как хотелось бы, и самой найти ответы на свои вопросы.

На перекрестке миров.

Вознесенская Дарья

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Эпилог

Вознесенская Дарья

Перекресток Миров

Глава 1

Если на Земле все важные «совещания» проходили на кухне, то в мире Таноса, видимо, принято было собираться вокруг кровати. Иначе, как еще объяснить тот факт, что в моей спальне стало неожиданно тесно из-за количества людей? Императору и Тени выделили почетные кресла у изголовья, Карт и Ари встали чуть поодаль, а Рон и Фарн, нимало не смущаясь, развалились в моих ногах. Я, понятное дело, возлежала на куче подушек, чуть придавленная ощущением всеобщей заботы. Им еще повезло, что я не викторианская девица, которая не может в сорочке принимать гостей. А если вспомнить, в каком виде я вообще появилась в этом мире, любые вопросы отпадут.

Но я была так счастлива, что жива, и мои друзья тоже живы, что готова была совещаться в нижнем белье даже в императорском саду на глазах у изумленной публики. Мне хотелось скакать по кровати и радостно тискать всех окружающих: и хорошо, что сил на это не было. Боюсь, ни Рон, ни остальные, при всем их ко мне особом отношении, не захотели бы выступать в роли плюшевых мишек.

Покушение на меня и произошедшее с нами в Проклятом городе взбаламутило, фактически, все высшие службы Императора. Могу только представить, как тяжко сейчас приходится сплетникам из-за количества противоречивых слухов. Конечно, основную информацию удалось утаить: исчезновение такого количества благородных, да еще и Правящего — это показатель, что в Таларии не все в порядке. Император быстро запустил информацию о неконтролируемом выбросе силы в отдаленной провинции и отосланных туда лучших магах. Но дознаватели и стража не могли не знать правду, потому как были брошены на наши поиски: пусть они и были связаны клятвой верности, такие перемещения не могли остаться незамеченным.

Сейчас Карт и Геллард выясняли подробности. Помимо покушения, им очень хотелось знать все про Проклятый город и понять, как мы оттуда выбрались.

Мне бы тоже этого хотелось. Да, я помнила все довольно сносно, и даже успела уже один раз обо всем рассказать, но все равно считала, что спасло нас исключительно чудо. Или Стихии. Что, впрочем, в этом мире было одним и тем же.

До сих пор живо у меня перед глазами стояла картинка бойни, окровавленные клыки ожившего мяса, и я снова и снова переживала то ощущение беспомощности и шока. И мгновение неверия, когда меня озарило, что камень, на который я навалилась, потеплел под моими ладонями.

В камне была магия! Интуитивно я поняла, что можно было активировать портал переноса и убраться из того зала смерти. У друзей не хватило бы времени его выстроить, я должна была это сделать сама.

Вот я шепчу заклинание, попутно залезая на камень и что-то пытается схватить меня за ногу. Существо уничтожает Арий. Я тогда сбилась и пришлось начинать все заново. А потом я кричала, чтобы все забирались ко мне, и, слава Стихиям, меня послушались. Тогда я растянула плетение на нас пятерых, произнесла завершающее слово, отдавая практически весь свой резерв. Портал на пятерых — это даже для моей силы очень много, но я справилась, у меня просто не было других вариантов.

Вот нас швырнуло в воронку переноса и выбросило на край города. Ну конечно, не могли же мы попасть в мою комнату из проклятого места.

Дальнейшее помню совсем урывками.

Меня несли на руках и бежали. Куда? Лишь бы подальше. Стена. Кажется, меня перебросили через ограду, как тюк с вещами. Бегство по лесу и, наконец, снова портал, теперь уже во дворец.

Следующая вспышка сознания в каком-то помещении. Несколько … кого? Целителей? Хлопотливые руки, в меня вливают горькие зелья. Какие-то женщины раздевают и моют. Снова зелья. И я, наконец, окончательно отключаюсь в безопасности.

Безусловно, магический камень заинтересовал моих друзей. Рон и Арий подняли все доступные источники и по ним выходило, что огромная зала, в которой мы отбивались от тварей, была частью главного храма города тарантов, а значит, и самой главной лабораторией. Храм этот находился под черной воронкой и был эпицентром взрыва.

— Мы точно не знаем, конечно, как и что там произошло, но могу предположить, что они пытались создать портал из центрального помещения, и сила Запределья ударила именно туда, вывернув пространство, уничтожив город и образовав воронку. Ударная волна выжгла не только живых существ, но и любую возможность магии — Арий говорил спокойно и холодно. Его лицо не выражало никаких эмоций. Он не смотрел в мою сторону с того момента как зашел в комнату и это напрягало: мы что, снова вернулись к тому с чего начали? И теперь он будет делать вид, что никакого поцелуя не было? Меня волновало произошедшее в пирамиде, но ничего предосудительного я не видела: мы взрослые люди, нас ощутимо тянет друг к другу, так что такого?

Или его холодность не имеет ко мне отношения? Я же всегда знала, что Тень — мужик суровый… Вот только перед глазами снова и снова мелькали моменты, когда мы оставались наедине, и Правящий вовсе не был спокоен. Ладно. Не сейчас. А то опять мысли заведут не туда.

— А кем могут быть эти твари? И почему они …. живые? И вообще, храм не выглядит поврежденным, — вернулась я в настоящее.

Арий медлил:

— Мы же не знаем, как может воздействовать сила Пределов. Возможно, двенадцать тысяч лет назад вывернуло не только пространство, но и время, и самих жрецов и ученых, оказавшихся в той точке. Вот они там и… существуют, как и помещения храма. Я, все — таки, склоняюсь к тому, что это таранты. Да, видоизмененные, но их облик, в целом, соответствует описаниям: высокие, худые, с крыльями. Упоминаний об этих чудовищах нигде не встречалось: слава Стихиям, похоже они все-таки заперты в Проклятом городе, или вовсе в этом храме. Можешь точно вспомнить все ощущения, что у тебя были на том камне? — добавил он без всякого перехода.

Я вздохнула и постаралась отрешиться от собственных эмоций:

— Зал я не запомнила, лишь ощущение, что он большой и ярко освещенный. Ужас от нападения той гадости. Камень стоял чуть ближе к стене противоположной от входа, и мы как бы зашли за него, да? Нигде, ни в каком месте, я не чувствовала магии, да и алтарь этот не светился и вообще не подавал признаков жизни. Вы отбивались, а я прислонилась к камню. Было чувство безысходности и печали, я заплакала и вдруг почувствовала тепло.

— Ты его почувствовала до или после того, как заплакала?

— В смысле, ты думаешь, что мои слезы могли что-то активировать? Ну не знаю. Все происходило очень быстро и вокруг творилось черти что, поэтому я не знаю, был ли камень активен изначально. Но когда я почувствовало тепло, оно было… сначала физического свойства. Просто тепло. А потом пришло понимание, что это тепло силы. Магии. Или оно преобразовалась в какой-то момент… Я не различала в этой магии какой-либо стихии, скорее это просто было понимание на внутреннем уровне, что вот она — сила, и эту силу можно использовать. Не для подпитки, а именно применить свои возможности здесь. Не знаю, почему я так подумала. Могло ли это быть внушенное ощущение? Вполне. А может я просто увидела хоть какой-то шанс на спасение и решила им воспользоваться. Дальше вы знаете. Нам очень повезло.

Геллард покачал головой.

— Не думаю, что это просто везение. Стихии помогли вам. И я, как никогда, им за это благодарен.

Карт рассказал, что произошло после нашего перемещения. Стражники и дознаватели их службы оказались довольно быстро на месте происшествия, все-таки многие жители Балфа знали нас в лицо. Но допрашивать было некого: перевернутая повозка с цыганским скарбом и мертвая старуха, раскрывшая в застывшем крике рот.

— Старуха? — я удивилась — Там была довольно молодая женщина.

— Личина. Видимо, чтобы не бросаться в глаза.

— Но почему она оказалась мертвая?

— Тот активатор портала оказался с двойным дном. Тебя он должен был перенести к цели, её — убить очень хитрым заклятием. Как будто она дала кому — то клятву полной верности и не исполнила её. Но она не давала. Мы пока разбираемся, как можно это было сделать без добровольно отданной капли крови, но то, что её изнутри сожгло именно наказание, — точно. И пытаемся понять, откуда она взялась. Это сельша, и пусть они всегда были одиночками, её имя и постоянное место проживания могло бы стать ниточкой.

— И опять там никаких других магических следов? — я уже была заранее готова к ответу

— Опять — Карт вздохнул

— Мы более-менее можем быть уверены в одном: Сарду — скорее всего Сарду — зачем-то нужна именно ты. И он будет добиваться тебя всеми способами. Анна, кроме дворца и Академии, в остальных местах слишком опасно. Пока происходят все эти странности, я попросил бы — а если надо, прикажу — никуда больше не выходить. Это понятно? — к концу монолога голос Гелларда стал максимально сух. — И более того. Мы еще подумаем, может отошлем тебя куда-нибудь в безопасное место. Я подумаю — подчеркнул он.

Что там Рон говорил? В обязательном порядке подчиняться Императору придется даже мне? Ну что же, я не возражаю. Меня до сих пор передергивало и тошнило, когда я вспоминала те подземелья.

Мы остались в Императорском дворце до следующих выходных. Я была еще слаба, да и у Рона много дел, а он не хотел отправлять меня в Академию одну. Я читала книги, периодически выбиралась на различные обеды, устраиваемые дружественными лицами и корила себя, что не попросила у Гелларда доступа в закрытую часть библиотеки — был ведь удобный случай. Но императора я больше не видела, а Арий меня избегал. Не то чтобы мы до произошедшего везде ходили парой, но сейчас это выглядело странно. Если мы с ним пересекались, то держался он максимально вежливо и отстраненно, говорил немногословно и старался как можно быстрее уйти. Сам он больше не приходил, хотя друзья у меня в комнате собиралась регулярно.

Я злилась. На него — за холодность, на себя — за те чувства, которые он во мне вызывал. Он нравился мне. Очень. И тогда, когда был отстранен и похож на мраморную статую. И тогда, когда бесился. И когда его глаза выражали страсть. Мне нравились его манеры, его чувство превосходства, его благородство и жесткость. Я понимала, что не я первая и не я последняя, потому и злилась. Меня больно задевала его безответность. Я была взрослая женщина и не собиралась бегать как собачка за тем, кому я не интересна. Ну или интересна только иногда.

И мучалась от того, что как раз побегать то хотелось.

Так что я даже с радостью вернулась в Академию и полностью погрузилась в учебу. Хорошо хоть переживать времени не было: пришлось наверстывать упущенное, да и новые уроки становились все сложнее. И я все время думала, выжила бы я, если бы попала в Проклятый город одна? Выводы были, прямо скажем, неутешительные.

Глава 2

У меня прибавилось дисциплин с боевыми магами. Теперь, кроме отработок на полигоне под руководством неизменного Тхарн Акра и уроков боя с холодным оружием, я изучала огненную и водную боевую магию — опять же с группой Эля, а также типично эльфийское искусство с Ариэлем: стрельбу из лука, умение быстро и бесшумно перемещаться по лесу, работу с животными. Животных — лошадок, там, собачек — я, конечно, любила, но вот усмирять диких волков и мустангов оказалось несколько другим занятием. А эльфы могли «договориться» практически с любым, даже самым злобным животным, и потому прекрасно себя чувствовали в одиночку в глухих лесах.

— Что ж ты не успокоил тогда тех жутких волков? — злобно пыхтела я, пытаясь нагнать друга, с какой-то нереальной скоростью перемещающегося между стволов деревьев.

— Ты забыла, что усмирение — это не только концентрация и поведение, но и магия. А в цветах амагиков она пропадает. Я, конечно, не остаюсь безоружным и без своей силы, и могу успешно работать с хищниками, но с некоторыми, к сожалению, это невозможно.

Получались бегство по лесу и навыки «работы» с животными у меня пока плохо. Лошади иронично ржали и отказывались подходить, волки бросались на меня — только и спасал магический щит. Но я и не рассчитывала на быстрые успехи: эльфы оттачивали это мастерство чуть ли не с младенчества, я бы не достигла никаких значимых результатов за несколько недель.

— Мы с друзьями всегда убегали в лес после завтрака — рассказывал Ари про свое детство и улыбался — и там проводили практически весь день: лес давал нам кров, еду и возможности для игр. Для эльфов не имеет принципиального значения, какой лес станет им домом. Темный северный или тропический южный, с волшебными цветами и животными, или практически мертвый, зимний или летний. Мы любим и чувствуем любой, и можем его преобразовывать.

— Как?

— Мммм… Мы сливаемся с лесом и…шепчем. Шепчем свои пожелания и любовь. Чтобы рождались цветы и плодоносили деревья, чтобы росла трава и листья тянулись к свету, чтобы наполнялись силой корни и очищались ручьи. Лес на какие-то мгновения может стать нами, а мы — лесом и тогда наши кровеносные сосуды становятся его реками, наши глаза — его птицами, наши руки — его ветками. И это невероятное чувство.

— Ари, а вот ты разве не должен был потерять такие умения, раз живешь в Таларии, а не в своем мире?

— Нет конечно! Любое существо многогранно и не зависит только от одного фактора — он улыбнулся и щелкнул меня по носу. — Мне не дано ничего, что связано с драконами: ни возможности разделить общую арту — это что-то вроде ауры — ни радость полета. Но все другие возможности у меня есть, и даже больше — от людей мне тоже много чего замечательного досталось.