Читаем Переговорщик онлайн бесплатно
На ЦБУ суетились все кому не лень, даже генералы бегали, чертыхались, задавали какие-то невнятные вопросы, хватали трубки ЗАСов, пытались куда-то дозвониться и кого-нибудь в чем-нибудь обвинить. В городе штурмовой отряд мотострелкового полка начал увязать в коротких боестолкновениях, крутился, огрызался, пехота с матами швыряла в окошки гранаты, цеплялась зубами за бетон и асфальт. На ЦБУ не выдержали и приказали оставить только что зачищенные домишки и отойти на блоки, выставленные в ходе наступления. В эфире шумело и трещало, крики на разных языках, команды вдруг перекрыл чей-то уверенный голос, докладывавший с некоторой ленцой:
— У меня все нормально, двухсотых-трехсотых нет, в квадрате «Рысь» по улитке «девятка» занял трехэтажку, организую оборону.
— Кто это? Кто это? — заволновались штабные и стали на плане города искать «Рысь-девятку».
Рысь-девятка как раз оказалась там, где билась доблестная мотопехота, которая потихоньку начала откатываться к своим блокам.
— Это мой, — сказал здоровенный подполковник-морпех, — мы же усиливали мотострелков одной десантно-штурмовой ротой.
— Отзывайте своего клоуна! — стали рвать подполковника штабные, — немедленно, и людей положит и задачу не выполнит!
Двухметровый подполковник-морпех, позевывая, рассматривал карту:
— А чего это он задачу не выполнит? Задача была: до ночи выйти на рубеж этих вот улиц, — он ткнул сарделькообразным пальцем в карту, — моя рота вышла. Домишко хороший, два направления кроет, отсюда удобно будет ударить вот сюда и сюда, обойдя простреливаемые перекрестки, и прям с тылу вломить по этим пятиэтажкам.
— Стратег хренов! — заорали на подполковника, — куда выйти? Твой ротный что, медали себе зарабатывает? Ему людей не жалко! Да ты, подполковник, э-э-э-э... — все замолчали, потому что подполковник вплотную приблизился к орущим и сверху вниз спокойно стал рассматривать большие звезды орущих.
— Я не стратег, я тактик, — спокойно и лениво ответил он и, не торопясь, вышел.
По дороге к узлу связи его догнал кадровик из штаба округа.
— Слышь, давай звони в свой батальон, пусть они данные на твоего ротного дадут и бойцов, продумай там, что с наградами, мне как можно быстрее надо в округ списки двухсотых отвести.
— Ну да, — сказал морпех, — три дня здесь и обратно домой? Да и ни к чему на моих матросов что-то писать, да и не ротный с ними, а замполит, пиджак-капитан, между прочим. Кстати, я видел, ты там оформлял на себя что-то наградной, по-моему?
Кадровик замялся и открыл рот. А морпех продолжил:
— Надо бы ранение для наглядности, хотя можно и контузию.
Непонятно как кадровик взвился в воздух, грохнулся об грязные доски, глупо улыбнулся и отключился, папка с наградными на штабников спикировала куда-то между штабных кунгов.
— Товарищ капита-а-ан... — в полуразрушенную квартирку ввалился матрос. — Товарищ капитан, наблюдатели докладывают: пехота все, отошла, духи сзади нас получается!
Капитан Булыга, отложил в сторону грязную подшиву, которой любовно протирал свой ПК, хоть и замполиту не положено по штату ПК, но в здоровенных лапах Булыги любой автомат смотрелся игрушкой. И. О. ротного Булыга стал два дня назад, после того как вытащил из-под обстрела раненного ротного и еще двух матросов, причем вытащил за один раз, взвалив ротного на плечи и зажав матросов под мышками.
— Та-а-акс, давай сюда взводных.
Матрос хлюпнул носом, надвинул на брови каску и помчался выполнять задачу.
— Свя-я-я-язь! — рыкнул Булыга.
— Я, — возле капитана тут же материализовался дородный боец-связист.
— Что там у нас? — поинтересовался замполит.
— Да все нормально, связь есть, чичи мешают, правда, за один сеанс приходится несколько раз с дорожки на дорожку скакать, с КШМки сказали, что «Барин» с нами минут через 20 свяжется.
«Барин» — это был позывной комбата, того самого подполковника, который заставил летать штабного кадровика.
— М-да, будет нам за то, что с пехотой не отошли, — почесал каску Булыга, — хотя с другой стороны если б отходили, то потерь было бы больше.
Потери в ДШР были минимальные и заключались в отбитой заднице одного нерасторопного матроса, позволившего себе мечтательно раскрыть рот, глядя на асфальтные фонтанчики от пуль. Волшебный пендаль командира взвода привел матроса в состояние «летящего альбатроса», а духовский пулеметчик получил в лобешник гранату от взводника. Лейтенант потом успел подобрать гранату, оказывается, он забыл выдернуть кольцо, вырвал из рук мертвого духа пулемет и заодно стащил с трупа великолепную разгрузку. Теперь его постоянно донимали нескромными вопросами: «Сань, если тебя убьют, я заберу разгрузку? А? Нет? А если меня убьют, ты тогда мой белый шарфик возьмешь!»
Прибыло два взводника — лейтенант и старший сержант, исполнявший обязанности. Булыга объявил себя начальником крепости и вкратце обрисовал положение. Взводники пожали плечами, и пошли распределять сектора обороны. Булыговский адъютант, матрос Кошкин, шнырявший по всему домику, натащил в квартирку всяческой мебели: стол, стулья, и выкорчеванными бетонными блоками заложил окно, превратив его в подобие амбразуры. При более тщательном осмотре дома обнаружились пустые бумажные мешки, которые тут же стали забиваться всякой дрянью и приспосабливаться к обороне. С боеприпасами было пока нормально, а вот с питанием был полный кирдык. В «сухарниках» у некоторых матросов было кое-что, но общей плачевной картины это не меняло. На связь вышел «Барин», вкратце обрисовал ситуацию, доложил, что пропал старшина роты с двумя матросами, что пехота скоро снова перейдет в наступление, и предложил «Малышу» (позывной замполита) не рыпаться. Булыга поворчал и отключился. Связист договорился с КШМкой об очередном двухстороннем сеансе, батареи следовало беречь. Булыгу абсолютно не удивляло то, что в отличие от остальных подразделений в его роте связь всегда была, ведь он сам тренировал своих связюков, гоняя их еще в ППД в полной снаряге и с двумя комплектами радиосредств, навьюченными и спереди и сзади. Капитан был абсолютно непроффесиональным военным: когда-то закончил институт физкультуры, был призван в ряды морской пехоты, и возжелал остаться. Булыга искренне считал, что связь зависит только от умения связиста и его подготовки, и особо не вникая в основы радиодела, гонял матросов, а для связных наук он нанял специалиста-связиста из роты связи полка. Связист, ужасно боявшийся звероподобного капитана, научил матросов — любо-дорого посмотреть и послушать.
Ночью наблюдатели с третьего этажа доложили о стрельбе в квартале от домика. Стрельба то утихала до продолжалась, постепенно приближаясь к трехэтажке.
Послышались, какие-то гортанные крики, а потом отчетливое: «Да идите вы на х-х-х!..» Причем с интонациями, до дрожи в пятках знакомыми матросам роты. Так неподражаемо матерился «Дед», старший прапорщик — старшина. В сторону боя немедленно выдвинулась дежурная подгруппа во главе с лейтенантом, командиром первого взвода. Несколько очередей, и все заглохло. Через несколько минут появились довольные матросы и старшина, грозно покрикивавший на двух матросов с ВМО, тащивших термоса и рюкзаки, забитые до отказа.
— Де-е-ед! — заорал Булыга, — какого хера приперся, там комбат уже матерится! А если б тебя грохнуло?
Дед зыркнул на Булыгу и пробурчал под нос: «Ща, грохнуло, я уже в Ягипте с ябиптянками развлекалсси, кады ты ышшо пешком под стол ходил».
Вскоре матросы были накормлены вплоть до дежурных смен и дежурных огневых средств. В импровизированном штабе накрыли стол, «Дед» достал фляжку со спиртом. Разлили, не разбавляя, выпили, отужинали. Старшина обратно идти не собирался, однако замполит приказал матросу Кошкину наблюдать за перемещениями прапорщика и докладывать в случае чего. Ночь прошла спокойно. С утра по туману, опустившемуся на руины города выделили разведгруппу, которую возглавил сам замполит. Потихоньку передвигаясь вдоль домов, вышли к двум пятиэтажкам белого кирпича. Более зоркие матросы в предрассветном тумане высмотрели парочку духовских наблюдателей и оборудованные под бойницы окна, крадучись разведали подходы-отходы и потихоньку стали отходить назад, тем более что в районе трехэтажки снова послышались выстрелы.
А всему виной был старый безобразник старшина — взяв с собой двух матросов, принесших вчера термоса, он в тайне от взводника, оставшегося за старшего, покинул «крепость» и выдвинулся «домой». Прячась и перебегая от подъезда к подъезду прапорщик и его матросы обнаружили брошенный БРДМ. «Дед», недолго думая, осмотрел находку, убедился в исправности, наличии всех пулеметов и боеприпасов. Кто бросил здесь вполне исправную боевую машину, прапорщик разбираться не стал, а просто прыгнул за штурвал, посадил одного поваренка за пулеметы, другого на броню и, промучившись минут десять, не смог запустить движок. Минут через пятнадцать старому прапорщику стала ясна причина поломки — засорился топливный фильтр. «Дед» поматерился на ГСМщиков, разбавлявших итак некачественный военный «семьдесят шестой», выкинул топливный фильтр, соединил шланги напрямую. БРДМ завелся. Прапорщик поплутал по дворам, выехал на какой-то проспект и нос к носу столкнулся с группой боевиков, следующих куда-то по своим боевиковским делам на УАЗике. Бородачи пооткрывали рты, резко тормознули. Из УАЗика вынырнул здоровенный боевик с «Мухой» в руках и с криком «Аллах Акбар» выстрелил. Результат поразил всех — и боевиков и морских пехотинцев. Граната попала точнехонько в УАЗик и опрокинула его, стрелявшего боевика подкинуло и шмякнуло об асфальт.
— Матерьяльную часть уччыть надо, — пробурчал прапорщик, переезжая остатки боевика, — там для дураков стрэлочка есть, куды стрелять!
Пару очередей с КПВТ прошлись по горящему внедорожнику. Тут как чертики из табакерки повыскакивали дудаевцы и злобно матерясь, попытались уничтожить боевую машину и морпехов. «Дед» заложил вираж и БРДМ снова скрылся в том же направлении, откуда приехал. Боевики попытались преследовать, но тут уже возле самой трехэтажки нарвались на несколько пулеметных очередей с крыши. Подоспевшая вовремя группа Булыги оказалась на фланге преследователей и хорошенько отработала из всех стволов.
В результате выходки прапорщика моряки-пехотинцы заимели в своем распоряжении БРДМ, а боевикам стало известно расположение «крепости». «Бардак» подогнали к одному из полуразрушенных подъездов и прапорщик задним ходом почти полностью въехал в дом. Выступающие части замаскировали кирпичами и блоками, ствол КПВТ замаскировали плащ-палаткой.
Через час боевики предприняли попытку атаковать. После часового ожесточенного боя духи отошли, убитых им не удалось оттащить из-за редкостной стервозности матросов-снайперов, использовавших очень знакомую им тактику «домино» — выстрел в ногу и дальше по добровольным помощникам. Ближе к вечеру выделенная рейдовая группа осторожно кошками сдернула трупы боевиков, а еще живых незатейливо придушила, опасаясь криков. Обобрав боевичков до нитки, рейдовики заминировали останки и прихватили одного живого — так, на всякий.
Боевик, приведенный на допрос к замполиту, попытался гордо пропагандировать что-то про зеленое знамя ислама, но когда оценил размеры вставшего из-за стола капитана, открыл рот, пустил слюни и часто-часто заморгал.
— Слышь, зверюшка, — пробасил капитан, — сало будешь? — и протянул бутерброд, заботливо поданный любопытным матросом Кошкиным.
— Э-э, о-о-о, да я вам нэ-э Ванья, я-я... — заблеял бородач.
— Ну, мож спиртику? — спросил Булыга и поднес к носу боевика солдатскую кружку, при этом чуть её сплющил пальцами.
Боевик сглотнул и утвердительно закивал башкой. Через сорок минут душара был абсолютно невменяем, заботливый замполит накормил его и салом и сухарями, лично заливал спирт в глотку. Боевичок что-то хрюкал, проклинал Дудаева, при чем на нормальном русском языке без горского акцента, рассказал все и вся: где и сколько боевиков, кто у них амир в джамаате, чем вооружены, какие задачи, и, наконец, сознался, что служил в Шалинской танковой учебке прапорщиком. После этого проблевался и уснул в своей же блевотине. Матрос Кошкин обозвал боевика сукой привязал его к штырю в стене и закидал его блевантин щебенкой и прочим строительным мусором. Потом, когда Булыга вышел на обход позиций, пару раз пнул храпящего боевика — когда еще придется пнуть прапорщика, хотя бы бывшего? — а на духов он и так насмотрелся. Потом Кошкин задумался и понял, что своего прапорщика даже в умат пьяного и спящего он никогда не пнет, потому что он после этого попадет в ад, где главный сатана будет комбат подполковник Перегудов, а его подручными — батальонный замполит майор Четкин и ротный замполит Булыга. Матрос в ужасе вздрогнул за крамольные мысли и для успокоения совести пнул боевика как просто боевика.
Ночью было еще несколько попыток штурма, но абсолютно неудачных со стороны боевиков. В «крепости» появились раненые. Осколком ВОГа срезало мочку уха одному из матросов, и несколько легких осколочных у других, матрос-санинструктор, даже не вкалывая промедол, обработал раны. Морской пехотинец, у которого мочка уха полуотрезанная болталась непонятно на чем, тихонько поморщился и отрезал себе мочку ножом, остановил кровотечение куском бинта и скотчем. Потом тихонько смылся к своей бойнице — он жутко боялся врачей.
Связи с комбатом не было уже довольно долго, батальонная КШМка ушла с частоты, однако связист, опасаясь нагоняя замполита, принял все меры, какие мог — ночью забрался на крышу, раскинул антенны и принялся прокачивать связь. Каким-то чудом (а устойчивая связь в наших войсках всегда чудо) перескакивая с «дорожки» на «дорожку» вышел на комбатовского связиста, который всегда таскался за командиром батальона с 159-ой за спиной, кучей других станций на груди и аккумуляторов в РД. Комбатовский связюган стал быстро записывать в блокнотик сообщение и расшифровывать его с помощью «сказки» (специальной таблицы). Сам подполковник Перегудов находился на ЦБУ на доведении боевого приказа Командующего. Как раз при передаче и записи сообщений начался ночной бой. Вокруг связиста на крыше стали свистеть осколки и чвакать пули. Матрос накрылся броником, заслонил своим мощным телом свою любимую станцию и открыв рот дожидался ответа на переданное сообщение. Связист комбата переписал расшифрованную информацию на листок и заметался вокруг штабных кунгов. Комендачи, охранявшие ЦБУ группировки, попытались арестовать матроса, но, однако, тщетно. Связист метался и судорожно пытался найти выход из создавшейся ситуации.
