Читаем Пепельнокрылые бабочки (СИ) онлайн бесплатно

========== Арка первая - Потерянный бог. Дело № 01. Серые обыватели и прочие смертные. ==========

В комнате раздались медленные шаги. Вспыхнул свет, осветив сидящую девушку за тяжелым металлическим столом. Она наклонилась чуть вперед, и темные, слегка завивающиеся локоны закрыли ее лицо.

- Мисс Ливингстон… - напротив девушки сел мужчина средних лет.

- Ну, раз вы держите меня тут в наручниках, то можете смело звать просто Алисой, - отозвалась она, одаривая мужчину тяжелым взглядом свинцово-серых глаз.

- Хорошо, Алиса.

- Нет, мне не нравится, как вы это произносите. Уж лучше будет мисс Ливингст…

- Можно я сам решу, как мне вас называть?

- Конечно-конечно, господин федеральный агент! – девушка улыбнулась, проводя языком по мелкой ссадине в уголке губы.

- Простите, наши люди были излишне… грубы.

- Ну что вы, все чудесно. Мне и не так доставалось.

- Расскажите о себе, мисс Ливингстон.

- Вы ведь и так обо мне знаете больше, чем я сама. И не надо так на меня смотреть, будто я в чем-то провинилась. Кхм, ладно, может, всего лишь самую малость, – она выдохнула, выравнивая спину. - Мое имя Алиса Ливингстон. Мне двадцать четыре года, родилась и проживаю в Лондоне, я офицер полиции… А еще я с недавних времен нянька одного инфантильного, не в меру эгоистичного и слишком ядовитого бога плутовства.

- Нянька?

- Вам что, неизвестно слово «нянька», господин федеральный агент? Ну, няня? Нянечка? О, боже мой, неужели вам не…

- Я прекрасно знаю значение слова «няня». Я удивлен тем, что вы так себя назвали. Почему же?

- Да потому, что именно ей я и ощущала себя все это время.

- Подробней, прошу.

- Эх, я ведь имею право хранить молчание!

- Не в этот раз, мисс Ливингстон. Пожалуйста, расскажите нам все, что нам нужно, и…

- Вы меня отпустите?

- Нет.

- Тогда не расскажу.

- Мы заставим вас рассказать. Поверьте, мы очень опытны в таких делах.

- А который час?

- Что?.. Без пятнадцати семь после полудня. Боюсь, если у вас были какие-то планы, с ними придется повременить.

- Да-а-а, планы были… Что вы хотели узнать, господин федеральный агент?

- Моя фамилия Коулсон, если вам будет удобнее ко мне так обращаться. Расскажите для начала, как и при каких обстоятельствах вы познакомились с…

- Богом?..

- Именно.

- О. Это, конечно, не самая занимательная повесть, какую вы могли бы услышать в вашей жизни, но я попробую рассказать как можно интересней.

***

- Ливингстон, шевелись!

Вот так вот вечно. «Ливингстон, живее!», «Ливингстон, где мой рапорт?», «Алиса, пойдем в кафе?!». Вы даже не представляете, сколько сил я ежедневно трачу на этих морально неустойчивых личностей, именующихся моим начальством. Я откинулась на спинку стула, который в ответ жалобно проскрипел. Конечно, на свое личное офисное кресло на колесиках я еще не заработала, а нормальный стул и приемлемое рабочее место еще не выслужила. Судорожно выдохнув и пытаясь привести свое душевное состояние в норму, я встала.

- Где-то на столе как раз оставалось то последнее дело, - вслух произнесла я, рыская в поисках злосчастной папки, - ага!

И черт меня пнул дернуть эту папку так резко? Я уставилась на осколки кружки. Она явно принадлежала Роберту. Ибо какой еще кретин будет пить кофе из посуды, подаренной на сорокалетие подчиненными? Только он – единственный на весь Лондон рабочий инспектор полицейского отдела Роберт Купер, известный так же как Робот. И именно его любимую и обожаемую кружку я умудрилась разбить. «Уж лучше б голову свою разбила, тугодумка! Ох, моя милая Бетси, моя милая Бетси», - пролетело в моей голове начало завтрашнего утра. Хотя у меня и выдался свободный день, Купер не поленится позвонить мне в шесть утра и вызвать в отдел, предварительно долго и красочно описывая мои умственные способности. Или же, как он любит повторять, полное их отсутствие. Присев, я стала собирать кусочки, щурясь от света, который отбрасывала изредка гудящая лампа. Да, видимо, мое рабочее место, если так можно назвать скрипучий стул и потертый стол, как всегда заваленный кипами бумаг, было проклято еще до моего рождения. Я вздрогнула, когда лампа над головой особенно громко задребезжала и потухла совсем. Блеск! Сидеть в полной темноте? Конечно, ведь я так это люблю и совершенно не боюсь, что за моей спиной может оказаться какой-нибудь монстр, готовый слопать меня при первом же удобном случае. Ну, это я просто утрирую. Сзади раздались какие-то шорохи, и я отчетливо почувствовала, как похолодели у меня пальцы.

- Кто здесь? – я даже на мгновенье подумала, что у меня голос пропал – так тихо пролепетала. Шорохи прекратились на минуту, чтобы вновь раздаться с удвоенной громкостью. И они приближались ко мне. Я выронила из рук осколки, вскочила на ноги и бросилась к двери. Заперто! Теперь похолодели не только пальцы, но и все тело. Я забилась в мелкой дрожи. «Боишься каждой тени, а еще и в полицию подалась, ха!» - вновь прозвучал в моей голове голос босса. А ведь он прав! Я офицер полиции! А дверь закрывается автоматически при выключении энергоснабжения. Расправив плечи и сжав кулаки, я стала вглядываться в темноту. Взгляд, привыкший к мраку, скользил по очертанию столов, переходя на шкаф и останавливаясь на окне, распахнутом настежь.

- Здесь кто-нибудь есть? – неуверенно протянула я, делая шаг к окну. Больше не было никакого шума, но тишина, нарушаемая только моими робкими шагами и шелестом раздуваемых ветром бумаг, нагнетала. Достигнув окна и вцепившись изо всех сил в подоконник, я выглянула на улицу, но тут же отпрянув, вытерла с лица мелкие капельки. Накрапывал дождь, можно было расслышать, как вдалеке бушует гроза и ревет своим басом гром. Я поежилась. Хоть сейчас и был конец ноября, погода в Лондоне стояла как в самый разгар зимы. Но провести с собой беседу на увлекательную тему о погоде мне не дал очередной шорох, даже скорее скрип. И скрипеть так может только… мой стул. Поджав губы, я медленно повернула голову, но тут же облегченно выдохнула – стул остался там же, где и стоял. Вероятно, он скрипнул от сырости, что вместе с ветром пробралась в комнату. Да, так и было. Мысленно щелкнув себя по носу за излишнюю трусость, я бодро зашагала в другую сторону в поисках ключей от чертовой двери. И были они в кабинете Купера, насколько не изменяет мне память. Нащупав ручку и повернув ее влево, я толкнула дверь и проскользнула в кабинет босса, цепляясь ногами за длинный ворс ковролина. Почуяв знакомый запах любимых сигар начальника, я ловко обошла кресло и заелозила по столу руками.

- Нашла! – как-то слишком громко и радостно вскрикнула я, тут же зажав рот ладонями. Глупо вышло, должно быть. Я кинулась к входной двери, желая как можно скорее выбраться из этого ужасного здания полицейского участка. Попав в замок со второго раза, я повернула ключи, боковым зрением цепляясь за какое-то движение в углу. Ох уж это боковое зрение, сколько людей оно погубило! Сердце сжалось и застучало чаще, пока я нервно теребила замочную скважину.

- Ну же, ну же! – не выдержав, я начала колотить в дверь ногой, все еще крутя ключи. Наконец дверь поддалась, и я, счастливая и перепуганная, выскочила на улицу. Дыхание мое было рваным, будто я пробежала несколько десятков километров, как некогда бегала в военной академии. Подняв глаза, я наткнулась взглядом на окно, которое было вновь закрыто. И даже зашторено. Что за чертовщина вообще творится в этом участке? Говорила же миссис Смит, моя домовладелица, что нехорошее это место, прогнившее, как и весь город. Подняв мокрую от дождя, уже идущего в полную мощь, челку, я потопала в сторону своей квартиры, сделав вид, что совершенно не заметила тень в окне.

========== Дело № 02. Гость на Флит-стрит. ==========

Когда я добежала до дома, успев при этом не только промокнуть, но и продрогнуть, дождь превратился в нечто похожее на шторм. Ветер завывал в дымоходе, поэтому я довольно долго думала, что бы такое сделать с этой мерзкой трубой над не менее мерзким камином. Который за последние десять лет и не разжигался вовсе. Кинув свое бордовое пальто на стул, что стоял рядом с обогревателем, я пошла в душ с надеждой, что хоть он меня согреет. Накупавшись вдоволь, я, запахнувшись в халат, вернулась в комнату. Но сделав два шага, остановилась как вкопанная – в моем кресле, протянув ноги к горящему камину, кто-то сидел ко мне спиной. Сердце вновь зашлось бешеным ритмом, пока я пятилась назад в поисках сейфа с пистолетом. Не знаю, чего я испугалась больше – огня или незнакомца. Хотя склоняюсь больше к первому варианту…

- Женщина… - спокойно раздалось из недр кресла. Я сглотнула, резко развернувшись, и галопом понеслась к сейфу. Набрав заветные циферки, я схватила свою Беретту, направляя оружие на кресло, которое было уже пустым.

- Неужели показалось?.. – я выдохнула, но тут же потеряла равновесие – кто-то мастерски ударил меня сзади по ногам. Рухнув на пол и выставив пистолет, я замерла – надо мной стоял парень, немногим старше меня, но такой потрепанный, будто свалился черт знает с какого этажа небоскреба, и это решительно прибавляло ему годков. Его глаза горели такой ненавистью и презрением, словно я убила всю его семью. Мои руки задрожали, и я выпустила пистолет, который, будто по воле какой-то неведомой силы, сразу же оказался в руках незнакомца. Я нехотя подняла руки.

- Кто вы и что вам нужно от меня? – удивительно, но я спросила это спокойно, даже дрожь унялась. Незнакомец качнул головой, делая шаг назад и бросая мой пистолет в окно. – Эй, какого черта?!

- Женщина… - вновь заговорил он тихим, змеиным голосом, - принеси бинт и анестетик.

Что? Он что, указывает мне? Я попыталась подняться, но была тут же придавлена телом. Судя по всему, незнакомец был без сознания. Ведь когда я, спихивая его с себя, нечаянно ударила его головой об пол, не удержав тело, он даже не шелохнулся. Я села рядом, потирая ушибленный локоть. Оставить здесь и вызвать кого-нибудь из отдела? Но…

- О, я об этом пожалею, - пробурчала я, мысленно добавляя «и не один раз». Будь неладна моя извечная филантропия. Подхватив парня подмышки, я перетащила его на диван, подложив ему под голову одну из подушек. Наконец, не будучи в затруднительном положении и под дулом своего пистолета, я смогла рассмотреть незнакомца. Тонкие черты лица, бледная кожа и аккуратные губы выдавали в нем если не аристократа, то пижона такого, каких стоило еще поискать. Черные локоны, вьющиеся в большие кольца на концах, обрамляли лицо, делая его более утонченным. Что сказать – парень был хорош собой, такое лицо редко увидишь на улицах, но всю красоту убивал безумный взгляд, которым он одарил меня. Отвратительно – как одни глаза могут превращать красавца в истинное чудовище, зверя без разума. А может, я просто преувеличиваю? Парень-то странный, очень странный, не от мира сего, явно. И его одеяние более чем эксцентрично – черно-зеленый камзол с десятками ремешков, что-то отдаленно напоминающее доспехи поверх этого камзола и грязная зеленая тряпка, что сейчас валялась возле огня, видимо, была его плащом. Огня… Я отвернулась, глубоко задышав. Надо отвлечься, непременно надо отвлечься, сейчас же, или снова будет приступ паники.

- Так… бинт. И анестетик, – до меня дошло, о чем он просил. Конечно! Он ранен, и довольно-таки серьезно. Поднявшись и дойдя до ванной комнаты, я стала рыться в аптечке, что была скрыта за зеркалом и висела над раковиной. Для кого-то – не практично, а для меня это было верхом удобства. Взяв упаковку бинтов и тут же разрывая ее зубами, захватив пару склянок с антисептиком и пачку обезболивающего, я вернулась обратно, положив лекарства на стеклянный кофейный столик. Оставалось одно, и это было самым сложным – я должна была как-то избавить парня от его одежды. Стянув доспехи, я положила их на пол, стараясь не создавать много шума. Следом осторожно потянулась к ремешкам. Как и ожидалось, они не поддались – я несколько раз потеребила каждый из них, покрутила заумные застежки, снова подергала. Выдохнув, я уже было собиралась оставить ремешки на месте, но не бросать же дело на полпути? Поэтому я взяла ножницы и аккуратно обрезала половину. Сняв еще и камзол, оставив парня тем самым в простой зеленой рубахе, я развязала золотистые нити на груди, оголив его рельефный торс полностью.

- Откуда же ты упал, - прошептала я, смотря на чудовищные ушибы. Слева под ребрами уже наливалась устрашающая гематома, а правая сторона была и вовсе ободрана до самого мяса. Обработав раны и перевязав бинтами, вытерев грязь и капельки крови с лица незнакомца, тут же аккуратней проводя анестетиком по небольшой ссадине на прямом носу и залепляя ее пластырем, я принесла из спальни одеяло и накрыла своего ночного гостя, аккуратно подоткнув одеяло на краях. Залив с закрытыми глазами огонь, я убрала мешавший мусор, после чего облокотилась на спинку дивана, отвернувшись от камина и нахмурившись. Что-то мне подсказывало, что эта ночь будет для меня последней из спокойных, и поэтому непременно стоит выспаться. Зевнув еще шире, при этом издав звук, напоминавший рев кита, я устроилась удобнее, насколько это вообще было возможно, закрывая глаза и проваливаясь в сон.

***

Утро встретило меня первыми лучами осеннего солнца и ужасной болью в мышцах. Потянувшись и хрустнув суставами на пальцах, я покосилась в сторону дивана. Незнакомец лежал в той же позе, разве что одеяло немного сползло на пол. Поднявшись и поправив одеяло, я собрала одежду парня. Камзол я по пути в ванную выбросила в мусорное ведро, доспехи оставила на комоде, а рубашку бросила в стиральную машину, завороженно наблюдая, как некогда кристально чистая вода окрашивается в цвет моего плаща. Взглянув в зеркало и протяжно застонав, я собрала растрепанные волосы в хвост. О, так я все еще в халате. Не удивительно, что я пальцев на ногах от холода не чувствую. Повозившись с корзиной для белья и выудив оттуда более-менее чистые вещи, я направилась на кухню.

- Что ж, не густо, - умозаключила я, разглядывая полки в холодильнике. Достав пару яиц и оставшийся бекон, я закрыла холодильник ногой, нависая над плитой.

- Женщина, - я вздрогнула, больно ударившись затылком о вытяжку. Мой ночной гость стоял в дверном проеме, прильнув плечом к косяку. - Где моя одежда?

Мой взгляд оторвался от созерцания пластыря на его носу и медленно опустился ниже. Острые ключицы, белесые, почти невидимые старые шрамы на груди, мерзкие гематомы на проглядывающихся ребрах, редкая полоска волос, идущая от пупка и ниже. Я сглотнула.

- Рубашка в стирке, а камзол…

- А камзол? – повторил за мной парень, изогнув тонкую бровь.