Читаем Пародист онлайн бесплатно

ЖЕНА, 43 года

МУЖ, 45 лет

БУБЕНЦОВ, 45 лет

МАССАЖИСТКА, 25 лет

СПОРТСМЕН, 27 лет

ИНСПЕКТОР ДПС, без возраста

На стремянках друг против друга стоят две фигуры в длинных плащах – черном и белом. На спинах стоящих заметны крылья. Нет ни малейших признаков того, что один – ИНСПЕКТОР ДПС, а второй – СПОРТСМЕН. ИНСПЕКТОР развивает свиток.

ИНСПЕКТОР. Вы же видите, что здесь написано: «Каждый…» Читаю в переводе, потому что по-латыни это звучит иначе… «Каждый – кузнец своего счастья».

СПОРТСМЕН. Какое-то время, может, и кузнец. А потом его, это самое, кто-то по голове – тюк…

ИНСПЕКТОР. Кто?

СПОРТСМЕН. Да хоть кто… Какой-нибудь другой кузнец.

ИНСПЕКТОР. Как это – тюк? Как это, спрашивается, – тюк?

СПОРТСМЕН. Ну, молотом, например, – если кузнец. А черепушка – шпок! – и на равные доли… Вот, собственно, и все.

ИНСПЕКТОР. Всякий кузнец своего счастья хотя бы потому, что даже молот опускается на его голову неслучайно. Значит, он предпринял для этого какие-то усилия.

СПОРТСМЕН. Ну, знаете ли, я молчу.

ИНСПЕКТОР. Мое предложение: давайте молчать оба.

СПОРТСМЕН. Человек гибнет под ударом молота – или, там, другого тяжелого предмета – а вы куражитесь. Обвиняете его в собственной гибели.

ИНСПЕКТОР. Я, заметьте, продолжаю молчать.

СПОРТСМЕН. А я подумаю и еще что-нибудь скажу. Попозже.

Обе фигуры спускаются вниз и снимают плащи. Под белым плащом оказывается форма инспектора ДПС, включая регулировочный жезл, под черным – спортивный костюм, бейсболка и бейсбольная бита. В свободной руке у СПОРТСМЕНА листок с адресом. Слышен шум автобана.

СПОРТСМЕН. Я вижу, вы инспектор ДПС и думаете, что все знаете.

ИНСПЕКТОР. Кое-какой информацией мы действительно располагаем.

СПОРТСМЕН. Тогда вопрос: а где у вас Курортная улица, дом 17?

ИНСПЕКТОР (подумав, показывает жезлом в пространство). Там. (Показывает в противоположную сторону.) Или – там. В принципе, здесь все улицы курортные, потому что вся наша местность такая. И район называется – Курортный. Наш народ уж как даст название – так в самую точку. Уж в самое, понимаешь, яблочко… А вы, что ли, спортсмен?

СПОРТСМЕН. Как это вы догадались?

ИНСПЕКТОР. В бейсболке ходите.

СПОРТСМЕН. Сейчас все в бейсболках ходят.

ИНСПЕКТОР. И с этой самой – с бейсбольной битой. Тоже скажете – все с битами ходят?

СПОРТСМЕН. А вы оглянитесь: каждый второй – с битой. Нет, реально. Просто вещь удобная, вот все ее и носят. Ну ладно, мне пора. Потому что просили, как говорится, подъехать. (Медлит.) А вы здесь останетесь?

ИНСПЕКТОР. Если хотите знать, у меня нет выбора.

СПОРТСМЕН. Выбор, инспектор, есть всегда. Только не все его, блин, делают. Ну, счастливого дежурства.

ИНСПЕКТОР кивает, СПОРТСМЕН уходит. ИНСПЕКТОР машет жезлом, пытаясь остановить несущуюся машину. Слышен скрип тормозов, сменяющийся ревом мотора.

ИНСПЕКТОР. Ничего себе превышение скорости! Ничего себе пересечение двойной сплошной! Давно же я не видел такого неприкрытого и циничного пересечения двойной сплошной. В состоянии, чувствуется, алкогольного опьянения. (Приставляет к губам рацию. Время от времени из рации раздается шипение с командными интонациями.) «Фонтанка», «Фонтанка», я – «Мойка». Начинаю преследование нарушителя… «Мерседес» цвета мокрого асфальта. Салон отделан кипарисом, сиденья с электромассажером. Акустическая система, минибар, подсветка потолка и пола… Номер машины? А вот номера не разглядел… «Фонтанка», послушайте… Ну почему сразу – козел?.. Да не упущу я его, кто ж такого упустит… (Спокойнее.) Обещаю вам, «Фонтанка», что это нарушение ему дорого обойдется… Конец связи.

Уходит. За сценой слышен звук заводимого мотоцикла.

Гостиная дома под Петербургом. В камине тлеют поленья. Над камином висит охотничье ружье. По обе стороны камина – кресла. У одного из кресел стоит ЖЕНА. Раздается звонок в дверь. МУЖ впускает БУБЕНЦОВА и МАССАЖИСТКУ. БУБЕНЦОВ бородат. Говорит с трудом, заикаясь. Лицо МАССАЖИСТКИ закрыто вуалью. БУБЕНЦОВ оглядывается по сторонам.

БУБЕНЦОВ. У вас к-красивый дом.

МУЖ. Да ничего, в общем. И место хорошее – с видом на залив.

БУБЕНЦОВ. Дом – большой. Я думаю, п-приятно жить в большом доме. Его доме.

МУЖ. В доме, который построил он. Нет, ничего не скажешь: все продумано, все на месте. Мне нравится.

ЖЕНА (указывает БУБЕНЦОВУ и МАССАЖИСТКЕ на кресла). Прошу. (БУБЕНЦОВУ.) Вы не говорили, что приедете с дамой.

БУБЕНЦОВ (продолжает стоять). Так п-получилось.

МУЖ (МАССАЖИСТКЕ). У вас очень загадочный вид.

МАССАЖИСТКА. Не преувеличивайте. Хотя не скрою: очень люблю комплименты.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Вы хотели что-то рассказать нам о моем покойном муже.

БУБЕНЦОВ (продолжает стоять). Да, о п-покойном. Хотел…

МАССАЖИСТКА. Какой же это был замечательный артист!

ЖЕНА. Великий. Ведь теперь, после его смерти, уже можно так говорить?

МАССАЖИСТКА. Так можно было говорить и при его жизни.

ЖЕНА. Увы. При жизни человека мы скупимся на слова. А умрет – начинаем жалеть, что не сказали ему того, другого… Самое ужасное, что изменить ведь ничего нельзя.

МАССАЖИСТКА. Непревзойденный мастер пародии. Для нашей культуры потеря невосполнимая.

ЖЕНА. Мне трудно думать о культуре, это понятие отвлеченное. Для меня он был жизнью.

БУБЕНЦОВ. Пародия – особое искусство, по сути – з-загадочное, на все остальное непохожее…

МУЖ. Хорошо сказано. Очень точно. Значит, это – именно то, ради чего вы сюда приехали?

БУБЕНЦОВ. Не совсем. (Берет с каминной полки подсвечник и задумчиво его рассматривает.) Странно, что встретиться с вами оказалось так с-сложно. Вас пришлось уговаривать…

ЖЕНА (берет подсвечник у него из рук и ставит на место.) Простите, но этот подсвечник любил держать в руках он. Мне бы не хотелось, чтобы теперь это делал кто-то другой. Когда он учил роль, то ходил почему-то с подсвечником.

БУБЕНЦОВ. Какая удивительная п-привычка.

ЖЕНА (указывает на кружку на камине). А время от времени пил чай из этой кружки. Если чай остывал, он выливал его прямо в камин и требовал новый. Чай пил только горячим.

МАССАЖИСТКА. Феноменально.

БУБЕНЦОВ. А р-ружье? Я не слышал, чтобы он охотился.

ЖЕНА. Нет, ружье мы уже позже повесили. По-моему, красиво.

МАССАЖИСТКА. В какой-то пьесе неплохо о ружье сказано. Как-то так сказано, что вот ружье… Никто не помнит, что за пьеса? (МУЖУ.) Вы не помните?

МУЖ. Конечно, помню. «Человек с ружьем».

БУБЕНЦОВ. А остальные в-вещи – его?

ЖЕНА. Остальные – его. Когда я смотрю на них, мне кажется, что он еще жив. То есть не то чтобы жив, но…

МАССАЖИСТКА. …но как бы и не совсем еще мертв.

МУЖ. Говорят, на вещах покойных остаются их биополя.

БУБЕНЦОВ. Остаются даже отпечатки п-пальцев. Это я вам как специалист говорю.

ЖЕНА. В этих креслах он сидел. (БУБЕНЦОВ и МАССАЖИСТКА садятся в кресла.) По этому телефону – говорил.

МУЖ (поднимает трубку). Сплошной гудок. Как гул небытия. (Глядя вверх, как бы разговаривая с покойным.) Здравствуйте, а я, знаете ли, живу теперь в вашем доме. Да, очень уютно… Только что вас вот вспоминали, восхищались, если можно так выразиться, вашим талантом. Что? На земле – вьюга… (всем – шепотом.) Говорит – так и думал… (В трубку.) Ну, естественно, вы же и по ту сторону облаков видите, что они – снежные. Сумасшедшая вьюга – как в день вашей смерти…

ЖЕНА (отнимает у него трубку и кладет на рычаг). Прекрати!

МАССАЖИСТКА. А мой бывший муж любил разговаривать по телефону, лежа в ванне. Разговаривал – не поверите – часами! Когда вода остывала, добавлял горячей – включал ее на полную катушку. Ему на том конце провода сообщают: «Вас не слышно. Вас не слышно». А он: «Сейчас, – говорит, – вылью воду из трубки…». Сам смеется… Впоследствии сел за нанесение тяжких телесных повреждений. Представляете – нанес телесные повреждения женщине! А еще спортсмен.

На авансцене появляется СПОРТСМЕН. В руках у него листок с адресом. Он смотрит то на него, то на зрительный зал, где стоят воображаемые дома.

СПОРТСМЕН. Номера домов, конечно, не указаны. Элитный поселок называется. Курортная, 17 – это, спрашивается, где? Западло им номера домов повесить. Нет, реально: узнавайте их дома без номеров! На вид, блин. Элита грёбаная.

СПОРТСМЕН исчезает.

БУБЕНЦОВ. А знаете, когда я на прошлой неделе звонил вам по т-телефону, у меня создалось впечатление, что все это в-вас не очень интересует.

ЖЕНА. Что это – все?

БУБЕНЦОВ. Ну, то, что с ним произошло. Обстоятельства его смерти, п-понимаете? Это не интересует.

МУЖ. Вот как. Вот ведь как! (ЖЕНЕ.) На твоем месте я бы тут же начал оправдываться.

ЖЕНА. И не подумаю.

БУБЕНЦОВ. Правильно. Никогда не оправдывайтесь. Если, например, человек вас не любит, он все равно вам никогда не п-поверит.

МУЖ. А если любит?

БУБЕНЦОВ. Т-тогда он и сам найдет для вас оправдание. (МУЖУ.) Насколько мне известно, вы – одноклассник и друг покойного. Б-бывший, естественно. (ЖЕНЕ.) И ваш нынешний муж.

МУЖ (показывает на БУБЕНЦОВА). Смотрит – осуждающе.

МАССАЖИСТКА. Это вам только кажется. Мой бывший муж смотрит на меня, бывало, осуждающе. Ну вот как солдат на вошь, смотрит. Я ему: «Ты чего, – говорю, – меня осуждаешь, что ли?» А он мне: «Нет, – говорит, – не осуждаю. Не беспокойся, – говорит. – Это у меня из-за аллергии взгляд такой. Осуждающий». У него, в общем, аллергия была…

МУЖ (кричит БУБЕНЦОВУ). А вы знаете, дорогой мой, что такое жизнь?! А вы знаете, что она берет свое в любых, даже самых трагических обстоятельствах?! Что жизнь…

ЖЕНА (МУЖУ). Успокойся. Ему и в голову не приходило в чем-то тебя упрекать. Разве он что-нибудь тебе сказал? (Показывает БУБЕНЦОВУ на МУЖА.) Смерть друга окончательно расшатала его нервы.

МУЖ. Расшатала, разумеется, хотя и не окончательно. Эту смерть я воспринял стойко. (БУБЕНЦОВУ.) Но вы… Вы. Никакого права осуждать не имеете.

МАССАЖИСТКА. И только потом я вдруг сообразила: а не на меня ли у него аллергия? Вот такая, извините меня, чудовищная догадка!

МУЖ. Нет, я знаю, что он думает. Вот мол, не успел друга похоронить, как тут же к его жене в постель, да? А друг, может, смотрит на нас оттуда (кивает наверх) и радуется, что его жена попала в хорошие руки. Так что оставьте, пожалуйста, все ваши упреки при себе.

БУБЕНЦОВ. Я вообще м-молчу.

МУЖ. А смотрите – осуждающе.

БУБЕНЦОВ. Да кто я, собственно, т-такой, чтобы вас осуждать?

ЖЕНА. Вот именно. Мы даже не знаем, кто вы такой.

БУБЕНЦОВ. Ну, об этом я вам, положим, говорил по телефону. Говорил, что я – Б-Бубенцов, частный детектив.

МУЖ. Ах, вы говорили.

БУБЕНЦОВ. Я.

МУЖ. Что детектив.

БУБЕНЦОВ. Т-точно.

МУЖ. Что Бубенцов.

БУБЕНЦОВ. Могу показать п-паспорт.

МУЖ. Нет, ну что вы. Уж если вы говорили, мы вам верим. (ЖЕНЕ.) Он говорил.

ЖЕНА. А пусть покажет свой паспорт. Мне интересно.

БУБЕНЦОВ (достав паспорт, протягивает его ЖЕНЕ). П-пожалуйста. (ЖЕНА смотрит попеременно то в паспорт, то на лицо БУБЕНЦОВА. Показывает МУЖУ.) Похож?

МУЖ. Похож. Только непонятно, на кого.

ЖЕНА. Фотография, прямо скажем, мутновата. И вы убеждены, что мы должны вам верить?

БУБЕНЦОВ (после паузы). Не убежден. Только не все ли вам равно, кто п-предоставит сведения о его смерти? Особенно в такой день.

ЖЕНА. Представьте себе, я прекрасно помню, какой сегодня день.

МАССАЖИСТКА. Все мы помним, какой сегодня день.

ЖЕНА. День смерти дорогого мне человека. Сегодня исполняется три года, как его с нами нет.

БУБЕНЦОВ (показывает на обоих). С вами.

МУЖ (кивает на БУБЕНЦОВА). Все-таки осуждает.

МАССАЖИСТКА. Когда осуждали моего бывшего мужа, прокурор сказал: знаете, уважаемый, членовредительство еще никого не красило. Никого. Теперь он уже вышел по условно-досрочному. Время бежит.

ЖЕНА. Помню каждую минуту этой ночи. Я думала, что сойду с ума. В три часа ночи приехала полиция…

МУЖ. Рыба моя, полиция приехала в полчетвертого! Я почему-то посмотрел тогда на часы. У меня очень хорошие часы – швейцарские. (Показывает БУБЕНЦОВУ.)

ЖЕНА. Хорошо, в полчетвертого… Они появились и начали все это рассказывать…

МУЖ. Собственно, это его часы, у него их было много. Я взял несколько после его смерти. Все равно, думаю, там они ему не нужны.

БУБЕНЦОВ. Вы говорите, что взяли их п-после его смерти?

МУЖ. Ну да. Зачем знать время там, где сплошная вечность?

БУБЕНЦОВ. Вы взяли часы после его смерти. Как же вы с-смотрели на них в ту ночь?

МУЖ. Убийственный вопрос. Получается – не смотрел! Я отказываюсь от своих показаний.

ЖЕНА. Эти идиоты из полиции хотели меня подготовить. Сначала они рассказали мне про машину в кювете. Как она перевернулась. Как горела. Они расхаживали здесь. Им нравилось быть в доме знаменитости.

МУЖ. Кофе выпили. Если это имеет значение для следствия – со сливками.