Читаем Папочка моего парня онлайн бесплатно

Папочка моего парня

**ПАПОЧКА МОЕГО ПАРНЯ**

**Глава 1. Химия**

Запах дорогого парфюма и выдержанного коньяка ударил в нос раньше, чем я успела переступить порог. Он был густым, обволакивающим, с нотками сандала, кожи и чего-то неуловимо властного. Этот запах не имел ничего общего с дешевым гелем для душа, которым пользовался Марк, мой парень. Марк пах мятой, спортом и юношеской беспечностью. Этот запах... он пах обещанием. Или угрозой.

— Алиса, не стой в дверях, проходи, — голос Марка прозвучал откуда-то из глубины огромной гостиной, больше похожей на музейный зал.

Я нервно одернула подол своего единственного приличного платья — темно-синего, в мелкий горошек, купленного на распродаже за три копейки. Оно было скромным, даже слишком, и сейчас я чувствовала себя в нем Золушкой, которую по ошибке занесло на бал без феи-крестной. Особенно на фоне этого пентхауса с панорамными окнами от пола до потолка, открывающими вид на вечерний город, рассыпанный внизу миллионами огней.

— Алиса, это мой отец, — Марк, наконец, появился в поле зрения, вытирая руки кухонным полотенцем. Он был, как всегда, расслаблен и немного небрежен: потертые джинсы, футболка с логотипом его любимой группы, растрепанные светлые волосы. — Пап, это Алиса.

Он указал полотенцем в сторону, и мой взгляд, наконец, переместился с вида из окна на главный объект этого дома.

Он стоял у барной стойки, отделяющей кухню от гостиной, и наливал в бокал янтарную жидкость из хрустального графина. Высокий. Даже на расстоянии было видно, что он возвышается над Марком почти на голову. Широкие плечи, обтянутые дорогой тканью угольно-серой рубашки, которую он, судя по всему, даже не потрудился заправить, но которая сидела на нем так, будто была сшита по индивидуальному заказу — что, вероятно, так и было. Властная линия подбородка, седые виски, резко контрастирующие с темными волосами, и холодные, пронзительные голубые глаза, которые смотрели на меня с таким выражением, будто я — документ, который ему предстоит тщательно изучить.

От этого взгляда по спине пробежал холодок, смешанный с чем-то жарким, поднимающимся откуда-то изнутри.

Виктор Адамович Громов. Отец Марка. Владелец строительной империи, чье имя я сто раз видела на билбордах и в новостных статьях. Человек, который, по словам Марка, начинал с нуля и построил все своими руками. Человек, чья фотография в деловом костюме на обложке Forbes не имела ничего общего с тем, кого я видела сейчас.

Сейчас передо мной стоял мужчина, от которого исходила волна грубой, почти осязаемой животной силы. Он был опасен. И он это знал.

— Здравствуйте, — мой голос прозвучал тише, чем хотелось бы.

Он не спеша отпил из бокала, продолжая сверлить меня взглядом. Его губы — четко очерченные, с легкой, едва заметной тенью улыбки — наконец, растянулись в вежливой усмешке.

— Здравствуй, Алиса. Марк много о тебе рассказывал. Хотя, должен признать, его описания были... неполными.

Я сглотнула. Что это? Комплимент? Констатация факта? Или предупреждение?

— Пап, ну ты и зануда, — фыркнул Марк, закатывая глаза. — Прямо на пороге начал оценивать. Алис, не обращай внимания, это у него профессиональная привычка. Он всех сканирует, как рентген.

— Сканирование — это не оценка, Марк, — спокойно ответил Виктор Адамович, не сводя с меня глаз. — Это сбор информации для принятия решения. Оценка бывает предвзятой.

— И какое же решение вы приняли? — слова вылетели сами собой, раньше, чем я успела подумать. Дерзость, смешанная со страхом, — мой фирменный коктейль, который я обычно выливаю на голову в неподходящий момент.

Бровь Виктора Адамовича приподнялась. На мгновение в его глазах промелькнуло что-то, похожее на удивление, а затем это сменилось выражением, от которого у меня сжался низ живота. Это был чистый, незамутненный интерес.

— Решение я приму, когда увижу больше, — сказал он тихо, но так, что каждое слово впечаталось в воздух между нами. — Пока что я вижу только картинку. А картинки, как известно, бывают обманчивы.

Повисла пауза. Тяжелая, наэлектризованная. Марк, кажется, почувствовал это, потому что поспешил разрядить обстановку.

— Ладно, хватит этих штучек разведки! — он подошел ко мне и по-хозяйски обнял за плечи. От его прикосновения, обычно такого привычного и уютного, сейчас не было тепла. Оно казалось неуместным, раздражающим. — Пойдем, покажу тебе дом. Это гнездышко мы, между прочим, сами проектировали с отцом. Вернее, он проектировал, а я вносил креативные предложения. Типа бассейна на крыше.

Марк потащил меня мимо отца. Проходя рядом, я почувствовала исходящее от Виктора Адамовича тепло. Или это мне показалось? Нос уловил тот самый аромат — коньяк, сандал, кожа. Он был слишком близко. Мои мышцы непроизвольно напряглись.

— Очень мило, — пробормотала я, пытаясь сосредоточиться на рассказе Марка о каком-то там подогреве полов или системе «умный дом».

Мы вышли в коридор. Я сделала глубокий вдох, когда услышала за спиной негромкий, но отчетливый звук: Виктор Адамович хмыкнул. Это был звук человека, который знает что-то, чего не знают другие.

Дом был огромен. Марк с энтузиазмом показывал мне гостевые спальни, кабинет, кинозал, его собственную комнату, заваленную плакатами и игровыми приставками. Но все это было как в тумане. Мои мысли раз за разом возвращались в гостиную, к мужчине с бокалом коньяка и взглядом, способным расплавить лед.

Ужин прошел в обстановке натянутого светского разговора. Говорили в основном Марк и я, а Виктор Адамович больше слушал, изредка вставляя острые, меткие замечания, которые выдавали в нем человека эрудированного и циничного. Он смотрел на меня поверх бокала, и под этим взглядом я чувствовала себя абсолютно голой.

— Итак, Алиса, чем планируешь заниматься после университета? — внезапно спросил он.

Вопрос застал врасплох.

— Я... я хочу открыть свою кофейню. Небольшую, концептуальную. С авторской выпечкой и книгами.

Марк фыркнул.

— Детская мечта. Кофейня — это же убыточно! Пап, скажи ей.

Виктор Адамович откинулся на спинку стула, не сводя с меня глаз.

— Мечты не бывают детскими. Убыточными бывают только люди, которые не умеют их монетизировать. Расскажи подробнее о концепции, Алиса.

И я рассказала. Сбивчиво, но потом, видя его неподдельное внимание, все увереннее. О крафтовых стаканчиках, о полках с обменом книг, о камине зимой и открытой веранде летом, о пирогах по бабушкиным рецептам. Марк скучающе ковырял десерт, а Виктор Адамович слушал. Он задавал вопросы — точные, деловые, которые ставили меня в тупик, но именно эти вопросы показывали, что он видит во мне не просто студентку, а потенциального предпринимателя.

— Тебе нужно будет составить бизнес-план, — сказал он, наконец. — И не тот, что ты делала для курсовой. А рабочий, с анализом рынка по району, с планом по франшизе и точкой безубыточности.

— Я... да, я думала об этом.

— Мало думать. Нужно делать. — Он поднялся из-за стола. — Марк, помой посуду, пожалуйста. Алиса, я хочу показать тебе библиотеку. Уверен, ты оценишь.

— В библиотеке сейчас идет ремонт, пап! — запротестовал Марк. — Там пыль и коробки.

— Пыль не помешает посмотреть на стеллажи, — отрезал Виктор Адамович и, не оборачиваясь, пошел вглубь дома.

Мое сердце сделало кульбит. Идти с ним в полупустую библиотеку наедине? Это звучало как вызов. Или как ловушка. И любопытство, как назло, перевешивало страх.

— Я скоро, — бросила я Марку, который уже недовольно собирал тарелки.

— Валяй, только не дай ему загрузить тебя лекцией по истории архитектуры. Он может на несколько часов.

Библиотека оказалась огромной комнатой с высокими потолками. Часть стеллажей пустовала, книги в картонных коробках были составлены у стен. В воздухе висела легкая кисея из пылинок, пронизанная светом одинокой лампы на стремянке.

Виктор Адамович стоял у окна, спиной ко мне. В полумраке он казался еще больше и опаснее.

— Подойди, — коротко произнес он, не оборачиваясь.

Я, как под гипнозом, шагнула вперед.

— Что вы хотели мне показать?

Он повернулся. Его лицо было скрыто тенью, но я чувствовала его взгляд.

— Себя, — ответил он. Просто и обескураживающе.

Я не нашлась, что ответить. В горле пересохло.

— Ты знаешь, зачем я тебя сюда позвал, Алиса? — он сделал шаг ко мне.

— Чтобы показать стеллажи? — пролепетала я, отступая.

Он усмехнулся.

— Нет. Я хотел убедиться, что тебя нельзя купить. Стены, интерьер, вид — это приманка. Обычно девушки Марка через час начинают выпрашивать то пылесос, то платье, то поездку на Мальдивы. Ты пока держишься.

— Обычно? — я зацепилась за это слово. — И сколько их было?

— Достаточно. Но ни одна не смотрела на меня так, как это делаешь ты.

Мое дыхание сбилось. Он подошел вплотную. Я уперлась спиной в стеллаж. Пыль защекотала ноздри, но я не могла пошевелиться. Он навис надо мной, его лицо, наконец, вышло из тени, и я увидела его глаза. В них был огонь.

— И как я на вас смотрю? — прошептала я. Сердце колотилось где-то в горле.

— Как кролик на удава. С ужасом. И с восхищением. — Он поднял руку и медленно, очень медленно заправил выбившуюся прядь моих волос за ухо. Его пальцы скользнули по моей щеке, шее, оставляя огненный след. — И мне это чертовски нравится.

Он резко убрал руку.

— Но не обольщайся, девочка. Я не трогаю игрушки своего сына.

Развернулся и пошел к выходу.

— Я не игрушка, — слова вырвались злыми, острыми, как лезвия.

Он остановился у двери, положив руку на косяк.

— Докажи.

И ушел, оставив меня в полумраке библиотеки, среди пыли и запаха его одеколона. Запаха, который я, к своему ужасу, не могла выбросить из головы. И взгляда, который обещал намного больше, чем просто разговор.

Весь оставшийся вечер я была рассеянной. Марк что-то говорил, шутил, пытался обнять. А я чувствовала на себе взгляд его отца через весь стол, через всю гостиную. Взгляд, который спрашивал: «Докажешь?».

И сама не зная, я уже приняла решение.

Это будет не просто знакомство. Это будет война. Или игра. Правила которой только начали проявляться. И от этого было страшно. До дрожи в коленях. И до боли. Сладкой, тянущей боли внизу живота, которая не проходила.

Когда мы уходили, Виктор Адамович сам открыл мне дверь. Марк уже выскочил в подъезд, ловя телефоном вай-фай.

Я на секунду задержалась на пороге, втягивая этот запах в последний раз.

— Спасибо за вечер, — произнесла я нейтральным тоном.

— Не за что. — Он смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах снова плясали дьяволята. — Надеюсь, следующая встреча не заставит себя ждать. Бизнес-план, Алиса. Не забывай.

— Не забуду.

— И вот что, — он наклонился так близко, что его губы почти коснулись моего уха. Его дыхание обожгло кожу. — Я исправлюсь в одном пункте в своих суждениях. Картинка оказалась не обманчивой. Она оказалась очень... вдохновляющей.

Он отстранился и мягко, но настойчиво закрыл дверь перед моим носом.

Я вышла из дома на ватных ногах. В ушах стучало, как после марафона. Рядом щебетал Марк, не замечая моего состояния.

— Ну что, как тебе предок? Впечатлил? Он у меня еще тот кремень.

— Да уж, — выдохнула я, глядя на светящиеся окна пентхауса на верхнем этаже. В одном из них я увидела его силуэт. Он стоял и смотрел вниз, на нас. — Очень впечатлил.

Это было только начало. Самое начало. Я это чувствовала каждой клеточкой своего тела. Этот человек не отпустит меня просто так. А я... я не смогу от него убежать. Даже если захочу.

**Глава 2. Правила игры**

Прошло три дня. Три мучительно долгих дня, в течение которых я проверяла телефон каждые пять минут, вздрагивала от каждого уведомления и ненавидела себя за это.

Виктор Адамович не звонил. Разумеется, он и не должен был. Откуда у него вообще мой номер? Только через Марка. А Марк, ничего не подозревая, продолжал жить своей беззаботной жизнью, таская меня на дешевые свидания в кино и забегаловки, целуя в щеку при встрече и не замечая, что мои мысли витают где-то совершенно в другом месте.

Точнее, вокруг совершенно другого человека.

Я пыталась убедить себя, что тот вечер был просто игрой воображения. Что я напридумывала себе то, чего не было. Что взгляды, которые бросал на меня отец Марка, были всего лишь проявлением вежливого интереса к девушке сына. Что фраза про «вдохновляющую картинку» — не более чем фигура речи.

Но тело помнило. Пальцы, коснувшиеся моей щеки. Дыхание возле уха. Запах, который я узнала бы из тысячи.

И это сводило с ума.

На четвертый день я сдалась. Достала ноутбук, открыла пустой документ и начала печатать. Бизнес-план. Анализ рынка. Концепция. Финансовая модель. Всё то, о чём он говорил. Я работала до глубокой ночи, пока глаза не начали слезиться от усталости, а в голове не осталось ни одной связной мысли.

Я делала это не для него, убеждала я себя. Я делала это для себя. Потому что он был прав: мечты требуют плана.

На пятый день я отправила готовый документ Марку с просьбой передать отцу, если тот захочет взглянуть. Марк, удивлённый моей внезапной активностью, пообещал переслать.

— Только не жди, что он будет в восторге, — предупредил Марк по телефону. — Он у меня перфекционист. Забракует половину.

— Пусть бракует. Мне нужен честный отзыв.

— Окей, дело твоё. Слушай, я сегодня не смогу встретиться. У меня тренировка до восьми, потом ребята зовут в бар. Ты со мной?

— Нет, у меня дела.

— Какие дела? Ты же все курсовые сдала.

— Просто дела, Марк.

Он не стал допытываться. И это было одновременно и хорошо, и плохо. Хорошо — потому что не пришлось врать. Плохо — потому что это лишний раз напоминало, насколько мы с ним разные. Ему было комфортно в его мире тренировок, баров и видеоигр. Мне же хотелось чего-то большего. Чего-то, что я не могла назвать вслух.

На шестой день раздался звонок с незнакомого номера.

Я смотрела на экран, чувствуя, как сердце подпрыгивает к горлу. Гудки шли один за другим, а я не могла заставить себя нажать кнопку ответа.

Наконец, за секунду до того, как звонок должен был сброситься, я провела пальцем по экрану.

— Алло.

— Добрый день, Алиса. Это Виктор Адамович.

Его голос был низким, глубоким, с лёгкой хрипотцой, словно он только что проснулся. Или провёл бессонную ночь. От этого звука по моему телу разлилось тепло.

— Здравствуйте, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я прочитал твой бизнес-план.

Пауза. Я слышала, как на заднем плане что-то шуршит — кажется, бумаги.

— И?

— И хочу обсудить его лично. Завтра в двенадцать. Мой офис. Адрес сброшу сообщением. Не опаздывай.

— Хорошо.

— И Алиса...

— Да?

— Не говори Марку.

Короткие гудки. Он повесил трубку, не дождавшись ответа. Впрочем, моего согласия и не требовалось. Он знал, что я приду.

Ночь перед встречей я не спала. Перебирала гардероб, как будто от выбора платья зависела моя жизнь. Остановилась на строгой юбке-карандаш ниже колена, белой блузке с высокой горловиной и туфлях на небольшом каблуке. Слишком по-офисному, но именно так я представляла себе встречу с деловым человеком.