Читаем Пакт гильдий (ЛП) онлайн бесплатно

Обозреватель Калузакс не был азартным гоблином, но перед тем, как ступить в обшитый миззиумом летательный аппарат, разработанный для того, чтобы доставить его к своей гибели (и, возможно, немного дальше), он поставил все свои сбережения - все 5,732 зино - на крошечный шанс того, что он переживет Девятую Обзорную Экспедицию. Когда он делал свою ставку, шансы против него были достаточно велики, чтобы сделать его самым богатым гоблином за всю историю Равники, и он рассчитывал получить свой выигрыш. Обозреватель Калузакс не был азартным гоблином, но он был определенно везучим.

Он сел в обтянутое саламандровой кожей пусковое кресло; опустил традиционные подношения для успешного зажигания, состоящие из серы, селитры и угля в нишу над жаровней, расположенной рядом с его правой ногой; и произнес: «Слава Нив-Миззету. Зажгись!»

Темная выключенная обзоросфера загудела, оживая, и лампы внутреннего освещения, мигая, озарили кабину. В тусклом свете ржавого цвета проявился простой набор рычагов управления и светящийся волшебный кристалл, который будет записывать все, что будет видеть Калузакс - и даже больше - с момента зажигания и до его возвращения на летающую базу «Пламя дракона». База сейчас находилась высоко над его головой, расположенная на спине огромной дирижабы, выращенной из редкого одомашненного вида, обитающего на сверх высотах. Готовая к запуску обзоросфера была прикреплена к брюху дирижабы. В период своей зрелости эти существа могли вырастать до восьмисот футов в длину, и становились настолько крупными, что их тень заслоняла солнце, но спустя лет шестьдесят их тело уменьшалось едва ли не вдвое. Обзоросфера Калузакса висела первой в ряде из шести подобных ‘сфер, однако все остальные аппараты были пустыми. Разведывательный корпус не решился послать более одного обозревателя на это конкретное задание, к тому же, подобного приказа не было и от самого лорда-мага – если бы он пожелал выслать больше ‘сфер, все другие мнения корпуса, конечно же, значения бы не имели.

Обозреватель Калузакс заслужил каждый слог своего имени, а его титул свидетельствовал о том, что он принадлежал к элитному классу гоблинов Иззетской Лиги и членов совета Зомажа Хока. В отличие от простых лакеев и лабораторных ассистентов, гоблины обозреватели становились свидетелями величайших экспериментов. Они были окулярами самих лордов-магов, верными регистраторами каждого значимого продвижения в магических и алхимических науках еще задолго до подписания Пакта Гильдий, а их уникальные летательные аппараты были разработаны с целью записи для потомков каждого ракурса проводимых экспериментов. Не удивительно, что у обозревателей был также самый высокий уровень смертности среди гоблинов Равники, что напрямую касалось сферы их профессиональной деятельности, не взирая на прочность пилотируемых ими обзоросфер. Значимые продвижения в магических и алхимических науках обычно не обходились без пары, тройки взрывов.

Шансы против его выживания в большинстве заданий были астрономическими, но Обозреватель Калузакс подозревал, что букмекерам понадобились все звезды на небе, чтобы подсчитать шанс его выживания в этом конкретном путешествии. С такими шансами сбережения Обозревателя Калузакса, какими бы скудными они ни были, сулили ему куш, достаточный для того, чтобы открыть собственную академию. Он выругался про себя – у обозревателя была сверхъестественная удача, но это вовсе не означало, что ее нужно было испытывать такими сглазо-подобными мыслями.

И все же, удерживаться от этих мыслей было не легко. Ни единого раза, за все восемь успешных полетов на борту обзоросферы, фортуна его не подводила. Он преодолел извержение геотермического кратера на южном полюсе, избежал пасти титанической перепончатокрылой птицы, и даже выстреливался из пушки - дважды. После столкновения с крепостью Ксалвхара, ему потребовалось полтора месяца тщательной ‘капельной терапии для того, чтобы его кости правильно срослись, но он выжил и вернулся с важнейшей информацией об экспериментах конкурирующего лорда- мага. Его господин был доволен и начал обращать внимание на его достижения. Именно эти достижения, несомненно, и стали причиной тому, что Хок лично выбрал его для этого задания.

Обозреватель Калузакс даже был свидетелем двух предыдущих итераций текущего эксперимента, который был заказан гильдией Оржов для улучшения действия их собственного проекта. Лорд-маг называл этот эксперимент сингулярной бомбой мановой компрессии, и объяснил ему - лично, что для Калузакса значило очень многое - что назначением бомбы было удаление жизни. А точнее, любой жизни, начиная с громадных дирижаб, и кончая мельчайшими червями в почве. Если все сработает верно, бомба уничтожит все живое, не повредив искусственные постройки, неорганические объекты, и гоблинскую обзоросферу, защищенную кованым миззиумом. Первые две итерации прошли с ограниченным успехом и стали причиной ряда неприятностей для его господина, сопряженных с интересами других гильдий, но на этот раз Оржов закрепили конкретную область для практических испытаний лорда-мага, которой уничтожение всей жизни пошло бы только на пользу: пораженная чумой Долина Утвара. Уничтожение любых потенциальных переносчиков чумы, помогло бы новым владельцам Утвары на пару сотен лет сократить процесс восстановления региона.

Калузакс сомневался, что его господину хотелось разочаровать этих новых владельцев. Никто, даже могущественные лорды-маги Иззет, не желали бы впасть в немилость к гильдии Оржов. Пиромант может тебя поджечь сегодня, но патриарх может жарить тебя каждый день, сейчас и до конца твоей загробной жизни.

Обозреватель Калузакс был везучим гоблином, так же, как и опытным, но он был не настолько опытен, как многие полагали, и был куда более везучим, чем они могли предположить. Он был достаточно умен, чтобы при каждом удобном случае заставлять своих начальников верить в то, что его удача на самом деле была его умением. Возможно, его удача действительно была сверхъестественной, как всегда утверждала его мать - это был результат какого-то взрывного астрономического явления, произошедшего в ночь его рождения. Возможно, это было простое совпадение. В любом случае, ни один гоблин не жил вечно, и лишь единицы жили богато. Любовь к азарту была одной из множества причин, по которым целые Иззетские племена постоянно связывали себя договорами и контрактами с Чародеями, и хотя Калузакс никогда раньше не поддавался известной страсти своего народа к играм с фортуной, он рассчитал, что его удача сулит ему большую победу на этот раз. Он потянул за вытяжной трос, освобождая обзоросферу от ее швартовочных крепежей, и невольно усмехнулся.

- «Пламядракона», 9477 в воздухе, - объявил он.

Гоблин, вместе со своей извергающей пламя и клубы остаточной магии ‘сферой, начал плавное падение в темнеющее небо над Столицей Равники.

Пункт его назначения был намного миль дальше, но летательному аппарату требовалось не много времени для набора нужной скорости. Как только он и его обзоросфера достигнут атомарно сбалансированной скорости в 58,6 миль в час, пиромантические огненные двигатели преодолеют перегрузочный предел и забросят его в регион Утвары раньше, чем вы сможете произнести «Нив-Миззет».

Калузакс щелкнул серебряный тумблер на панели, для активации почасовой записывающей архивной ленты.

- Обзоросфера «Странствующее око Нив-Миззета 9477» вызывает базу «Пламядракона», - рявкнул он в пневмотрубку. Его голос вошел в заряженный магией стеклянный цилиндр, который затем умчался по невидимой сети воздушных каналов и вышел сквозь стеклянную сферу, вмонтированную в стене, тускло освещенной диспетчерской, расположенной на спине дирижабы, от которой он только что отшвартовался. Спустя секунду, слегка зашумленный голос его начальника донесся из меньшей, размером с кулак, сферы, установленной в нехитрую панель управления, прямо перед креслом пилота.

- 9477, мы уже видим тебя на гадальных кристаллах, - ответил Старший Обозреватель Вазозав. – Ты низковато летишь над шпилями. Разрушение муниципальной собственности не было, повторяю, не было предусмотрено и разрешено в рамках данного маневра. Вытяни ‘сферу за пределы воздушного движения, меньше всего мне нужны претензии от воджеков.

- На мой счет никаких претензий не будет, база, - ответил Обозреватель Калузакс. – Приступаю к подъему. Мы же не хотим повредить Столицу Гильдий,верно?

- То, что мы хотим, к делу не относится, Обозреватель, - усмехнулся Вазозав сквозь треск помех. – Я бы, к примеру, с удовольствием посмотрел, что бы они сделали, если бы ты зажег двигатель над Вито Грази, или как там они зовут это место.

- База «Пламядракона», разве у тебя нет никакого уважения к истории? Или к величию Конклава Селезнии? – сказал Обозреватель Калузакс гнусавым голосом, по-гоблински передразнивая дриадовский акцент. – К цветочкам и танцующим кентаврам, скачущим по дриадовой роще?

- Я уважаю то, что взрывается, Обозреватель, - сказал старший гоблин. – Почему бы тебе не найти что-нибудь в этом роде?

- Принял. Оцениваю атомарно сбалансированную скорость в пределах пятнадцати, - сказал пилот. – Инициирую незапланированный круг над центром.

- Поосмотрись там, - сказал старший обозреватель.

Пилоты обзоросфер были такими же суеверными, как и все простые гоблины, и Обозреватель Калузакс совершил круг, подобный тому, что он проделал в своей первой успешной экспедиции. Это была часть бережного отношения к удаче, которая требовала определенного служения, в виде постоянных повторений удачных ритуалов. Обозреватель Калузакс вытаращился на урбанистический пейзаж, распростершийся от горизонта до горизонта. Не многие гоблины видели подобный вид более одного раза, а те, кто видел, скорее всего, наблюдали его из когтей чего-то крылатого, планирующего их съесть.

Столица Равники всегда была шокирующим видом с воздуха, а для математического склада ума члена гильдии Иззет, выверенный дизайн и геометрическая красота центральной метрополии могли быть по достоинству оценены лишь с этого ракурса. Калузакс, щурясь, любовался рассветом. Ослепительно яркие лучи восходящего солнца отражались от шпилей башен, окружавших десять секторов города. Он тихо вскинул два пальца к брови, словно салютуя древним каменным титанам, охранявшим Столицу Равники.

Он пролетел на расстоянии выстрела от лица десятого и наибольшего из титанов, Зобора, подпирающего само небо, стоящего у врат, ведущих к штабу воджеков, известному как Центральный Форт. Он мог бы подлететь ближе, но лучше было не тревожить ‘джеков, несущих вахту на голове титана – многие воздушные происшествия были вызваны подобным опрометчивым поведением.

Как и любой другой Иззетский гоблин, Калузакс знал, что Столица Равники, центральная метрополия, от которой развилась вся цивилизация, покрывшая собой весь мир, была спланирована с Иззетской точностью, после подписания древнего Пакта Гильдий, и преподнесена в качестве дара от Чародеев другим гильдиям. Готовый город, служащий образцом и вдохновением для всего мира.

Столица Равники была также тайным подношением Иззетскому паруну и гилдмастеру Нив-Миззету, дракону, также известному под именем Огненный Разум. Согласно историям, которые гоблин слышал в юном возрасте, план Столицы должен был создать огромную, размером с целый город, эмблему, которая дала бы лордам-магам полную власть над всем миром Равники. Но Иззетские гоблины нарочно (как говорилось в легендах) слегка исказили дизайн эмблемы, ровно настолько, чтобы она не сработала так, как было задумано.

В те древние дни, гоблины были более мятежными, но большинство гоблинских теологов полагало, что они просто хотели пофорсить перед начальством. И у них получилось произвести впечатление. Хитрость поступка древних гоблинов настолько впечатлила лордов-магов, что Лига Иззет тут же выкупила целое гоблинское племя, дала им имя, которое они носят по сей день, и связала народ Калузакса договором о сотрудничестве на следующий миллион лет. Спустя тысячи лет, легкое несовершенство в плане города разрослось – обветшало, разрушилось и перестроилось миллионами жителей. Эмблема силы теперь уже никогда не сработает. Но с этого ракурса, вмешательство гоблинов было все еще видимым – даже воодушевляющим.

Никто не знает, как называлось племя Иззетских гоблинов до того, как Лига Иззет купила их, и никому, особенно самим гоблинам, не было до этого никакого дела. По сравнению с примитивным, коротким, жестоким существованием, которым жили их собратья в других гильдиях, жизнь Иззетского гоблина казалась раем. Даже просто находиться рядом с мощью, которой владели лорды-маги, такие, как Зомаж Хок, было огромной честью. И, хотя этого не случалось уже целое поколение, время от времени один из гоблинов получал дар Нив-Миззета, его касался сам Огненный Разум, и он также становился лордом-магом. Правда, каждый гоблин лорд-маг в истории был неизменно убит его человеческими коллегами в течение недели с момента получения такого дара, но суть была в том, что гоблин мог действительно стать кем-то в Лиге Иззет. Подобное вряд ли было возможно в кланах Груул или в Культе Рекдос.

Обозреватель Калузакс бросил еще один задумчивый взгляд сквозь нивидимиззиумный иллюминатор, прельщаясь, как всегда, мыслью о том, чтобы срезать верхушку священного Селезнийского Древа Единства, которое проплывало всего в нескольких ярдах от обзоросферы. Затем он выровнял свой сверкающий летательный аппарат по горизонту и положил руку на простой рычаг красного цвета, торчащий из пола. Свободной рукой он провернул небольшой черный переключатель на панели управления ровно на девяносто градусов вправо, добавив больше пиро-маны в фюзеляжные сопла, и обзоросфера с ревом взмыла над эшелонами обычного воздушного движения, состоявшего из транспортных дирижаб, рухов, летучих мышей, и других летающих существ. Здесь у него было достаточно открытого пространства для любых маневров. Так же высоко, как Иззетская обзоросфера, могли летать лишь дикие дирижабы, ангельская крепость Парелион и сам великий Нив-Миззет. Все перечисленные потенциальные препятствия были достаточно огромными, чтобы вовремя их заметить и избежать столкновения. Все, что было меньшего размера, не представляло собой угрозу для его воздушного судна.