Читаем Падший онлайн бесплатно

Анна.

— Любимая, ты сегодня во сколько домой? — слышу хриплый голос мужа, такой теплый и родной, словно мягкий плед в холодную зимнюю ночь. Утром он выглядит ещё милее.

Каждая черта его лица словно выточена с бесконечной любовью: идеальные пропорции, темно-медные волосы, которые мягко обрамляют его лицо, пухлые губы, к которым так и тянет прикоснуться, чтобы почувствовать их тепло и нежность. Его глаза, глубокие и проникновенные, словно два бездонных океана, излучают искреннюю любовь, которая проникает в самую глубину души, заставляя сердце биться чаще и сильнее.

Мы познакомились с ним еще в школе, когда он пришел в наш класс новеньким. Как это часто бывает в самых драматичных историях, мы возненавидели друг друга практически с первого взгляда.

Я была отличницей с безупречной успеваемостью, капитаном группы поддержки и активно участвовала в множестве дополнительных занятий. Он же был настоящим разгильдяем, но при этом выдающимся нападающим.

Поворачиваюсь к нему, и сердце начинает биться быстрее, словно пытаясь вырваться из груди. Его присутствие окутывает меня волной тепла и нежности, заставляя забыть обо всём на свете. В этот момент я лечу, паря в облаках, и весь мир вокруг исчезает, оставляя лишь нас двоих в этом волшебном пространстве.

— Сегодня приезжает начальство, и я очень надеюсь, что они наконец-то решат вопрос с моим повышением. Если всё пройдёт хорошо, то я, скорее всего, приду, как всегда, в час ночи, — на самом деле ещё приуменьшала, чаще всего оставаясь работать до следующего утра. — Но если что-то пойдёт не так или найдут очередной труп, то можешь не ждать меня и ложиться спать.

Уже два года без выходных я посвящала себя полностью работе детектива. Муж часто говорил бросить всё это и перейти в частный сыск, но бегать по квартирам и дешевым мотелям, выискивая признаки измен, мне не хотелось.

Я всегда стремилась сделать этот мир лучше, и не могу оставаться в стороне, когда преступники остаются безнаказанными. Каждое преступление, оставшееся нераскрытым, разрушает доверие и безопасность наших граждан. Я готова посвятить свою жизнь борьбе с преступностью и защите невинных людей.

— Отлично, но я хочу напомнить тебе о твоём обещании, что в отпуске ты не будешь заниматься никакими рабочими делами. Пожалуйста, передай это капитану.

Медленно поворачиваюсь к туалетному столику и внимательно изучаю свое отражение в зеркале. Пухлые губы словно магнит притягивают взгляд, их чувственность и мягкость контрастируют с высокими острыми скулами, которые придают моему лицу выразительность и решимость. Высокий лоб переходит в заостренный подбородок, добавляющий моему облику нотку загадочности и силы. Каждое движение, каждая черта моего лица рассказывает свою историю, полную эмоций и переживаний.

Наношу последние штрихи макияжа, удовлетворенно киваю своему отражению и с уверенностью выхожу из дома, готовая покорять новые вершины на работе.

— Анна, где тебя черти носят? — мой напарник сидит за столом, устало потирая переносицу. — Капитан уже готов содрать со всех шкуру из-за того, что ты не берешь трубку. Тащи свою задницу к ней в кабинет!

С Дэном мы сотрудничаем уже два года, и за это время он зарекомендовал себя как надежный и ответственный коллега. Это крепкий, здоровый мужчина с неиссякаемой энергией, который всегда готов прийти на помощь и подставить свое плечо в работе. Но порой бывает просто невыносимым придурком.

Кроме того, Дэн — прекрасный семьянин. У него замечательная жена и двое детей, которыми он безумно гордится. Несмотря на нашу интенсивную работу, он старается уделять им максимум внимания и времени. Однако, как и у меня, у Дэна практически не бывает свободного времени из-за нашей работы.

— Да иди ты, — с легкой усмешкой, но без капли злобы, отвечаю напарнику и другу, резко разворачиваясь на каблуках. Не теряя ни секунды, подхватываю отчет по закрытому делу и решительно направляюсь к выходу.

— Капитан, разрешите войти? — дожидаясь разрешения и только после этого вхожу в кабинет.

Буквально сразу же окунаюсь в знакомую атмосферу. Светлые полы и обои создают ощущение простора и уюта, а тёмно-коричневая мебель добавляет нотку тепла и стабильности. За спиной у Верис возвышается огромный книжный шкаф, наполненный знаниями и историями, которые, кажется, шепчут свои секреты, стоит лишь прислушаться.

Капитан Алисия Верис вступила в должность одновременно со мной, когда я присоединилась к убойному отделу. Она — воплощение элегантности и профессионализма, привлекательная женщина лет сорока, чья харизма и решительность вызывают восхищение у всех, кто с ней работает.

Каждый, кто имел удовольствие работать с ней, не может не восхищаться её удивительной проницательностью. Она словно обладает шестым чувством, которое безошибочно распознает ложь. Её способность видеть истину за фасадом слов и поступков вызывает искреннее уважение и восхищение.

— Анна, я внимательно изучила твой предыдущий отчет, и должна признать, что ты превзошла все мои ожидания. — Она сняла очки и протерла их, прежде чем снова водрузить на нос, не сводя с меня проницательного взгляда. — Наше высшее руководство приняло решение отобрать несколько сотрудниц для важного задания по внедрению. Сегодня вечером они будут здесь. Прошу, не опаздывай.

Какое к чёрту внедрение? Я уже несколько лет пашу как Папа Карло, надеясь на свой долгожданный отпуск. Проклинаю всё на свете, но всё же кивнула женщине и вышла. Спорить с ней было бесполезно.

Искренне надеюсь, что это просто глупая шутка и они действительно просто хотят моего совета. Если нет, то я готова разнести всё здание по кирпичикам, и пусть потом сами восстанавливают его. Я больше не могу это терпеть!

На место преступления мы с Дэном прибываем на его машине. Вокруг уже собралась небольшая толпа зевак и представителей прессы.

— Знаешь, они уже порядком задолбали, — рычит напарник. — После них невозможно найти ни одной улики. Топчутся, как стадо бизонов, а потом возмущаются, что полиция долго работает. Это уже ни в какие ворота не лезет!

Словно по невидимому сигналу, мы все одновременно повернули головы в их сторону. Дежурные полицейские, исполняя свой долг, решительно преграждали им путь за ограждение.

Мы выходим из машины, и нас тут же окружают взволнованные голоса. Репортеры кричат, словно соревнуясь друг с другом, задавая вопросы: «Что произошло? Как он был убит? Вы найдете убийцу?» Их лица пылают от жадного интереса к грязным сплетням и ужасающим подробностям, которые они превратят в сенсационный выпуск с кричащим заголовком.

— Без комментариев, — резко заявляю, и толпа мгновенно расступается, словно по волшебству, освобождая мне путь к месту преступления.

— Стервятники, — Дэн, как всегда, не отличался многословием, но его голос был пропитан отвращением к таким людям.

Место обнаружения тела было несколько непривычным. Обычно тела стараются спрятать или избавиться от них с максимальной осторожностью, чтобы не оставить следов. Однако в данном случае тело было найдено в самом сердце города, в переулке между высотными домами, где его могли увидеть прохожие.

Это район элитной застройки, где безопасность и комфорт — на первом месте. Собственная охрана и современные камеры видеонаблюдения обеспечивают круглосуточный контроль и спокойствие.

Пробираясь дальше, мы почувствовали, как воздух становится всё более тяжёлым и удушливым. Запах, который наполнял пространство, был настолько тошнотворным, что у нас перехватило дыхание. Каждый вдох казался обжигающим.

— Когда наступила смерть? — еле выдавливаю из себя, стараясь не выдать свой завтрак на всеобщее обозрение, и внимательно осматриваю тело.

В убойном отделе ко всему привыкаешь, но этот запах смерти… Он въедается в кожу, преследует тебя повсюду. После каждого дежурства не могу от него избавиться. Он становится частью меня, даже когда возвращаюсь домой. Этот запах не просто неприятен — он вызывает отвращение и тошноту. Он напоминает о том, что мы видим каждый день: о насилии, убийствах и жестокости.

Мужчина лет тридцати пяти — сорока. Два огнестрельных ранения в лоб, огнестрельное ранение в колено и в ступни, гематомы по лицу. Одежда на нём порвана и испачкана его же собственной кровью, на руках и ногах видны следы пыток.

Но самое странное не это. Мужик мертв давно, судя по тому, какой он аромат источает, нашли его пару часов назад. Но вокруг разбросаны гильзы от патронов.

— Убийство произошло в другом месте, это факт, тут камеры и много прохожих, а, судя по его пальцам на руках, он бы орал во всю глотку и привлек бы большое внимание, — подытожила картину.

— Вопрос: на фиг эти декорации? — Дэн наклонился для пересчета гильз, стараясь даже не дышать и не смотреть в сторону тела.

— Ну, примерно семь дней назад, хотя более точно скажу после вскрытия, — мужчина-судмедэксперт прошелся оценивающим взглядом, задерживаясь на ногах.

Чёрт, как же достали эти взгляды! Да, я коп, и я девушка. Но это не значит, что я должен ходить только в брюках. Я люблю легкие платья, на работу только классический стиль и только юбки. Считаю, что внешний вид должен быть опрятным и профессиональным, но при этом соответствовать моим личным предпочтениям. Не хочу, чтобы меня оценивали по половому признаку.

Каждый день я сталкиваюсь с несправедливостью в мире и сомнениями в своей компетентности. Мой возраст лишь усугубляет ситуацию, вызывая новые волны сплетен и недоверия.

Мне 26 лет, и я — самая молодая женщина-детектив в стране. Меня не устают этим тыкать, но никто не знает, какой я каждый день прохожу путь, чтобы доказать всем, в том числе и себе, что я хороший детектив. Каждый день доказывая, что возраст и пол не определяют способности и профессионализм.

— Ты лучше сосредоточься на теле, а не пялься на мои ноги, — бросила я, продолжая осматривать место преступления. Патрульные уже заканчивали опрос свидетелей. Как обычно, никто ничего не видел и не слышал. Чувствую, что скоро перееду на работу.

Наклонилась к телу, пытаясь уловить хоть какую-то информацию о манере убийства. Кровь высохла, и в воздухе витал запах разложения, смешанный с запахом земли. Раскиданные гильзы просили о внимании, но на что могли намекнуть? Я взяла блокнот и начала записывать мысли: «Скорость и точность — два выстрела в голову с близкого расстояния — но это был профессионал». Уголок губ у меня невольно дрогнул, когда я представила исполнителя. Скорее всего, он был не новичком в этом деле.

— Документов нет, — произносит мой напарник.

Кто бы сомневался? Лишний раз подтверждает, что работал не дилетант.

Через полчаса тело уносят, и сразу становится легче дышать. В голове ещё крутятся вопросы: зачем его сюда приволокли и почему его пытали?

— Первым делом прошу вас проверить отпечатки. Возможно, нам повезет, и этот человек уже попадал в поле зрения полиции. Я займусь проверкой пропавших.

Прибыли в участок, сразу же погрузилась в работу, тщательно осматривая каждого, кто исчез за последний месяц. Но нам чертовски не везло сегодня, наш труп не подходил ни под одно описание.

Может, это просто черная полоса. Но решила не терять надежды и быстро отправила запросы в несколько стоматологических клиник. Может быть, по слепку зубов мы сможем узнать, кто он.

Сама же продолжаю внимательно изучать место преступления по фотографиям, надеясь найти хоть какую-то зацепку. К сожалению, кроме гильз, больше ничего не удалось обнаружить. От досады с силой ударяю по столу, чувствуя, как раздражение нарастает с каждой минутой.

Тем временем напарник триумфально вернулся с почти потрясающей новостью!

— Отпечатки чистые. Но… — произнёс он, хватая пальцами волосы, и его голос дрогнул от напряжения. — Но есть несколько частичных совпадений, и ты будешь сейчас очень злой. Эти следы встречаются на месте преступления, которое произошло несколько месяцев назад. Перестрелка в южном квартале, ты же помнишь его? И также несколько ограблений. Ещё одно убийство полицейского пятнадцать лет назад.

Я — то помнила ту перестрелку, чудом выбрались живыми. Группа местных наркодилеров, которые подозревались еще и в ряде убийств своих конкурентов. Тех красавчиков искал не только убойный, но и наркоотдел. Мы пришли их брать, когда они пытались свалить из страны.

— Пожалуйста, проверь информацию о местных бандах и направь запрос нашим друзьям, — настойчиво попросила я. — Это может быть делом их рук.

И что, наш покойник — торговец наркотиками? Или, может быть, покупатель? Кому же ты так сильно насолил?

Смотрю на фотографию в сотый раз, и не могу понять, почему его пытали. Это не было обычным убийством или ограблением. Каждая деталь на этой фотографии говорит о том, что за этим стоит нечто большее. Зачем кому-то так жестоко обращаться с этим человеком? Словно его наказывали или мстили.

— Ты не можешь отказаться! — капитан почти рычит, её глаза горят решимостью и гневом. — Это твоя работа, твоя жизнь. Ты дала клятву.

— Верииис, — протяжно и жалобно скулю, чувствуя, как отчаяние разливается по всему моему телу. Мой отпуск висел на волоске, готовый сорваться в любой момент. — Я и так практически живу здесь.

Не хочу в командировку, хочу в отпуск. Почему я должна работать без отпуска пару лет, когда другие коллеги-мужчины ездят отдыхать два раза в год? Я тоже заслуживаю отдых и возможность восстановиться. Сейчас моя продуктивность и мотивация напрямую зависят от того, насколько я отдохнувшая и счастливая.

Кроме того, отсутствие отпуска может негативно сказаться на моём здоровье и эмоциональном состоянии. Я не хочу рисковать своим физическим и психическим благополучием ради работы. Считаю, что баланс между работой и личной жизнью важен для каждого сотрудника, и хочу, чтобы мои права на отпуск соблюдались так же, как и права моих коллег-мужчин. Чёрт, да у меня уже даже чемоданы все собраны.

— Здравствуйте, Анна, — от очередной перепалки нас отвлекает вошедший мужчина, его голос звучит уверенно и властно, словно он привык, что его появление сразу привлекает внимание. — Розвуд, начальник департамента, — представился мужчина, крепко пожимая мою руку.

Высокий, под пятьдесят, с посеребренными сединой волосами. Его лицо с острыми чертами и тонкими губами словно высечено из камня. Взгляд — пронзительный, цепкий, проникающий в самую душу. К слову сказать, даже в таком возрасте он обладает хорошими физическими данными.

— Простите, — произнесла капитан, стараясь сохранять невозмутимость в голосе и на лице. — Мы обсуждаем задание, которое поручили нам.

— Да, слышал, как вы обсуждали. Скажу больше, весь отдел в коридоре тоже всё слышал, — его лицо на мгновение исказилось от недовольства.

— Хорошо, я готова вас выслушать. Что за задание и где оно будет проходить? — интересуюсь, хотя знаю точно, что не соглашусь.

Я хочу провести отпуск со своим дорогим мужем, и это для меня гораздо важнее, а ещё, если не отдохну, то точно кого-нибудь убью.