Читаем Падре онлайн бесплатно
Эти слова заставили меня замереть. Почерк в письме был почти идеальным, но не ее. Эти фразы… Они не могли принадлежать Анжелике. Только тот, кто действительно знал ее, кто понимал ее глубоко, мог заметить разницу. Рита. Конечно, это была Рита. Она знала Анжелику с самого детства, знала ее мысли, ее страхи и желания. Но она не могла подделать ее душу.
Я закрыл дневник, чувствуя, как мои мысли начали складываться в единую картину. Теперь я знал, что письмо было подделано. И я знал, что должен действовать быстро, чтобы защитить Анжелику.
На следующий день я встретился с Начо. Он узнал кое-что. И он тоже считает, что это Рита. Она наняла кого-то, кто смог идеально подделать почерк Анжелики. Но есть один нюанс. Почерк может быть подделан, но не содержание. В письме есть фразы, которые Анжелика никогда бы не использовала. Теперь я знаю ее. Я знаю, как она пишет. Начо согласен. Мы можем использовать это. Но нам нужно больше доказательств.
А потом я увидел их вместе. Рита и Рафаэль. Она стояла в углу церкви, ее глаза были полны недовольства и какой-то скрытой тревоги. Рафаэль что-то говорил ей, его лицо оставалось непроницаемым, но я заметил, как его взгляд время от времени скользил в сторону, словно он проверял, не подслушивает ли кто-то их разговор. Эти мелкие детали не ускользнули от моего внимания. Я давно научился читать людей, их жесты, их выражения лиц, и то, что я видел сейчас… заставляло подозревать, что эти двое сговорились.
Рита, как обычно, была собрана и внешне невозмутима, но в ее поведении чувствовалась какая-то натянутость, словно она пыталась что-то скрыть. Эта сцена оставила во мне осадок, который не исчезал. Что-то было не так. Неизвестно, что их связывало, но Рафаэль никогда не приближался к людям просто так, без выгоды для себя. А теперь он был здесь, рядом с Ритой, и я не мог это игнорировать.
Когда я начал анализировать ситуацию, я понял, что все складывается в единую картину. Ложные обвинения против Анжелики появились именно тогда, когда ее семья начала настаивать на браке с Рафаэлем. Почерк в письме был мастерски подделан, но неидеально. Это было фальшивкой, но очень тонко исполненной. Я все больше убеждался, что Рита причастна к этому. Она была умна и рассудительна, но иногда ее зависть к сестре выходила наружу.
Но мне нужно было больше, чем просто подозрения. Я знал, что, если Рита действительно замешана в этом, она рано или поздно сама выдаст себя. И я решил встретиться с ней в исповедальне. Это место, где люди часто снимают маски, где они открываются, не боясь последствий. Я знал, что если кто-то сможет раскрыть правду, то это буду я как ее духовный наставник.
Она пришла в назначенное время, ее лицо было бледным, глаза опущены. Я видел, что она нервничала, но старалась не показывать этого. Исповедальня погрузилась в тишину, нарушаемую лишь ее дыханием. Я решил не торопить ее, позволить ей самой начать разговор. Она была уверена, что все под контролем, но я видел в ее взгляде намек на сомнение. Исповедь должна была стать для нее формальностью, но я знал, что под этой внешней уверенностью скрываются страх и слабость. Я все еще помнил ту Риту, которая рассказывала мне о своем детстве…
Я начал с простых слов, стараясь установить доверительный контакт.
– Рита, – мягко произнес я, – что тревожит тебя? Что мучает твою душу?
Она помедлила, вздохнув, но старалась говорить спокойно.
– Падре, мои мысли путаются, – ответила она, опустив глаза. – Я пришла очистить душу.
Я кивнул, продолжая смотреть на нее, пытаясь уловить ее настроение.
– Очистить душу – это всегда правильно, – сказал я. – Но иногда нам приходится признавать вещи, которые мы предпочли бы забыть. Быть может, есть что-то, что ты боишься сказать?
Рита напряглась, но быстро взяла себя в руки.
– Нет, падре, – ее голос был ровным. – Я здесь, чтобы поговорить о своих сомнениях, о том, что иногда мучает меня.
– Сомнения… – протянул я, будто обдумывая ее слова. – Это естественно. Мы все иногда сомневаемся в своих поступках, в своих намерениях. Бывает, что мы делаем что-то, думая, что это принесет пользу, а потом начинаем понимать, что все пошло не так. Возможно, тебе доводилось чувствовать нечто подобное?
Она посмотрела на меня, ее взгляд стал более настороженным.
