Читаем Оттепель онлайн бесплатно

Глава 1.

Что сказать о последних месяцах моей жизни? Пожалуй, сложно представить более нелепой ситуации, по которой можно оказаться заключённым в Сибири. Неприятности, конечно, случались со мной и раньше, но что бы вот так?

Теперь я засыпаю и просыпаюсь под бесконечные крики, стоны и ругань, а запах смерти не покидает это место вовсе. Невероятно колоритно.

За каких-то полгода, пришлось видеть столько трупов, порой даже обезображенных настолько, что сложно рассмотреть их лица. По-прежнему вижу это в самых жутких кошмарах, даже не знаю, смогу ли привыкнуть к подобному.

Не то, чтобы меня пугает даже это, а вот оказаться в какой-то момент, среди них, ещё страшнее. На свою жизнь, у меня другие планы и несмотря на все обстоятельства, закончить здесь не хотелось бы. Хотя кто меня спросит? Никто сильно не переживал, засовывая обычного воришку беспризорника, в такое кошмарное место. Можно ещё очень долго рассуждать на тему несправедливости, однако за день настолько выматываешься, что даже поесть, не всегда хватает сил.

Упав на подушку, я завернулся в грязный, колючий плед. Хочется просто согреться и уснуть. О большем, наверное, здесь давно никто не мечтает.

Опасность не оставляет даже ночью, когда настолько холодает и, бывало, люди насмерть замерзали. Обычно в такие моменты я стараюсь не спать несмотря на усталость. Это мне объяснил первый человек, с которым я здесь познакомился. Но он также умер от холода. Возможно, стоило ему помочь, однако, он того не хотел, называя это своим единственным освобождением. Подобные вещи быстро лишают надежды.

Что же нужно сделать такого, чтобы желать окончить свою жизнь подобным образом? Лучше мне этого никогда не узнать.

Сегодняшней ночью меня разбудил очередной шум, к которому я до сих пор не могу привыкнуть. Редко кто-то бунтует, особенно такой тёплой и спокойной ночью. Не то, чтобы такая большая редкость, но сходят с ума периодически, каждый по-своему. Не могу судить их за это, но спать хочется больше, чем сочувствовать.

Присев на кровати я опёрся о холодную стенку. Любопытно, что происходит за дверью, слова слишком неразборчивы.

Настала тишина, она, порой, была страшнее. Я называю это мёртвой тишиной, проигранной борьбой за жизнь, чаще всего. Если заключённого не успокоить, если он невменяем, его просто убивают. Только здесь подобные меры допустимы, или нам просто так говорят. Прав тут никто не имеет, только массу обязанностей, поэтому лучше лишний раз сидеть тихо, даже если совесть не позволяет бездействовать.

Шаги, начали приближаться, а вместе с ними звук шуршания по бетону, они волоком тянули чьё-то тело. Довольно странно ведь я не слышал выстрелов, может и не убили, а просто решили наказать. Такое здесь тоже происходит повсеместно, но мне неизвестно, как это происходит.

Скрежет ключа в моей двери глухим шумом разнёсся по камере. Накинув покрывало на голову, я лёг лицом к стене, претворившись будто сплю. Меня это не касается и не важно какова цель их ночного визита. Осевшая дверь проехала по бетону. Сквозняк не заставил себя долго ждать и по спине пробежала дрожь.

– Кинь его здесь! – сказал грубый голос. Глухой звук, будто бросили мешок с картошкой, а не человека.

Любопытство брало вверх, и я выглянул дабы посмотреть, кто же теперь будет разделять со мной этот кошмар. Несколько недель я был один в камере и, пожалуй, был бы рад любому, для компании. В темноте сильно не рассмотреть лица, но мужчина был явно худощав, высокий, судя по всему, сильно избит. Они часто сопротивляются неизбежному, но кому от этого хуже.

После нескольких безуспешных попыток, кряхтя что-то себе под нос он наконец смог сесть, прислонившись к стене. Видимо, на этом силы совсем иссякли, и он уснул. Аккуратно встав, я взял свою куртку и накрыл человека. Ночь не была холодной, но даже так, спать на полу, в такой лёгкой одежде, совсем плохая идея. Тревожить не хотелось, а так, помогу чем смогу.

Сон как рукой сняло, и до самого утра, у меня не вышло ни уснуть, ни отогреться. Легче стало только тогда, когда в маленькое окошко начал пробиваться свет. Мне наконец удалось рассмотреть по лучше человека, которого привели ночью. Ничего особенного, на вид лет сорок, на внешность бандит какой-то, которых тут множество.

После завтрака, работа, всё по кругу, до самого вечера. Физический труд здесь на износ, но мотивация вполне достойная. Больше еды, теплее одежда, более новые и комфортные одеяла. Кто-то скажет, что перспектива странная, но здесь, это возможность выживания. Без еды не будет сил, а без хорошей одежды чаще болеешь. Станешь менее пригодным, никому не выгодно таких содержать. В общем то, не работаешь, не живёшь, всё просто до невозможности. Молодым ещё не сложно, мы крепкие, а вот старикам вдвое меньше шансов выжить, поэтому приходиться помогать выполняя чужую работу. Не все так делают, но мне сложно пройти мимо.

Если так подумать, после жизни на улице я всегда сыт, одет и при деле. Тут от меня хотя бы пользы по больше, и крыша над головой, стабильность, что ли. Всегда стараюсь работать хорошо, это стало залогом моего комфорта, если, конечно, жизнь вне воли – это комфорт. Но меня не трогают и грех жаловаться.

После тяжёлого дня, вечером, каждому дают ровно столько еды, сколько они заработали за день, и это был единственный раз, когда я мог не только утолить голод, но и хорошо поесть. На улице ты мог украсть пол булки хлеба, а пробегать, на все три. Если догонят, то вовсе ничего не получишь. На воле люди, казалось, даже злее, чем здесь. Но это не их вина, ведь все много работают, но живут ли при этом лучше? Сомнительно.

Вернувшись в камеру, я застал мужчину, который что-то писал на листке бумаги. Возможно письмо близким. Мне тоже хотелось написать отцу, но разве ему есть до меня дело? Переживай он, из дома бы не выгнал. Хотелось написать друзьям, но какой адрес указать? Глупости всё это.

Накинув одеяло я сел на свою кровать. Ноги гудели, но в целом я достаточно бодрый, даже несмотря на такую увлекательную ночь. Мужчина, взглянув на меня отложил карандаш в сторону.

– Добрый вечер. – Нарушив тишину сказал я.

– И тебе здарова. – Без огромного энтузиазма ответил он, подперев голову рукой. – Чего трясёшься как щенок?

– Если вы не заметили, то на улице зима. Не нужно таких сравнений, это не приятно.

Мужчина усмехнулся.

– Ладно, не обижайся. Что такой ребёнок вроде тебя забыл в этих местах? Не рановато ли залез в преступный мир?

– Снова обижаете. Я уже не ребёнок, но здесь и правда не совсем справедливо, однако не жалуюсь! Новый знакомый тихо засмеялся и, казалось, немного расслабился. Молча переглянувшись, я лёг на подушку и прикрыл глаза.

– Извините, но я сегодня устал, поэтому лягу спать. Если будут силы, то мы продолжим знакомство завтра. Спокойной ночи.

Не дожидаясь ответа, закрыл глаза и практически сразу отключился. Видимо организм был вымотан недостатком отдыха.

Видеть сны – моя отдельная роскошь. Будто вырываешься из этих замкнутых стен, куда угодно, словно путешествие за границы мест, которые вижу каждый день здесь. Яркий свет солнца, тепло, щебет птиц, и там, только там, ощущалась желанная для всех свобода. Какие бы не были условия, плохие или хорошие, но свободу, действительно ничем не заменишь. Волю делать только то, что хочешь ты, здесь и сейчас. Вот так беспечно лежать на траве смотря в небо на медленно плывущие облака, похожие на очень мягкую подушку или пушистое одеяло.

Вот только этот сон не стал таким же приятным как предыдущие. Плотные тучи накрыли небо, и всё вокруг заволокло темнотой. Большие кристальные хлопья снега начали падать с неба, всё стало серым, тусклым.

Нет…

Сзади меня схватили и сбили с ног. Кто-то достаточно крепко, до боли, сдерживал мои руки, настолько, что я не смог пошевелиться. Я зажмурился от неожиданности. Передо мной встала уже знакомая картина того кошмара, что я пережил наяву, который не хочу вспоминать. От давящего ужаса, передёрнуло, и я открыл глаза. Всё как прежде, просто плохой сон.

– С непривычки в таких местах часто кошмары сняться. – Резкий голос мужчины меня напугал, но я, не подавая вида начал подниматься с кровати.

– Вот как. Вам хорошо известно, что бывает в таких местах, я это сразу понял. – С недовольством в голосе сказал я одеваясь.

Настроение сразу не задалось. Не хотелось как-то грубить, но чувствовал себя крайне разбито, будто не спал вовсе. Мышцы ныли и кости ломило. То озноб, то резко жарко.

К середине дня, силы вовсе начали меня покидать, голова закружилась, стало невыносимо. Через изнеможение продолжил работать, не подавая вида, пока боль не свалила меня с ног.

Пришёл в себя только к вечеру в своей камере на кровати. Стало по легче, однако по-прежнему лихорадило. Болезнь – это однозначно не лучшее явление, но возможность хорошо выспаться и отлежаться, хотя бы один день. Укутавшись в своё одеяло и быстро отогревшись, я снова очень быстро уснул.

Видимо проклятое видение сна не собиралось так быстро меня отпускать, вернув на то же снежное поле, где ветер пробирал до костей. Здесь не было ничего, кроме одиноко стоящего дерева, рядом с которым я смог разглядеть чей-то силуэт. Необычно, ведь в своих снах я всегда один.

Хотелось подойти ближе, но ноги стали такими тяжёлыми, и каждый шаг как испытание. Резко нарастающая паника сдавила грудь, и я упал на колени. Как же больно, что это за чувство… Совсем не произвольно по щеке пробежала слеза. Незнакомый силуэт стоял неподвижно, совсем не собираясь идти на встречу. В груди сдавило ещё сильнее, воздух закончился, от чего я проснулся. Уже темно, сложно понять сколько времени, но мой новый сосед ещё не спал.

Заметив, что я зашевелился мужчина подошёл ближе, и коснулся рукой моего лба. Отмахнувшись, накрылся одеялом с головой.

– Выздоравливай.

– Спасибо, мне уже гораздо лучше.

– Не удивительно, что ты заболел. К таким морозам нужно много времени, чтобы привыкнуть, особенно если не из этих мест. Организм адаптируется у всех по-разному.

– Понимаю, но вместо беспокойства обо мне, заботьтесь о себе.

– Упрямый, но это не плохо. Всё же мы так до сих пор и не познакомились. Дико интересно, за что же ты оказался здесь.

– Правда так интересно? Вы всё равно не поверите. – Облокотившись на спинку кровати, безучастно ответил я. – За обычное воровство. Но не то, что вы можете подумать, мне совсем не нужны чужие ценности, деньги. Это был тот способ выживания, на который я способен. Нас было несколько, и каждый новый день нам хотелось лишь найти ночлег под крышей, и немного еды. На улице я с десяти лет. Мой отец пьяница и сволочь, а мать умерла, её я даже не помню.

– Поверить и правда сложно. За еду в Сибирь не отсылают, значит ты чего-то не договариваешь. – Не доверительным тоном произнёс мужчина. – И всё же выжить в десять лет, в подобных условиях, тоже не просто. Возможно, конечно, но ты выглядел бы совсем иначе.

– Потому что, около трёх лет, жил в приёмной семье. Когда отец меня выбросил словно ненужную вещи, я сразу направился ближе к городу. В деревне, где родился, никто помощи не оказал, я бы не выжил. Но путь оказался не близкий, вскоре, от голода, потерял силы и лежал где-то, умирая. В тот момент был уверен, что умираю, но на удачу, меня подобрал мужчина. Его семья оказалась очень большая и не бедная. К подобному они отнеслись спокойно, и даже научили писать, читать, считать. Заботились лучше родных родителей. Всё было прекрасно, но потом этих людей арестовали, их детей куда-то раздали, а я снова оказался на улице, поскольку даже документов не имел. – От воспоминаний слегка похолодело в душе. – Украл я не еду. Погубило любопытство, наверное, и глупость. Что именно, не хочу говорить, да и не важно это уже. Урок запомню на всю жизнь, и выйдя на свободу, воровать больше не стану, найду работу и буду жить честно.

– Очень важно найти в себе силы, и изменить жизнь. В противном случае такие места станут для тебя постоянным домом. – Выслушав, устало ответил он. Меня так же утомили долгие разговоры. Хотелось ещё немного вздремнуть, пока есть такая возможность.

Оставив рассказы на завтра, легли спать.

Только закрыл глаза, снова вернулся в то место, где оборвался предыдущий сон, словно нечто ждало меня здесь всё это время, скрываясь в тени чёрным силуэтом. На этот раз я смог подойти ближе, это оказался обычный, не знакомый мне, ребёнок. Как только мы пересеклись взглядами, он буквально побежал в мою сторону.

– Кто ты? – Сделав несколько шагов назад спросил я, не подпуская его ближе.

– Ты меня не узнал? Я твой брат!

– Чушь не неси, у меня нет семьи.

Мальчик серьёзным взглядом осмотрел меня, но приближаться больше не стал.

– Мне очень плохо. Только ты можешь помочь, не отворачивайся, я не вру.

Очередная волна боли в груди заставила мгновенно проснуться.

Ну и сны… То кошмары, теперь это… Мальчику примерно пять лет. Чисто теоретически он мог быть моим братом, но, если честно, зная отца, очень сомневаюсь.

– Опять скверные сны измучили? – Снова заговоривший мужчина напугал тем, что резко нарушил тишину.

– С чего это?

– Не хочешь говорить, не буду настаивать. Кстати, я так и не узнал твоего имени, узнав при этом часть жизни.

– Саша.

– Очень приятно, Саша, меня зовут Андрей, по отчеству Владимирович, называй как удобно. Так какого года рождения ты у нас и с каких краёв сюда пожаловал?

– В 1889 году родился в Приморской деревне, самой глуши, в обычной бедной семье, и это место, теперь ненавижу больше всего.

– Значит тебе сейчас пятнадцать лет получается, так?

– Ну выходит, что так.

Разговор не клеился. Мои мысли всё равно были далеки от этой реальности. Что если, где-то там, действительно живёт человек, который так отчаянно нуждается в помощи. В любом случае мне об этом не узнать и не проверить, а уж тем более не помочь отсюда. Не стоит забивать голову тем, в чём бессилен.

К вечеру принесли ужин. Удивительный запах чая быстро наполнил холодную камеру. Летний, травянистый. Не припомню, что бы когда-то такое давали, но возможно это чья-то забота и такая мелочь развеяла туман в моей голове, наполнив какими-то, более яркими красками. Болеть приятно. Отдохнул, и наконец попробовал что-то действительно вкусное. Может это место не так плохо?

Можно ли променять яркий свет солнца на жизнь во мраке. Скорее всего, если тот свет обжигает, приносит страдания. Однако сейчас я чувствую тепло, мне этого достаточно.

На следующий день тоже остался в камере. Тихо и спокойно здесь бывает только днём, даже одиноко.

К обеду разбудили глухие шаги за дверью. Они то отдалялись, то приближались. Неразборчивый звук чьих-то голосов. Кто-то назвал мою фамилию. Нет, мне не послышалось?

Любопытно…

На пороге показался мужчина, не одетый в форму, обычный костюм. Низкий рост, полного телосложения. Этот человек не был мне знаком и не предполагаю, откуда он может знать, о таком как я.

– Ах, нашёл! Вот ты где. – Сказал он с натянутой улыбкой. Скорее даже ехидной насмешкой. В этих глазах слишком много властности и пренебрежения к месту, в котором он находится. Хоть и пытался скрыть неприязнь, мне это отчётливо видно.