Читаем Отпуск в лотерею онлайн бесплатно

- Карта магазина?

- Сейчас.

Я сунула руку в сумку, в кармашек, где лежала раздутая картышница. Да-да, я знала, что это называется красивым словом «картхолдер», но «картышница» мне нравилось больше. Впрочем, ни картхолдера, ни картышницы в сумке все равно не оказалось. На секунду обожгло холодком – неужели потеряла?! Но тут же вспомнила, что выкидывала старые карты и оставила на подзеркальнике.

- С собой нет, - вздохнула, оглядываясь, не подойдет ли кто-то, у кого можно попросить карту. Как назло, покупатели к кассе не спешили. В этом очень недешевом магазине косметики и парфюмерии обычно было немноголюдно. – Может, по номеру телефона?

Кассирша покачала головой и поинтересовалась, нет ли у меня мобильного приложения.

- Или возьмите еще хайлайтер по акции, а я вам скидку на все проведу.

Хайлайтер мне был без надобности, тем более от какого-то незнакомого производителя, но я согласилась, потому что приложения не было, а скидка по карте выходила приличная.

- И еще билет лотерейный к нему. Тащите, - девушка кивнула на барабан, откуда я вытащила разноцветный квадратик с защитным слоем.

Не глядя бросив его в сумку, расплатилась за свои покупки и ушла, тут же забыв о нем. Наверно, билету суждено было сгинуть в компании всего того хлама, который копится на дне дамских сумок, если бы внезапно не наступило лето.

Лето ведь всегда наступает внезапно, правда?

Моим фетишем были туфли и перчатки, а с сумками я не дружила. Их у меня традиционно было всего две – «зимняя» черная и «летняя» бежевая. В конце сезона я вытряхивала все содержимое на газетку, выбрасывала лишнее, а нужное перекладывала в другую сумку. Вот и сейчас, собираясь на работу, ворошила всякие бумажки, чеки, скомканные салфетки и фантики.

Под руку попался яркий плотный квадратик. Лотерейка? Наверняка просроченная. Однако надпись мелким шрифтом извещала, что выдача призов и регистрация главных выигрышей до третьего июня – до послезавтра.

Ну а вдруг?

Достав из кошелька монетку, я стерла защитный слой и не поверила своим глазам. Поморгала обалдело, сдула серебристую пыль, но на билете по-прежнему жирно значилось «ГЛАВНЫЙ ПРИЗ». Получить дополнительную информацию и зарегистрировать выигрыш предлагалось на сайте лотереи.

- Ты чего зависла, Кать?

Из спальни, позевывая и подтягивая боксеры с лягушками, выплыл Димка, мой, как его называла мама, псевдомуж. Псевдо – потому что мы жили вместе уже два года, но вопрос официальной регистрации отношений по-прежнему болтался где-то за горизонтом.

- Я тут чего-то выиграла, кажется.

- Опять скидку три копейки?

Я вообще никогда ничего не выигрывала в такие лотереи. А если чудо все же случалось, то именно такое: скидка на следующую покупку. Действие которой до этой самой следующей покупки благополучно успевало закончиться.

- Не знаю, - я торопливо кидала в сумку походный набор. – Написано «главный приз». Приеду на работу – посмотрю, что там. Надо зарегаться на сайте.

- О-о-о, наверно, главная скидка, - фыркнул Димка. – На целых пять копеек.

Он скрылся на кухне, а я влезла в туфли, надела плащ и выскочила на лестницу. По идее, успевала на автобус, но он злорадно показал мне хвост. Это же святое: если приходишь на остановку вовремя, автобус где-то зависает, а если задержишься хоть на минуту, он приедет секунда в секунду, а то еще и раньше. Ждать следующий – заведомо опоздать на работу и нарваться на штраф. У нас ввели такое недавно: за любое нарушение трудовой дисциплины вычитали из зарплаты. Уже сидя в такси, я сообразила, что штраф точно был бы меньше, чем стоимость поездки в час пик.

Похоже, день не задался с самого начала, и «главный приз» на этом фоне выглядел какой-то подлой насмешкой. Снова захотелось выбросить билет, но это было бы такое…

Назло бабе отморожу яйца.

Впрочем, зайти на лотерейный сайт я смогла только к обеду: с утра навалилось работы. Окончив журфак универа, я не слишком успешно поработала пиарщицей в торговой компании, потом скатилась в продажницы. Работа не нравилась: ни уму, ни сердцу, ни кошельку. Подрабатывала написанием заказных статей, но уйти на фриланс не решалась.

В общем, если подумать, вся моя жизнь к двадцати восьми годам подвисла в точке бифуркации. То самое шаткое равновесие, которое в любой момент может нарушиться – и неизвестно, в какую сторону: к стабильному росту или к не менее стабильному падению. Причем это касалось не только работы, но и личной жизни.

С Димкой мы вместе учились, однако встречаться начали уже после выпуска, когда пересеклись на свадьбе бывшей одногруппницы. Отношения развивались, но как-то вяло. Через два года мы решили жить вместе. Я не скрывала, что хочу замуж и детей, а Димка говорил, что, в принципе, не против, но пока не готов. Надо сначала попробовать, как у нас получится. Прошло еще два года, но ситуация яснее не стала. Его все устраивало и так, без регистрации. Меня – уже нет. Хотелось определенности.

В обеденный перерыв я разогрела в микроволновке контейнер с курой-гречей и открыла сайт лотереи. Ни на что особо не рассчитывая, скорее, чтобы не жалеть потом: а вдруг там было что-то стоящее.

Выяснилось, что выигравшие «главный приз» на самом деле еще ничего не выиграли – кроме возможности побороться за него в игровом шоу какого-то развлекательного телеканала. Я о таком даже и не слышала, поскольку подобные передачи не смотрела.

Ну ясно. Очередной лохотрон. Кто бы сомневался.

Я уже хотела закрыть сайт, но спохватилась, что так и не узнала, за какой именно приз предлагают сражаться. Покрутила страницу вверх-вниз и нашла.

Тихоокеанский круиз?!

Серьезно?!

- Кать, ну ты же это не серьезно?

Отложив вилку, Димка посмотрел на меня как на дебильного ребенка. Этот его добродушно-снисходительный тон разозлил, но одновременно избавил от сомнений, которые – чего уж там! – грызли с того самого момента, когда я зарегистрировала свой выигрышный билет на сайте.

«Ваша заявка принята, - прилетело в ответ. – В ближайшее время с вами свяжется представитель организационного отдела».

- Почему не серьезно? – спросила я, старательно наматывая на вилку спагетти.

- Да потому что это развод, стопудово. Вот увидишь, тебя попросят за что-то там заплатить, ты заплатишь, и на этом все закончится.

- Я проверила на официальном сайте телеканала. Там есть это шоу. И ссылка оттуда ведет на сайт лотереи.

- И что? Поэтому не лохотрон, а все по-честному? Я когда-то сам людей на такие разводки заманивал, еще когда в универе учился. Ресторан, бесплатное шампанское, сделайте взнос, получите овердобуя всякого-разного. И ведь делали же! У народа страсть к халяве.

- Какая же это халява, если надо сделать взнос? – хмыкнула я.

- А зачем люди вообще во всякие пирамиды вкладываются? Чтобы на каждый вложенный рубль получить десять. Или двадцать.

- Дим, успокойся, я не собираюсь никуда ничего вкладывать. Если попросят хотя бы рубль, просто пошлю на фиг.

- Хотелось бы верить, - хмыкнул он.

Я представила его с надетой на уши тарелкой. Спагетти будут шлепаться на колени, на стол, а по физиономии потечет соус. Иногда мне и правда хотелось сделать что-то такое. Когда раздражение начинало переливаться через край.

Вместо этого я скрипнула зубами, поставила тарелку в мойку и ушла в спальню. Намекая на то, что не мешало бы поучаствовать в общеполезном труде. Но даже такой жирный намек в цель не попал: Димка пришел следом, завалился на кровать и включил телевизор.

- Дима, пожалуйста, помой посуду! – озвучила я то, что не дошло телепатически.

- Кать, а давай ты выиграешь кучу денег и мы купим посудомойку?

Очень хотелось сказать, что мы хоть сейчас могли бы позволить себе посудомойку, если бы кто-то на прошлой неделе не слил двадцать штук в танчики. За эти деньги Димка прикупил себе какую-то жалкую самоходку, с которой более состоятельные и поэтому лучше вооруженные члены команды выпускали его поездить вдоль окопов, вызывая огонь противника на себя. Мой вполне резонный вопрос, а не охренел ли он, вызвал такие фонтаны фекалий, как будто я поставила под сомнение необходимость реальной государственной обороны.

Я вообще могла бы сказать многое, но боялась, что если начну, уже не остановлюсь. И тогда мы точно доругаемся до окончательного разрыва, а к этому я готова не была. Еще не была… Поэтому просто ушла в гостиную, надеясь, что туда он за мной не потащится. Включила ноутбук, легла на диван и снова открыла сайт лотереи.

Никакой представитель со мной так и не связался, ни по почте, ни по телефону. Надо было плюнуть, забить и забыть, но не получалось. Как будто дали конфету, а оказалось, что это всего лишь пустой фантик. Обидно до слез. Особенно учитывая, что я всегда мечтала о круизе на большом лайнере. А тут еще Тихий океан – атоллы, лагуны, коралловые рифы!

Ну и ладно. И хорошо, что так. А то поехала бы на это дурацкое шоу и ничего там не выиграла. Только опозорилась бы на весь белый свет. Было бы в сто раз обиднее. И Димка оборжал бы меня с ног до головы.

Значок почты в трее с тихим звоном выкинул единичку: новое письмо. Наверняка какой-нибудь спам, удачно избежавший яйцерезки. Кто еще сейчас пишет в почту? Даже смотреть не буду.

Или нет. Посмотрю и удалю. Чтобы не висело и не мозолило глаза.

Но пальцы почему-то отказывались верить в спам и дрожали так, что я дважды промазала курсором. А когда наконец попала и открыла, задрожала уже вся.

В верхней строке висел жирный заголовок: «Тихоокеанская лотерея»!

Написано там было много всего, но суть сводилась к следующему: меня приглашали в Москву на съемки. Мне полагалась частичная оплата проезда, талоны на питание и гонорар в размере трех тысяч рублей за съемочный день. Я должна была привезти с собой три комплекта одежды и подготовить внятный рассказ о себе. Разрешалось прихватить группу поддержки в количестве двух человек, разумеется, за свой счет. Также сообщалось, что победитель будет определен из числа десяти участников, что замена приза денежным эквивалентом не предусмотрена и что в случае победы придется уплатить налог на выигрыш в размере тридцати пяти процентов. В чем именно будет заключаться конкурс, письмо таинственно умалчивало.

Ходить по канату? Есть жуков? Петь и плясать?

Я еще могла отказаться. Точнее, даже делать ничего не надо было, просто закрыть письмо и притвориться, что его не видела. В список участников я попадала только после подтверждения заявки на участие и заполнения подробной анкеты.

Вдруг стало страшно. Очень страшно.

Господи, куда я лезу-то? Какое шоу, какой конкурс? Да меня и с работы-то не отпустят.

А рука при этом уже тянулась открыть анкету.

Когда я, совершенно очумевшая от собственной дерзости, замешанной на авантюризме, подтвердила заявку и заглянула в спальню, Димка уже спал. Будить его я не стала. Быстренько приняла душ и забралась под одеяло. И снился мне, разумеется, отпуск мечты: белоснежный лайнер, бирюзовый океан, синее небо, яркое солнце. Я – в шезлонге на палубе, в белом купальнике, в шляпе и с разноцветным коктейлем. А рядом супермужественный мачо в тесных плавках и зеркальных очках, с бицепсами-фигицепсами и прочими кубиками.

Проснулась я в самом распрекрасном настроении, словно уже выиграла главный приз. Но не прошло и получаса, как оно было разорвано в клочья похожим на тропический ураган скандалом.

- Ты сдурела? – поинтересовался мой любезный, оторвавшись от тарелки.

Работал он в пресс-службе городской администрации, по скользящему графику, и сегодня выходил рано, вместе со мной. Вот за завтраком я ему и сообщила новость.

- А собственно, почему сдурела? – уточнила я, сражаясь с желанием воткнуть в него вилку. Не в глаз, конечно, а куда-нибудь в мягкие ткани.

- Если тебе так хочется позориться на весь белый свет – это твои проблемы. Но ты и меня еще опозоришь.

- А собственно, почему тебя? – нет, пожалуй, в глаз было бы интереснее. Или хотя бы в язык. – Ты мне, кажется, не муж. Это мне позорище, когда все подряд спрашивают, поженимся мы наконец или нет.

На самом деле никто меня об этом не спрашивал, даже родители. Но в курсе журналистики мы изучали в числе прочего segue, плавный перевод интервью в безопасное русло, если что-то пошло не по плану. Я запомнила этот метод и активно использовала его в повседневной жизни. Конечно, переводить тему на регистрацию брака было вовсе не безопасно, но с моей поездки в Москву мы соскочили.

Минут пять Димка орал, что терпеть не может, когда его к чему-то принуждают. Что он вообще не видит смысла в официальном браке, потому что я и сейчас на него без конца давлю, а как стану женой со штампом, окончательно превращусь в пресс, и тогда мы все равно разведемся.

Когда я услышала подобное впервые, мы разругались в хламину. Бахнув дверью, Димка уехал к родителям. Через две недели двустороннего молчания я собрала его вещи в сумки и выставила в прихожую. И отправила сообщение с просьбой их забрать. Он приехал, и…

В общем, тогда мы помирились. Димка попросил время на дозревание, а я пообещала не торопить. Но зрел он слишком уж медленно, а меня такое положение раздражало. Как и заявы о том, что для него штамп вообще не имеет никакого значения, поскольку чувства от его наличия или отсутствия не зависят.

Окей, говорила я, если штамп никакого значения не имеет, тогда почему бы его не поставить? Да, я хочу семью, хочу детей. Если тебе этого в принципе не надо, скажи прямо, я не буду тратить время. Это невосполнимый ресурс.

На этом Димка как-то сразу пригасал. И говорил, что надо. И со мной. Но не вотпрямщас. Чуть позже.

В конце концов я поняла, что точку надо было поставить в тот самый первый раз. Теперь уже дозревала сама – до разрыва. Все-таки это непростое дело, если нет серьезного повода. Наверно, такого повода я и ждала. И, кажется, его наконец подвезли.

- Дим, а может, все дело в том, что я теоретически могу выиграть и ты этого боишься? – спросила я с милой улыбкой. Или мне показалось, что с милой. Может, и нет. – Ну вот выиграю, поеду в круиз, а ты дома останешься. Тебя это жрет? Потому что с тобой мне никакой круиз точно не светит. Ты все, что зарабатываешь, в танчики сливаешь. Как тинейджер. Поэтому и детей не хочешь – а вдруг они у тебя будут игрушки отбирать.

А ведь интересный же мужик. Можно даже сказать, красивый. Голубоглазый брюнет, породистый. И родинка на щеке такая… как у чистокровной овчарки. Правда, сейчас больше похож на надутую жабу с выпученными глазами. Если бывают жабы багрового цвета.

Я не стала ждать, пока он лопнет, и добавила: