Читаем Отпуск с прокурором онлайн бесплатно

— Слышала? Наш новый прокурор приказал перевести Лизу Котову в помощницы к начальнику отдела, а вместо нее поставил замухрышку. —Приглушенный голос Иры из отдела планирования и мониторинга цифровой трансформации не спутать, слух у меня отменный, как у кошки.

Смешок её коллеги Оли Куликовой тоже хорошо узнаваем.

Стою, прижимаясь щекой к прохладной стене с другой стороны пыльного архива, а глаза обжигают непрошеные слёзы. Замухрышка! Какое обидное прозвище! Хотя куда мне тягаться с Котовой? Лиза в прошлом году на конкурсе красоты заняла второе место — она у нас теперь ходит в звании «Леди прокуратуры».

— Начальник отдела сказал, что прокурору виднее, — задумчиво выдает Куликова.

— Но Котова проработала три года у прежнего шефа! Зачем Льву Борисовичу это огородное пугало рядом? — не унимается Ира. — Ее дальше цокольного этажа пускать нельзя. Она же его репутацию на корню загубит! Посмотрят, кто сидит в приёмной, и та-а-акие слухи поползут! А прокурор фигура публичная, ему слухи ни к чему.

Зрение у меня плохое, но слух хороший. Слышится звук удаляющихся шагов, и из груди рвется вздох облегчения.

Выбираюсь из-за стеллажа с пыльными папками и первым делом нащупываю упавшие на пол очки. Неприятно слушать о себе гадости, да только ничего с этим не поделаешь. Я и сама не понимаю, для чего новый прокурор выдернул меня из отдела документационного обеспечения на цокольном этаже и посадил в приёмную. Воспринимаю это как насмешку. Да и для меня он вовсе не прокурор! Мы с ним юрфак вместе оканчивали пять лет назад. Лёва Ключников, краса курса и староста нашей группы, был тогда для меня всем. Говорят, первая любовь запоминается надолго. Для меня — на всю жизнь. Его поцелуи, ласки — все пролетело, как один миг. Лёву отец отправил в Москву в магистратуру, а я… Страшные воспоминания захлестывают огромной темной волной, и я уговариваю себя дышать по методике, которой меня научил психотерапевт в центре реабилитации. Через пару минут сосредоточенного дыхания меня отпускает. Образы, которые преследуют меня по ночам, потихоньку отползают обратно в глубины подсознания. Стараясь не смотреть на свое отражение в зеркале, торопливо поправляю форму, и глаза снова обжигают слёзы. Аккуратно перебираю папки, забираю нужную информацию и прячу нужную папку в сумку. «Что было, то прошло, — уговариваю себя. — Незачем ворошить».

Вешаю на плечо объемную сумку, поднимаюсь по лестнице наверх. Иры и Оли уже след простыл. Я тоже спешу на свое новое рабочее место. Самооценка, которая и так невысока, после подслушанного разговора коллег падает ниже плинтуса. Замухрышка… Придумали же прозвище!

Июльская жара грозится меня добить. Начало девятого, а уже душно, как в печке, ещё и сплит-система вышла из строя на всем этаже. Что будет в обед, остается только догадываться. Хорошо, что сегодня последний рабочий день. Завтра я выхожу в отпуск, и мои страдания из-за внезапного назначения на новую должность ненадолго отойдут на задний план, потому что оказаться с Ключниковым в одном кабинете спустя пять лет попыток его забыть — это как босиком по стеклам.

Вот и приёмная нового прокурора. Толкаю плечом тяжелую дверь — и я на рабочем месте.

В приёмной натыкаюсь на Лизу Котову. Красива и безупречна — другими словами ее не описать. Сегодня она не в форме, а в стильном брючном костюме цвета кофе с молоком, который очень выгодно подчеркивает цвет ее глаз.

— Доброе утро. — Снова чувствую себя не в своей тарелке от того, что меня со вчерашнего дня поставили на ее место.

— Слушай, пугало огородное, я просто так тебе свое место не отдам, поняла?!

— А что ты сделаешь? Это приказ, — усмехаюсь с бравадой, но бравада эта напускная.

Одно мгновение — и острые коготки Котовой оказываются у моей щеки. Да только я, может, и пугало, но спорт подготовка у меня по-прежнему на высоте.

Перехватываю руку в миллиметре от своего лица. Чудом избежав царапин, с силой толкаю ее к стене, но Лиза тоже не промах — дергает меня за волосы.

— Мы с тобой ещё не закончили, очкарик! — шипит она мне на ухо.

Как назло, новый прокурор входит в приёмную.

Мы с Котовой шарахаемся друг от друга.

— Доброе утро, Лев Борисович! — Вытягиваемся перед ним по стойке смирно. Контраст очевиден: стильная красотка Лиза в стильном костюме не идет ни в какое сравнение с моей персоной.

— Доброе? — Он машинально кивает, но в его голубых глазах плещется недовольство, смешанное с удивлением.

Лиза красивым движением поправляет свои длинные чёрные волосы, подхватывает коробку с вещами и, стуча каблучками туфель, гордо направляется к выходу.

Хлопает дверь, и я остаюсь наедине с новым начальником. И снова ощущение, что я стою босиком на стеклах, медленно режущих мои ступни.

— Ася, всё в порядке? — В голубых глазах прокурора отражается тревога.

— Да, Лев Борисович, — хмурюсь, поправляя очки, а затем и форму. Почему-то мне хочется плакать от ощущения собственного бессилия. — Сделать вам кофе? — бурчу дежурное.

— Буду премного благодарен. — Он не сводит с меня глаз, изучает так пристально, что я ежусь от его прямого взгляда.

«Не смотри на меня! Я уже не такая, как раньше! Прежнюю Асю не вернуть. Она погибла там, под завалами, в страшном подвале, где её чудом обнаружили спасатели через несколько суток после обрушения. — Сердце сжимается. — Да и предателей я не прощаю. Сделаем вид, что мы незнакомы. Так будет лучше для всех».

— Ася, зайдите ко мне в кабинет в конце рабочего дня, — не спуская с меня глаз, чеканит прокурор. — У меня есть к вам приватный разговор.

Отвожу взгляд. Что ему ещё нужно? Какой ещё приватный разговор?

Ася

День тянется очень медленно. Жара грозится меня добить. Пальцы летают по клавишам, набирая очередной документ, а мозг плавится от горячего, как в печке, воздуха. Как назло, сплит-система в приёмной и холле вышла из строя, а починить ее обещают только завтра.

Все сотрудники со второго этажа возмущаются, и даже у меня, самой невзрачной и терпеливой «серой мышки», иссякает терпение.

Отодвигаю клавиатуру в сторону и поправляю очки, которые от духоты сползли на переносицу. Как хорошо, что завтра я выхожу в отпуск! Целый месяц я буду валяться на диване и читать любимые женские детективы.

В телефоне громко звякает сообщение. Я нехотя смотрю на экран, и у меня сосет под ложечкой от нехорошего предчувствия: сообщение пришло от моей бедовой подружки Катерины, с которой мы не созванивались уже целую вечность.

Катя работает в турагентстве, и в отличие от меня она живет яркой, насыщенной жизнью. Своей миссией Катерина выбрала цель спасти меня от угрюмого затворничества. Целеустремленности Кати я сопротивляюсь весьма отчаянно, и у меня есть на то веские причины, о которых я стараюсь не вспоминать.

«Есть две горящие путёвки в Сочи на десять дней. Отель в центре города дает хорошую скидку. До пляжа пешком всего десять минут. Поехали?»

Я напряженно сглатываю. Стопка новеньких детективов, которые я планировала прочесть за отпуск, нервно вздрагивает. Но ответить отказом на сообщение Катюхи я не успеваю: дверь кабинета распахивается, и на пороге появляется наш новый прокурор.

Я с досадой отвожу взгляд: слишком яркий контраст составляет Лев Борисович Ключников с моей невзрачной внешностью. Статный, целеустремленный блондин с голубыми глазами, он уверенно идет по жизни, сражая наповал своей харизмой и холодным ароматом мужской туалетной воды, название которой я успела узнать в парфюмерном магазине. А как ему идет темно-синяя форма!

Не то чтобы я питала надежды на его счет: у нас с неуставными отношениями весьма строго, да и неприметная Ася совершенно точно не может оказаться рядом с таким красивым и успешным мужчиной, но аромат его туалетной воды настолько приятен, что вчера после работы я не удержалась и свернула в отдел парфюмерии. Перенюхав все мужские духи, я наконец нашла тот самый аромат и купила маленький флакон, зажмурившись на ценник. Глупо, знаю, но теперь этот флакон стоит у меня на туалетном столике, и перед сном я могу украдкой открыть его, чтобы окунуться в аромат, который исходит от нового прокурора.

Не знаю, кто решил, что в нашем спокойном округе всем должен заправлять такой деятельный мужчина, как Ключников, но этот кто-то явно подкинул нам проблем. В отличие от прошлого прокурора, ведущего весьма умеренную деятельность, новый прокурор — карьерист до мозга костей. И, возможно, я бы никогда не оказалась на месте его помощницы, но как только он вступил в должность, сразу потребовал найти сотрудника, который умеет быстро печатать и схватывать информацию на лету, а не улыбаться и красиво подавать кофе. Так в его приёмной вместо яркой Лизы Котовой появилась я, Ася из отдела документационного обеспечения на цокольном этаже рядом с архивом. Котову с радостью забрал к себе начальник отдела, но со вчерашнего дня она меня ненавидит, а мне очень тяжело внезапно стать мишенью для насмешек всех трех этажей. Ведь и так понятно, что роль помощницы прокурора я не потяну…

Отпустив журналиста, которому он целых полтора часа давал развернутые ответы на вопросы, Ключников останавливается перед моим столом.

— Ася, зайдите ко мне в кабинет.

Я напрягаюсь: что ему понадобилось в конце рабочего дня, да ещё и приватно?

— Да, Лев Борисович, уже бегу.

Перед ним я теряюсь. Не думать о нас я не могу. Каждый миг сердце гулко стучит о ребра, напоминая о том, как сильно я его любила, о наших поцелуях в городском парке на лавочке после лекций, о студенческих посиделках, о танцах до самого рассвета…

После случившегося со мной кошмара я и так немногословна, но стоит Льву Борисовичу заговорить со мной, как язык и вовсе отказывается выдавать нужные фразы, заменяя их на невнятное мычание.

Поднявшись из-за стола Лизы Котовой (почему-то я не могу до конца поверить в то, что этот стол отныне мой, а не её), я послушно следую за прокурором в его кабинет.

— Присаживайтесь, Ася, не стесняйтесь. — Ключников дружелюбно смотрит на меня и указывает на место для посетителей.

Я опускаюсь на стул, мечтая не упасть в обморок, и выжидающе смотрю на него. Что он скажет? Что моя миссия провалена и я возвращаюсь в отдел документационного обеспечения на своё привычное место? Честно говоря, это было бы здорово. Рядом с ним я ощущаю жуткий дискомфорт. Между нами слишком большой контраст, а ведь помощник должен дополнять своего руководителя.

— Я смотрел твое личное дело. — Его слова — как гром среди ясного неба.

Я нервно сглатываю и вжимаюсь в кресло.

— Ася! Я не понимаю…

Все, маски сброшены. Нет никакого прокурора. Есть Лёва, есть Ася. И огромная пропасть между нами. Пропасть, через которую не перебросить мосты.

— Что… не понимаете? — Не хочу с ним на «ты»! Он ведь меня бросил тогда. Уехал, даже не попрощавшись. Нет, не навести мосты пять лет спустя.

Ключников нервничает, вскакивает со своего места и прохаживается по кабинету, безумно сексуально проводит рукой по светлым волосам.

— Ты же была лучшей на курсе! У тебя хорошая физподготовка, отличная правовая база! Ты можешь занять достойное место в следственном отделе! Ты ведь всегда мечтала стать следователем по особо важным делам, так почему вместо этого прячешься за пыльными папками в отделе документационного обеспечения?

— Я так решила, — сбивчиво шепчу, ощущая, как по спине от дикого напряжения скатываются капли пота. — Скажите, Лев Борисович, вы разочарованы? Я плохо справляюсь с обязанностями, и вы позволите мне вернуться в мой неприметный отдел?

Горько усмехнувшись, он отодвигает папку с личным делом в сторону.

— На цокольный этаж в полуподвальное помещение, где тебя никто никогда не увидит? Ты этого хочешь?

Я робко киваю.

— Так было бы лучше всего. Я уже три года, как архивист. А к вам бы вернулась Лиза Котова. Это ее место. Прежнего прокурора все устраивало.

— Меня устраиваешь ты! Поверь, меня даже устраивает маска, за которой ты прячешься… полагаю, после того случая, который упоминается в личном деле и повлиял на твою жизнь не лучшим образом. Ты частично лишилась зрения, но это же не повод хоронить себя в архиве.

Я вспыхиваю. Горло горит, пульс подскочил, ладони вспотели.

— Хватит! Достаточно красивых фраз! Если я работаю в отделе документации, значит, у меня есть на то причины.

Он останавливается передо мной. В его глазах плещется недоумение.

— Какие причины, Ась?! Я возвращаюсь домой через пять лет, и что я вижу? Девушка, которая всегда шла к цели напролом, внезапно превращается в затворницу! Где твой задор, где тот блеск в глазах?!

Я пожимаю плечами.

— Их больше нет. Осталось то, что осталось. Так что будет лучше, если вы позволите мне вернуться в свой любимый отдел. Там я в безопасности.

Ключников пристально рассматривает меня, как будто пытается найти ответы на нужные ему вопросы.

— Ты чего-то опасаешься?

— С некоторых пор много чего. Но это личное. Я не собираюсь ни с кем им делиться.

Наши взгляды встречаются. В моем твёрдое «нет», и Ключников сбавляет обороты.

— Ладно, извини, я не должен был… Ась, я бы не вызывал тебя к себе в кабинет, но у меня возникла весьма деликатная проблема, и только ты можешь мне помочь её решить, —произносит он с расстановкой.

— Что, есть проблема серьёзнее сломанной сплит-системы?

— Ещё какая! Завтра вечером заместитель главы администрации проводит одно важное мероприятие, и там надо присутствовать.

— Хвостов? — морщусь, как от головной боли. Если в городе и есть самый неприятный человек, так это заместитель главы администрации Анатолий Хвостов. Это он приказал закрыть мое дело за недостатком улик.

— Он, да. Мне нужна спутница, которая все будет схватывать на лету.

— Нет, нет, нет! Это исключено! — Я отчаянно машу руками.

— Ася, я вернулся в город совсем недавно. Работа отнимает всё моё свободное время. Поверь, если бы у меня была женщина, которой можно было доверять, я бы смело взял её с собой. Увы, таких женщин нет, поэтому я вынужден просить тебя пойти со мной. Поверь, ты будешь в полной безопасности! Надо будет всего лишь красиво уложить волосы, сделать макияж и надеть вечернее платье.

Я поднимаюсь со своего места. Пячусь к двери. Как же красиво он говорит. Недаром прокурор.

— Нет, нет, и ещё раз нет! — молвлю дрожащим голосом. — И не «ты, Ася», а «вы»! Не надо мне «тыкать». То, что мы когда-то были знакомы, не имеет никакого значения в настоящем.

В его глазах мелькает затаенная боль. Или мне кажется?

— Хорошо, приношу свои извинения. Больше никакого «ты»! — с досадой чеканит он.

— Да и с чего вы взяли, Лев Борисович, что мне можно доверять?

— Полагаюсь на интуицию. Она меня ещё ни разу не подвела.

— Возьмите Котову!

— Она не подходит. Достаточно хорошо я знаю только одного человека, и это вы, Ася.

«Вы» он произносит подчеркнуто, с издевкой, как будто не верит, что мы больше не одна команда, как было раньше, и надо соблюдать субординацию.

Я качаю головой.

— У меня нет вечернего платья.

— Будет. Просто дайте свое согласие. Мероприятие начинается завтра в шесть.

В его взгляде мелькает мольба, и я осторожно выдыхаю.