Читаем Отмороженный онлайн бесплатно

Я вышел из аудитории, и двери за мной бесшумно закрылись. Живу тут уже третий год, а все не могу до конца привыкнуть к новому миру. Мог ли я когда-нибудь представить, что буду учиться в универе, который напоминает научную лабораторию из всех фантастических фильмов вместе взятых?

В моей прошлой реальности двери аудитории скрипели и хлопали так, что, когда ты опаздывал на лекцию и пытался пройти тихо, тебя было слышно, наверное, из соседней. Ступеньки как будто специально отсчитывали каждый твой шаг под строгим взглядом «любимого» профессора, а выцарапанные надписи на партах могли рассказать о судьбах всех твоих предшественников.

Конечно, я всегда мечтал оказаться в будущем: стать свидетелем того, как технологии перевернули жизнь, пользоваться беспилотными такси, иметь в сетчатке глаза все необходимые коды доступа, управлять своим бытовым миром с помощью тач-панелей и так далее.

Сидя на лекциях в Академии в далеком двухтысячном, я уж точно был уверен, что скайкрафт, высокотехнологичные дроиды, которыми можно управлять с полным погружением удаленно, а еще самые настоящие монстры и твари из параллельного мира не станут моей реальностью.

Теперь я, видимо, должен признаться, что мечты сбываются.

Однажды я очнулся в 2198 году, оглянулся вокруг и тут же решил, что это все сон, но сон кайфовый. И хоть проспал я почти двести лет, выспаться мне не удалось. Да и пробуждение оказалось не из приятных. Слишком много предстояло сделать. Как минимум научиться заново ходить.

В отличие от своего тела, с новым миром я освоился быстро. Любовь к всевозможной технике мне привил отец. Конечно, собственноручно собранный в гараже отца мопед — это одно, а конструкция биологически активного, практически живого дроида — совсем другое, но главное руки растут из правильного места, да и бояться не надо.

Я остановился у инфопанели, глядя на исчезающий логотип Российского института петрофизики, сокращенно РИП, созданного специально для изучения Четвертого полюса. У нас в институте уверены, что это Земля Санникова, американцы называют ее — Терра Нова, а индусы верят, что это Шамбала. Мы (младшие научные сотрудники) называем ее Мерзлотой.

Но на самом деле никто еще не знает, что это. Портал в этот мир нашли в Арктике всего шестьдесят пять лет назад, сорок лет назад обнаружили следы неизвестной цивилизации и взяли их на вооружение. А три года назад там откопали меня — спасателя МЧС, который в далеком две тысячи двадцать третьем году пропал без вести во время поиска группы пропавших ученых с дрейфующей станции «СП-17».

Нашли, оживили, выходили, изучили, в вечернем ток-шоу даже показали. Ничего интересного не выяснили и отстали, выставив астрономический счет за лечение. Люди будущего оказались теми еще гадами со своей рыночной экономикой, но прорвемся. Не страшнее здесь, чем ночью у нас на районе.

Я моргнул, пройдя идентификацию, и начал свайпать все приветствия, чтобы попасть в результаты выпускных экзаменов.

Скипнул первую десятку лучших. Тут все давно понятно. На первом месте — Анна, внучка профессора Симонова. На втором и третьем сестры Вебер — две высокомерные стервы, но с какой-то просто маниакальной тягой к Мерзлоте. Дальше в рейтинге никто об учебе уже не думал, этакий вид местной золотой молодежи. На распределение им плевать, родители устроят. А учатся хорошо скорее ради статуса.

Я пролистал еще две десятки и, наконец, увидел свое имя — Алексей Белов.

Сорок второе место из двухсот. То, что доктор прописал, а точнее кредитный инспектор, заставивший меня подписать кабальный договор с Академгородком. С сорокового по сорок пятое место распределяют в сектор Б-4, на добычу скайкрафта (самого ценного ресурса в этом мире) для нужд института.

Наконец, появится доступ к инженерному дроиду, а с ним и возможность подумать о своих нуждах. При текущей работе лаборантом в институте долг за лечение мне придется отдавать еще двести лет.

— Алекс! Вот ты где! Как результаты? — на меня катился мой одногруппник Роберт Абрамов, он же Боб, он же Бобер. Именно катился, потому что ни с каким другим движением он не ассоциировался. Боб был толстым, громким, умным и очень добрым, а еще он был моим единственным другом, не считая профессора Симонова. Откровенно говоря, с друзьями здесь у меня не очень задалось — с «Отмороженным», как меня называли за глаза, дружить особо никто не хотел.

Кто-то просто относился ко мне настороженно, кто-то считал безнадежно отсталым, а были и такие, кто вовсе не считал меня человеком. Боб же был тем, кто проявил ко мне интерес: не научный, а личный.

Он даже рискнул сходить со мной пару раз в Горячий Квартал, куда обычно люди из института не ходили.

Горячий Квартал был странным местом для мира, где все супер технологично, прозрачно и отстроено. Некий Сайгон 2000-х годов с заведениями в стиле декаданса, уличной едой, стариками-джинами, которые хитро прищуриваются и деланно улыбаются каждому прохожему, рекламируя свои товары.

Здесь можно было найти все: от технологий Четвертого полюса до того, что видимо переживет все времена.

В нашей студенческой среде ходило много рассказов про травы и таблетки в Горячем Квартале, после которых людям полностью сносило башку и хотелось не то, что одежду, но и кожу с себя срывать, а еще тянуло на всякие странные подвиги типа прогуляться по Мерзлоте на своих двоих, а не управляя дроидом, да еще и без скафандра — чувствовали свою десятиминутную неуязвимость.

Мне в Квартале нравилось тем, что он был немного похож на мой прежний мир. Там был хаос, уличная еда, районы, в которых можно затеряться. Ты до конца не понимал правил, и там было опасно. От этого чувства моя кровь закипала, и мне хотелось жить — самое то для «отмороженного».

А еще он примыкал к свалке, куда местный филиал корпорации «Майтен» сбрасывал бракованные запчасти дроидов.

— Результаты вполне, — ответил я Роберту, — вот думаю про свою дальнейшую жизнь. Как у тебя?

— Серединка на половинку! — Боб расплылся в улыбке и ткнул пальцем в инфопанель, — Ниже тебя на четыре пункта.

— А чего довольный тогда такой?

— С отцом поспорил, — парень попытался изобразить нечто похожее на танец медведя, это когда только задница колоколом ходит. — Он думал, что я даже в сотню не войду. Я всех братьев обошел. По меркам семейного бизнеса я типа вундеркинд, которому купят любую игрушку, которую он захочет! А он хочет — скоростного дроида-разведчика «Блэк хоук», та-да-да-дам! — Боб сделал еще несколько па и начал уже выдыхаться.

— И надо оно тебе? — я теперь все оценивал и примерял с точки зрения возможного заработка. — Шансов найти что-то ценное в неизвестных зонах сильно меньше, чем оставить там своего дроида падальщикам. Работал бы на отца, горя бы не знал.

— Ага, что-то тебе не нужны деньги моего отца, а мне советуешь. Давно бы взял у меня денег и отдал свои кредиты, — пожал плечами Роберт. — Но, видите ли, не по-пацански это, хоть я и не понимаю, что это значит. А во-вторых, я итак буду в семейном бизнесе. Мы расширяемся, отец получил лицензию на разработку нового сектора.

— Это который в зоне «Браво»?

— Ага, только представь, что там можно найти? — проговорил это Роберт так, будто уже сидит в капсуле управления своим «Блэк хоуком» и несется сквозь безжизненное пространство ледяной пустыни в поисках великих открытий.

— Не представляю, но в новостях вчера показали, что осталось от китайской базы после встречи с тварями Мерзлоты, — я был настроен более скептично, — А это между прочим была зона «Чарли», на порядок безопасней.

— Вот ты зануда, — улыбнулся друг, радуясь собственной шутке. — Ты замерз двадцатипятилетним, а порой ведешь себя, как самый настоящий двухсотлетний старик. Иногда, мне кажется, что ты до конца не осознаешь, где мы все оказались. Всего в нескольких сотнях километров от нас — мир Мерзлоты. Да, за двадцать лет мы кое-что о нем узнали, — Боб начал загибать пальцы, а когда кулак сформировался, но список не закончился, махнул рукой. — Нашли Ориджиналов, научились делать дроидов-клонов, открыли сотни полезных ископаемых. Они уже меняют нашу жизнь, но это крохи, по сравнению с тем, что там дальше! Что скрывается в зоне «Альфа»? За тем пространством, где заканчивается последний щит и нет ни одной станции? По какому принципу работают Ориджиналы? Как они повышают свои уровни? Что за энергия выделяется, после убийства монстров? Ты когда-нибудь вообще думал об этом?

Несмотря на мой интерес к науке и к дроидам, так далеко я не заглядывал. Зачем? Если мне никогда не хватит денег на покупку даже обычного клона, не говоря уже об Ориджинале? Их всего-то нашли около двух тысяч.

Достаточно было понимать, что Ориджинал — вершина технологий с той стороны, которую умельцы с этой смогли подчинить себе: разработали специальные шлемы, механизм синхронизации и научились управлять. На практике все это было похоже на дополненную реальность — одеваешь очки или шлем (или лезешь в капсулу — но это для богатых), видишь картинку с камеры и отдаешь команды.

Я так управлял своим «спотом» — четвероногим робопсом, спроектированным по архивным чертежам компании Boston Dynamics и улучшенным современными технологиями. Профессор подогнал списанного и сделал ночной пропуск в мастерские института. Осталось обновить камеры, усилить дальность и отрегулировать клешню-манипулятор, которым я и собираюсь добывать ресурсы для выплаты долга.

Дальше я пока не смотрел, но мне нравилось как мыслит Роберт. Вот он точно знал, что рожден для чего-то масштабного. А ведь мог тусоваться с золотой молодежью, бизнес семьи позволяет.

— Ладно, забей! — Боб устал от моего молчания. — Погнали на вечеринку? Сегодня в «Позитроне» — лучшая тусовка года! Весь курс гулять будет!

Я растерянно посмотрел на своего друга. Видимо, его ближайшей целью все же было как следует напиться, а загадки мироздания можно было отложить на потом. А вот мне туда не очень хотелось. Во-первых, я все же был изгоем и кроме Боба особо ни с кем не общался. Во-вторых, я экономил, и как раз собирался заскочить на свалку в поисках новых линз для спота.

Но отвертеться не получилось. Если Боб запланировал напиться сегодня в моей компании, он это сделает. Еще и надавил на жалость гад, что через пару-тройку дней нас раскидает по разным секторам, и следующая встреча может случиться очень нескоро.

— Пошли, Алекс, сегодня все равно моя очередь угощать! — Роберт ускорил шаг, даже не собираясь слушать мои отмазки.

Мы взяли беспилотное такси и через пять минут уже были у входа в «Позитрон». Пропустили опцию виртуальных нарядов на входе. Боб только нацепил зачем-то бабочку. Я же предпочел не добавлять себе местного стиля.

Вообще штука удобная, учитывая, что без особых линз или очков дополненной реальности здесь никто не ходит. Особенно для девчонок. Приходишь в трениках, выбираешь образ, перечисляешь кредиты на счет клуба и вуаля. Вокруг тебя включается виртуальная оболочка, и вот ты уже сексуальная чика, инопланетная гостья или кукла Барби. В общем фантазируй как хочешь, только образы известных личностей нельзя принимать. Хотя в Горячем Квартале можно было прикупить пару апдейтов, чтобы обойти систему.

Вечеринка была в разгаре. Мы заказали по ледяному шоту (для разогрева) у виртуального бара и молекулярные закуски — богатые протеином и минеральными веществами био водоросли, устрицы и икру кармара (монстр из зоны «Эхо» — не супер страшный, но неожиданно очень вкусный).

К местной кухне я до сих пор не приспособился. Удобно невероятно, местами даже вкусно и ароматно. Но куда они дели пельмени с дошираком? Кулинарный, блин, атавизм. Как можно было отказаться от лучшего, что было в человеческой гастрономии, и все подчинить правильному распределению полезных веществ в организме? Хорошо хоть алкоголь оставили, но какой-то синтезированный, чтобы сильно не вредил. Более или менее настоящий можно было найти только в Горячем Квартале.

Признаюсь, что толк в тусовках они знали. Наш выпускной в актовом зале и рядом не стоял.

Несколько музыкальных площадок, парящих в воздухе, периодически меняли высоту и направление движения. Диджей в образе инженерного ретро-дроида перемещался от сцены к сцене.

Он делал вид, что работает в виртуальных лабораториях, создавая при этом музыкальный треки. Мягкий свет заливал помещение, позволяя все видеть и при этом не бил в глаза.

Я с любопытством разглядывал своих однокурсников. Фантазия девушек поражала. Образы роковых красоток из прошлого перемешивались с инопланетными: футуристические головные уборы, откровенные платья и комбинезоны из фибры монстров Мерзлоты. Мерзлота кстати была в моде. Мейк а-ля Снежная Королева и холодная аура встречались достаточно часто.

Боб увидел знакомых и ледоколом сквозь толпу пошел здороваться. А я заказал еще один коктейль, перепрыгнул на пролетающую мимо платформу и перебрался на балкончик, так чтобы видеть все, но самому не привлекать внимание. Устал уже.

Глядя на разномастную толпу, вспомнил свой первый год. Дался он тяжело…

Я был словно Пятница, которого Робинзон Крузо (то есть профессор Симонов) привез в цивилизацию.

По первой это было недалеко от реальности — и я смотрел на все огромным глазами, чуть ли не каждую секунду вздрагивая от красного мигания виртуальных очков, которым не нравился русский мат. И на меня смотрели, как на диковинную зверушку.

Когда тело почти восстановилось, я начал контролировать ноги с руками, стало сильно проще. А потом меня уже самого стали сторониться, когда я сломал нос одному особо наглому типу.

Сверху тусовка казалась еще более красочной и неоднородной. Я даже было подумал, чем черт не шутит, может спуститься и начать налаживать контакты? Но залип на телек, висящий на одной из стен клуба. Там закончился жаркий и довольно эротичный клип, и пошла реклама нового клона класса «Истребитель» от американской корпорации «Майтен».

Почти двухметровая фигура в броне из скайкрафта с уникальным обвесом. Максимально приближен к Ориджиналу — «Майтен», вообще, наловчился уже клепать отличных клонов. Единственное, что не могли повторить — это систему прокачки навыков. По отдельности все работало — броня, оружие, скорость, спецвозможности типа невидимости или преобразования энергии Мерзлоты в лед или огонь, но как-бы единоразово. Как выпустили с завода, заложив определенную программу, так и будет работать. Пока не сломается или пока монстр не перекусит.

А Ориджиналы могли развиваться. Прокачивать уровни и (как здесь это называлось) пробуждаться. И предела не было, по крайней мере, человечество его еще не нащупало.