Читаем Отдать Долг онлайн бесплатно

Я сидела на подоконнике и смотрела на пустынную улицу. Из окон второго этажа это было делать несколько удобнее. Редкие прохожие пробегали не задерживаясь. Да оно и понятно - в нашем бедном районе всякое может случиться в такое время. Это вам не противоположная часть города, где по улицам расхаживали констебли, охраняя покой состоятельных граждан, дамы гуляли с собачками, не боясь за свои редикюли и честь, а джентльмены быть ограбленными и втянутыми в драку за просто так.

Вздохнула, и тут же затаила дыхание заслышав шум колёс какого-то экипажа в начале улочки. Конечно отец не настолько богат, чтоб разезжать в экипажах, но всё же именно сейчас моё сердце замерло.

Лошади дотащили колёсное средство передвижения точнёхонько до нашего крыльца и остановились. Дверца тут же распахнулась и на ступеньки вывалился пьяный отец. Он то ли всхлипывал, то ли ругался, стараясь собрать своё тело в более пристойное состояние. А экипаж, меж тем, тронулся с места набирая скорость очень быстро и скрылся за очередным поворотом.

Я соскочила с подоконника, слетела вниз по старой скрипучей лестнице и распахнула дверь на себя. Отец уже поднялся и стоял напротив двери, очевидно, с намерением постучаться.

- Отец, что случилось? Почему ты так пьян?! - я не могла поверить своим глазам. 

- Люси, это ты? - пьяно сощурился он, потом покачнулся и ухватился за меня, чтобы не упасть. - Помоги мне дойти до спальни.

- Конечно. - я крякнула с натуги, но потащила его наверх. Отец кое-как, но всё же переставлял ноги. Очень подозреваю, если бы он этого не делал - спать ему тут же, в прихожей. Мне бы накогда не утащить его тело наверх. Отец у меня был выше среднего ростом и крупным в кости мужчиной. Ежедневная диета держала его тело от полноты, но всё равно худым он не был.

Я же пошла в мать - маленькая, худая, с узкими мальчишескими бёдрами и маленькой грудью. Но это, возможно, что мне ещё и восемнадцати не было.

Не сказать что я переживала по этому поводу. Мне так даже было удобнее - никто не покушался на угловатого подростка.

На кровать я родителя просто скинула. Он упал, что-то продолжая мычать зло и просяще тут же. Требовать от него рассказа сейчас было невозможно. Вернее, очень даже возможно, но безрезультатно и неблагодарно. Поэтому я набралась терпения и приготовилась ждать утра.

- Папа, как ты мог?! - ужаснулась я, отпрянув назад от него. Схватилась руками за горло, чтобы не закричать и не расплакаться.

- Прости, прости меня, Люси! - родитель глянул на меня виновато только один раз и больше не смотрел. Я видела что его разъедает вина и совесть от сделанного.

- Не в прощении дело, папа! Дело в том, как нам теперь жить? На что? - я плюхнулась на старенький стул, стиснула юбку в кулаках. - Ведь ты же был в курсе, что нам через неделю нужно платить за этои комнаты. И ещё лавочнику за продукты  и уголь.

- Я что-нибудь придумаю. - упрямо сказал он. Стиснул горлышко одной из бутылок и пошел к себе.

- Кто? - уже на лестнице догнал его мой вопрос.

- Какая разница? - буркнул он после продолжительного молчания.

- Папа, я должна знать кто это был.

- Патрик Тома.

- Герцог Септимании... - выдохнуда обречённо. - Но он же стар уже, и не встаёт с постели!

- Это его внук. Но такая же сволочь.

Больше я ничего не говорила. Отец постоял ещё немного, потом дверь его спальни хлопнула отсекая нас друг от друга.

Я думала. Думала, думала, думала...

Нужно пойти к нему. Всё объяснить. Сказать что отец не в себе и нам теперь несколько туговато с финансами. Чтобы он аннулировал игру и вернул деньги. Хотя бы часть. Да! Вскочила со стула, добежала до двери, распахнула её и тут же захлопнула.

Меня никто не будет слушать. Никто никогда не слушает женщин. Был бы с нами Лезар, то помог бы. Разобрался со всем. Или отца бы не пустил в этот чертов клуб! Но барата нет. Он за океаном. А мы здесь. И никакой возможности ему сообщить! Да и что он сделает? Он доплыть то до нас сможет только через несколько месяцев!

Я от отчаяния дотянулась до второй бутылки, оставленной родителем на столе и отхлебнула. Огонь пробежал по горлу и обжег желудок. Я утёрла подолом злае слёзы и тут же сделала ещё один большой глоток.

Если бы Лезар был здесь...

Или кто-то его заменил...

Или я бы его заменила!

Да! Я заменю его. Переоденусь в его вещи и поговорю с Тома! Ну он же тоже человек, должен же понять!

Кинулась в комнату отца, взлетела по ступенькам и тихонько приоткрыла дверь. Сундук с вещами брата стоял тут, потому что других комнат просто не было в нашем маленьком домике. Мужчина спал на кровати ничком, продолжая сжимать горлышко уже пустой бутылки.

Я тихонько прошла внутрь, откинула крышку сундука и принялась тихонько перекладывать вещи. И только на дне нашла костюм, в котором тринадцатилетний Лезар был на похоронах нашей матушки. Рубашка и ботинки, один из шейных  платков родителя. Всё остальное я аккуратно сложила назал. Подняться и выскользнуть потребовало от меня более серьёзных усилий - голова кружилась и ноги плохо слушались. Но я упрямая.

Переоделась у себя в комнате. Взглянула в маленькое облупившееся зеркало на себя и вздохнула. В плечах он мне был явно велик, а вот бёдра брюки обтягивали немного неприлично. Но радовало, что пиджак был достаточно длинным и скрывал это. Шейный платок заколоть оказалось нечем. За единственной отцовой серебряной булавкой я идти опять не решилась. Пришлось достать мамину брошь и заколось ей. Получилось вычурно и эксцентрично.

Котелок отца мне был безбожно велик. Пришлось одеть кепи Лезара, в которой он бегал ещё мальчишкой и впихнуть под неё непослушную свою гриву. Заколось пучком не получалось - кепи не сидела как нужно. Пришлось распустить и очень надеяться что они не выползут из-под головного убора.

Так я и вышла за порог совсем не отчего дома, собираясь требовать денег, чтоб заплатить за него.

Я стояла на крыльце парадного входа в городской резиденции герцогов Септимании и отчаянно трусила. После того, как я постучалась в эти богатые резные двери, которые кроме как воротами и назвать то язык не поворачивался, прошли секунды.

Боги, что я тварю? Что я буду говорить?

Гулкие шаги эхом раздались за дверью в холле, заставляя меня вздрагивать на каждый из них. Я уже повернулась и шагнула на ступеньку ниже, намереваясь трусливо сбежать, когда мне всё же открыли.

- Ну наконец то вы пришли! Идёмте за мной, хозяину требуется ваша помощь. 

- Моя? - переспросила сдавленно.

Дворецкий вышел на площадку перед дверью, схватил меня за плечо и втянул внутрь. До дверей кабинета мы просто пролетели. Я даже испугалась что с меня слетит моя кепи. Чуть не уткнувшись носом в эти самые двери, я услышала грохот и ругань:

- Черт знает что..! Дьявол раздери этих нерадивых секретарей..!

- Я туда не пойду! - ужаснулась глядя как дворецкий поворачивает ручку и открывает дверь. - Он же дикий какой-то!

- Не говорите чуши, мисьё. Вы же мужчина! Вот и ведите себя как мужчина! - и меня втолкнули в кабинет. Я по инерции пробежала ещё несколько шагов и упёрлась носом в каменную грудь с металлическими пуговицами и искусной вышивкой серебром по тёмно-синему.

- И долго вы содираетесь обнюхивать меня, мисьё? - раздался над головой злой голос.

- Я... - я отшатнулась от него. Сделала пару шагов назад, и плюхнулась на стул, неожиданно нырнувший мне под коленки.

- Впрочем, нет времени. Берите перо и пишите!

- Что писать? - пискнула я, схватив перо со столика рядом и чистый лист теснёной гербовой бумаги.

- Леди Анетта де Бурдюок...

- Мадам... - буркнула я автоматически поправляя его, но старательно выводя слова как он сказал.

- Что, я не понял? Говорите громче мисьё! - нахмурился мужчина. И его недовольство можно было просто веером разгонять как тяжелый табачный дым.

- Я говорил, что к замужней даме принято обращение "мадам". К незамужней девушке - мадемуазель.

- И с чего ты решил, что к ней необходимо обращаться именно "мадам"?

- С того, что она замужем всё же была. Эта старая история, месьё, и мадам Бурдюок оставила себе свою девичью фамилию, но факт остаётся фактом.

- Что ещё ты о ней знаешь? - вот так, он перескачил на более неформальное обращение, а я от страха этого даже и не заметила.

- Состояние мужа, и без того небольшое, быстро растратила. Теперь живёт за счёт средств любовника и активно ищет нового мужа.

- Вот как... - задумчиво сказал мужчина, развернулся к окну, сложил руки за спиной. - Это многое объясняет... Бери чистый лист и пиши снова: "Мадам Анетта де... - тут мужчина запнулся и глянул на меня через плечо.

- Де Морте, месьё Тома. - подсказала я.

- Де Морте, - мужчина развернулся обратно к окну лицом и продолжил диктовать. - После увиденного мною вчера во время приёма у четы Ля Лебуш, я считаю необходимым вернуть вам ваше обещание выйти за меня замуж. А так же руку, сердце, и прочие части тела, что вы уже успели мне подарить, и которые с таким пылом и усердием искал у вас под платьем молодой виконт во тьме музыкальной комнаты. Могу поздравить вас, мадам, с прекрасным выбором."

- Это всё? - уточнила я. Мужчина отошел от окна и протянул руку. Я вручила ему написанное и продолжила сидеть, пока его глаза бегали по строчкам.

- Да. У вас прекрасное образование месьё.  - кивнул своим мыслям мужчина. - Я сам отправлю послание. А вы приходите завтра.

- Завтра? - изумилась я.

- А что, вы предпочитаете через неделю? - он снова нахмурился. - Разачарую, вы мне нужны уже прямо с утра. Про оплату я писал в объявлении и ни центом более означенной суммы я платить вам не намерен. Выходной у вас будет с полудня в пятницу и всю субботу. Свободны!

Я вымелась из его кабинета быстрее скаковой арабской кобылки двухлетки. И только когда дверь за моей спиной захлопнулась я перевела дыхание.

- Мдааа... Мужской разговор состоялся. - заключила я. Похоже, меня наняли на должность секретаря. Деньги свои назад я всё же получу. Правда, частями и отрабатывая карточный долг отца. Сделку я посчитала для себя приемлемой.

Домой я вернулась в приподнятом настроении. Работа, и весьма не дурственная, была у меня в кармане. Значит с голоду мы не умрём. Возможно, придётся переехать в жилище поскромнее, чтобы я смогла его оплачивать, но это уже огромный плюс - спать под крышей, в тёплой постели и на сытый желудок.

- Где ты была? - в дверях кухни меня встретил хмурый отец. - И что это на тебе надето?!

- Костюм Лезара. - я сначала ощутила себя как нашаливший ребёнок, но потом меня взяло зло. Оно взметнулось из глубины и ударило в мой мозг. - А была я у твоего аппонента по вчерашней игре. Пыталась исправить наше положение. - прошипела змеёй.

- Ты что сделала?! - взревел он. - Кому ты сейчас нужна, порченная?! - и получил от меня пощёчину. - Прости меня, девочка моя. Я бы что-нибудь придумал, но не позволил бы тебе расплачиваться собой с этим чудовищем!

- Я ни с кем не расплачивалась собой! Мы... пришли к соглашению - я работаю у него, а он мне платит.

- Кем?

- Секретарём, отец. Всего лишь секретарём.

- Это не женская профессия!

- А кем я должна у него работать? Экономкой? Горничной? Помошником кухарки? Это достойная для мадемуазель работа? А ждать, когда ты что-то придумаешь, извини, у нас с тобой нет времени. Кушать хочется уже прямо сейчас. А через неделю ещё и платить за дом. И ты не рвался прямо с утра решать эту нашу проблему, которую вчера сам же и создал. Ты просто приложился к бутылке..! - я не замечала как по моим щекам катятся слёзы обиды и капают на пол. Я не обратила внимание, как съёживается мой отец от каждого моего слова, старея на глазах. Я ничего не видела перед собой, потому что изображение расплылось. Я развернулась и кинулась в свою комнату, хлопнула дверью, упала на кровать лицом в подушку, да так и уснула рыдая. Только ночью разделась, аккуратно развесив костюм брата на спинку стула и забралась под одеяло, содрогаясь от холода.

Утро встретило меня мелким дождиком и хмурым отцом в дверях всё той же кухни. Как будто вообще не уходил, да так и прострял всю ночь.

- Люси, ты надолго?

- Да, скорее всего. - ответила я, прикрывая за собой входную дверь. Оставаться в доме с ним мне не хотелось. И так настроение ни к чёрту с утра.

У герцога тоже ничего не изменилось. Сначала я получила взбучку от дворецкого, за то что рабочий персоонал должен проходить в дом через заднюю дверь, а не отирать сиятельное крыльцо сиятельного герцога своим видом. Потом, уже в кабинете, накричал сам Тома за опоздание, которого не было. И даже не извинился потом.

Я сидела за своим столиком и разбирала корреспонденцию. Мельком поглядывала на Патрика Тома, нового герцога Септимании. Мужчина был выше моего отца на полголовы. Темные каштановые волосы были блиной до плеч и стянуты внизу неизменной черной лентой, что не мешало одной пряди постоянно выбиваться и висеть, раздражая мужчину. Худощавый, но не излишне.

Большой шрам тянулся через левую щёку. Удивительно, как я не заметила его при прошлой нашей встрече. Хотя, он Тома не портил ни сколько. Но мужчина, напротив, зачем-то старался показать именно эту часть своего лица людям, с которыми общался. Я думаю, это был своеобразный вызов.

- Как вас зовут? - спросил он меня во второй половине дня, когда я в очередной раз замаскировывало бурчание голодного живота шелестом бумаг.

- Лю... Лезар, месьё. - как можно спокойнее сказала я. 

- Так Люзар или Лезар? - мужчина посмотрел на меня заинтересованно.

- Лезар. Я так и сказал.

- Хорошо, Лезар. Скажу прямо - меня раздражает бурчание вашего живота. Идите поешьте, и потом внрнётесь.

- Месьё Тома, пока я хожу до дома и обратно, будет уже глубокая ночь. Считаю нецелесообразным свой поход.

- Месьё Лезар, идите на кухню этого дома, в котором мы с вами сейчас находимся, - герцог скрипнул зубами - и поешьте. Поварам скажете что это я вас отправил. Я ясно выразился?

- Вполне. - я встала, поклонилась по мужски и вышла. 

Кухня нашлась быстро по восхитительным ароматам вареного мясного бульона, специй, зелени, овощей. С каждым моим шагом рот всё сильнее наполнялся слюной, и к тому моменту, как я переступила порог, сглатывала просто непереставая.

- Простите, - крикнула я погромче, чтобы перекричать грохот посуды и гвалт голосов. - герцог отправил меня поесть сюда. Можно мне...

Хмурый дородный мужчина в белом фартуке и странном белом же платке на голове, как любят повязывать матросы на короблях, зыркнул на меня, оглядел с ног до головы и обратно, а потом кивнул на табурет в углу. Перехватил за шиворот поворёнка, пробегающего мимо.

- Накорми месьё. - и больше не слова не сказал. Отвернулся по своим делам. Паренёк сгрузил в бадью с водой грязную посуду и споро выставил передо мной сыр и хлеб. 

Я лишь кивнула. С удовольствием вгрызаясь в мягкий, тёплый ещё, хлеб и сыр. Вдруг передо мной об столешницу грохнула тарелка, исходящая ароматным бульоном и ложка. Я с удивлением подняла глаза и увидела удаляющуюся спину того хмурого мужчины.