Читаем Отбить Ведьму у Демона онлайн бесплатно

Человеческий мужчина — существо ревнивое

Алекса подпрыгивает на месте от нетерпения. Из перстня на большом пальце вылетает гранёный жёлтый топаз. Один из главных талисманов для скорпионов (знаки зодиака — это важно). Она кривится от страха, поняв это.

Настоящая ведьма не должна оставлять где попало свои вещи! Да что там — даже волосок враг может использовать в тёмном ритуале, если быть неосторожной, а тут… К тому же, это один из самых дорогих камней в её небольшой коллекции.

Она наклоняется, ища пропажу взглядом. Ветер треплет розовые волосы, чёрная шляпа и вовсе улетает в кусты.

Что ж такое, это даже не тёмный день! Далеко не тёмный, ведь она нашла внушительного вида книженцию с ритуалами, и решила не мелочиться и в первом же своём крупном обряде открыть… портал в мир силы и огня! Сегодня! Что бы это ни значило…

Только для этого нужен второй человек. Мужчина. С которым их должна соединять хоть какая-нибудь связь.

Родственная или любовная.

Братьев у Алексы нет, так что пришлось спешно искать подходящего парня в приложении для знакомств.

Сегодня их третье свидание вживую. У неё дома. И она бы ждала его спокойно в квартире: фиолетовый пеньюар, бутылка вина, но…

Ящичек с ведьминскими зельями, купленными с рук, скинул на пол кот. И теперь в квартире стоит такая вонь, что хоть метлу вешай.

Теперь кавалера надо выгуливать хотя бы часа два, пока всё выветрится через открытые форточки.

Но сначала найти топаз!

Как назло, она нацепила на себя узкое чёрное платье, достаточно короткое, чтобы наклоняться было как минимум неудобно.

— О, вот! — Алекса замечает блеск. Камушек попал в трещину в асфальте, теперь нужно отковырять, не повредив маникюр.

Но прежде чем она принимается за дело, камень скрывается под подошвой чьих-то ботинок.

— Привет, — звучит мужской хрипловатый голос. — Ты… Эм. Я твой новый сосед, мы уже виделись как-то раз на лестничной площадке. Помнишь?

— Ась?

Алекса вздрагивает от неожиданности и бросает на него взгляд снизу вверх, не разгибаясь, будто чтобы быть ближе к топазу.

А! Этот тот мужчина! Темноволосый, острый, мрачный, но при этом какой-то расхлябанный, словно бродячий пёс. Своими способностями она ощущает на нём будто какую-то печать смерти. Убийца? Уголовник? Да уж…

Но вообще красивый, конечно.

— Да. Ногу поднимешь?

— Извини, — переминается он с ноги на ногу, но не отступает. — Что-то уронила? — и присаживается на корточки, вглядываясь в асфальт. — Помочь найти? Я Виктор, кстати. А тебя как звать?

— Француз что ли? — она выгибает бровь. — Что надо?

Вообще-то, она обычно куда более милая. Но ведьминское чутьё отчего-то на взводе. Дело предстоит волнительное, а тут ещё падение талисмана и странный сосед.

Она, на всякий случай, ничего не говорит и чёрной туфелькой пытается сдвинуть его ногу в сторону. В карих глазах блестит нетерпение, на лоб стекает капелька пота, смазывая тональник. Конечно, на несколько тонов белее, чем её кожа.

Она же ведьма! Готичность! Бледность! Загадочность!

Он сверлит её взглядом тёмно-серых глаз и хмурится. Будто не замечает, не понимает, что мешает ей. И вообще, судя по выражению лица, о чём-то усиленно раздумывает.

— Почему француз?

На самом деле он, конечно, размышляет не об этом.

Девушка симпатичная, Виктор сразу её заметил. Она вообще была первой, кого он увидел на новом месте. Но врезалась в его память не из-за этого, а из-за какого-то особого очарования, что окутывает её будто ореолом. По крайней мере, для Виктора это так.

Но теперь…

То ли род деятельности, что он пытается оставить в прошлом и о котором мечтает забыть, даёт о себе знать, пробуждая в душе подозрительность. То ли и правда было в самой девчонке нечто… тёмное. То ли просто образ её играет против неё, а она даже не подозревает об этом… Но что-то не так.

И пусть давно уже в мире не случается ничего сверхъестественного, а такие, как Виктор: экзорцисты, охотники на ведьм, исследователи паранормального и прочие, всё ещё служат людям. И могут оказаться рядом.

Но вот он встряхивает головой, решая разогнать мрачные мысли. Раз задумал вести обычную жизнь, надо попробовать, а не выискивать во всех зло и опасность!

Однако голос всё равно звучит грубо и резко:

— Зовут, спрашиваю, как? Познакомиться хочу, соседи ведь.

Алекса вдруг вскрикивает:

— Требовать будешь? Никто так не может говорить со мной. Тем более — мужчина.

Да, гордость самопровозглашённой ведьмы задета.

Разумеется, некоторые считают её чокнутой, но она и вправду ведьма, ведь несколько раз предсказала будущее и один раз случайно прокляла прошлого соседа. Ну или он по собственной воле решил стать клоуном и уехал искать цирк… А какие тёмные и горячие сны ей снятся!

Она точно особенная, и точно сможет навести порчу на любого, даже такого грозного, мужчину!

А пока просто со всей дури пинает его ногу.

Он с недоумением на это смотрит. Так и не сдвинувшись с места. Зато лениво поднимается и оказывается на голову выше неё, из-за чего окидывает её взглядом сверху вниз и усмехается.

— Напугал, что ли? Не хотел, правда… — и даже будто бы смущаясь, заводил руку себе за шею, потирая затылок. — Я просто не местный ещё, не против был бы друзьями обзавестись. Пытался с соседом ниже познакомиться, но он оказался странным дедом. Дымил, как паровоз, смотрел на меня так, будто не слышал ничего. А потом пробормотал что-то вроде: «Ну и молодёжь пошла…», и заперся у себя в квартире… Не знаю, зачем я это рассказал.

— Зачем с соседями знакомиться? — она выгибает густую тёмную бровь и вдруг коварно усмехается. — Что, никого нет, с кем поговорить? Тогда ты странный, — звучит так, будто бы она довольна. — Я Алекса. А ты пытаешься украсть мой драгоценный камень.

Она почему-то едва не задыхается, говоря с ним, не сводя взгляда.

Хотя должна смотреть вниз!

— Мм, — тянет он и, наконец, отступает.

Правда камня под ботинком уже не оказывается. Зато он поблёскивает у Виктора в пальцах, когда он вынимает руку из кармана.

— Вот этот? — улыбается, протягивая ей свою находку. — Держи. И не ругайся за странную попытку познакомиться, ладно? Я давно ничего подобного не делал, если честно…

«И болтаю много лишнего и тупого» — проноситься у него в мыслях, и он досадливо цокает, после чего сдувает со лба выбившуюся прядь волос.

Алекса хмурится.

— Ты что… ну… того? Из этих, да?

— Из каких? — интересуется он с живым любопытством, пусть и выглядит при этом, по правде говоря, уставшим и каким-то потрёпанным, будто и не до знакомств ему должно быть. Но затем, на всякий случай, поспешно добавляет; — Нет, не из этих. Камень-то заберёшь?

— Я хотела сказать, точнее, — она встаёт на носки, чтобы быть чуть ближе к нему, — шепнуть на ушко про… магию.

Стреляет глазами, улыбается и… забирает свой топаз.

— Родненький!

Он становится совершенно серьёзным, улыбка исчезает с лица, будто её и не было.

— Я… Как бы сказать? Я и правда имею некоторое… Точнее, имел к ней отно… Хотя, подожди, а с чего такой вопрос?

Но ответить ей не даёт светловолосый парень, что подходит к ним и останавливается рядом, сжимая и разжимая сбитые кулаки.

Ветер надувает его расстёгнутую ветровку, путается в волосах. Солнце тонет в янтаре глаз. Губы искривляются в странной дёрганной ухмылке.

— Так меня ждёшь, да, Алекса? Вот так ты меня ждёшь⁈

— А? — это звучит так мило и озадаченно. Словно она кошка, на которую кричит хозяин спустя сутки после провинности. — Марк! Почему так долго, что случилось?

Она отступает от Виктора — какое всё-таки странное имя — и оглядывает парня даже как-то хищно.

— Я видел, что вы только что делали, — цедит тот сквозь зубы. — Как ты обнимала его!

Алекса усмехается нервно.

— Чего? Не было такого!

— Я видел, — отрезает он. — Только что! Ты ещё поцеловать его собиралась в щеку. За какие такие заслуги, а? Или будешь говорить сейчас, что это твой брат⁈

Виктор вздыхает.

— Простите, что вмешиваюсь, но нет. Не брат. И мы только сейчас познакомились.

— Ага, — фыркает Марк, — быстро же тогда у вас отношения развиваются! А меня, значит, всё морозишь, да, Алекса? Как это понимать?

Виктор решает не слушать дальше их ссору, кивает ей и разворачивается, чтобы уйти.

Но новый знакомый тут же спешит за ним.

— Куда пошёл, урод? Я ещё не закончил. Ты в курсе, что это моя девушка⁈

Алекса выгибает бровь, несколько секунд наслаждается картиной, а затем с визгом бросается на плечи Марка со спины.

— Ты такой сексуальный! Какая горячая энергетика, — целует его в висок. — Но ты ж несерьёзно, да?

— Несерьёзно насчёт чего? — ворчит он, искоса глядя на неё. — Защищаешь этого типа? А я спешил к тебе, между прочим. А вы тут… Как я должен реагировать?

— Она ничего такого не сделала, — на всякий случай подошёл к ним Виктор. — Я просто хотел познакомиться с соседкой. Нельзя быть таким нервным… Алекса, всё в порядке, я могу вас оставить?

— Да! Ты же успокоился? Погуляем немножко и пойдём ко мне, обещаю.

Она маняще улыбается и уходит поднять шляпу, пока ветер не унёс её в другой район.

— Это ты ему или мне? — снова заводится Марк.

И Виктор не сдерживает смех.

— Какой же придурок…

— Я?

Виктор решает не отвечать и разворачивается, чтобы, наконец, уйти. Но его хватают за плечо…

И Марк тут же жалеет об этом, так как его швыряют через это самое плечо с удивительной лёгкостью и быстротой. И он приземляется прямиком на пыльную дорогу.

Виктор небрежно отряхивается, кивает ему, мол: ну вот, теперь прощаюсь, и спокойно уходит к дому.

— Мужчины… — Алекса возвращается шляпу на место и закатывает глаза. — Ты в порядке? — подходит к Марку.

Он кривится и медленно поднимается.

— Вроде… Да. Нет! — рявкает Марк. — Моя куртка порвана, — замечает он надорванный рукав. — Твой дружок неадекватный. Кажется я расцарапал о камни спину…

— Да не знаю я его. Какой-то иностранец, судя по имени, — она осторожно касается ногтями его спины. — Вроде не сильно же. Зачем вообще полез к нему?

— Так, — улыбается Марк, — тебя отвоёвывать… А вообще, не хочу гулять теперь. Весь настрой пропал… Пойдём лучше к тебе? Угостишь кофе.

— Ну… нет, — Алекса улыбается.

— Да чего нет? Я, что, не заслужил⁈

— Ну зайка, — она делает голос потоньше и послаще, — я в кафе хочу. В кино. Мы же собирались.

— Да куда я теперь в таком виде? — произносит он расстроенно и тянется к ней за поцелуем. — Пойдём к тебе, а потом куда захочешь.

И Алекса поддаётся, целует, обнимая, прижимаясь к его груди своей.

А когда отстраняется, говорит:

— Но там воняет.

Шестнадцать

Марк смеётся в ответ.

— Это ничего, мне плевать. Я в детстве с тремя братьями в одной комнате жил… У тебя не может вонять хуже, поверь.

— Да не скажи… Я кое-что купила на Ибей, и оно разбилось, короче. И тебе, — отступает ещё на шаг и бросает взгляд на своё окно, — точно не понравится.

— Мне всё понравится, — хватает он её за руку и идёт к дому. — Окна открыть можно. А что разбилось-то?

— Да, склянки с ведьминскими припарками… Не знаю даже, может, меня обманули. Там везде была одинаковая мутная жижа.

Он сужает глаза и скептически кривится, окидывая Алексу взглядом.

— А тебе зачем это? Ты из… Из этих, да? Ну, что верят во всякое и заморачиваются слишком? Зачем вообще сейчас про магию думать, всё в прошлом уже.

Она цокает.

— Тебя что-то не устраивает?

— Да почему не устраивает? Просто не ожидал. Ну, что, идём?

— И не боишься, сладкий, что я тебя заколдую? — она смеётся и сама тянет его наверх, мимо соседа.

Виктор, который отчего-то застрял у двери в свою квартиру, провожает их задумчивым, мрачным взглядом.

— Заколдуй меня полностью, — тянет Марк ухмыляясь. — Моя ведьмочка!

Она надеется, что квартира каким-то магическим образом уже проветрилась, но когда открывает дверь, всем приходится затыкать носы.

Запах стал будто бы ещё хуже.

На лестничную клетку пулей вылетает чёрный пушистый кот.

— Вот видишь? То есть чувствуешь? — переводит она взгляд уже едва ли не слезящихся глаз на Марка.

— Тебе явно продали что-то не то, — гундося из-за зажатого носа, произносит он, но всё же перешагивает порог квартиры.

— Подожди, заходи пока, мне нужно поймать Персика!

Она нагоняет кота, поднимает на руки и идёт к Виктору.

Который всё ещё торчит у своей двери.

— Откуда такая вонь? — встречает он Алексу вопросом. — Пахнет порошком для призыва тёмных… Ну, точнее, одни придурки верили, что так оно и работает, и впихивали эту дрянь кому только могли. Или не верили, а просто нажиться хотели… — хмурится он. — Что-то я только сейчас об этом подумал, мда…

Он спешит замолчать, понимая, как, должно быть, звучит всё для обычной девчонки, и прикусывает себе щёку. Как бы в напоминании вести себя, как нормальный человек.

— Я подумала, может быть, возьмёшь Персика к себе на пару часиков? А то он не выживет…

Виктор изгибает бровь.

— А до этого он, значит, заперт с вонью был?

Однако берёт кота на руки и чешет его за ушком.

— Только, — улыбается он, а выглядит при этом всё таким же мрачным, — я попасть к себе не могу. Дверь захлопнулась. И телефон внутри остался… Можно я позвоню от тебя, чтобы приехал кто и мне дверь открыл?

Она кивает и достаёт телефон. Вот только он оказывается разряженным.

— Как я могла забыть… Ну пошли, дома на зарядку поставлю. Только нос зажми.

— Ага, — отзывается он радостно, и даже крепче прижимает к себе кота. — Какой пухлый и мягкий! Тоже живность себе завести хочу, но не решил ещё, какую именно.

— Только не собаку, — усмехается Алекса, — а то ты сам на пса похож, и будет вас два — растрёпанных и слюнявых.

Она заходит в квартиру и окликает Марка.

— Всё нормально?

— В ванной тоже воняет, — выходит он… в полотенце на бёдрах и с влажными волосами.

— Слюнявых… — шепчет Виктор сам себе. — Тоже мне…

Он как раз подумывал о собаке. И теперь не понимает, отчего всерьёз прислушивается к, по сути, незнакомой ему девчонке.

Марк буравит его возмущённым взглядом, который переводит на Алексу.

— Ты не говорила, что мы будем втроём, я на это не подписывался. Издеваешься? Что он здесь делает⁈

Виктор вздыхает. О чём тут же жалеет, закашлявшись.

Кот начинает беспокойно вести себя в его руках, и приходится пригладить его вздыбленную тёплую спинку.

— Ему семнадцать или меньше? Что он психованный такой у тебя? — интересуется у Алексы.

Отчего Марк вскипает ещё сильнее и угрожающе надвигается на него.

Ведьмочка встаёт между ними, подняв руки.

— Ему просто позвонить надо, — и сама же закашливается. — А тебе это… ну, восемнадцать есть же?

А то как-то не хочется в тёмный ритуал несовершеннолетнего вовлекать.

Марк вдруг теряется. И выглядит таким бестолковым, что становится его жаль.

— А тебе? — вместо ответа, спрашивает он.

— Телефон, — напоминает Виктор, через раз дыша себе в локоть, что не особо-то помогает.

— Да, — выкрикивает полуобнажённому кавалеру, а затем оборачивается на Виктора и подаёт ему смартфон, — а зарядка в спальне на тумбочке.

Он кивает и спешит на поиски спальни. Из-за запаха кажется, будто вся её квартира затянута зеленоватым туманом.

— Даже я ещё в твоей спальне не был! — взвивается Марк. — Блин, вот ведь повезло мне так повезло! Пусть убирается отсюда, сейчас же… — добавляет он угрожающе.

— Мальчик, сколько тебе лет? — Алекса упирает руки в бока.