Читаем Остров Мирный онлайн бесплатно

Эпиграф 1

Эпиграф 2

Действующие лица:

Капитан Моренко, 38 лет, начальник погранзаставы

Его жена, Даша, 23 года

Старший лейтенант Ребрик, 34 года

Старший лейтенант Андросов, 28 лет

Солдаты:

Горбатый, 2 год службы – 20 лет

Тува, 1 год службы, 19 лет

Валера, 1 год службы, 18 лет

Сергей, 1 год службы, 18 лет.

Действие происходит на погранзаставе, расположенной на острове Мирный, Северные Курилы, Северо-восточный погранокруг.

В комнате без окон - холодно. Поэтому, человек в форме, сидящий за письменным столом, закутался в куртку, зарылся подбородком в воротник. Он смотрит на лист бумаги, лежащий перед ним на столе – словно ждет, будто там сам по себе появится какой-то текст. Но прекрасно знает, что кроме него этот текст не напишет никто. Человек в форме берет ручку, зажимает ее между ладонями, согревает своим дыханием. Лязгает замок, и в комнате без окон открывается дверь

Прапорщик в серой форме рапортует: Товарищ следователь, подследственный Мальчиков по вашему приказанию прибыл.

Следователь отрывается от бумаг, кивает на стул: Садитесь, Мальчиков.

Потом снова утыкается в бумаги

Рослый молодой парень, бритый наголо, садится на стул напротив.

Прапор закрывает дверь.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Курите?

МАЛЬЧИКОВ. Курю.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. (пододвигает пепельницу). Сигареты есть?

МАЛЬЧИКОВ. Угощюсь.

СЛЕДОВАТЕЛЬ Достает пачку сигарет, зажигалку. Поднимает глаза, видит молодое совсем, детское лицо. Берет сигарету, тоже закуривает. Говорит нараспев: Фамилия у вас – интересная. Маль-чи-ков.

МАЛЬЧИКОВ. Молчит

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Ну, давайте, бумаги заполним. Имя, Фамилия, Отчество, год и место рождения.

МАЛЬЧИКОВ. Мальчиков Сергей Иванович, 1979, Талица Свердловской области

Пауза

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Подождите… Ручка не пишет. Еще раз: год и место рождения.

СЕРГЕЙ. 1979, Талица, Свердловской области

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Город?

СЕРГЕЙ. Поселок городского типа

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Большой? Дискотеки, бары, развлечения для досуга есть ?

СЕРГЕЙ. Клуб комбинатовский только. Но мы туда не ходим, там скучно потому - что, там до одиннадцати.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. То есть совсем молодежи отдохнуть негде? Это плохо. Плохо. Призван когда и кем?

СЕРГЕЙ. Талицким райвоенкоматом, 21 сентября 1998 года.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Место прохождения службы, воинское звание и должность.

СЕРГЕЙ. ВЧ 20209, Погранзастава «Ласточка», остров Мирный, Северо-восточный погранокруг, , наводчик пулемета «Утес».

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Понятно. Понятно. Отец есть?

СЕРГЕЙ. Сидит

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Значит, есть. Знаете, Мальчиков, я тут прочитал материалы дела… Сожалеете о содеянном?

СЕРГЕЙ. О чем?

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Ну вот, к примеру, что из части бежал - сожалеешь?

СЕРГЕЙ. Можно я пару сигарет возьму? Ребятам, в камеру?

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Бери. Ну так что, Мальчиков?

СЕРГЕЙ (берет сигареты, аккуратно складывает в карман). Да. Сожалею. Чистосердечно раскаиваюсь. Но свою вину не признаю. Вот посудите сами: разве это побег из части был? Чушь, а не побег. Вот, в учебке, у меня настоящий побег был, там действительно, Алькатрас, практически.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Какой побег? (начинает судорожно рыться в бумагах). Нет у меня ничего про это. Давай - ка расскажи, Мальчиков? (готовится записывать).

СЕРГЕЙ (охотно) Значит, дело было еще до того, как меня на заставу отправили. В учебке, под Еланью. На меня ведь армия, поначалу, грандиозный шок произвела. Сами посудите: все строем ходят, все в форме. Нет, думаю, не по мне это – охрана Родины. Надо драпать, короче. Ну, сговорились мы с одним пареньком двинуть до дома до хаты…

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Фамилию второго, Мальчиков, помните?

СЕРГЕЙ (печально). Фамилию – нет. Вроде Седов. Точно! Кликуха у него была – Седой!

СЛЕДОВАТЕЛЬ (записывает, проговаривая буквы) Се-дов.

СЕРГЕЙ. Значит, дело было зимой. Из учебки исчезли двое: я и некто Седой. Бежали долго: сначала по тундре, потом - по железной дороге, где ездит поезд «Воркута-Ленинград», а также поезда других направлений. Наконец, заблудились. Чтобы не замерзнуть, стали копать землянку. В снежном сугробе. А голодно: Седой говорит, - «давай в карты сыграем, брателло. На руку. Чью руку проиграем, то тут же ножиком отрезаем и варим в похлебку». Я согласился. Есть то хотелось. Я в карты хорошо играю потому – что. Записываете, товарищ следователь?

СЛЕДОВАТЕЛЬ молча кивает, продолжает строчить на листке бумаги.

СЕРГЕЙ. Значит, копаем землянку себе, Седой уже на руку на мою поглядывает. На правую (демонстрирует руку). И тут, лопата упирается в нечто твердое. Мы – долбить. И, знаете, что, товарищ следователь, оказалось?

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Что?

СЕРГЕЙ. Мамонт. Замерзший мамонт волосатый. Мы кусок от него откололи, на костер, оказалось, по вкусу, как солонина. Вот так зиму и пересидели. В сугробе и с мамонтом. А весной, я сам в учебку вернулся. А что делать было? Мясо то доел. В общем, вернулся, там скандала решили не поднимать, дело замяли и отправили меня дальше – на заставу служить.

Пауза

СЛЕДОВАТЕЛЬ. А Седой куда делся?

Пауза

СЕРГЕЙ. Съел. Мамонт просто раньше закончился, чем весна началась.

Пауза

СЕРГЕЙ. Да шучу я, товарищ следователь. Отравился Седой. Не смог его организм мамонта переварить.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (откладывает ручку, аккуратно складывает листок, кладет в карман). Вам, Мальчиков, смешно наверное? Сидит, хуйню всякую порет, думает, что он – Чарли Чаплин. Вы в курсе, Чаплин, что вам пять лет светит? За ваши деяния? Допрос закончен.

СЕРГЕЙ. Ну, закончен, там закончен. Потом, значит, дорасскажу.

СЛЕДОВАТЕЛЬ. Про что?

СЕРГЕЙ. Ну, как я Седого хоронил. Когда он отравился. Мамонтом. За допрос где расписаться?

СЛЕДОВАТЕЛЬ ( нажимает на кнопку вызова конвоира ) Входит прапорщик.

ПРАПОР. Увести?

СЛЕДОВАТЕЛЬ. (протягивает ручку Мальчикову). Тут и тут. Увести.

На корточках сидят два молодых парня в армейской форме, курят одну сигарету на двоих: сделав пару затяжек, передают ее друг другу.

ВАЛЕРА. А ты думал, в сказку попал, да? Скажи спасибо еще, что башку не пробили. Вот, с нашим призывом привезли сюда паренька одного, короче, из Москвы призвали его, так ему не повезло, да... А я считаю, не повезло ему просто с местом рождения! Вот, возьми, к примеру, меня: я из деревни практически – какой с меня барыш? А про него деды смекнули, что он из Москвы, давай наседать: напиши домой, чтобы это прислали, то прислали, сигареты фильтровые, деньги в посылке… Ну, дух, не дурак, смекнул, что может спокойствие военной службы за мамины пирожки купить.

СЕРЕГА. Это как?

ВАЛЕРА. Духу, что положено? Летать, шуршать и во всем быть покорным деду. А он типа – неприкасаемый, откупился. И вот, мы тут, весь наш молодой призыв, восемь человек, летаем со страшной скоростью, как ракеты «земля-воздух-земля», огребаем по мордасам по полной программе, а этого лоха столичного никто пальцем не трогает – ждут деды, что посылочки ему начнут приходить. Месяц проходит, второй, никакого движения: катер на остров раз в неделю почту закинет, ему хоть бы раз, ну хоть письмо какое-нибудь кто-то написал. Сам понимаешь, сколько сюда, до Камчатки, посылка из Москвы сюда идти может? Ну, месяц, полтора – не больше. А тут – уже третий месяц пошел! Москвичок уже не такой довольный службой ходит, уже деды не в понятиях: «Молодой, - спрашивают, где обещанное тобой, скотина, денежное и материальное вознаграждение за наше милосердие и доброту?» А этот дурак улыбается и говорит русской народной пословицей: «обещанного, - говорит - три года ждут». Во дебил, да? Нам ведь всего два служить. (смеется) Нашел с кем шутить – с дедами! Они такой шутки юмора не поняли, завели в казарму, накинули ему на голову одеяло…

СЕРЕГА. А одеяло-то зачем?

ВАЛЕРА. А чтоб не видел, дух, кто и чем его бейсболил. Накинули, значит, и отлупили по большому гамбургскому счету.

Пауза

ВАЛЕРА. Короче, поломали москвичка капитально, всю кукушку стрясли. Оказалось, дух этот ни одного письма на свою историческую родину так и не написал, врал все про посылки. Жадный оказался. А дедушек нельзя обманывать, нельзя! А я считаю, все справедливо: сначала, дед тебя год гоняет, потом отправляется на гражданку, на заслуженный отдых от военной службы. Теперь уже ты дед – уже ты молодых воспитываешь, все по справедливости!

СЕРЕГА. А ты давно здесь?

ВАЛЕРА. Пол-года уже. Да ты не волнуйся, я все ходы-выходы тут знаю, со мной не пропадешь. Можно нормально служить, нормально. У нас, у пограничников, знаешь, какая поговорка есть? Чтобы пограничника убить, надо сначала его найти. Так что ты должен служить, чтобы тебя не видно было. Здесь не любят таких, которых видно. Если служишь в массе, так не вылазь, голову не высовывай. Меньше на глаза дедам появляться будешь или шакалам, меньше получать будешь…

СЕРЕГА. Шакалы –то кто такие?

ВАЛЕРА (с досадой). Ну, офицеры наши. Их тут, на заставе, трое: один, полный интеллигент, замполитом тут, его смело можно на три буквы посылать. Ничего он тебе не сделает, только словесно может обгадить. Короче, подсядет он тебе как-нибудь на уши с такой легендой. Обратиться так, на равных, скажет: «Сынок, как служится тебе сынок? Все ли хорошо, сынок, нет ли дедовщины в вашем подразделении? Пишут ли из дома?» Отвечай бодро, что все хорошо, что пишут, что нет, что с детства на границе мечтал служить, он от тебя и отстанет. Ему же просто надо плюсик в тетрадке поставить – расписаться в проведенной для личного состава патриотической работе. Звать это чудо природы – старший лейтенант Андросов. Как таких тут, на границе держат – не понимаю…

Пауза

Тут все просто – надо знать, кого бояться, а кого можно на три буквы посылать. Вот этого – посылай. Второй шакал – старший лейтенант Ребрик, вот это уже серьезный такой дядя. Бьет больно. Этот любит, чтобы все было четко, по уставу. Чтобы на солдате все пуговицы застегнуты были, чтобы говорил правильно, как положено. Только «есть», никак нет», «не могу знать». Начнешь перед ним проблески мозгов показывать, выделываться – сразу в дыню прилетит. А вообще, в любом случае, прилетит. Он сейчас злющий. Деды говорят, раньше тут, на острове, он нашей заставой командовал, временно, метил на то, что его постоянно назначат. Но год назад сюда нашего капитана прислали, а его в заместители снова определили. Вот он и злющий такой. А капитан… Слушай, Серег, дай еще одну сигаретку, а?

СЕРЕГА лезет в карман, достает сигарету, ВАЛЕРА прикуривает не спеша, делает несколько глубоких затяжек.

ВАЛЕРА. Капитан – это отдельная песня. Лично я, конечно, против него ничего не имею, но это такой мутант, каких поискать надо. Говорят, все его прибабахи, глюки, это у него после Таджикистана, а может, Чечни. Короче, хрен знает, где-то он воевал вроде.

Пауза

А может, и не воевал. По крайней мере, пострелять он любит, да… Один раз, короче, полигон, на стрельбы ходили. Дает команду, чтоб все на землю упали. Падаем. Тогда он поверх наших голов их автомата очередь: бабах, бабах! Типа, проверял, кто четко лежит, как положено, голову правильно пригнул, а кто нет. Даже и не знаю, чтобы было, если бы кто-нибудь неправильно. Но, повезло тогда всем вроде. Да ты не пугайся, такое у него редко бывает. Когда напьется сильно или с женой поругается. А что ты хочешь, тоже человек – эмоции выплеснуть надо! Я бы на его месте вообще не знаю, что делал: скушно, развлечений никаких, только телевизор. Что бабе тут делать? Были бы дети, хоть ими занималась, но нет у них детей почему-то. И вот, прикинь, остров, на острове только одна баба и тридцать шесть голодных мужиков. И все за тобой зырят: куда ты пошла, какая у тебя прическа, глазами тебе под юбку залазят, а ночью, после отбоя, все тебя в мечтах трахают. Так что, увидишь, что она мимо пошла, глаза в землю и не смотри на нее. Потому что увидит капитан, что пялишься на его бабу, все, кранты тебе, сживет со свету. На вот, держи (Протягивает СЕРЕГЕ чистый конверт и лист бумаги)

СЕРЕГА. Это зачем?

ВАЛЕРА. Домой черкни, чтобы посылку прислали. Не забудь про деньги и сигареты написать.

Большая комната, увешанная плакатами патриотического содержания, в углу свалены какие-то тряпки, стоит барабан. Такие комнаты в каждой воинской части есть – называются «Красный уголок» или «Ленинская комната». Сейчас здесь проходит полит-информация – старший лейтенант Андросов размеренно ходит по комнате и заунывно объясняет солдатам, от кого они должны защищать Родину и зачем. В первых рядах сидят молодые, среди них Сергей и Валера, прикрывают «галерку» на которой сидят «деды», и занимаются своими делами: кто спит, кто тихо перекидывается в картишки, кто пишет письмо домой.

АНДРОСОВ (тычет указкой в географическую карту, висящую на стене). Вот здесь, товарищи, и проходит водная граница Российской Федерации, которую мы призваны защищать. И безопасность, мирный сон и покой россиян в ваших руках, товарищи! Ведь мы так не кто, мы – щит Родины! Вопросы у личного состава есть? Если нет, тогда занятие закончено.

Но «деды» не хотят расходиться, они толкают в спину «молодых», чтобы те тянули время:

Товарищ старший лейтенант, - встает один из солдатиков, - у меня такой вопрос (не знает, что спросить, мнется, ему подсказывают). Товарищ, скажите, с кем воевать будем?