Читаем Остров онлайн бесплатно
Пролог
Первый раз я попал сюда много-много лет назад. Катер с моими друзьями направлялся на рыбалку, а поскольку рыбак из меня никакой, я и попросил высадить меня на острове, мимо которого мы как раз проходили. Вы только прочувствуйте, как это волнующе и таинственно звучит – «необитаемый остров»! В памяти сразу же оживают герои Дюма, Верна, Стивенсона и Дефо. Это, конечно же, не Бог весть какое, но всё-таки приключение! Буду искать сокровища, наверняка надёжно спрятанные тут пиратами, и обязательно найду их! Пиастры, пиастры!..
– А как он называется? – Спросил я у Мигеля, стоявшего за штурвалом. Он вёл катер вдоль берега и высматривал удобное место для высадки десанта.
– Никак он не называется! – Белозубо усмехнулся Мигель. – Здесь таких островов, как зёрен в початке кукурузы. Выбирай любой! Как ты его назовёшь, так он и будет называться.
И добавил ещё что-то по-испански, от чего все захохотали.
С катера мне передали пакет с ластами, маской и одеждой, посоветовали беречь себя и не сдохнуть со скуки, и я, повернувшись к доброжелателям спиной, побрёл к берегу по пояс в голубой воде. Как выяснилось позже, остров – это слишком громко сказано: так, островок-веснушка на огромном лице океана. В длину метров двести, а в ширину и того меньше. Или наоборот – смотря от чего отмерять. И ничего на нём нет, кроме мангровых кустов высотой метра в два-три, белого песка да нескольких десятков растрёпанных пальм – идеальное место для человека, желающего немного побыть в одиночестве и отдохнуть от людской суеты.
Выбравшись из воды на пляж, я бросил на песок пакет и принялся отдыхать. Для начала обозрел окрестности – несколько зелёных островов, плавающих вдали в мареве над океаном. Глянул на желток солнца, отчего в глазах немедленно пошли разноцветные круги, вдохнул полной грудью просоленной свободы и проорал во весь голос «эгегей!» И ничего: никто не посмотрел на меня, как на идиота, никто не покрутил пальцем у виска, потому что и крутить-то было некому – я был один на острове. Впервые в жизни я оказался в таком месте, где на несколько километров вокруг не было ни одного человека.
Искупался, повалялся на горячем песке, снова искупался и стал бродить вдоль берега по мелководью, разыскивая морские звёзды. Добродился до того, что едва не наступил на двух скатов. Хвостатые блины стремительно ринулись у меня из-под ноги в сторону океана, а я от неожиданности рванул в сторону берега с бьющимся в горле сердцем. Кто кого напугал больше – неизвестно. И всё время я чувствовал удивительную тишину этого места. Ушами-то я слышал, как тяжело вздыхает разогретый тропическим солнцем океан, как поёт свои песни песок, и ветер тоненько подсвистывает ему в зарослях мангры. Тишина была у меня в голове – тишина и пустота: то, к чему я так стремился и то, что так долго искал.
Друзья вернулся за мной под вечер, когда жёлто-красное солнце уже наполовину утонуло в быстро теряющем свой голубой цвет и постепенно чернеющем океане. Мощный катер на малом ходу пересёк золотую тропинку, которая бежала по волнам ко мне от солнца, закрыл его от меня, и руки друзей подхватили меня и вместе с пакетом втащили на борт. Когда мы огибали остров, я мысленно попрощался с ним, даже не мечтая, что смогу вернуться сюда когда-нибудь…
Глава 1
Дождь. Второй день подряд лил дождь, не останавливаясь ни на минуту, а лишь меняя ритм и интенсивность, переходя с конкретного ливня на маловразумительное моросение. Может быть, для Питера как приморского города это и нормально – такая расхлябанность и нестабильность погоды, но вот меня, как жителя этого города, вся эта небесная дребедень уже прилично достала, вгоняя периодически в тоску и депрессию. Под стать погоде и дела в бизнесе шли уже не бодро и весело, наполняя карман и радуя душу, а неслись к чёрту на рога неуправляемым потоком и перетекали из пустого в порожнее.
Я сидел у себя в кабинете с которой уже по счёту кружкой кофе в руке и ждал звонка от моего юриста, отправленного мною ещё три часа назад на разведку в банк. Я курил, пил мерзкий на вкус кофе. Дождь шёл, телефон молчал. «Как я устал!» – подумалось мне: «Зачем мне вся эта суета и нервотрёпка? Денег, что я уже заработал, мне хватит до конца моих дней, и даже ещё останется. Ну и к чему тогда эти тараканьи бега? Бросить бы всё хоть на час, хоть на день, хоть на неделю и уехать куда-нибудь подальше – «в деревню, к тётке, в глушь, в Саратов…»!
Запиликал телефон, лежавший на столе передо мной, и я схватился за него, как утопающий хватается за соломинку:
– Ну, что, Макс? Как дела?
– Ничего хорошего, Андрей Сергеевич! – затараторил Макс. – Все наши счета заблокированы, и в ближайшее время никто нашими вопросами заниматься не станет. Какие-то подвижки возможны только после поступления в банк первого транша с нашей стороны. Короче говоря, замкнутый круг и полный трындец! Надо где-то искать кредит…
– Езжай домой! – скомандовал я ему. – Выкрутимся как-нибудь, в первый раз, что ли?! – и прервал связь. Были у меня ещё два счёта, о которых никто не знал, в двух разных банках, но это на «чёрный день» и НЗ. На мой взгляд, это день ещё не наступил…
Месяц назад я позвонил своей старой приятельнице Сью, убеждённой буддистке со стажем и просто доброму человеку и стал плакаться ей в жилетку: мол, дождь идёт – плохо; солнце светит – тоже нехорошо, и вообще жизнь стала напоминать скачки с препятствиями! И, вроде бы, всё нормально, но как-то не радует. Бизнес задолбал, сплю урывками, ем, что придётся; живу, как собака и очень сильно опасаюсь, что вот-вот запью. А кроме этого бизнеса у меня ничего нет – ни семьи, ни жены, ни детей. И ради кого или ради чего я вот так живу – непонятно! Она, не перебивая, выслушала мой скулёж и, когда фонтан заглох, спросила:
– А что ты от меня-то хочешь, Андрей?
– Слышал я, Сью, что существуют некие методики, позволяющие устранить как-то такие вот нездоровые симптомы. Какие-то тренинги психологические, разгрузки сознания и эта, как его… а, вспомнил – медитация, – врал я напропалую, рассчитывая лишь на отзывчивость Сью и её чуткое сердце.
– Всё это, и даже больше, действительно, существует, – вздохнула Сью. – Но, боюсь, в твоём случае это не сработает. Мы, буддисты, верим в слова нашего Учителя Будды Шакьямуни о том, что вся жизнь – это страдания, а главная цель жизни – избавиться от них. А твоя вера, уж извини за трюизм, больше похожа на рекламный слоган на однодолларовой купюре – In God We Trust.
– Я хочу попробовать поверить во что-нибудь получше!
– Андрей! – по её голосу я понял, что уже изрядно ей надоел. – Пойми, это не как у тебя в бизнесе – раз-два, и можете въезжать! Люди тратят на это годы, и без каких-либо гарантий, а овладеть приёмами медитации в одиночку вообще невозможно, для этого наставник нужен.
И всё-таки я её уговорил, и телефон сэнсэя она мне дала. По буддистским понятиям его надо было бы называть гуру или лама, но у меня почему-то понятие «наставник» ассоциировалось со словом «сэнсэй». Я ему позвонил и потерпел фиаско – сэнсэй оказался настоящим. Не шарлатаном, коих полно в интернете, падким на деньги и готовым ради них на всё, что угодно заказчику. Он без возражений выслушал мои дерзкие предложения: он приезжает ко мне домой три раза в неделю, учит меня медитировать и за каждое занятие получает 3000 рублей. В ответ – молчание. Я увеличил до 4000. Молчание. Я поднял до 5000. После этого сэнсэй произнёс что-то не очень понятное типа «да пребудет с тобой сила» и прервал связь. Около двух часов я просидел в интернете: наводил справки и уточнял информацию и к следующему разговору с сэнсэем подошёл более подготовленным. Я предложил ему всё то же самое, что и при первом разговоре, кроме денег, но пообещал помочь со строительной техникой и решить небольшие финансовые вопросы в ремонте их дацана на Приморском проспекте. На этом он и сломался, но уточнил: никаких гарантий – как и говорила мне Сью.
На первом занятии лысый мужик, завёрнутый во что-то коричневое типа древнеримской тоги (кашая, как я узнал позже), учил меня правильно сидеть, правильно дышать и правильно думать. Я старался изо всех сил, но плохо скрываемая ирония, которой так и веяло от сэнсэя, сбивала меня с толку, и у меня, надо признать, получалось всё как-то криво. Наверное, ему, как человеку, несомненно, высокодуховному было смешно смотреть на мои жалкие потуги, но свои личные четыре часа он на меня потратил честно.
Второе занятие прошло ничуть не лучше первого и закончилось конфузом – во время медитации я заснул, за что и получил от сэнсэя удар ладонью по лбу.
– Ты не о том думаешь, – авторитетно заявил он мне. – Ты вообще не думаешь – ты соображаешь. А надо думать! Надо в мельчайших подробностях воссоздать у себя в голове место, к которому тянется, изо всех сил стремится твоя душа. И ничего она, твоя душа, больше не хочет, кроме как попасть в это место – оказаться там…
– Вот о чём ты думал, – он саркастически улыбнулся, – прежде чем заснул?
– Об озере на даче, – честно ответил я.
– Значит, это не твоё место!
– А как я узнаю, моё это место или не моё?
– Ты увидишь, – непонятно ответил мне сэнсэй.
Потом было третье занятие, потом четвёртое, пятое, – много их было, и всё впустую. Мысль о том, что хватит уже транжирить время и деньги, всё чаще приходила мне в голову, но однажды, сидя в позе лотоса, я вспомнил про остров – о так поразившей меня тишине и пустоте в моей голове, когда я там был. Я явственно услышал шорох волн, неторопливо набегающих на безлюдный пляж; разобрал голос ветра, что-то едва слышно шепчущий пальмам, и прочувствовал его влажную солёность; ощутил жар и зной, идущие волнами от тропического солнца, и холодные капли пота щекочущими змейками сбегающие по моей горячей спине. И мне так безумно захотелось вкусить всё это вновь, что, когда я открыл глаза, живой океан смиренно плескался у моих ног и, кажется, радовался моему появлению. Вот так, спустя много лет, я опять оказался на острове…
Деньги я нашёл, правда, следует заметить, совсем не там, где я их искал. По совету Макса я позвонил Игорю Звонареву, и он мне отказал: «Извини, брат, у самого проблемы!», – но позвонил своему знакомому, Борису Львовичу… тот тоже отказал: «Извини, брат, сейчас у всех проблемы!», – и позвонил Руслану Георгиевичу, с которым мы и пересеклись на следующий день, чтобы обговорить все нюансы. Руслан оказался мужиком въедливым: тщательно изучил привезённые мной документы, понимающе поулыбался в мои скорбные глаза и согласился выдать кредит за откат в грабительские 15 процентов от суммы кредита. Поторговались немного, сошлись на десяти процентах, ну и чёрт с ним: миллионом больше, миллионом меньше – по барабану! Схема эта, давно известная и насквозь криминальная, уже не вызывала у меня особых эмоций: в бизнесе, как и в жизни, очень часто человек человеку – за деньги – хуже волка. Да и, по правде говоря, как-то стало мне всё это до лампочки после того, как у меня появился свой необитаемый остров.
После работы я приезжал домой, снимал с себя прикид бизнесмена, надевал плавки и закрывал глаза – и открывал их уже на берегу океана, который, как верный пёс, ждал меня в любое время дня или ночи. Времени у меня была уйма: сколько бы я не пробыл на острове – в Питере не пройдёт ни секунды. Если я закрывал глаза у себя в квартире на Бухарестской, скажем, в 22.40 25 ноября 2019 года, то по возвращении (через день, два или три – не важно), я снова открывал их на Бухарестской, а на часах было по-прежнему 22.40 25 ноября 2019 года. То есть, пока я на острове – здесь время не идёт. А вот на острове время шло, как обычно: океан дышал, солнце тонуло в нём по вечерам, чтобы с утра, свежим и умытым, обнять и согреть остров своими пока ещё нежными лучами…
***
Лёжа на полотенце в тени кустов я перелистывал книжку, которую захватил с собой из дома, когда боковым зрением заметил какое-то движение на берегу. Поднял глаза и пригляделся: по мелководью в мою сторону двигалась женщина – мой необитаемый остров оказался не таким уж необитаемым. Когда она подошла ближе, пританцовывая и разбрызгивая воду ногами во все стороны, оказалось, что это девчонка – девчонка лет 16-17, одетая как огородное пугало: в какие-то то ли длинные шорты, то ли короткие бриджи; в футболке, каких я лет сто уже не видел и с двумя смешными хвостиками на голове. Меня она пока не заметила и веселилась на всю катушку: бегала, прыгала, чуть ли не кувыркалась в воде и распевала во весь голос: «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам…»
– Ку-ку, – сказал я из-под куста.
Она даже присела от испуга: увидела меня, зыркнула глазами в ту сторону, откуда пришла – бежать, я так думаю, собралась. Но потом – ничего, справилась с собой: гордо выпрямилась во весь рост и, как Афродита из пены морской, подтянув повыше свои немыслимые штаны, пошла в мою сторону. Подошла поближе, убедилась, что это не чудище поганое, а обычный мужик и плюхнулась рядом со мной на песок.
– Привет! – голос чуть хрипловатый, но приятный, а вот интонация мне не понравилась – таким тоном обычно говорят: «Вот это сюрприз! Как я рад Вас видеть! Ну что же Вы в дверях-то встали? Будьте любезны – идите на хер!»
– Привет! – я тоже не стал оригинальничать.
– Ты здесь недавно… – то ли утвердительно, то ли вопросительно сказала она.
– Это почему же ты так решила?
– Потому, что я здесь – давно! И это – мой остров! И тебе тут нечего делать! – девчонка наглела прямо у меня на глазах.
– Девочка! – я с сожалением посмотрел на неё, – мне 63 года и …
Она звонко захохотала, повалившись спиной на песок, и принялась сучить в воздухе загорелыми ногами.
– Ты смотри, – заботливо сказал я ей, – не описайся от восторга-то!
После моих слов с этой дурочкой вообще чуть истерика не случилась: она ползала на четвереньках, вставала на колени, хватаясь за живот, и в изнеможении валилась на песок от хохота. И причитала ещё при этом: «Ой, мамочки мои! Ой, я щас лопну!» Первый раз в жизни вижу, чтобы мой возраст произвёл на кого-нибудь такое сильное впечатление. Отсмеявшись, она вытерла перепачканными в песке ладошками слёзы на щеках и с важным видом знатока и специалиста заявила:
– Это тебе где-то там – 63, а здесь тебе столько же, сколько и мне!
– А тебе сколько? – тупо спросил я.
– Откуда я знаю? – искорки смеха снова запрыгали у неё в глазах. – Или ты решил, что я местная?
Вон, оказывается, в чём дело! А я-то, наивный дурак, списывал всё на свежий воздух, чистый океан и нетронутую природу! А всё оказалось гораздо проще – здесь мне на сорок с лишним лет меньше, чем там. Со всеми, так сказать, вытекающими последствиями – вот радость-то! Так и выяснилось, что на этом острове во мне живут два человека: одному из них 63 года, а другому, где-то 17.
– Меня зовут Андрей! – представился я даме, разглядывая её уже более молодыми, зоркими и наблюдательными глазами.
– А меня Света!
– Очень приятно, Света! – я слегка пожал её маленькую ручку, чем вызвал немалое удивление с её стороны.
