Читаем Остракизм в Афинах онлайн бесплатно

За те годы, на протяжении которых шла работа над этой книгой, промежуточные результаты исследования публиковались автором в ряде статей в различных изданиях. Естественно, по мере углубления в интересовавшую нас проблематику наши взгляды на те или иные вопросы не могли не претерпевать определенных изменений. Поэтому, думаем, читателей не удивит тот факт, что какие-то аспекты истории и функционирования остракизма в книге изложены несколько иначе, нежели в статьях; это — нормальный процесс развития науки, закономерности которого применимы не только к той или иной дисциплине в целом, но и к судьбе каждого конкретного ученого.

В 2004 г. автором была защищена в Институте всеобщей истории РАН докторская диссертация. Специфика диссертационного жанра заставила дать ей несколько громоздкий заголовок — «Остракизм как политический институт афинского полиса классической эпохи». Книга, которую мы здесь представляем, называется короче и проще. Но в основе своей это — та же самая работа, естественно, с определенными дополнениями (в частности, учтена новейшая зарубежная исследовательская литература в значительном количестве).

Мы считаем своим приятным долгом искренне поблагодарить, согласно установившейся доброй традиции, коллег, без помощи которых эта книга вряд ли была бы написана. Трудно, да, пожалуй, и просто невозможно перечислить всех тех, кому хотелось бы сказать слова благодарности. Некоторые имена, однако, просто нельзя не назвать.

В стенах alma mater — Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова — бессменным научным руководителем автора этих строк (как в студенческие, так и в аспирантские годы) был В. И. Кузищин. В это время формировался круг наших научных интересов, закладывались основы тех работ, которые впоследствии были написаны и опубликованы: от религиозных воззрений афинских драматургов (монография «Эволюция религиозного сознания афинян во второй половине V в. до н. э.») — к истории «Килоновой скверны» и рода Алкмеонидов (монография «Из истории греческой аристократии позднеархаической и раннеклассической эпох», по ряду причин законченная и вышедшая раньше) и далее к институту остракизма, который рассматривается в настоящей монографии. Роль Василия Ивановича на первых этапах этого пути была, конечно, очень велика.

Л. П. Маринович еще в 1994 г. привлекла наше внимание к перспективам изучения остракизма. Впоследствии, работая под ее чутким руководством, мы всегда встречали с ее стороны теплое, человеческое отношение и все возможное содействие, что значительно облегчало работу над книгой. Людмила Петровна любезно согласилась стать ответственным редактором монографии.

Автор очень признателен Г. А. Кошеленко, А. В. Подосинову и Н. А. Фроловой, которые взяли на себя труд дать отзывы на это исследование, когда оно было еще в «диссертационной» стадии. Их принципиальная и в то же время в высшей степени доброжелательная оценка написанного вдохнула в нас бодрость, уверенность в собственных силах, а это так важно для ученого. Рецензентами был высказан ряд ценных советов и соображений, которые мы постарались учесть. Разумеется, они не несут никакой ответственности за те недостатки, которые могут обнаружиться в книге: таковые следует относить всецело на счет автора.

К нашему огромному сожалению, уже не может прочесть эти строки тот, перед кем наш долг просто неизмерим. Ю. Г. Виноградов в последние годы своей жизни активно интересовался проблемами, связанными с остракизмом; на этой-то почве и возникла наша научная близость. Со светлой грустью вспоминаются наши с ним многочисленные беседы в «курилке» института — общение умудренного опытом мэтра, профессионала высочайшего класса с молодым коллегой. Юрий Германович — не только выдающийся специалист, но и человек удивительной душевной самоотдачи и открытости — щедро делился с нами теми оригинальными идеями, которыми так и кипел его постоянно работавший ум; он и сам без какого-либо снобизма внимательно выслушивал наши мнения, куда менее авторитетные, а подчас и принимал их на вооружение. Даже странно: кажется, что все это было вчера, а ведь уже пять лет, как Юрия Германовича не стало. Не будучи с формальной точки зрения его учеником, автор тем не менее считает его одним из главных своих наставников в науке. Его памяти посвящается книга; это — та посильная дань, которую мы можем ему принести.

В наших разговорах, о которых шла речь, часто принимал участие также А. А. Молчанов. Аркадий Анатольевич — тонкий знаток самых разнообразных, отнюдь не только античных, исторических сюжетов — не раз приводил такую интересную, нестандартную и никому еще не приходившую в голову параллель, которая сразу делала более ясным какой-нибудь темный и спорный вопрос. Особенно велико его влияние на разделы нашей книги, посвященные генезису обычая остракизма. Чрезвычайно много значила и его дружеская поддержка. Дорогой Аркадий, спасибо!

Многие наши статьи были опубликованы в «Вестнике древней истории». Редакционная коллегия во главе с Г. М. Бонгард-Левиным всегда охотно предоставляла нам для изложения своих мыслей страницы журнала, за что мы глубоко признательны. Научное редактирование этих статей, как правило, ложилось на плечи С. Г. Карпюка; в нем мы нашли чуткого, бережного редактора, неизменным принципом которого было — помочь автору, а не навязать ему свою точку зрения. Неоднократно приходилось нам с ним плодотворно обсуждать различные проблемы истории демократических Афин.

Еще о многих, многих хотелось бы сказать самые добрые слова. Среди тех, кто содействовал, словом или делом, работе автора над книгой, тому, что она в конечном счете обрела свой нынешний вид, — Μ. Ф. Высокий, О. Л. Габелко, В. Н. Илюшечкин, Б. Т. Кабанов, С. А. Коваленко, В. И. Козловская, И. А. Макаров, А. В. Махлаюк, А. А. Немировский, Л. П. Репина, С. Ю. Сапрыкин, Л. Л. Селиванова, О. В. Смыка, А. Л. Смышляев, Е. И. Соломатина, А. В. Стрелков, В. Н. Токмаков, М. К. Трофимова, A. П. Черных, а также ушедшие от нас Е. С. Голубцова, Г. Т. Залюбовина, B. М. Смирин. Автор просит прощения у коллег, которых он забыл упомянуть.

На последнем этапе подготовки текста весьма полезной для нас оказалась работа в библиотеке Института классического антиковедения при Институте Галле-Виттенберг им. Мартина Лютера, Германия (июнь — июль 2004 г.). Там мы смогли ознакомиться со многими из тех западных исследований, которые отсутствуют в России. Мы благодарны гостеприимным сотрудникам Института и в первую очередь профессору Андреасу Мелю, усилиями которого эта поездка стала возможной.

Автор благодарит Российский фонд гуманитарных исследований, предоставивший грант, который позволил издать книгу.

Last not least. Как ни парадоксально, жизнь ученого-энтузиаста может быть в одном отношении уподоблена жизни моряка или полярника. Он постоянно в работе, порой полностью уходя в нее, как в экспедицию или в дальнее плавание. В результате меньше времени остается на семью (а особенно по условиям теперешней российской действительности, когда нищенская зарплата научного сотрудника заставляет, чтобы не умереть от голода, брать многочисленные дополнительные подработки). От родных и близких в подобной ситуации требуется особенный такт, душевное участие. Автору этих строк повезло: со стороны своей супруги Зои он всегда встречал полное понимание, всю возможную помощь, самоотверженную любовь. По большому счету, именно она сделала больше всех для того, чтобы эта книга была написана.

Такой сложный и многогранный исторический феномен, каким была афинская демократия классической эпохи, можно изучать самыми различными способами и в самых разных аспектах. Впрочем, нам представляется, что арсенал применяющихся в данной сфере подходов при всей его широте может быть в конечном счете сведен к совокупности двух больших, дополняющих друг друга (но в чем-то и противостоящих друг другу) направлений. Одно из этих направлений можно охарактеризовать как всестороннее исследование политических институтов демократического афинского полиса, их истории, функционирования, взаимного соотношения. Подобный «институциональный» подход, лежащий на стыке с государственным правом, является в целом более традиционным; наиболее весомые результаты при его применении были достигнуты, пожалуй, в конце XIX — первой половине XX в., когда он получил особенное распространение. В чем-то это было предопределено открытием и публикацией в 1891 г. такого источника колоссальной, неоценимой значимости, как «Афинская полития» Аристотеля[1]. Основной тематикой этого трактата было именно полисное, «конституционное» устройство Афин, то есть как раз политические институты, их история и современное автору состояние. Это, конечно, не могло не оказать определяющего влияния на те проблемы, которые находились в центре внимания антиковедов. В 1930-х гг. Г. Берве сетовал на чрезмерное засилье такого «конституционноинституционального» подхода, стушевывавшего конкретную человеческую личность[2]. Эти сетования представляются справедливыми постольку, поскольку любая вообще односторонняя крайность вредна. Тем не менее нельзя не учитывать и того обстоятельства, что в результате интенсивного труда целой когорты крупных ученых на одном направлении государственное устройство классических Афин действительно оказалось изучено в высшей степени досконально. Работы Г. Бузольта, К. Ю. Белоха, Г. Де Санктиса, У. Карштедта и др., ставшие классическими, отнюдь не утратили своей ценности и по сей день, так как именно ими в значительной мере заложен фундамент наших знаний об афинской демократической «конституции» и ее формировании.

Во второй половине недавно истекшего столетия, однако, произошел существенный сдвиг в системе приоритетов, переакцентировка точек зрения. Можно говорить о выходе на первый план иного исследовательского направления, а именно углубленного анализа неинституциональных форм и элементов афинской политической жизни, таких как властные элиты, их состав, взаимоотношения с рядовым гражданским населением, применявшиеся ими механизмы достижения влияния, политические группировки, место общественного мнения в политической борьбе, соотношение социальной и политической структуры в полисе и прочие проблемы аналогичного рода. О причинах перемены здесь вряд ли место подробно говорить. Отметим только, что, на наш взгляд, определенную роль здесь сыграло, помимо других факторов, складывание как раз в это время новой гуманитарной дисциплины общетеоретического характера — политологии, которая, в отличие от традиционного государствоведения, ориентирована главным образом на изучение не столько политических институтов, сколько политических процессов, зачастую проходящих в неинституциональной форме. Направление, о котором идет речь, смещающее внимание специалистов, по удачному выражению М. Хансена (см. ниже), с «политической анатомии» на «политическую физиологию» или с «политической морфологии» на «политический синтаксис», и по сей день остается безусловно преобладающим в интересующей нас сфере антиковедения. Именно в его русле работает ныне большинство наиболее квалифицированных специалистов по истории классических Афин: У. Р. Коннор, Р. Сили, Э. Рушенбуш, М. Финли, К. Моссе, Р. Осборн, Б. Страусс, М. Оствальд, Дж. Обер, Р. Литтман, В. Хантер, Л. П. Маринович, С. Г. Карпюк и многие другие[3]. Один из крупнейших антиковедов современности П. Родс, в начале своей научной деятельности отдавший дань «институциональному» подходу, опубликовав книгу об истории афинского Совета[4], в настоящее время в основном тоже занимается теми аспектами политической жизни, которые не имеют прямого отношения к институтам[5].