Читаем Особый допуск онлайн бесплатно

Автор: Роман Давыдов

Дневник

Санкт-Петербург, наши дни.

В этом мире ты никогда никому не принадлежишь по-настоящему. Иллюзия — думать, что кто-то — только твой.

Все последние двадцать лет я старалась быть хорошей женой для своего мужа и хорошей матерью для наших троих сыновей, очень хорошей. И в этот период своей жизни, когда мне казалось, что уже ничего произойти не может и можно выдохнуть, всё как раз и произошло. Причём разом, резко и очень, очень болезненно. Мой муж ушёл от меня к молоденькой стажёрке. И я, в сорок два года, осталась одна с тремя сыновьями. Прежний, знакомый мир рухнул в одночасье, а как жить в мире новом, без мужа и одинокой, я пока еще себе не представляла, если бы не странный случай.

Волею судьбы, стечением обстоятельств и моим упорством, мне удалось найти хорошо оплачиваемую работу. Я, к своему удивлению, устроилась рядовым специалистом в крупнейшую нефтедобывающую корпорацию и попала в незнакомый мне мир интриг, подковёрных игр, брендовых шмоток и дорогих авто. Мир, на вершине которого находился недосягаемый человек – легенда, властный и жёсткий президент корпорации, господин Барсов. Постигая новую для меня культуру корпоративной жизни, я, наивная, тогда не могла и представить себе, что со мной произойдёт и через что мне придётся пройти, прежде чем сидеть вот так сейчас и писать эти строки.

Моя жизнь так изменилась в мае две тысячи двадцать шестого года, словно прежней жизни и не было вовсе.

Я хочу вам рассказать всё, что со мной произошло и может-быть кого-то мой пример вдохновит, а кого-то убережёт в жизни.

Даже самые хорошие отношения всегда строятся на компромиссах. Но скольким мы можем пожертвовать ради другого человека, прежде чем перестанем быть самими собой? И где та грань, за которой компромиссы перерастают в самоуничтожение?

Итак…двадцать седьмое апреля...две тысячи двадцать шестого года. Санкт-Петербург…курилка нефтедобывающей корпорации….

На носу стояли майские праздники, и в общественной курилке было не по-будничному оживлённо и людно. То тут там до меня долетали обрывки разговоров и фраз про страны, в которые собирались на предстоящих праздниках сотрудники. У меня сложилось полное ощущение того, что я нахожусь в какой-то крупной туристической компании, нежели в нефтедобывающей корпорации.

- Девочкиии, такой отель Славик нашёёё-ё-ё-л! Просто Имба! – показывала коллегам молоденькая Лена из маркетинга, смахивая идеальным маникюром по экрану новенького айфона последней модели.

- Ленка, это просто слэй, с тебя фоточки, я на тебя подписана! – восторженно ответила ей коллега Аня из архива. – А мы с Котей снова на Бали! Там такой ваа-а-а-й-йб, Лен!

Я молча стояла и курила, с интересом наблюдая за Леной и Аней. Как же девочки были похожи, в принципе одно лицо, одинаковые телефоны, губы, маникюр и идеально уложенные волосы. Разница была только в их именах и в том, куда они собирались отправиться в праздничные дни.

Я не была серой мышью, но и высовываться и спонтанно заводить новые корпоративные знакомства я не спешила, тем более сегодня мой первый рабочий день в крупной корпорации. Я обвела взглядом современное помещение курительной комнаты, большие белые кожаные диваны по периметру, кулеры с водой и огромные витражные окна во всю стену. Да, мне очень повезло с этим предложением, пусть и не профильным, но зарплата хорошая, стабильная. Да и мне сорок два года, трое парней в старших классах уже. Я стояла и вспоминала как еще месяц назад хваталась за любую работу от безысходности, когда Стас ушёл, а тут такая вакансия. Я и не надеялась на удачу, отправила резюме для галочки. И вот звонок. Меня взяли.

- Ниночка! – внезапно услышала я знакомый голос и подняла голову. Через всю курилку, в чёрном дизайнерском костюме и черных лаковых туфлях на шпильках, с взлохмаченной копной рыжих волос ко мне приближалась моя руководительница Ольга Васильевна Вострикова. Руководитель отдела корпоративного протокола, в чьём непосредственном подчинении я и находилась.

- Ольга Васильевна! – смущённо произнесла я, опустив руку с сигаретой и пытаясь неловкими движениями как-то скрыть её дым. Понятно, что это курилка, да я и не скрываю свою эту вредную привычку, но курить вот так, прямо перед лицом моего руководителя было для меня всё равно что курить перед классным руководителем в школе.

- Всё нормуль, Нинуль! – заметив моё смущение, процедила она сквозь зубы, не вынимая сигареты изо рта, - Ты на майские-то куда? – спросила она меня, докуривая сигарету и доставая вторую.

- Я в деревню, к маме! – ответила я. – Надо под картошку копать, а ей уже тяжело, а мы каждый год сажаем!

- Картошку? – удивлённо вскинула брови Ольга Васильевна, глубоко затягиваясь и поблёскивая крупным бриллиантом на своём указательном пальце.

- Да, картошку у мамы сажаем, два сорта всегда, белая и красная, мама сама семена отбирает по осени! – ответила я.

- Ясно! – сказала она с явным видом того, что не желает больше слушать про процесс отбора картофеля, – Слушай, Нин, мы завтра с девчонками на концерт идём, пойдёшь с нами?

- Спасибо большое, но я пока воздержусь! – ответила я, чувствуя, что оказываюсь в неловком положении. – У старшего скоро выпускной в школе, а потом ещё платёж по кредиту, ситуация у меня не очень простая, в общем, вынуждена отказаться!

- Билет у меня есть, третий ряд, партер! – сказала Ольга Васильевна. – Если дело только в деньгах, то решено, идёшь!

- Ольга Васильевна…! – только произнесла я, как в этот момент к нам подошла невысокая женщина весьма немолодых лет, которая явно была категорически не согласна со своим возрастом, и все её старания были направлены на то, чтобы все думали, что ей тридцать, а не шестьдесят пять. На ней был надет безупречный деловой костюм кораллового цвета, а на голове огромная копна белых наращённых волос и невероятно большие для её лица губы.

- Олечка, привет! – произнесла она, доставая пачку сигарет из серой кожаной сумочки, которая была под стать её серым туфлям.

- Ирочка! – воскликнула Ольга Васильевна, приветствуя коллегу.

- Нина, это Ирина Николаевна, руководитель департамента корпоративной этики и политики! – представила мне моя руководительница подошедшую женщину.

- Очень приятно! – ответила я, и мне уже начинало казаться, что этот перекур не закончится никогда.

- А я вот Нину завтра с нами на концерт пригласила! – сказала Ольга Васильевна.

- Чудно! – закуривая, ответила Ирина Николаевна, которой явно было всё равно на то, с кем ей завтра идти на концерт.

- Ну, девочки, мне пора! – бросив сигарету в пепельницу, произнесла Ольга Васильевна и, подойдя к зеркалу, встряхнула рукой растрепавшиеся рыжие локоны и направилась к выходу.

- Мужик моложе на тридцать лет! – прокуренным голосом внезапно произнесла Ирина Николаевна.

- Какой мужик? – спросила я, ошарашенно уставившись на собеседницу.

- Ну её, Ольгин! – ответила Ирина Николаевна, по-прежнему не смотря в мою сторону и продолжая искать кого-то взглядом.

- Ольги Васильевны? – переспросила я, не понимая, зачем мне такая информация.

- Ну! – ответила Ирина Николаевна.

- Поняла! – ответила я, прикидывая пути отступления и не желая принимать участие в корпоративных сплетнях, тем более о своём руководителе.

- Ну, значит завтра на концерте и познакомимся! – сказала я.

- С кем познакомимся? – уставилась теперь в свою очередь на меня Ирина Николаевна.

- Ну, с супругом Ольги Васильевны! – начиная путаться, ответила я.

- А он здесь причём? – спросила Ирина Николаевна.

- Ну так вы сами сказали, моложе супруг на тридцать лет! Вот я и говорю, на концерте познакомимся! – ответила я.

- Я тебе говорю мужи-и-и-к моложе её, я разве сказала муж! – хрипло протянула Ирина Николаевна и рассмеялась.

- Аааааа! – только и смогла я протянуть в ответ.

Отработав свой первый рабочий день, я в приподнятом настроении поехала домой. С расположением мне очень повезло, буквально пара станций на метро, и вот я уже в своём районе. Рабочий функционал не был сложным, тем более для меня, с моим высшим техническим образованием. Тут скорее требовались внимательность и скрупулёзность, понимание этики, нюансов и особенностей делегаций, так как наш отдел занимался подготовкой и проведением официальных деловых встреч корпорации на высшем уровне. Конечно до меня уже дошли сведения о том, что президент корпорации господин Барсов является человеком крайне жёстким, если не сказать жестоким, не терпящим даже незначительных промахов. Попасть к нему на ковёр боялись даже самые матёрые и закалённые в корпоративных боях сотрудники.

Надеюсь, что мне никогда не придётся с ним встретиться, подумала я, выходя из метро. В конце концов, для планёрок и совещаний есть мой руководитель Ольга Васильевна Вострикова. Да и она не всегда вхожа в двери первого кабинета, и в основном держит отчёт по своей части перед его многочисленными замами и советниками. Нет, что ни говори, а фигура Барсова была легендарной и у всех на слуху. Миллиардер, человек вхожий в Кремль, проживающий большую часть года в посёлке «Лисий нос» неподалёку от Петербурга и по неподтверждённым слухам, имеющий охрану своей резиденции порядка сотни человек, курирующих периметр его владений на берегу Финского залива днём и ночью.

Живут же люди, подумала я, размышляя о Барсове и сплетнях, полученных сегодня на работе. Проходя мимо торговой палатки на углу здания Сбербанка, я почувствовала знакомый и ни с чем не сравнимый запах свежих огурцов и тины.

Кооо-о-о-о-р-ю-ш-к-а! Подумала я и развернулась в сторону палатки, где уже образовалась внятная очередь.

В нашей семье это была ежегодная, приятная традиция - жарка корюшки, которая в свежем виде очень отчётливо и ярко пахнет свежими огурцами. Обычно эта мелкая рыба появлялась на прилавках магазинов и торговых палаток где-то с середины апреля и продавалась до конца мая. В этот период не было ни одной станции метро в городе, чтобы возле неё не продавалась эта вкуснейшая весенняя рыба, пригодная преимущественно только для жарки.

Пожарю сегодня ребятам, подумала я, пытаясь протиснуться сквозь плотную толпу к прилавку.

Цены конечно в этом году значительно выше чем в прошлом, подумала я, рассматривая отсортированную по размеру в контейнеры рыбу. Мне не хотелось долго возиться с мелкой рыбёшкой, поэтому мой взгляд упал на самый крупный размер рыбин по тысяче пятьсот рублей за килограмм. Это конечно было дорого для меня в нынешних условиях, но и корюшка бывает только раз в году, а сейчас, когда у меня есть работа и через несколько дней аванс, почему бы и нет?

- Будьте добры два килограмма корюшки! – сказала я продавцу, когда моя очередь поравнялась с прилавком.

- Вам какую? – спросил продавец, вкладывая пакет в пакет.

- А вот, самую крупную, пожалуйста! – сказала я и показала рукой на контейнер с большими красивыми рыбёшками, поблёскивающими серебряными боками на солнце.

Взяв увесистый пакет с рыбой, я, вся довольная поспешила домой, по пути, около дома заскочила в пятёрочку и купила пакет муки для панировки.

Дома никого не было, старший на тренировке по боксу, а младшие поехали к бабушке помочь ей с побелкой потолка.

Мама у меня до сих пор, кому сказать - не поверят, белила потолок известью, которую сама разводила и гасила в вёдрах на улице.

Я положила рыбу в холодильник и в этот момент зазвонил телефон. Пройдя в коридор, я открыла сумку, на экране горело входящим – подруга Света.

- Светик, привет! – сказала я, пройдя в зал и плюхнувшись на диван.

- Нинуль, привет! Ну как, всё прошло? Как первый день? – услышала я знакомый и такой родной голос в телефоне.

Светка была молодцом, помоложе меня на пару лет, у неё в ноябре будет юбилей, сорок гулять будем. Одевалась с иголочки, всегда при причёске, на маникюре. Не было ни разу, чтобы у неё в шкафу не висело новое платье или не стояли очередные туфли на выход. Я на её фоне выглядела монашкой, и она не оставляла отчаянных попыток вернуть меня из монастыря в мирскую жизнь. А как она меня поддерживала! Когда Стас ушёл, она буквально вырвала меня из депрессии и заставила вновь начать жить ради себя и своих детей. Нет, что ни говори, а с подругой мне очень повезло, подумала я.

- Ой, Свет, с чего начать не знаю! – сказала я. – Я, кстати, корюшку купила у метро, вот с тобой поговорю, чистить пойду!

- Почём взяла? – спросила она.

- Полторы тысячи за килограмм, но крупная, хорошая! – ответила я.

- Дороговато! Но, с другой стороны, Нинуль, возни меньше! – сказала она. – Я вот зажопила деньги, купила на днях по пятьсот рублей мелочёвку, так я, Нинуль, прокляла и себя и её пока чистила!

- Вот вот! – сказала я. – Я уже такое проходила в прошлом году, нафик, нафик!

- Ну рассказывай, как первый день? Что там и как? – не унималась терзаемая любопытством подруга.

Откинувшись на диван, я рассказала во всех подробностях эпизоды в курилке, особенно внимательно и в деталях, как и любит Светка, прошлась по брендовому гардеробу корпоративных дам и в кратце рассказала биографию Барсова, основанную на сплетнях и кое-чему, вычитанному о нём в интернете.

- Ой, Нинуу-у-у-л-ь, слу-у-у-ш-а-й! – протянула Светка. – А я тут читала не помню, где, что у него жена умерла несколько лет назад в Майами, лечилась от онкологии она там и вроде как он один сейчас, ну или по крайней мере жениться не решился снова!

- Не знаю, не слышала такого! Да ну его, Свет, этого Барсова, расскажи лучше, как твой Влад? – спросила я, сгорая от любопытства услышать подробности о новом Светкином кавалере и прошедшем свидании.

- Ой, Нинуль, такой жмот, ты только представь! – воскликнула в трубку подруга и мгновенно переключилась со всеми подробностями на своё провальное очередное свидание.

Приехав раньше своих коллег, я стояла на площади перед зданием Большого концертного зала Октябрьский и наблюдала, как на площадь неспешно подтягивается народ. Компания нарядных пожилых женщин, в руках у одной из которых был достаточно большой букет кустовых роз, медленно подходили к площади со стороны метро. Такси всевозможных марок и классов одно за другим останавливались у парковки, высаживая всё новых и новых пассажиров, которые неторопливо, поправляя полы своих нарядов и упаковки букетов, величественно поднимались по ступеням в направлении здания концертного зала. Я посмотрела на время, было без четверти шесть.

Через пятнадцать минут должны запускать, подумала я, и посмотрела сквозь стеклянные витражи холла, где охрана проходила последний инструктаж перед наплывом зрителей.