Читаем Особняк онлайн бесплатно

Флора стояла у окна особняка и с интересом разглядывала ветви старых елей, прогнувшихся под массой выпавшего накануне снега. До ушей доносились потрескивание дров в камине и едва слышимое уханье совы. Полосы лунного света полностью освещали большую гостиную с высоким потолком и дорогой мебелью. Здесь были массивные резные комоды, столы и стулья, покрытые лаком, и обтянутые кожей диваны и кресла. На стене висел плазменный телевизор, который в этот вечер решили не включать. В углу располагалось устрашающее чучело медведя, стоящего на задних лапах.

Главным украшением комнаты, без всяких сомнений, была сама Флора Берг. Высокая и стройная, она величаво стояла у окна, упершись руками на подоконник. Диск луны отражался в ее крупных голубых глазах. Время от времени девушка поправляла рукой волнистые русые волосы, которые так и норовили упасть на лицо. На ней было нежно-голубое норковое пальто с ремешком и темные кожаные сапоги.

В комнате находился ещё один человек. Феликс сидел в кресле у камина и время от времени бросал в огонь дрова. Это был молодой парень с приятной внешностью: высокий, хорошо сложенный и излишне ухоженный для обычного человека. Одет он был в классический костюм, но без туфель и галстука.

Молчание царило в комнате уже продолжительное время, и Феликс чувствовал себя некомфортно. Флора уже долгое время нравилась ему, однако он ощущал, что не в силах признаться в своих чувствах. Около недели назад Флора позвонила ему с приглашением присоединиться к поездке в особняк, и он, нисколько не колеблясь, согласился.

В самом деле, особняк был великолепен. Он располагался в глубине елового леса в сорока километрах от города. Это было идеальное уединенное место для таких мечтательных людей, как Флора. Отапливался особняк за счёт электрических обогревателей и каминов, впрочем из-за весьма большой площади помещений здесь было трудно установить температуру выше минимальной комнатной.

— Холодно? — спросил Феликс.

— Прохладно, но пальцами шевелить могу, — спокойным голосом ответила Флора, продолжая смотреть в окно.

— Скоро будет теплее. Обогреватели в каждой комнате работают, оба камина растоплены.

— Это радует, Феликс. Взгляни на это, — Флора пальцем подозвала парня к окну.

Подойдя ближе, Феликс сразу почувствовал цветочный запах духов Флоры. Выглянув в окно, он увидел огромный еловый массив, уходящий далеко за горизонт. На улице стояла тёмная зимняя ночь, но благодаря снегу и яркой луне снаружи было достаточно светло.

— И всё же природа совершила огромную ошибку, поселив на Земле человека, — тихо произнесла Флора, медленно проведя ногтем по стеклу.

— Почему ты так считаешь?

— Оглянись вокруг, Феликс! Разве не видишь, в каком прекрасном мире мы живём? — голос Флоры зазвучал более громко и торжественно. — Посмотри на эти ели, на этот бескрайний простор. На то, как медленно и беспорядочно летят с неба снежинки. А слышал ли ты, как кричит сова или воет волк? Думаешь, есть в этом мире место для человеческой жестокости и разврата?

— Ты права, Флора, — ответил Феликс. — Человек жесток. Но разве один только человек? Думает ли сова о добре и милосердии, когда разрывает на куски свою добычу?

Феликс вернулся к камину, бросил в огонь дров и продолжил:

— Человек развратен. А какой зверь не руководствуется инстинктами? О какой гуманности думают волки в брачный период? Природа сама сделала нас такими, и разве вправе мы ее за это винить?

— Человеку природой дан разум, и это то, что отличает нас от волков. Благодаря разуму у нас и складываются понятия любви, совести и морали.

Флора отошла от окна и тоже села у камина на кожаное кресло. Исходящее от огня тепло позволило девушке снять пальто. Под ним скрывалось облегающее красное платье. До Феликса вновь донёсся сладкий цветочный аромат.

— Ты снова права, — сказал он, — но откуда же нам знать, с какой целью природа наделила нас разумом? Ты сказала мне оглянуться вокруг, и я это сделал. Я вижу и лес, и освещённый лунным светом снег, и даже звёзды. Но ещё я вижу огромный особняк, дорогую резную мебель, камин… Все это построил человек благодаря своему разуму. А волки? Волки сейчас в лесу. Они спят на снегу, свернувшись в клубок и укрыв лапой нос. Они не обладают разумом, поэтому не имеют возможности сейчас сидеть возле камина в роскошном красном платье, Флора.

— Это так. Человек действительно продвинулся далеко вперёд как изобретатель. Это доказывает его силу и превосходство над животными. В таком случае, имеем ли мы право оправдывать аморальные поступки людей схожими поступками зверей, поведение которых основано на инстинктах?

— А какие поступки считаются аморальными? И нормы, и мораль тоже придумал человек. И загнал себя в рамки. Мы — люди — сами для себя решили, что хорошо, а что плохо. Быть может, то, что мы считаем правильным, на самом деле противоречит законам природы.

Флора хотела что-то ответить, однако ей помешал внезапный стук в дверь.

— Войдите, — громко сказал Феликс.

На пороге показалась молодая девушка по имени Линда Кемпбелл.

— Что же вы тут грустите, ребята? — спросила она, улыбнувшись. — Идемте в зал. Мы с Филиппом почти закончили готовить ужин.

— Мы как раз собирались к вам присоединиться, — ответила Флора. — Как там Розамунд?

— Она тоже с нами. Выглядит хорошо. А впрочем вы и сами увидите.

Линда улыбнулась. Увидев, что Феликс и Флора пока что не спешат покидать комнату, она закрыла за собой дверь.

— Стоило ли нам брать с собой Розамунд, Флора? — спросил Феликс. — Не лучше ли было оставить ее в городе?

— Ей сейчас нужно отвлечься. Думаю, смена обстановки пойдет девочке на пользу.

Линда Кемпбелл была не из тех, кто мог подобно Флоре и Феликсу размышлять о смысле человеческого существования. Напротив, куда более приземленные вещи волновали ее. Завести с ней разговор о нравственности означало подвергнуть себя насмешкам и прослыть в ее глазах излишне сентиментальным человеком.

Хотя Линда и не отличалась приятной внешностью, она умела привлекать внимание простотой и открытостью. Полгода назад она вышла замуж за Филиппа, директора магазина одежды, доставшегося ему по наследству от отца.

Никто и никогда не мог понять, как брак этих людей имел место быть, ибо молодые люди были полной противоположностью

друг другу. Каким бы привлекательным ни был человек, невозможно построить с ним семью, если у вас разные взгляды на мир.

Филипп имел свойство сохранять хладнокровие и адекватно мыслить в любой ситуации. Он много думал и принимал взвешенные решения.

Когда Флора и Феликс пришли в зал, Линда и Филипп уже накрыли на стол. Здесь была запечённая с яблоками курица, греческий салат, сырная нарезка, фрукты и, конечно, фламандский красный эль. Все это с трудом располагалось на прямоугольном кухонном столе. Поскольку дорога до особняка была весьма долгой и утомительной, а комнату переполняли запахи аппетитной еды, никто не замедлил приступить к ужину. Линда сидела рядом с мужем. Флора, Феликс и Розамунд расположились напротив. За первые пять минут трапезы никто не произнес ни слова, ибо все были очень голодны.

— Хорошо, что мы сюда приехали, — наконец сказала Линда. — В городе сейчас такая суета, а здесь — тишина и покой.

— Я согласна, — ответила Флора. — Человеку никогда не вредно уединиться с природой и подумать.

— Отвлечься от современной жизни, — добавил Феликс. — Вы видели, какая сегодня на небе луна?

Филипп рассмеялся.

— Луна — это хорошо. Если на небе светит луна, значит снег не идет. Не надо нам столько снега. И так чуть трижды не застряли по дороге.

— Это правда, — сказала Линда. — Дороги здесь чистят отвратительно. Что если мы не сможем уехать отсюда из-за сугробов?

— Этот хозяин особняка такой скряга, — ответил Филипп, — он уж найдет способ выкинуть нас отсюда, если задержимся хоть на минуту неоплаченного срока.

— Не переживайте, — сказала Флора. — Хозяин в любом случае приедет сюда ровно через неделю. Об этом не стоит беспокоиться.

Все это время Розамунд сидела молча, глядя в тарелку. Флора время от времени смотрела на нее и шепотом спрашивала, все ли у нее хорошо. Девушка лишь кивала в ответ.

— Давайте же выпьем за нашу первую ночь в особняке! — громко произнесла Линда, после чего все опустошили свои бокалы. — Давайте танцевать!

В зале находился довольно старый виниловый проигрыватель. Девушка включила музыку и пригласила мужа на танец. Тот нехотя согласился. Феликс не решился пригласить Флору, заметив, что та занята беседой с Розамунд.

За остаток вечера сильно никто не напился, поэтому танцы и светская беседа вскоре всем наскучили, и каждый отправился к себе в спальню.

Лежа на кровати, Флора смотрела на яркую луну, царившую на темном небе, и думала об их разговоре с Феликсом. Действительно, должен ли человек противостоять законам природы? Ведь природа идеальна, в ней невозможно найти изъян. И если она создала человека таким, то, быть может, таким он и должен быть? Погруженная в мысли, Флора быстро уснула. Она уже не видела, как огромные тучи скрыли луну из виду, и этой ночью на землю обрушился сильный снегопад.

На следующее утро Феликс проснулся раньше остальных, и первым делом ему в глаза бросился огромный слой снега на водоотливе за окном. За ночь намело сугробы высотой не менее двадцати сантиметров. Это обстоятельство ставило под сомнение возможность прогуляться по утреннему зимнему лесу. Но тем не менее Феликс, отлично выспавшийся, находился в прекрасном расположении духа. Неспешно одевшись, он спустился вниз.

Утром особняк был так же красив, как и ночью, но теперь атмосферу дополняли и великолепные пейзажи за окном. Пахло деревом и сыростью. Оказавшись в зале, Феликс сразу же обратил внимание на небольшой комод, который не замечал вчера. Внутри оказалось множество старинных книг, покрытых пылью и паутиной. Аккуратно взяв одну из них, мужчина открыл книгу на случайной странице. Оттуда тут же что-то выпало. Это был засушенный дубовый лист, который при соприкосновении с полом раскрошился на маленькие кусочки.

— Как же неловко, — прошептал Феликс. Открыв книгу на первой странице, он прочитал: — Ботаника. Год издания: 1979.

— Мусоришь, братец, — послышался вдруг голос сзади. Это была Линда, которая тоже проснулась рано. — Зачем ты туда полез? Там кроме пыли и старья ничего нет.

— Мне очень жаль, Линда. Это ведь был дубовый лист. И он, кажется, довольно долго там лежал.

Линда ухмыльнулась.

— Не переживай. Если бы этот лист был кому-то нужен, то его бы уже давно забрали вместе с этими старыми книгами. Уверена, хозяин особняка десятилетиями не открывал этот комод.

Феликс почувствовал себя виноватым, хотя и не представлял, перед кем и за что ему следует извиниться. К счастью, от раздумий мужчину отвлекла Линда, которая попросила помочь с приготовлением завтрака. Через пару минут Феликс напрочь забыл о дубовом листе.

Полчаса спустя в зал спустился Филипп, а за ним Флора с Розамунд. Завтрак был уже готов. Каждый съел глазунью с овощами и выпил кофе с бутербродом. Во время трапезы Флора с упоением рассказала, как сладко ей спалось в объятиях Природы.

— Скорее, в объятиях теплого одеяла. И обогревателя, — с насмешкой заметил Филипп. — В объятиях природы сейчас разве что медведи. Продрогшие спят в своих берлогах.

Линда рассмеялась.

— К слову, вы видели, как много снега выпало ночью? — спросила она.

— Я заметила, — ответила Флора.

— Неужто в особняке придется целый день сидеть?

— Ни в коем случае! — воскликнула Флора.

— Как можно отказаться от прогулки в зимнем лесу? Часто ли вы гуляете среди елей, находясь в городе?

— Что же нам теперь, в сугробы залезать?

— Я, конечно, не стану настаивать. Но находиться в особняке целый день я не намерена, поэтому сейчас же я иду на прогулку. И буду рада, если вы ко мне присоединитесь.

— Я пойду с тобой, — сказал Феликс.

К полудню Феликс уже ждал Флору у выхода. Девушка спустилась в том же норковом пальто, в котором он видел ее вчера. Из-под шерстяной белой шапки струились по плечам волнистые кудри. Парень вновь уловил сладкий цветочный аромат.

— Ты не боишься замёрзнуть? — спросила Флора.

Феликс был одет так же, как он одевался на прогулку всегда, только вместо кожаных туфель ему пришлось надеть довольно старые сапоги, чтобы пробираться через снег. Парень ни минуты не думал о том, может ли он замерзнуть. Тем не менее он очень боялся показаться нелепым из-за своей обуви и долго ругал себя за то, что не соизволил взять с собой что-то более солидное. На вопрос Флоры Феликс отрицательно покачал головой, и они вдвоем вышли наружу.

Днем лес казался особенно спокойным и немногословным. Выпавший снег был довольно мягким и рассыпчатым, поэтому идти было комфортно: не было необходимости высоко поднимать ноги. Заблудиться было невозможно, ибо молодые люди оставляли за собой следы, по которым планировали вернуться обратно. Каждая ель в лесу была уникальной, и Флора уделила этому факту много внимания. Пришли к выводу, что каждая ель по-своему красива вне зависимости от ее высоты и пышности.

— Сегодня перед завтраком я зашла к Розамунд, — вдруг начала Флора. — Ты знаешь, она выглядит гораздо лучше. Я полна надежд, что она поправится. Я спросила, не хочет ли она пойти с нами, но она сказала, что хочет побыть одна.

— Раз она хочет побыть одной, значит ей сейчас это нужно. Но ты права: она выглядит очень хорошо, учитывая то, что произошло.

Феликс шел впереди, прокладывая путь, а Флора следовала по его следам. Иногда с веток на головы падал снег, и девушка смеялась, как ребенок, когда очередная белая шапка оказывалась у нее на макушке. Местами лес становился гуще, и приходилось держать дистанцию, чтобы не получить удар веткой в лицо.

Глядя на бескрайние еловые стволы, Феликс вдруг вспомнил, как сегодня утром из книги выпал дубовый лист, и рассказал эту историю Флоре. Та молча выслушала и ответила:

— Ты совершенно зря винишь себя в этом. Хотя бы потому что все в этом мире имеет свойство разрушаться. Кажется, лес, по которому мы гуляем, совершенно спокоен, но это не так. Каждая из этих елей стремится вверх к небу, но однажды все они сгниют и рухнут на землю.

— Я понимаю. Однако мне кажется, что с этим листом была связана какая-то длинная история, которая оборвалась, когда этот лист рассыпался, упав на пол.

— История не оборвалась. Она закончилась. Рано или поздно этот лист должен был превратиться в труху. Как и с деревьями: ничто не вечно. Но к счастью, на месте старых елей всегда вырастают новые, временами даже более высокие и раскидистые.

Больше молодые люди не разговаривали. Оба были погружены в свои мысли. Феликс еще какое-то время размышлял о дубовом листе. "Ничто не вечно" — этот факт человеку знаком и очевиден. Мы соглашаемся с ним, но только до тех пор, пока не начинаешь задумываться о том, что все самое дорогое для нас когда-нибудь навсегда исчезнет. Мы сами однажды исчезнем, и с этим ничего нельзя сделать. Можно лишь попытаться принять.

Вдруг Феликс услышал крик и, обернувшись, увидел, что Флора по пояс увязла в снегу.

— Я, кажется, провалилась.

Парень тут же помог девушке выбраться.

— Не ушиблась?