Читаем Оригами онлайн бесплатно
Оригами
https://ficbook.net/readfic/8241619
Направленность:
Фемслэш
Автор:
Анна Раш
Беты (редакторы):
nmnm
Фэндом:
Ориджиналы
Пэйринг и персонажи:
Мишель/Хоуп
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Мини, 22 страницы
Кол-во частей:
3
Статус:
закончен
Метки:
Разница в возрасте, Счастливый финал, Современность, Романтика, Юмор, Психология, Повседневность, Повествование от первого лица, Дружба
Описание:
Сколько себя помню, я всегда крутилась рядом с сестрой, и на тот момент не понимала, как сильно усложняла ей жизнь, следуя за ней по пятам, как хвостик.. Я часто вспоминаю то время. Лучшая подруга Тесс - Хоуп: заводила, упрямая, жизнерадостная и безумно красивая девушка. Я восхищалась ей. Абсолютно не важно, что она говорила. Я, открыв рот, слушала всё, что слетало из уст Хоуп, её голос был для меня музыкой.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Примечания автора:
Давно эта мысль крутилась в голове, работу вижу так, надеюсь Вам понравится.:). Приятного чтения.
Спасибо бете
Обложка: https://vk.com/photo492244225_457239052
Так приятно видеть работу в топе
№5 в топе «Фемслэш по жанру POV»
№3 в топе «Фемслэш по жанру Дружба»
№5 в топе «Фемслэш по жанру Повседневность»
№3 в топе «Фемслэш по жанру Психология»
№5 в топе «Фемслэш по жанру Романтика»
№4 в топе «Фемслэш по жанру Юмор»
№24 в топе «Фемслэш по всем жанрам»
Содержание
Содержание
Глава 1. Начало
Глава 2. Возвращение
Глава 3. Вместе с тобой
Глава 1. Начало
Моя сестра Тесса мечтала иметь младшего брата, но родилась я, когда ей исполнилось шесть лет. Если у вас есть младшая сестра или брат, тогда вы представляете какой занозой я бывала для своей сестры. Ей пятнадцать, мне семь. Я только пошла в начальную школу, а она была уже в старшей. Я начинала познавать «гранит науки», сестра же уже заканчивала и переходила на «мрамор», выбирала свой дальнейший путь.
Сколько себя помню, я всегда крутилась рядом с сестрой, и на тот момент не понимала, как сильно усложняла ей жизнь, следуя за ней по пятам, как хвостик. В её компании, состоящей из трёх человек, меня всегда называли Мелкой, спасибо за это её теперь уже мужу Закери. Я часто вспоминаю то время. Лучшая подруга Тесс — Хоуп: заводила, упрямая, жизнерадостная и безумно красивая девушка. Я восхищалась ей. Абсолютно не важно, что она говорила. Я, открыв рот, слушала всё, что слетало из уст Хоуп, её голос был для меня музыкой.
— Мелкая, тебе не надоело преследовать нас? — сказала Хоуп.
— Мама отпустила Тесс, только если я буду с ней, но я могу вернуться и тогда… — нагло ответила я, показав язык Хоуп.
— Нет-нет, мы рады, что с нами будет репейник! — ответила Хоуп, отвесив мне лёгкий подзатыльник, отчего я ойкнула, и все засмеялись.
Хоуп много шутила, но несмотря на колкости в мою сторону, я знала, что она относится ко мне как к сестре, которой у неё не было. Последние два года Тесс часто оставляла меня с Хоуп, а сами с Закери садились в его машину и куда-то уезжали. Хоуп всегда говорила им вслед: развлекайтесь, но не шалите до «агу-агу». Спустя несколько лет я поняла смысл её фразы. Она развлекала меня, мы смотрели мультики, играли в хоккей или бильярд. Порой мы просто сидели у неё дома, я слушала музыку, а Хоуп рисовала. Она погружалась в этот процесс с головой и у меня было время на то, чтобы рассмотреть её. Иногда она внезапно бросала карандаш и вскакивала с дивана со словами:
В моей памяти отпечатался один особенный день, несмотря на то, что их было достаточно. Однажды мы вместе занимались оригами, у меня не получалось свернуть бумагу даже по рисунку. В тот день я трепетала от прикосновений мягких рук Хоуп к моим, на какое-то время моё дыхание прерывалось. Тогда я списала это на близкий контакт с кем-то помимо сестры и мамы, я с детства трепетно относилась к личному пространству и не позволяла прикасаться ко мне посторонним людям. Что я тогда могла понимать? В свои почти одиннадцать я только начинала формироваться как девушка.
— Мелкая, ты неправильно подходишь к процессу, это не учеба, за неё не будет оценок, это отдых. Посмотри, что ты видишь?
— Альбомный лист, белый.
— Этот белый лист может превратиться в красивый цветок, животное, шарик или кубик, во что захочешь.
— Я не понимаю, как из этого можно сделать это? — причитала я, показав на рисунок.
— Давай сделаем это вместе? — предложила Хоуп.
— Хорошо, — ответила я, она легко подхватила меня и, раздвинув ноги, посадила впереди себя.
— Мы сейчас вместе превратим этот листок в … Во что ты хочешь?
— Пегаса и цветок! — радостно произнесла я.
— Хорошо, твои и мои руки одно целое, запоминай последовательность, — потрепав меня по макушке, произнесла Хоуп.
Мы вместе сделали цветок с листочком и стеблем, и Пегаса, на которого потратили чуть больше времени, чем планировали. Для меня эти две поделки получились восхитительными, Хоуп сделала контур крыльев у Пегаса и разукрасила цветок, превратив его в красивую лилию.
— Нравится? — спросила Хоуп.
— Да, очень! — восторженно произнесла я.
— Это тебе, на память! — сказала Хоуп, вручив мне наше творение.
— Спасибо, — ответила я, обняв и поцеловав её.
Сестру я оставила в покое в двенадцать, а в четырнадцать тусила в компании своего возраста, вот тогда она вздохнула спокойно и зажигала по полной.
Мне исполнилось пятнадцать, и я начала осознавать свою заинтересованность в подруге сестры, но Хоуп на тот момент уже встречалась с парнем по имени Винс. Да и о какой взаимности могла идти речь, если до совершеннолетия мне расти и расти, в то время когда Хоуп и Тесс были взрослыми. Винс хоть и был симпатичным, но для жизнерадостной и энергичной Хоуп мне показался вялым и даже бесхарактерным тюфяком.
Однажды сестра вернулась домой пьяной и в тот день я узнала, что Хоуп выходит замуж и переезжает. Мама уехала к родственникам, а Закери работал в ночную смену.
— Тесс, ты оборзела? — накинулась я на ввалившуюся в хлам сестру.
— Иди к чёрту, Мелкая! — проговорила сестра.
— Ты какого рожна так набралась?
— Хоуп выходит замуж и переезжает с этим придурком, она оставляет нас! Мы устроили девичник.
— Как переезжает? — переспросила я, сев рядом с Тесс в гостиной.
— А вот так, собирает вещи, надевает белое платье, ставит подпись и свинчивает, — икнув, произнесла Тесс.
— Я бы тоже выпила! — выпалила я.
— А ты-то чего? Она моя подруга, а не твоя!
— Знаешь, было время, я видела её чаще, чем тебя, пока вы с Закери занимались «агу-агу».
— Ты смотри у меня! Закери моя настоящая любовь, я знала это с четырнадцати, не будь я в этом уверена, он бы не дотронулся до меня. Запомни, лучше быть либо с любимым, либо одной, но не с кем попало.
— Не начинай, я не собираюсь трахаться с первым встречным! — вырвалось у меня.
— Очень на это надеюсь, узнаю обратное, голову оторву, — серьёзно сказала сестра. Ага, а ещё и пристрелишь, узнав, что мне нравятся девушки. Пару лет назад я услышала от сестры нелестную фразу в сторону двух целующихся девушек и запомнила это, и я поняла, что моя личная жизнь всегда будет закрыта для Тесс.
После отъезда Хоуп, Тесс ходила сама не своя, скучая по подруге, я тоже скучала по Хоуп. Раньше я её хотя бы видела, она здоровалась и дарила мне улыбку, а я возвращала её в ответ и улыбалась, как идиот.
Вторым ударом судьбы стал внезапный уход мамы. В тот солнечный тёплый летний день я радостная летела домой, рассказать маме о том, что меня пригласила на свидание девочка, которая мне нравится, но вместо мамы в дверях меня встретил работник скорой помощи. Её взгляд сказал многое, погасив во мне горевший огонь. Как они справляются психологически, сообщая родным плохие новости? Я не представляю, видеть боль в чужих глазах для меня невыносимо. Но когда видишь это практически каждый день, возможно, учишься абстрагироваться. Даже после её ухода мы не стали особо близки с Тесс, но я помню последний разговор с сестрой на кухне.
— Врачи сказали инфаркт, — сказала Тесс, сидя за кухонным столом.
— Но она была здорова, как такое возможно? — хлюпая носом, тихо спросила я.
— Я не поняла всего, что они сказали, но что-то перекрыло поступление крови в один из клапанов, вследствие чего произошла остановка сердца, они не смогли её спасти, так как звонок поступил слишком поздно, — говорила заплаканная Тесс.
— Это несправедливо, я столько не рассказала маме, стольким не поделилась, и я не поцеловала её сегодня, уходя из дома.
— Теперь нас двое, Мишель, я люблю тебя, ты можешь рассказывать мне всё, что пожелаешь. Запомни это, всегда, — сказала сестра, обняв меня. Так мы просидели полночи.
Похороны, волокита с документами выжали из нас все соки и на долгое время выбили нас из привычного образа жизни. Было дико и одиноко приходить в дом, зная, что мама больше не встретит, что больше никогда ты не заглянешь в самые чистые, искренне любящие глаза. Той, кому я обо всём рассказывала — больше не было рядом, и я закрылась ото всех. Я стала замкнутой, отстранённой и всё больше времени проводила за книгами и просмотром маминых альбомов. Моя беззаботность и детство закончились в тот день, незаметно для себя и сестры я повзрослела.
Тесс закончила педагогический, и они с Закери расписались. Открыли свою школу по подготовке детей дошкольного возраста к школе. Многие дети, закончив год в школе Молли Эванс, в честь нашей мамы, шли сразу в четвёртый класс. Несколько лет мы жили втроём. Когда мне исполнилось двадцать, Закери и Тесс переехали в свой дом.
Для меня же преподавание было адом, в моей голове крутились другие идеи. Пока мои одногруппники прожигали своё свободное время в клубах и спали на лекциях, я училась и записывала идеи, планы для своего будущего. В какой-то степени, для многих, я была ботаном, у меня не осталось друзей из школы, я от всех отстранилась. В институте я сдружилась с Кэтрин Риос, которая постепенно перевоспитала меня, сделав из стеснительной девочки-ботана — общительную девушку, вполне симпатичную и порой стервозную. Затащить меня в клуб за годы учебы у неё получилось несколько раз. Для меня громкая музыка и толпа выпившей молодёжи были неприемлемы, я предпочитала более спокойный стиль отдыха в виде книги, кино, природы. К окончанию института у меня появилось несколько близких людей, которых я могла назвать друзьями и несколько неудачных отношений, не продлившихся и полгода.
У меня была идея, у родителей Кэтрин — финансы и, изучив моё предложение, они выделили нам средства для открытия бизнеса. Так, после окончания института, мы с Кэтрин стали партнёрами. На то, чтобы мы встали на ноги, ушло чуть больше трёх лет, но бессонные ночи, круги под глазами стоили всех усилий и вложений, компания росла вместе с прибылью, и если начинали мы с десяти сотрудников и двух отделов, то теперь у нас порядка двухсот сотрудников и двенадцати отделов.
Глава 2. Возвращение
Сейчас мне двадцать девять, у меня успешный бизнес, две племянницы: одной — пять, другой — восемь. Моя лучшая подруга Кэтрин — мой партнёр, любовница, критик и головная боль в одном лице. Мы не встречаемся, но нас обеих устраивает секс, который время от времени случается между нами. Если меня оказывается мало, она всегда найдет кем меня заменить, я же за последние два года спала только с ней. Меня всё устраивало, всё шло ровно и хорошо, но затишье бывает перед бурей или грядущими изменениями. Мы спокойно сидели в кабинете и работали с Кэтрин, когда раздался телефонный звонок, это была сестра.
— Мишель, ты не забыла про сегодняшний ужин? — спросила сестра.
— Нет, я буду вовремя.
— Вовремя это в семь, а не в семь тридцать, надеюсь?
— Да, да, ты мне уже третий раз напоминаешь, сегодня что-то особенное?
— Нет, просто ты же знаешь, я люблю, когда всё по расписанию, а ты вечно ломаешь график.
— Постараюсь приехать вовремя, если задержусь, начинайте без меня. Целую, — я отключила телефон и вздохнула: всё-таки умудрилась забыть про ужин, и если бы сестра не напомнила, вряд ли вспомнила бы.
— Ты чего? — спросила Кэтрин, поставив папку на полку.
— Чует моя пятая точка, что она задумала неладное, очень надеюсь, что это не очередная её попытка познакомить меня с кем-то из очаровательных папочек детишек.
— Да ладно, Робби был милым — цветы, конфеты, даже спортивный, а ты отшила его! — засмеялась Кэт.
— Что же ты его себе не забрала? — откинувшись на спинку кресла, спросила я.
— О, я забрала ту, к кому он приходил! — сексуально пропела Кэтрин, облокотившись о край стола.
— По-моему, ты её не забрала, а трахнула! — ответила я. У нас бывали такие откровенные, грубые разговоры, за которыми следовал расслабляющий секс, нам это нравилось: иногда мне нравилась та часть меня, которую видела только Кэтрин.
— Освежишь мою память? — спросила Кэтрин, коснувшись пальцами своей ноги моей промежности.
— Мммм, жёлтые кружевные трусики, ярко, мне нравится! — проговорила я, опустив взгляд на оголённую часть тела.
— Хочешь их снять? — присев на край стола и поднимая юбку, проговорила Кэт.
— Я думаю, можно сделать и по-другому! — встав с кресла, я подошла к Кэтрин, которая обвила мои бёдра своими ногами. Я знаю, она была мокрой, она быстро возбуждалась. Нажав на кнопку закрытия двери, я расстегнула её блузку и оставляла поцелуи на шее, ключице, затем грудь. Кэтрин откинула голову, наслаждаясь получаемыми прикосновениями, я отодвинула трусики в сторону и вошла в Кэт, зная, что она любит, двигаясь глубоко и быстро. Оргазм был достигнут, и когда Кэт занялась мной, как некстати раздался звонок от Лили, нашего секретаря, моё тело осталось неудовлетворённым и возбуждённым.
— Чёрт! — выругалась я. — Да, Лили!
— Я прошу прощения, но на линии Роберт Шир, говорит, что передумал и готов заключить контракт!
— Соединяй, спасибо Лили, — ответила я.
— Мы не закончили! Я обязательно завершу начатое! — многообещающе проговорила Кэт.
Закончив разговор с важным теперь деловым партнёром, я подготовила контракт для завтрашнего подписания. Кэт позвонила очередная временная, и она испарилась из офиса, показав неприличный, но заводящий жест, я же ухмыльнулась и помахала ей ручкой. Из офиса я вышла в семь часов, я снова опаздывала минут на двадцать. Сев в машину, я включила музыку в стиле «Транс Психоделик» и по свободной дороге долетела до дома Тесс и Закери всего лишь за пятнадцать минут.
— Я знала, что ты опоздаешь! — налетела на меня Тесс.
— Ой, и я рада тебя видеть! Где мои кулёчки? — разуваясь и проходя в дом, спросила я. Увидев туфли, не принадлежащие Тесс, я добавила:
— Милые туфли, чьи?
