Читаем Орехи (ЛП) онлайн бесплатно

Название: Орехи

Автор: Элис Клейтон

Жанр: СЛР

Серия: Долина Гудзона #1

Возрастное ограничение: 18+

Русифицированная обложка: Натали Айс

Перевод: 1–4 гл. Sunshine, 5-12 гл. Олеся Левина, с 13 и до конца Ekaterina Kamila

Под редакцией: Дарьи Подшибякиной

Оформление: Наталия Павлова

[Альманцо Уайлдер — герой из фильма «По ту сторону прерии: Правдивая история Лауры Ингаллс Уайлдер» (1999) — прим. пер.]

Посвящается Питеру,

спасибо, что стал моим мужем

за четыре дня до того,

как эта книга обрела жизнь.

Слова благодарности

Идея всей этой серии родилась однажды в полдень на фермерском рынке Шлафли в Сент-Луисе, штат Миссури. Мы с моим мужем совершали, уже ставшее ритуальным, паломничество по средам с многоразовыми пакетами и наличными в руках, полные решимости поддержать местных фермеров и купить свежайшие продукты по привлекательным ценам. И вот, всё снова свелось к тем самым распутным мыслям, со мной такое часто случается. Почему? Да потому, что в конце длиннющей очереди находился чертовски привлекательный фермер, каких я раньше не видела. Он был высоким, симпатичным и настолько привлекательно заросшим, кроме того в его руках был огурец гигантских размеров.

Я не шучу.

Когда наша очередь почти подошла, муж поинтересовался, почему это я так хихикаю. Я ответила, что уже делаю наброски новой серии, действие которой происходит на ферме… и на фермерских столах. В уме я стала накидывать варианты возможных названий.

«Латук, давай, сделай это».

«Покраснела, как помидор».

«Эй, вы держитесь за мой огурец».

Слава богу, я остановилась на несколько менее непристойном, но менее вздорном — «Орехи». К тому времени как мы загрузили нашу машину пакетами, до верха набитыми местными овощами, фруктами, хлебом, мясом домашней птицы, сосисками и этими восхитительными, помещающимися в ладошку, яблочными пирогами (вы знаете, как сильно я люблю яблочные пироги), я уже стала задумываться о возможной дислокации моей новой серии книг. Долина Гудзона в штате Нью-Йорк, на мой взгляд, подходила идеально. Чем больше я узнавала об этом районе, тем сильнее убеждалась, что место выбрано великолепное, и другие истории вписываются сюда тоже очень легко. С моей близкой подругой Ниной Боччи мы исследовали очень красивые маленькие городишки, такие как Нью-Палц, Гайд-парк, Тарритаун, Слиппи-Холлоу, и также посетили то, что стало одним из моих любимейших мест на планете — горный дом на озере Мохонк. Но об этом позже…

Мы также были удостоены чести побывать на экскурсии на абсолютно невероятной ферме в Поканито Хилс, сразу на выезде из Тарритауна. Blue Hill at Stone Barns — ресторан и сельскохозяйственный центр, это то место до которого каждый должен дорасти. Это место целиком и полностью вдохновляло меня при «создании» фермы Максвеллов. Действительно волшебное место. Они новаторы, они повёрнутые на своём деле, и что самое важное, они с уважением относятся к земле, дающей урожай, и к животным, которых выращивают.

В следующую мою поездку я добиралась до Долины Гудзона с Центрального вокзала на поезде Метро-Север, и была поражена не только красотами в окне поезда, но и тем, как быстро из самого оживлённого города на планете можно перенестись в совершенные в своём спокойствии и тишине маленькие городки на реке. Я «запала» на всё, что связано с Долиной Гудзона.

Вернувшись домой, я стала узнавать всё больше и больше о фермерах, которых видела каждый день на фермерских рынках. Теперь я знаю человека, который растит кур, мясо которых я покупаю. Знаю, где купить самое лучшее черничное варенье в мире, даже знаю женщину, которая его варит. Даже знаю человека, который делает такую колбасу, что вам захочется… ну, то есть… купить ещё одну колбасу. Эта концепция «с фермы и прямо на стол», не просто модное веяние, это естественно, так оно и должно быть, чтобы люди знали, как и где растёт еда, и поддерживали производителей. И нам хорошо, и фермерам тоже, и земле хорошо, и, чёрт меня побери, если это не так, ведь еда, выращенная с любовью, заботой и глубочайшим уважением, имеет совсем иной вкус.

Кроме того, девчоночки, там работают, ой какие привлекательные фермеры…

Огромное спасибо всем, кто помог этой книге обрести жизнь. Обычным жертвам моих панических настроений Нине и Джессике, Мики и Кристине, которые всегда выслушают меня и выведут из паники. Спасибо всем экспертам, которые терпеливо отвечали на мои вопросы личного характера, вопросы, связанные с ведением хозяйства, например: «А эти овощи растут рядом?». Спасибо всем, кто выращивает для нас еду отменного качества.

В нашей стране есть такие понятия, как «доставка еды с грядки прямо на стол» и климатически оптимизированное сельское хозяйство. Поищите их, загуглите, разузнайте, что они означают. Пробуйте новые продукты, готовьте по новым рецептам, задавайте вопросы. А если увидите симпатичного парня, у которого в руках его же огурец, ради бога пришлите мне его фото.

Ваша Элис, целую и обнимаю.

Глава 1

— Так-так, давайте-ка посмотрим: даси готов, бок-чой обжаривается, креветки томятся на медленном огне. И ежу понятно, что во всём вышеперечисленном глютен напрочь отсутствует. — Эту речь я произнесла самой себе, стоя на самой прекрасной из когда-либо созданных кухонь, облокотившись о рабочую поверхность из нержавеющей стали. Она самая прекрасная при условии, что вам нравится калифорнийский модерн середины прошлого века. Хотя кому он может не нравиться?

[Даси — традиционный японский бульон — прим. пер.]

[Бок-чой — сорт китайской капусты — прим. пер.]

[Глютен — понятие, объединяющее группу запасающих белков, обнаруженных в семенах злаковых растений, в особенности пшеницы, ржи и ячменя. — прим. пер.]

Бесчисленное множество всевозможных бытовых приборов и кухонный инвентарь прислонились к кухонному фартуку, выложенному плиткой под кирпич в форме «ёлочки». Все они были не тронуты хозяйской рукой. Их касались лишь мои руки — руки частного шеф-повара, изгоняющего зло в виде глютена на земле белокурых и подверженных модным влияниям, а именно, в Голливуде. Конкретнее в Бель-Эйр. Если быть ещё более точной, в доме Митси Сен-Рене, жены известного продюсера и охотницы за неизменно ускользающей, уплывающей сквозь пальцы, молодостью.

В свои тридцать два года (кто бы мог подумать, что человек, который всего на пять лет старше меня может вести себя настолько высокомерно, словно в этом заключалась её работа), в городе, в котором мужчины в возрасте женились по любви к сиськам, отметка в «тридцать лет» считалась критичной. Конечно, Митси была слишком обеспокоена своим возрастом. Держа в руках белую мускатную дыню, я задумалась над словом «сиськи». Упомянутые сиськи принадлежали красивой женщине, но не очень приятной. Откровенно говоря, они принадлежали настоящей стерве.

Я покачала головой, чтобы отогнать эти мысли прочь и приступила к нарезке. Ровные кубики с четкими краями, никаких скруглений. За ними последовали шарики, округлые и без шероховатостей и рытвин, просто идеальные шары. Про себя прикинув, как звучит моя последняя фраза, я фыркнула и приступила к арбузным треугольникам. Острый угол, затем тупой. Острый — тупой. Оценила ли Митси моё владение ножом, благодаря которому содержимое фруктовой тарелки обретало именно такие очертания? Сомневаюсь. Замечала ли кулинарную геометрию, в которой содержится её утренняя бодрость? Скорее всего, нет. Совершенство моих дынь остается незамеченным, чего не скажешь о дынях Митси, на них обращают внимание абсолютно все.

Ведя свой внутренний диалог, я перешла к оформлению главного блюда Митси, ее ужин должен быть подан ровно в шесть тридцать. Одни нанимают персональных шеф-поваров просто для того, чтобы им готовили еду. Иногда даже приписывают себе его заслуги, пока тот прячется на кухне. Но некоторые пришли к выводу: раз повар работает на кухне и получает деньги за приготовление пищи, его можно использовать также и в качестве прислуги. Но ради той суммы, что платит Митси, мне было совсем не трудно подавать её модную низкокалорийную, но очень вкусную азиатскую фьюжн-еду на подносе в столовой. [Кухня фьюжн — кухня, сочетающая элементы различных кулинарных традиций — прим. пер.]

Не успела я достать бок-чой из духовки, как внезапно зазвонивший телефон, заставил меня вздрогнуть, отчего рука соприкоснулась с внутренней стороной духового шкафа. Зашипев от боли, я поставила противень на плиту. А когда увидела имя звонившего, быстро сбросила и бегло оценила бок-чой. Выбрав самые насыщенные по цвету и идеальные по форме листья, я построила небольшую зеленую башенку в центре белой фарфоровой тарелки, как раз в этот момент таймер известил о готовности креветок.

Обваренные в собственном соку с добавлением крупицы тайского перца чили и корицы, они выглядели розовыми и идеальными. Уложив три штучки на вершину бок-чой (симметрично, необходимо обязательно соблюдать симметрию), я посыпала их нарезанным по диагонали зеленым луком, маринованным чесноком и луком-шалот, слегка обжаренным в арахисовом масле с обеих сторон (секрет, о котором никогда не узнает Мисс Веду Учет Каждому Грамму Жира). Я поставила блюдо с креветками на эмалированный черепаховый поднос, туда же добавила белый фарфоровый кувшин с бульоном-даси, и ещё фарфоровую пиалочку, но уже на три четверти заполненную рисом сорта жасмин с ароматом каффир-лайма. Контроль за размером порций имел огромное значение для поддержания примитивного образа жизни в тривиальном городе. Как только я собралась нести поднос в столовую, снова дал о себе знать мой телефон. Сбросив вызов, я быстро глянула на часы и мысленно обругала себя за то, что не заметила, как время подошло к шести тридцати двум.

В столовой моя клиентка, как всегда в одиночестве, сидела во главе стола. Её муж постоянно пропадал на работе. Но все мои неожиданно вспыхнувшие теплые чувства мигом испарились при виде её демонстративного взгляда на часы.

— Прошу прощения за небольшую задержку, сегодня на бок-чой потребовалось чуть больше времени, — прощебетала я, поставив поднос и подавая ей еду с левой стороны.

— Подумаешь, Рокси, какие-то четыре минуты? Я имею в виду, четыре минуты сейчас, семь потом, может сразу ослабим все правила? — выдавила она в ответ, когда я наливала бульон из кувшинчика в пиалочку с рисом, описывая круги вокруг центра.

«Она тебе хорошо платит. Очень хорошо».

Стиснув зубы, я одарила её накачанный ботоксом лоб улыбкой и забрала пустой кувшин. «В самом деле, Рокси, почему ты так поступила?»

Я вернулась на кухню, чтобы закончить ее «десерт» и кофе, упаковать завтрак и обед и прибраться. В моей голове слово «десерт» выделялось огромными неоновыми кавычками, потому как настолько замечательное слово не сочеталось с видом рожка без содержания сахара, приготовленного на основе вафельного печенья с небольшим количеством лимонного мороженого внутри. Я ничего не имела против лимонного мороженого или «печенья», которое, если говорить откровенно, также мысленно выделяла кавычками. Всё это даже и близко не тянуло на десерт.

Единственное, благодаря чему можно было заслужить благодарность Митси — это кофе. Kona blend, гавайский кофе, арабика тёмной обжарки с одной — всего одной — столовой ложкой жирных качественных домашних взбитых сливок. Она позволяла себе предаваться этому маленькому удовольствию каждый день. Не мне давать советы о том, кому и как тратить неучтённые или сэкономленные калории. Сегодня просто день кавычек.

Я включила многофункциональный миксер Kitchen Aid из нержавеющей стали, достала из холодильника миску и налила чуть больше половины кружки свежих густых сливок. Бутылка оказалась практически пустой, надо будет добавить их в список покупок. Я составляла список покупок каждую неделю, несколько раз в неделю делала заготовки, чтобы у Митси в холодильнике всегда была еда. И дважды в неделю я готовила непосредственно для неё.

Добавив чайную ложку мадагаскарской ванили и две чайные ложки сахара, я оставила сливки взбиваться, а сама принялась за уборку кухни, не обращая внимания на сигнал телефона, оповещавший о пропущенных вызовах.

Одним глазом поглядывая за сливками, а ухом прислушиваясь к происходящему в столовой. Заправив кофемашину, я стала ждать, когда она сварит ровно 115 г эспрессо. На стальной поверхности вновь заголосил телефон, заставив меня с силой захлопнуть створку дорогущей кофе-машины.

— Ради бога, давай я тебе перезвоню?

— Хорошенькое приветствие для твоей единственной и неповторимой матери, — пропел веселый голос на том конце.

От раздражения я закрыла глаза.

— Привет, мама. Я на работе. Можно я перезвоню?

— Зависит от того, перезвонишь ли сегодня?

— Постараюсь, — ответила я, стараясь нацепить пенообразующую насадку на кофе-машину.

— Постараешься?

— Я позвоню, хорошо?

— Обещаешь?

— Да, я обещаю, что… Вот чёрт…

— Что случилось? Рокси, ты в порядке?

— Все нормально… маленькое кухонное недоразумение. Я тебе перезвоню. — Я отключилась, уставившись в миску.

Мне необходимо срочно придумать, как объяснить Митси Сен-Рене, женщине, чей образ жизни основан на способности прекрасно выглядеть и поддержании изящной фигуры, чьей единственной слабостью был вечерний кофе, что вместо нежных, воздушных, взбитых сливок, я приготовила… масло.

«Меня уволили».

«Что, правда уволили?»

«Да, тебя уволили».

«ИЗ-ЗА МАСЛА».

Я сидела в своей машине у дома Митси, расположенного на холмах. До этого упаковала свои ножи, окинула последним взглядом идеальный гелевый маникюр Митси и поплелась к своему «Джипу-Вагонеру» 82-го года.

Меня уволили из-за масла. Не стоило оставлять без присмотра взбивающиеся сливки, их густые гребешки в считанные секунды превращаются в масло.