Читаем Орда онлайн бесплатно
Весь октябрь и первую половину ноября я провёл бок о бок со своими многочисленными ратями в ежедневных, изматывающих тренировках и экзерциях. Полки учились слаженно действовать в составе ратей, рати — в составе корпусов. И сами корпуса интенсивно обучались перемещаться по местности, образуя так называемое каре. Как показала или покажет история, это построение войск на протяжении веков было самым эффективным средством противодействия пеших войск коннице противника.
После учений проводились совещания с воеводами, на которых выявлялись допущенные на учениях ошибки, вырабатывалась тактика противостояния монголам, обсуждались последние новости из степей.
— Как ранее уже докладывалось, ранней весною 1236 г. с Верховьев Иртыша и с Алтая на запад двинулись войска монголов. В июне они вышли к Волге. Покорив кипчаков (половцев), саксинов и волжских булгар. Батый перекочевал на притоки р. Дона, чтобы здесь приготовиться и откормить лошадей для замышляемого им похода в русские земли. Невзор Обарнич, — обратился я к присутствующему здесь разведчику, — как происходило передвижение этой орды?
Прокашлявшись, глава СВР стал рассказывать:
— Ввиду того, что и народу было много и животных было немалое число, им пришлось двигаться широким фронтом, чтобы идущие впереди не уничтожили всю траву и другую пищу, нужную для тех, которые шли сзади. На стоянку, что смогли лично наблюдать мои люди, сначала пришли табуны лошадей по пятьдесят, сто, двести и более голов в табуне; потом появились верблюды и волы, а позади них стада мелкого скота. Это длилось в течение шести дней, когда в продолжение целого дня — насколько мог видеть глаз — со всех сторон степь была полна людьми и животными: одни проходили мимо, другие прибывали. И это были только головные отряды!
— То есть, — снова взял я слово, подводя итог сказанному. — Орда шла такими местами, где подножный корм и хорошая вода были в изобилии, и поход их, вдали от неприятеля был не что иное, как перекочёвка — это такого рода передвижения, при котором пастушеские народы не только не изнуряют своих лошадей, но напротив откармливают их.
— Невзор Обарнич, — вновь обратился я к главе СВР, — какими самыми последними сведениями о монголах располагает разведка. Чем они сейчас заняты?
— Батый вместе с основной массой войск откармливается на Дону, а два монгольских тумена Мунке и Кадана сейчас воюют на северо — западном Кавказе.
— Ясно! — сказал я. — Известно как они воют и с кем?
— Так точно, государь, известно! Ещё в прошлом году монголы сильно побили прикавказских кипчаков и аланов, но само аланское государство не покорили. А этой осенью, Мунке и Кадан, после нескольких месяцев упорных боёв, нанесли поражение черкесам и убили их властителя по имени Тукара. Затем часть монгольских войск через Тамань переправилась в Крым, уничтожив обитавших на полуострове половцев. А основные ордынские силы, как я уже говорил, сейчас концентрируются в верховьях Дона, на границах Чернигова и Рязани.
— Спасибо боярин. Теперь перейдём к их численности! — продолжил я. — Суммируя данные всех известных нам источников, со всей определённостью можно сказать, что нам придётся столкнуться с монгольским войском, численностью примерно в 120 тысяч всадников, имеющих запасными и вьючными до полумиллиона лошадей. Большую часть Батыевой орды составляют мусульмане из населения удела Джучи, но будут в ней и войска братьев покойного Джучи — Чагатая, Тулуя, других царевичей — чингизидов и даже самого Великого хана Угэдэя, то есть, собственно говоря, сами монголы в этой орде, составляют всего около одной трети всех наличных сил. Осадные работы и штурмы городов проводятся «хашаром» из местного населения, сберегая, таким образом, собственные военные силы.
— Как же они у нас зимой, в наших лесах, прокормят такие конские табуны? — не удержавшись, спросил корпусный воевода Клоч.
— Во — первых, вторжение на Русь зимой тем и хорошо, что урожай убран, сено в стогах, а зерно в амбарах — бери всё готовое, включая посевное зерно. К тому же покорённые города будут сами давать дань кормом. После разгрома основных сил противника, могут и вовсе возвратиться назад в степи рассредоточено, «облавой». Во-вторых, вся эта Орда к нам не попрёт, но об этом позже. А в — третьих, монгольские лошади крайне неприхотливы в пище, сами добывают себе прошлогоднюю траву под снегом, едят даже солому, листья и ветки деревьев. Кстати говоря, сейчас глава ОВС вам зачитает некоторые имеющиеся у нас данные касательно монгольской породы лошадей. Прошу, Никон Жданович.
— Слушаюсь государь! — чуть полистав свою записную тетрадь, Никон стал громко зачитывать. — Средний вес монголки 300–350 кг, иногда до 400–450 кг, кобылы немного легче жеребцов. Рост в холке 126–143 см, но в среднем 130–135 см. Потрясающе вынослива и неприхотлива, очень крепкое здоровье. В течение 4–7 дней способна проходить по пересеченному рельефу 70–100 километров в сутки, довольствуясь 5–часовым отдыхом и 3–х часовой тебеневкой. Достаточно быстра, преимущества в скорости в сравнении со скаковыми породами особенно проявляются на длинных дистанциях. Подковки не требует. В течение часа способна пробегать до 25 км, отдельные скакуны — и более, до 50 км. Может ходить в запряжке, но только будучи под седлом. Тяговые качества оцениваются по — разному, от невысоких (легкий тарантас и только 10 км) до весьма неплохих (320–400 кг, то есть везти груз, равный или превышающий собственный вес, на 50 км в день). К саням не приучены и тянут их плохо. Прекрасно идет под вьюком. Способна к круглогодичному выпасу в условиях глубокоснежной зимы. Вместо воды может успешно довольствоваться снегом. Способна к «нажировке» — накопленные запасы жира могут расходоваться в случае полного отсутствия или недостаточного корма. В течение нескольких дней может обходиться и без корма. Способна поедать и усваивать самый плохой и жесткий корм. Но в Орде преобладают всё же более привычные и знакомые нам скакуны покорённых монголами народов — среднеазиатские, половецкие и аланские кони.
— Спасибо, Никон, — я усадил докладчика обратно на место. — В соответствии со свойствами лошадей строится и стратегия монголов. В сытный период — с весны по осень, они пасут лошадей, чтобы накопить как можно больше жира, а в период бескормицы — с конца осени и до начала весны, ведут активные боевые действия.
— Если эти монгольские кони так хороши, то почему мы их себе не заводим? — спросил корпусный воевода Мечеслав у Никона, на что сразу же получил вполне внятный ответ.
— При длительном нахождении в наших краях у монголок неминуемо развились бы болезни, и произошёл бы падёж лошадей! Наши сочные, влажные травы, особенно весною, вредны для монгольских лошадей, привыкших к степному сухому корму. Даже перемена воды бывает для многих лошадей вредна!
— Закончим с лошадьми, — я пристукнул ладонью по столу. — Поговорим о тактике и стратегии монголов! Обычно, при вторжении, свои силы они дробят на отдельные армии/корпуса. И каждая такая отдельная армии, состоящая из двух — трех, реже четырех, туменов действует на определённом операционном направлении в соответствии с заранее разработанным главнокомандованием планом. Таким способом, помимо задачи раздробления сил противника, который вынужден сражаться одновременно везде и при этом, имея во всех пунктах меньшие, чем у монголов, силы, решалась ещё одна задача — прокорма армии. Хотя у монголов основной принцип ведения войны заключается в том, что «войска кормятся войной», тем не менее раздельные маршруты следования конных корпусов позволяют более полно осваивать эти местные ресурсы так, чтобы разные тумены не пересекались в одних и тех же местах. Чтобы исключить подобные ситуации, маршруты отдельных частей планируются заранее, с указанием пунктов сбора. Разумеется, такая стратегия требует высокого уровня искусства планирования и наличия обширной и точной разведывательной информации. Для ведения такой войны требуются адекватные полководцы, способные использовать все вышеперечисленные компоненты военного искусства. И у монголов такие выдающиеся стратеги и полководцы имеются в наличии, вспомним хотя бы Мухали, Чжэбэ и Субэдэя. — Задумчивым и слегка оценивающим взглядом я прошёлся по лицам своих воевод, как бы оценивая их собственный уровень интеллекта, от чего некоторые лица возмущённо напряглись. Добившись желаемого эффекта, я продолжил своё выступление.
— Эти армии и корпуса могут действовать и полностью автономно, как, например, в следующих случаях: рейд трех туменов Субэдэя, Чжэбэ и Тохучара за хорезмшахом; автономные боевые действия в Армении, Арране и Грузии отдельного корпуса Норма ган — нойона из нескольких туменов (в разное время составлявшего от двух до четырех туменов); рейд в Северное Причерноморье, Русь и Приволжье (по сути — через всю Дешт — Кыпчак, «Кипчакскую степь») двух или трех туменов под командованием Субэдэя и Чжэбэ и как результат — наше поражение в битве на Калке. Верно я говорю, Невзор Обарнич? Есть, что добавить?
— Истинно так государь. Там, где местность и обстоятельства не мешают, монголы предпочитают действовать в неприятельской земле облавой, в которой они особенно привычны, так как этим способом происходила обыкновенно ханская охота на диких зверей. Полчища разделяются на части, идут в обхват и потом сближаются к заранее назначенному главному пункту, опустошая огнем и мечом страну, забирая пленников и всякую добычу.
— Когда монголы раздробляют своё войско, нельзя ли их на этом подловить? — задумчиво спросил ещё один корпусный воевода Олекс.
— Это будет сделать очень сложно, а в степи, наверное, и вовсе невозможно! Монгольская конница слишком мобильна и в решающий момент корпуса быстро соединяются. Двигаются они раздельно, а сражаются всегда вместе!
На следующей неделе заседание ГВС проходило уже в моей Дорогобужской резиденции, в местном княжеском детинце. В присутствии корпусных и ратных воевод мы самым тщательным образом, не помню, уже в который раз, разбирали нашу и монгольскую тактику.
Но сначала, во вступительном слове, общую обстановку в сопредельных с Русью юго — восточных землях, как мог, осветил глава СВР Невзор Обарнич.
— Вы все уже знаете, что к весне этого 1237 года Булгария разрушена и окончательно покорена монголами. Столица ханства Булгар и другие города — Сувар, Биляр, Жукотин, Кернек — превратились в пепелища. В общей сложности, под властью монголов оказалось около 60–ти булгарских городов. А за лето — осень этого года войсками Бату, Орду, Берке, Бури и Кулькана покорены народы, обитающие в междуречье Оки и Волги — мордва, мокша, буртасы, черемисы. В степях ордынцы, «и в хвост и в гриву», гоняют половцев. В итоге, монголы вплотную вышли и нависли над восточными русскими границами. И самая последняя новость — на курултае чингизиды официально постановили идти войною на Русь!
Это известие взбудоражило всех присутствующих. Невзор продолжил рассказывать о силах рязанцев, на которых будет направлен первый удар ордынцев. Заслушав главу СВР, взял слово, описывая всё, что помнил и недавно узнал о монгольской тактике, расставляя акценты там, где я это считал особенно важным.
— … и никогда не забывайте, что излюбленный монгольский трюк — мнимое, обманное бегство. Они могут предпринять неудачный штурм засеки, «гуляй — города» или порядков нашей панцирной пехоты и тут же броситься на утёк, с отчаянными криками страха и паники. Их же преследователи, могут очень даже запросто натолкнуться на засаду, или же, как вариант, монголы все вдруг развернутся и атакуют преследователя. А скорее всего, они сделают и то и другое, да и ещё какую — нибудь пакость придумают. Зарубите себе на носу, если монголы в страхе побежали — это обман! У них железная дисциплина. За побег десятка казнят сотню, за побег сотни — тысячу и т. д. Монголы не привыкли ни от кого бегать, зато привыкли неукоснительно исполнять приказы своих темников. Поэтому, очертя голову, без заранее продуманных действий и чётких, правильных атакующих построений даже не вздумайте преследовать бегущих ордынцев! Если решились преследовать — то только правильно построившись, вдумчиво и аккуратно. И ещё, монголов очень много, вас может осаждать один тумен, а поблизости находится ещё один, о существовании которого вы просто не будете знать до поры до времени, не дайте себя обмануть, не уверены — лучше перестраховаться. И всегда помните, в войне с монголами тщательная разведка окрестностей — это вещь первостепенной важности!
Уже, наверное, не счесть, сколько раз я выступал с предупреждениями, описывая любимый монгольский трюк, с помощью которого они выиграли ни один десяток сражений. При этом я медленно, вразвалочку, расхаживал вдоль длинного стола, за котором скромно восседал «генералитет», проникновенно внемлющий моим словам. Причём, абсолютному большинству «генералов» ещё не было и тридцати лет. В таком молодом коллективе, где вдобавок было полно выходцев из «мизинного люда», у меня прекрасно получалось играть роль «отца народов». Половина воевод меня чуть ли не боготворила, а вторая половина вполне искренне считала гением и далеко не только в области воинского искусства.
— Нашу общую тактику ведения боевых действий вы все лучше меня знаете. Особенности же противодействия монгольской коннице мы уже неоднократно отрабатывали, в том числе и на недавних общевойсковых учениях. В любом случае, эти вопросы мы ещё успеем не один раз обсудить с большинством из здесь присутствующих, кроме командиров 5–го корпуса. В отличие от первых 4–х корпусов, состоящих из 4–х ратей, 5–й корпус будет трёхратным.
Когда речь зашла о 5–м корпусе, на ноги тут же подскочил командир этого отдельного корпуса — Бронислав. Примеру корпусного начальства незамедлительно последовали присутствующие на совещании трое ратных воевод 5–го корпуса. Жестом руки я их всех быстро усадил обратно на место, а сам подошёл к висящей на стене карте русских земель, взяв в руки указку.
