Читаем Опыт – дело приходящее онлайн бесплатно

Опыт – дело приходящее

           Конец сентября 1993 года в Омске выдался прохладным. Во всяком случае, 27 числа на улице с утра была минусовая температура, поэтому я поехал на работу, надев кожаное пальто и шляпу. Был понедельник. Провел планерку с личным составом, наметили, что необходимо сделать в первую очередь, что может подождать. Основной упор на закрытие месяца и квартала. А, как известно, третий квартал самый напряженный. В принципе показатели и в целом и по линиям были на уровне, но тем не менее указание сделал, задачи поставил. Распустив личный состав, принялся знакомиться с отписанными мне материалами. Обыкновенная работа начальника уголовного розыска районного УВД. Незаметно подошел обед.

Я уже собирался включить чайник, как раздался звонок внутреннего телефона. Звонил начальник дежурной части Юра Крымский:

« Константин, только, что позвонил дежурный УВД, к ним по «02» позвонил неизвестный и сказал, что его похитили и держат в заложниках, на этом связь прервалась. Дежурный пробил номер, с которого звонили, адрес нашего района на 22 Апреля дом…, надо бы выехать, у меня дежурная опергруппа на выезде, выручай»

«А машина у тебя есть» спросил я.

«Нет, на выезде» был ответ Крымского.

Обеденное время, в отделе навряд ли кого найдешь.  Но решил пройтись по кабинетам. На моё счастье группа Василия Старкова была на месте. Сказал им, чтобы готовились к выезду, а сам решил позвонить в Управление по борьбе с организованной преступностью, все-таки заложник, это вам не фунт изюма, да и не было у нас опыта освобождать заложников. Их просто не было в Омске вообще.

Трубку снял начальник УБОП Владимир Васильевич Головин. Поздоровавшись, я обрисовал ему ситуацию.

«Да ты, что Константин, какое похищение, больше, чем уверен, что  это  розыгрыш. Пошли кого – нибудь, пусть проверят, не думаю, что  там вообще кто-то есть»– был ответ Головина.

Одевшись, спустились вниз и, усевшись в «Жигули» Нагапета Казаряна, поехали на адрес. Благо ехать было не далеко. Подъехав к нужному подъезду, увидели стоявший автомобиль и в нем молодых парней. Старков и Казарян остались выяснять кто такие, а мы с Николаем Брюхановым и Виктором Гасановым вошли в подъезд и поднялись на нужный этаж. У соседей выяснили, кто проживает в нужной нам квартире. Оказалось молодой парень, не так давно разошедшийся с женой, в чем-то плохом замечен не был. И, тем не менее, пистолеты мы обнажили. ( Надо сказать, что на тот момент я обнажил оружие второй раз за всё время службы в органах. Первый раз случился аж в 1975 году, но это уже другая история, о которой, быть может, расскажу в следующий раз.)

На нужной нам двери не было глазка и это сыграло нам на руку. Позвонив, стали ждать. Буквально секунд через  десять дверь отворилось, на пороге стоял молодой парень. Приложив палец к губам, и направив на него ствол, я вошел в квартиру, оттесняя парня в проход на кухню, Этакий Глеб Жеглов омского разлива, в шляпе и кожаном пальто, только вместо револьвера –  «Макаров».   Брюханов и Гасанов быстро прошли по коридору вглубь квартиры. Развернув парня, я проследовал за ними.

Стандартная трехкомнатная квартира. Длинный коридор, сначала – направо – кухня, затем направо зал и дальше две комнаты налево – направо. В комнате, что направо на диване сидели четыре парня явно не русской национальности. Как потом выяснилось, это были казахские уйгуры. Налево в комнате, пристегнутый наручниками к батареи отопления, на полу сидел молодой мужчина.

Отправляли, задержанных партиями, машины в дежурной части не было. Да и наручников не было. У меня были именные, подаренные мне, в своё время, Виктором Лотковым, и пришлось использовать снятые с рук «заложника». Начало девяностых, это, что-то. Даже нет слов, что творилось в милиции. Задержка зарплаты, Плохое снабжение. Нехватка кадров. Но, извините, свою работу мы обязаны были делать. И делали.

Как, потом, выяснилось, освободили мы коммерсанта из Алма-Аты, который попытался «кинуть» там, в Алма-Ате уйгуров, а они обратились за помощью, после того, как этот коммерсант уехал в Омск, к одной из груперовок в нашем городе. Его выманили на улицу, и в чем он был, в спортивном костюме и тапочках, увезли в Нефтяники.

На следующий день, как обычно, я заехал в УВД, забрать суточный рапорт и уже почти доехали мы до «Сибзавода», как «включилась» рация. Дежурный по УВД передал информацию всем постам.

« В детском саду на улице Рабиновича неизвестный захватил в заложники детей». Вот вам и нонсенс. Этот нонсенс вылился в операцию ОМОНа, которая закончилась освобождением детей и уничтожением захватившего их, не могу назвать иначе, придурка.

Вот так в Омске за два дня случилось два случая с заложниками, но очень разными и, по сути, и по разрешению. Но, тем не менее, я считаю, что мы, опера Советского РУВД, были первыми.

В конце мая 1996 года, а именно тридцатого числа я получил информацию о том, что в кафе «Три короны», что находиться недалеко от вокзала Грозного, удерживаются, приехавшие в Грозный на заработки и просто проданные в рабство хозяину этого кафе, люди. Двое еще «работали» на хозяина, ещё двое сбежали, но без документов. Из сообщения, что рассказал мне осведомитель, причастными к этому были, в том числе и работники местной милиции. (Небольшая сноска – получение информации от источников является неотъемлемой частью работы оперативного работника) Об этом я доложил начальнику криминальной милиции Временного Управления МВД РФ в Чеченской республике, Новикову В.И. Получив разрешение на проведение оперативно – розыскных мероприятий на следующий день поехал в Управление уголовного розыска МВД Чечни. Обсудив все возможные мероприятия, решили выехать незамедлительно.

В кафе зашли местные опера, сказав мне, что так будет лучше. Минут через двадцать они вышли, ведя трех человек. Один был хозяин кафе, двое те самые «работники».

Приехав в Управление уголовного розыска МВД Чечни, приступили к опросу хозяина кафе. Выяснилось, что он родом из Казахстана, куда были высланы его родные ещё во время войны. Не так давно вернулся в Грозный и занялся бизнесом, открыв кафе. Естественно, он отрицал, что и эти двое и сбежавшие от него, попали к нему не  добровольно. Через некоторое время в дверь кабинета постучали, это была жена хозяина. Мы уже заканчивали опрос, и поэтому я обратился к хозяину кафе и его жене с предложением – требованием, рассчитать «работников» за проработанное время, причем всех четверых. Паспорта были изъяты ранее  при задержании. Надо сказать, что сбежавших двоих мы нашли, по подсказке освобожденных, в указанном нам месте.

Жена хозяина кафе уехала за деньгами, а мы просто ждали и беседовали. Я, бывавший в Казахстане и видевший чеченцев, работавших в летний период в сельской местности нашей области, спросил « как Вы стали таким, Вы же жили в России, что с Вами случилось?» В ответ было молчание.

Через какое-то время приехала его жена, привезла деньги, которые я, на удивление, хозяина кафе, при нем под расписку отдал  «работникам».

После всей необходимой процедуры я отвез всех четверых в расположение Временного Управления, где их накормили и определили на ночлег в одну из "бочек". На следующий день отвез их на автовокзал, чтобы они смогли уехать домой. Двое из них были из Украины, даже фамилии их запомнил – Зеленский Игорь  и Игнатенко Виктор, еще двое были из Татарстана.

 Зарисовки с дежурств

В первом часу ночи по внутренней связи позвонил дежурный по РОВД:

«Зайди в дежурку, здесь мужчина пришел, пояснил, что его из дома выгнала жена с любовником»

В дежурной части мужчина поведал, что вышел на работу в третью смену, но что-то там у них случилось на производстве и его отпустили домой. Открыл входную дверь своим ключом, а в квартире неизвестный мужчина нерусской национальности  и жена, они  просто вытолкали  его за дверь. Вот и пришел в милицию, благо не далеко живет. Делать нечего, поехали, я и дежурный участковый. На звонок дверь открыла женщина. Увидев нас, на секунду стушевалась, но быстро взяла себя в руки и выдала тираду в адрес мужа:

«Опять напился, как тебе не стыдно людей беспокоить, как напьется, всё ему кто-то мерещится, совсем сладу с ним нет».

Мы с участковым внимательно выслушали её монолог, при этом муж стоял с широко открытыми глазами.  Когда она закончила участковый сказал:

«Еще раз обратиться муж в милицию, поставим на учет, как неблагополучную семью».

Надо сказать, что мужчина был абсолютно трезв.

 Поздним майским вечером на пульт дежурного Советского  РОВД  позвонили со «скорой помощи». По адресу Нефтезаводская

.

. квартира … рубленая рана головы. Потерпевшая  – молодая женщина. Бригада «скорой» там уже работает»

 Дом находился прямо напротив райотдела. Перебежав улицу Нефтезаводскую, поднялся на нужный этаж и зашел в квартиру. Медики колдовали над женщиной, голова её была плотно перевязана. Поинтересовался у врача «скорой», с которой встречался не первый раз на подобных вызовах, что произошло.

«Как мы поняли, муж застал её с посторонним мужчиной, вот и ударил по голове, что попалось под руку. Под руку попался топорик».

«Рана сильна?»

«»Мозг виден».

«А где сам –то виновник торжества?»

«Если не ошибаюсь – полез на крышу, у них в подъезде выход наверх имеется»

Поднялся на пятый этаж, действительно люк выхода на крышу был открыт. Надо сказать, что в доме была плоская крыша без чердака. Я поднялся по ступенькам приставной лестницы и выглянул на улицу. Кто его знает, что у него в голове происходит. Парень сидел прямо на рубероиде, рядом лежал топорик. Сам он, как я понял, когда подошел к нему был в прострации. Взяв топорик и его под руки, спустились вниз и пошли в отдел, где я опросил его, составил протокол добровольной выдачи «орудия преступления» и передал материалы следователю.

    Прошло месяца три. Однажды в кабинет зашла женщина и спросила:

«Вы Конышев?»

«Я»

«Вы меня не помните?»

«Извините, нет»

«Я (она назвала фамилию), как мне сказали Вы выезжали на происшествие, когда меня ударил топориком по голове муж».

Боже, явление Христа народу, пронеслось у меня в голове. С такой травмой и выжила.

«Что Вас интересует?» был мой вопрос.

«Скажите, сколько я смогу потребовать с мужа за причиненный мне вред и где мой топорик?»

ЖЕНСКАЯ ЛОГИКА ИЛИ…….

 Поздней осенью 1976 года в вечернее уже время в  отдел пришла женщина с заявлением об изнасиловании. Хотя время было уже позднее, мы с Виктором Лотковым были на рабочем месте, поэтому приняли заявление и опросили потерпевшую. Тем более что, как раз наша группа занималась раскрытием преступлений против личности. Надо сказать, что как раз в это время на базе Советского РОВД начался эксперимент по линейному принципу работы уголовного розыска. Ранее у нас были определенные «зоны», на которых мы занимались раскрытием всех преступлений совершенных на них. Теперь же были созданы группы по составам преступлений. Нашей, бывшей «зоне №2», выпала честь заниматься раскрытием убийств и изнасилований.

  Во время опроса потерпевшей выяснилась одна деталь. Насильник выспрашивал у неё, чем она занимается, где работает, а она всё ему рассказала, будучи напугана. По словам потерпевшей насильник приставил ей к горлу нож. И ещё, он обещал прийти к ней на работу. Мы вышли на место совершения преступления. Это была беседка между домами недалеко от

места жительства женщины. Но вот обещание «прийти на работу» нас заинтересовало и буквально через день, как раз в смену заявительницы, она работала продавцом в магазине на улице Химиков, мы с Виктором выдвинулись в «засаду». На наше счастье долго ждать нам не пришлось. Фигурант, извините за сленг, нарисовался к концу смены потерпевшей и был аккуратно взят нами под «белые ручки». Доставив обоих в отдел, мы передали их дежурному следователю прокуратуры. Изнасилование их подследственность. При этом мы выяснили, что подозреваемый находился на «химии», то есть отбывал уголовное наказание на стройках народного хозяйства.

Как мы знали, у женщины был маленький ребенок и муж студент, поэтому нас шокировал  звонок следователя прокуратуры, в производстве которого находилось уголовное дело, Потерпевшая забрала заявление, объяснив это вспыхнувшей любовью к насильнику.

Оперской фарт

      Где – то во второй половине марта 1979 года выехали мы, следственная бригада УВД в составе – эксперт – криминалист, следователь и я- инспектор уголовного розыска в один из сельских центров. Случилась там кража из сейфа районной организации. Была украдена зарплата работникам. Деньги из банка привезли уже ближе к концу рабочего дня, и главный бухгалтер, а по совместительству и кассир решила выдать их завтра с утра. Придя утром на работу, денег в сейфе не обнаружила. На время её прихода  в помещении конторы находилась уборщица – женщина лет шестидесяти.

   По приезду каждый из нас занялся своим делом. Эксперт, осмотрев входную дверь в бухгалтерию, принялся за сейф, следователь достал необходимые бланки протоколов и занялся описанием места происшествия, ваш покорный слуга – установлением возможных очевидцев и  свидетелей. Через какое – то время, зайдя в бухгалтерию, я услышал вердикт эксперта – «сейф был открыт своим ключом». Следователь –  Владимир Васильевич Лахтин поднял голову от протокола и внимательно посмотрел на главного бухгалтера.

«Так я ключ оставляю в кабинете, я же тут одна, да и дверь в кабинет закрываю» промолвила она на немой вопрос Лахтина.