Читаем Опасность для альфы (ЛП) онлайн бесплатно
Опасность для альфы (ЛП)
«ТЫ НАРУШИЛА ПРАВИЛА, МАЛЫШКА. ТЕПЕРЬ ТЫ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ». Я — альфа-волк, один из самых молодых в Штатах. Я могу выбрать любую волчицу в стае в качестве пары. Так почему же принюхиваюсь к сексуальной человеческой девушке-адвокату по соседству? Как только улавливаю сладкий запах Эмбер, мой волк хочет ее заполучить. Крутиться вокруг нее — плохая идея, но я не играю по правилам. Эмбер ведет себя чопорно и чинно, но у нее тоже есть секрет. Возможно, ей не нужны ее экстрасенсорные способности, но это дар. Я должен отпустить ее, но то, как она борется со мной, заставляет меня желать ее еще больше. Когда она узнает, кто я, ей уже не скрыться. Она в моем мире, нравится ей это или нет. Мне нужно, чтобы она использовала свой дар, чтобы найти мою пропавшую сестру, и я не приму отказа. Теперь она моя.
Романы / Любовно-фантастические романыAnnotation
«ТЫ НАРУШИЛА ПРАВИЛА, МАЛЫШКА. ТЕПЕРЬ ТЫ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ».
Я — альфа-волк, один из самых молодых в Штатах. Я могу выбрать любую волчицу в стае в качестве пары. Так почему же принюхиваюсь к сексуальной человеческой девушке-адвокату по соседству? Как только улавливаю сладкий запах Эмбер, мой волк хочет ее заполучить. Крутиться вокруг нее — плохая идея, но я не играю по правилам. Эмбер ведет себя чопорно и чинно, но у нее тоже есть секрет. Возможно, ей не нужны ее экстрасенсорные способности, но это дар.
Я должен отпустить ее, но то, как она борется со мной, заставляет меня желать ее еще больше. Когда она узнает, кто я, ей уже не скрыться. Она в моем мире, нравится ей это или нет. Мне нужно, чтобы она использовала свой дар, чтобы найти мою пропавшую сестру, и я не приму отказа. Теперь она моя.
Рене Роуз & Ли Савино
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Эпилог
Рене Роуз & Ли Савино
Опасность для альфы
Пролог
Занесите в протокол: сумасшедшие, страдающие видениями, должны держаться подальше от переполненных аэропортов.
Я подкатываю чемодан к раковине в туалете и смотрю на свое отражение в зеркале, пока мою руки. Волосы по-прежнему убраны в пучок, но пронзительная головная боль превратила меня в монстра, глаза налиты кровью и запали, как будто они втягиваются в череп, чтобы уйти от всего на свете.
Здорово. Жуткая мигрень в день собеседования. Как раз то, что мне нужно.
Вытираю руки бумажным полотенцем и прижимаю влажную бумагу к щекам, подавляя стон.
О чем я думала, когда летела сюда? Ничто так не провоцирует галлюцинации, как скопление большого количества людей. Парень в деловом костюме столкнулся со мной, и тут же промелькнуло его воспоминание: он в постели с женщиной. Изменяет своей жене.
Не понимаю, откуда я это знаю. И лучше бы не знала.
Может, мне лучше спрятаться в туалете, пока не объявят мой рейс. Да, хороший план. Сумасшедшая Эмбер, прячется в туалете, потому что у нее видения, куда бы она ни пошла. Ради этого я пошла в юридическую школу?
Телефон пищит. Десять сорок два утра. Пятнадцать минут до посадки и пять часов до собеседования. Роюсь в кармане в поисках ибупрофена, морщась от звона таблеток в бутылочке.
Пусть в протоколе будет отражено: мне нужно постоянно держать в сумочке огромные запасы пузырьков с обезболивающими препаратами.
— Извините. — За спиной раздается теплый голос, и пожилая женщина касается моей спины, потянувшись за бумажным полотенцем.
Хочу увернуться, не поднимая глаз, но женщина зажала меня между раковинами и бумажными полотенцами, не давая возможности вырваться. Я поднимаю взгляд с вежливой улыбкой.
У женщины длинные белые волосы, но удивительно молодое лицо и большие голубые глаза. — Как долго вы практикуете интуитивное искусство?
Я оглядываюсь, хотя знаю, что тут больше никого нет. Но женщина не могла говорить со мной, верно? — Что, простите?
Она все еще прикасается ко мне, ее пальцы слегка трогают мой рукав. — Интуитивное искусство? Как давно вы практикуете?
Холодок пробегает по мне. — Простите, я не знаю, о чем вы говорите.
Лицо женщины омрачается. — Ой. — Ее взгляд меняется. — Но вы должны дорогая, или у вас будут продолжаться головные боли, пока не начнете.
Зрение расплывается от быстро движущихся картинок, которые пыталась подавить. Накатывает тошнота. Я вижу огромного, мускулистого мужчину, стоящего на пляже, с нахмуренными бровями и сжатыми кулаками. Затем рычащего волка в клетке.
Я с силой выдыхаю и втягиваю воздух, тряся головой, как будто это поможет избавиться от дурацких видений. Когда снова внимание возвращается к уборной, моргаю. Женщина исчезла.
Схватив ручку чемодана, выхожу из туалета и ищу беловолосую женщину, когда на глаза попадаются часы. Десять сорок два утра. Время наверняка неверное.
Я проверяю свой телефон как раз в тот момент, когда цифра два сменяется на три. В туалете время словно почти не прошло, но женщины не видно.
Как она растворилась в воздухе?
Глава 1
Я вхожу в лифт, подпирая дверь ногой, чтобы придержать ее для приближающейся группы.
— Спасибо. — Глубокий голос резонирует в маленьком пространстве. Большая рука с татуировкой фаз луны обхватывает дверь, и она принадлежит голубоглазому мужчине-гиганту. Под его выцветшей футболкой и татуировками виднеются мускулы, как у Конана-варвара. Он, наверное, мог бы съесть меня на обед и все равно остаться голодным.
Двое мужчин помоложе, таких же громадных, стоят по бокам от него. Бритые головы, куча пирсинга и еще больше татуировок. Я едва сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться.
Что ангелы ада делают в многоэтажном доме?
Не показывай страха. Первое, чему научилась в приемной семье. Изучи угрозу. Опять же, из приемной семьи, хотя урок прекрасно переносится и из зала суда.
Выпрямляюсь на все свои пять футов три дюйма роста. Не важно, что едва достаю до плеча самому низкорослому парню. Я тоже задира. Может быть, у меня нет гигантских гаджетов в ушах или пирсинга в бровях — ой, поговорим о страданиях из-за моды, — но ношу остроносые туфли-лодочки. Они чертовски жмут мне ноги, но с трехдюймовыми шпильками могут стать оружием.
— Навещаете кого-то? — В моем голосе слышатся сомнительные нотки. На самом деле я не высокомерная стерва, но когда моя безопасность поставлена под угрозу, выпускаю коготки.
Первый парень смотрит на меня сверху вниз, и уголок его рта дергается. — Нет.
По крайней мере, парень выглядит достаточно нормально, если не считать его огромных размеров. Расцарапать бы Конана-варвара. Парень — настоящий Тор, вплоть до его привлекательной внешности с квадратной челюстью. Обычно я не люблю огромных и мускулистых, но, черт возьми, если он причина, по которой мои женские прелести трепещут от нового осознания.
Я подавляю любые фантазии о том, каково это, когда с тобой такой парень грубо обращается. Грубо обращается? Серьёзно? Когда я хотела, чтобы со мной обращались грубо?
Трое мужчин гуськом входят в лифт, заполняя небольшое пространство. Трое головорезов. Как три марионетки, только с большим количеством пирсинга и татуировок. Здесь так много тестостерона, что удивительно, как я дышу.
Тепло разливается по внутренней стороне бедер.
Прислоняюсь к стене, надеюсь, что эти парни не замышляют ничего нехорошего. Не хочу судить, но я бы не пережила свое детство, если бы игнорировала угрозу. И эти парни выглядят грубовато. От них у меня мурашки бегут по коже. Не так, как сводит желудок от полномасштабного видения, а легкое жужжание, которое может означать только одно.
Опасность.
Я смотрю на барабанообразную грудь Тора, рельефный контур мышц, выделяющийся под его футболкой, и проклинаю свои соски за то, что они вздыбились при таком очевидном проявлении мужской силы. Что, черт возьми, со мной не так? Меня редко заводят мужчины, и мои гормоны выбирают именно этот момент, чтобы включиться? Выбирают этого мужчину, который водит мотоцикл? Возможно, он преступник. Переступаю с ноги на ногу и жду, пока он объяснит, почему они здесь.
Он молчит, но один из парней помоложе ухмыляется мне.
Я поднимаю руку к шее, готовая снять напряжение у основания черепа. Скрываю защитный жест, проверяя, надежно ли уложена моя прическа, прежде чем нажать кнопку четвертого этажа. — Какой этаж? — спрашиваю я своим лучшим голосом, каким могла бы надрать задницу в суде.
— Тот же, что и у тебя, — протягивает Тор.
Это что, заигрывание? Или угроза? Они следят за мной? Нет, это глупо. Они могли бы просто схватить меня на парковке, если бы захотели. Я слышала, как подъезжают их мотоциклы, но и представить себе не могла, что гонщики приехали сюда.
Тор смотрит на меня, хотя отказываюсь встречаться с ним взглядом. Я держу свой портфель перед собой, как щит, пока лифт не останавливается и двери не открываются на мой этаж.
Пожалуйста, не позволяй им преследовать меня. Паранойя — мой старый друг. Я пуглива, и причина, по которой переехала в многоквартирный дом вместо того, чтобы покупать частный, в том, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Ты никогда не будешь в безопасности.
Сотовый телефон наготове, я жду, пока банда мотоциклистов выйдет первой. Посмотрим, правда ли им есть, куда пойти. Мужчины неторопливо идут, направляясь мимо двери моей квартиры, и, вот черт, они останавливаются у следующей.
Нет. Не может быть. — Вы мои соседи? — Я живу здесь уже несколько недель, но пока ни с кем не познакомилась. Новая высотка находится прямо в центре города, и арендная плата довольно высока даже для моей зарплаты. Не хочу показаться грубой, но эти парни в своих рваных футболках и джинсах не выглядят так, будто могут позволить себе здесь жить. Если только они не торговцы наркотиками. Что было бы просто моей удачей.
— Есть какие-то проблемы? — спрашивает Тор.
— Ах… нет. Конечно, нет. — Нет, пока ты не устроишь отвратительно громкую вечеринку с байкерскими красотками и слишком большим количеством выпивки. Честно говоря, я не могу поверить, что они этого еще не сделали.
Я вставляю ключ в замок, оглядываясь, чтобы убедиться, что они входят в свою квартиру. Головорез номер два — тот, который ухмылялся, — бросается на меня, рыча, как свирепый пес.
Я вскрикиваю и роняю портфель.
Бандит номер три смеется.
— Прекрати. — Тор хватает лающего человека за шиворот и дергает его назад. — Иди внутрь. Тебе не нужно ее пугать. — Его взгляд снова останавливается на мне. — Она и сама достаточно хорошо справляется с этим.
Двое молодых людей заходят внутрь, все еще посмеиваясь. Я хватаю свой портфель. Пряди волос выбиваются из-под заколки, и я провожу по ним, чтобы скрыть покрасневшие щеки. Чертовы панки. Моя рука дрожит, и я ненавижу это больше всего. Я больше не та девушка, которая прячется в дверных проемах.
У меня немного кружится голова, предвещая приближающееся видение. У меня их давно не было, так что это должно стать впечатляющим.
Здорово.
Сердце колотится о ребра, я вхожу в свою квартиру и начинаю закрывать дверь. Ботинок со стальным носком застревает в дверном проеме, задерживая меня. Мой взгляд взлетает к лицу Тора, останавливаясь на поразительных голубых глазах. Уголки его губ изгибаются, и он одаривает меня хищной полуулыбкой.
Я дрожу.
— Меня зовут Гаррет. — Он протягивает большую руку через щель в двери.
Я смотрю на него целых две секунды, прежде чем хорошие манеры берут верх над страхом. Я перекладываю телефон в левую руку, чтобы взять его ладонь. Тепло от его руки обволакивает мою, шок связи пробегает по руке. Странное чувство узнавания пронизывает меня, как будто мы с этим парнем старые друзья, а я просто забыла.
Я отгоняю дежавю. Нужно держать сумасшедшую Эмбер на расстоянии.
— Прости, что Трей напугал тебя. Я позабочусь, чтобы это больше не повторилось. — Его голос глубокий и бархатно-гладкий, соответствующий его суровой внешности. От этого у меня в животе разливается тепло. На вид он ненамного старше моих двадцати шести лет. Слишком взрослый, чтобы одеваться и вести себя, как панк. Хотя выглядит он хорошо. Выцветшая футболка, натянутая на гигантские грудные мышцы, татуировки выглядывают из рукавов и воротника. Взъерошенные, как только что с постели, волосы и полуденный загривок. Мммм.
Занесите в протокол: татуированные плохие парни заставляют мои яичники работать в полную силу.
Я запихиваю свою пробуждающуюся похоть обратно. Сейчас не время заводиться. Парень, вероятно, грабит маленьких старушек по пути на собрания мотоциклетных банд.
— Вы… — Я прочищаю горло, стараясь, чтобы это звучало непринужденно, а не испуганно. — Вы все трое останетесь там?
— Да. Так что с нами ты будешь в безопасности. — Он расплывается в широкой улыбке, от которой у меня перехватывает дыхание. У него глубокие ямочки на щеках и удивительно полные губы для такого мужественного мужчины. Крис Хемсворт и рядом не стоял.
Безопасность. Да, точно. — Фантастика. Я уже чувствую себя лучше. Не мог бы ты убрать ногу от моей двери? — Я предпочитаю хладнокровие, спокойствие и собранность, но это звучит немного дерзко.
Он одаривает меня ленивой ухмылкой, которая, к сожалению, вызывает прилив жара между моих бедер. — Ты так и не сказала, как тебя зовут.
— Знаю. — Я многозначительно смотрю на его ногу.
Он цокает языком, складывает руки на груди и прислоняется к дверному косяку. — Послушай, принцесса…
— Не называй меня принцессой.
Он приподнимает бровь. — Тогда как мне тебя называть?
— Мисс Дрейк. Эмбер Дрейк.
— Ты учитель что ли?
— Адвокат. И вы близки к обвинению в домогательствах. — На самом деле это не так. Они не сделали ничего плохого. Обычно я не разбрасываюсь своим адвокатским авторитетом, но хочу попасть в свою квартиру, прежде чем у меня появится видение. Мне не нужно, чтобы новый горячий сосед знал, что я сумасшедшая.
— Мы не хотели тебя пугать.
— Вы меня не пугали, — быстро говорю я.
— Так почему ты сжимаешь свой жемчуг? Как только увидела нас, твои трусики скрутились в узел.
О боже. Он говорит о моих трусиках. — Я не ношу жемчуг. — Я использую свой самый адвокатский тон.
— А как насчет трусиков?
Боже, помоги мне. Чувствительные части, покрытые тем самым предметом одежды, взмокли при упоминании. — Без комментариев. — Я дергаю дверь, но та не поддается.
Он поднимает руки в знак капитуляции. — Оборот речи. Ты бы сжала их, если бы они у тебя были. Жемчужины.
Образ того, как я вместо этого сжимаю свои трусики, а он срывает их с меня крепкими белыми зубами, заставляет мое дыхание сбиться. Чтобы скрыть свое растущее вожделение, я снова хмурюсь, отказываясь дергать дверь.
— Послушай, — говорит он. — Мои ребята крутые. И могут выглядеть грубыми, но они чертовы бойскауты.
Я вздрагиваю от неуместно произнесенного ругательства. — Что ж, мистер…. Гаррет, может быть, тебе стоит вернуться к тому, чтобы помогать старушкам переходить улицу. — Или грабить их. Я прогоняю его, но он не двигается с места.
— Я бы предпочел помочь тебе по-соседски. — Он наклоняется ближе, и меня обдает жаром. Прошло много времени с тех пор, как ко мне приставал кто-то настолько горячий. Может быть, этого не происходило никогда. Отсутствие утонченности заставляет меня закатить глаза, но я должна признать, что в его дерзкой прямоте есть что-то особенное.
Нет, я ни в малейшей степени не испытываю искушения.
Занесите в протокол: мне нужно найти хорошего, нормального, нестрашного парня и пофлиртовать с ним. Никогда, никогда не допускай мысли о том, чтобы пойти к моему страшно горячему соседу в одних крошечных трусиках и жемчуге. И, может быть, в туфлях на каблуках.
О Боже.
