Читаем Опаленные мечты (ЛП) онлайн бесплатно

Перевод: Luizas12

Редактура: Nikolle

Русификация обложки: Ms. Lucifer

Перевод для группы: vk.com/best_hot_romance

Девятнадцать лет назад (Алессандро восемнадцать лет)

При взломе замков есть два правила.

Первое заключается в том, что все замки имеют слабые места.

Второе — одни слабые места слабее других.

Этому меня впервые научил отец, когда брал с собой на работу. К сожалению, это было почти десять лет назад, и некоторые его наставления уже не работали.

Я сунул фонарик в рот, взял отмычку и натяжной ключ и посветил на замок. У этого замка нет очевидных слабых мест, поэтому единственный способ взломать его — это умело и ловко разобрать.

Где-то в конце улицы лает собака. Я замираю и прислушиваюсь. Холодный осенний ветер кружит в воздухе сухие листья и обдувает меня в тонкой толстовке, пробирая холодом до самых костей. Я оставил свою куртку дома у Натали. Отопление не работает, и в доме слишком холодно. В прошлом месяце у нее была пневмония, и я не хотел рисковать, чтобы она заболела снова.

Собака еще раз залаяла, но через некоторое время в округе воцарилась тишина. Я огляделся, чтобы убедиться, что поблизости нет любопытных соседей. Проклятые булавки и их системы нажима. Видимо, отключения сигнализации было недостаточно.

Я уже почти закончил, когда почувствовал прикосновение холодного металла к своей шее.

— Руки так, чтобы я их видел, — раздался у меня за спиной мужской голос. — И медленно повернись.

Черт.

Я опустил инструменты на землю, поднял руки и развернулся. Передо мной стоит мужчина в джинсах и кожаной куртке и направляет мне в лицо пистолет. Какого хрена? Я три ночи проверял это здание и его окрестности и не заметил ни одного патруля. Более того, этот человек держит пистолет так, как будто знает, что делает. Полицейский не при исполнении?

— Ты пойдешь со мной, — говорит он.

Ага, как же.

Парень выглядит крепким и думает, что оружие дает ему преимущество. Я скорее рискну умереть, чем оказаться в тюрьме, как мой старик, отбывающий тринадцатилетний срок. Я расслабляю челюсти, позволяя фонарику выпасть изо рта. Это движение отвлекает парня, что позволяет мне быстро сменить позицию и воспользоваться шансом. Схватив обеими руками запястье этого засранца, я выкручиваю его руку в одну сторону и бью коленом в живот. Парень сгибается, кашляет. Я снова бью его коленом, на этот раз по лицу, одновременно пытаясь вырвать из его пальцев пистолет. Он стреляет, и громкий выстрел пронзает ночную тишину, а пуля попадает в дверь позади меня.

Я все еще пытаюсь вырвать у него пистолет, когда слышу позади себя чьи-то шаги. Оглядываюсь через плечо и успеваю заметить лишь кулак, летящий мне в лицо.

* * *

— Как тебя зовут, парень?

Я сплевываю кровь и ловлю взгляд приближающегося ко мне мужчины средних лет в военной форме. Тусклый свет лампочки, подвешенной к потолку позади него, делает тени на его лице более глубокими, подчеркивая линию его плотно сжатой челюсти.

— Аз, — выдыхаю я и окидываю комнату быстрым взглядом.

Когда эти ублюдки притащили меня сюда, я думал, что они собираются доставить меня в полицейский участок, но теперь стало ясно, что это не так. Понятия не имею, куда меня увезли, но уверен, что это не полицейский участок. Стены голые, окон нет, воздух спертый, как будто мы находимся под землей. Из моего положения на коленях посреди комнаты единственный выход — дверь на противоположной стене.

Человек в военной форме ругается и явно недоволен моим ответом. Похоже, он здесь главный.

— Назови свое полное имя, а не дурацкую уличную кличку! — кричит он.

Я бы никогда не назвал своего имени. Я очень старался скрыться от полиции, и в системе нет никаких записей обо мне. Если бы кто-то снял мои отпечатки пальцев, то ничего бы не получил. Кроме того, не ношу с собой никаких документов, когда нахожусь на работе.

Когда я не ответил, он кивнул мужчине справа от меня. Еще один удар в подбородок, и голова откидывается в сторону, я едва не теряю равновесие, стоя на коленях на бетонном полу. Похоже, этот человек действительно хочет сломать мне челюсть. Я потряс головой, чтобы ее прояснить.

В поле моего зрения попадают черные начищенные туфли. Запрокидываю голову и вижу пожилого мужчину в очках, стоящего рядом с боссом. Я заметил его сразу, как только он вошел в комнату, вернее вскоре после того, как эти ублюдки начали выбивать из меня всю дурь. До этого момента он стоял в стороне. На нем простой твидовый пиджак с заплатками на локтях и клетчатая рубашка, и выглядел он ни к месту. Напомнил мне моего учителя истории.

— Он не хочет сотрудничать, Крюгер, — говорит человек в твидовом пиджаке. — Парень не подходит по возрасту для вашего проекта. И слишком упрям. Почему бы его просто не вернуть туда, где вы его нашли?

— Ты указываешь мне, как управлять моим подразделением, Феликс? — прикрикивает на него босс. — Не забывай своего места, мать твою.

— Он всего лишь мелкий воришка. Зачем беспокоиться?

— Затем, что за те два месяца, что мои люди следили за ним, он сумел проникнуть в одиннадцать домов с первоклассной охраной, не включив сигнализацию, а это очень ценный для нас навык, — говорит Крюгер и поворачивается ко мне. — Где ты научился так обходить системы безопасности, парень?

Я сплевываю очередную порцию крови.

— Отсоси.

— Тсс, тсс, тсс… — Он качает головой. — Похоже, тебе нужен стимул для сотрудничества. Почему бы мне не попросить одного из моих людей схватить эту твою девчонку и привести сюда? Не думаю, что ей так же понравится, как и тебе, быть избитой.

Я застываю на месте. Откуда, черт возьми, он знает о Натали?

— О, вижу я привлек твое внимание. — Он улыбается. — Я всегда стараюсь поближе познакомиться с человеком, которого собираюсь нанять. Как его сильные, так и слабые стороны.

— Ты ее не тронешь, — усмехаюсь я.

— Нет? Ну это зависит от тебя, Аз. Если ты будешь делать то, что я скажу, никто не тронет твою девушку. Кроме того, ты скоро будешь зарабатывать много денег. Более чем достаточно, чтобы вытащить ее из помойки, в которой вы оба живете.

Кровь попадает мне в глаза из пореза на лбу, застилая мне зрение. Руки связаны за спиной, поэтому пытаюсь проморгаться, но безуспешно.

— Что делать? — спрашиваю я.

— Работать на правительство. Вернее, на меня.

Я снова обвожу комнату взглядом, пытаясь придумать возможные пути отступления. Чтобы добраться до двери на противоположной стене, мне придется одолеть тех, кто меня держит, а также человека по имени Крюгер. Не исключено, что все они вооружены. С пожилым мужчиной в твидовом пиджаке проблем не будет. Он похож на бухгалтера. Что он сделает, бросит в меня калькулятор?

— А если я откажусь?

Крюгер кривит губы в злобной улыбке. Затем достает из кармана своих тактических брюк фотографию и бросает ее на пол передо мной. Фотография дважды переворачивается в воздухе и приземляется лицом вверх. Я смотрю на слегка размытое лицо своей девушки. Снимок сделан в тот момент, когда Натали выходила из продуктового магазина, где работала.

— Сейчас я покажу тебе, что будет, если ты не станешь сотрудничать. — Он достает нож из ножен, пристегнутых к поясу, приседает передо мной и приставляет кончик лезвия прямо к лицу Натали. — Я ясно выразился?

Понятия не имею, кто эти придурки и что они замышляют против меня. Правительство. Какой им интерес до такого как я? Но этот ублюдок знает, где мы живем. Я не хочу рисковать, чтобы они причинили вред моей девушке. Поэтому, оторвав глаза от фотографии, встречаюсь со зловещим взглядом парня-босса.

— Да.

На его губах играет ухмылка.

— Видишь, Феликс? Он совсем не упрямый. Если его хорошенько обучить, из него получится отличный солдат. — Сукин сын смеется. — Не так ли, Аз?

Восемь лет назад

— Аз.

Я убираю пистолет и смотрю на Феликса, стоящего у моего шкафчика.

— Крюгер хочет с тобой поговорить. Это срочно.

Я киваю и снимаю бронежилет, морщась от боли в груди от полученной пули. Предполагалось, что это будет простая разведка, но через двадцать минут мы попали в засаду, устроенную службой безопасности. Белов поймал нож в руку, но, учитывая, что были вдвоем против четырнадцати охранников, мы справились. Я закрываю шкафчик и смотрю на блондина, сидящего на скамейке у стены. Сергей Белов безучастно глядит перед собой, и если бы его грудь не вздымалась, я бы подумал, что он мертв. Из всех парней, втянутых в эту чертову программу, он всегда казался самым нормальным. Пока несколько лет назад Серега не начал сходить с ума. Он, наверное, никому не причинял вреда до того, как Крюгер взял его в программу и сделал из него хладнокровного убийцу. Так же как он поступил с остальными ребятами, попавшими в подразделение Z.E.R.O.

— Тебе нужно вытащить Белова, — говорю я.

— Я знаю. — Феликс вздыхает и сжимает переносицу. — Я работаю над этим.

Я еще раз окидываю взглядом старика. Отношения между оперативниками и их кураторами в нашем подразделении должны быть сугубо деловыми. В основном кураторы оказывают поддержку с оперативной базы — сбор информации и наблюдение во время выполнения задания. Но отношения между Феликсом и Сергеем всегда были другими. И хотя об этом почти никто, кроме меня, не знает, Феликс относится к Сергею не просто как к сотруднику, а как к ценному человеку. Он заботится о Сергее как о собственном ребенке и следит за тем, чтобы Белов не сорвался в один прекрасный день и не начал убивать людей.

— Работай лучше. — Я беру куртку и выхожу из раздевалки.

Пока иду по коридору, ведущему в кабинет капитана Крюгера, мерцающий свет отбрасывает длинные тени на голые бетонные стены — командный центр секретной военной базы, действующей уже более десяти лет, можно было бы содержать в лучшем виде, но тут повсюду бетонные стены, провода, прикрепленные к стенам пластиковыми крючками, и всепроникающий затхлый запах. На верхних этажах ситуация лучше. Когда начиналась программа, его использовали как спальное помещение для новобранцев, но уже несколько лет у него другое назначение.

Подразделения Z.E.R.O. — это сверхсекретный, закрытый проект, единственная цель которого — уничтожение тех, кого правительство и капитан Крюгер считают нежелательными. Быстро, эффективно и без всякого бумажного следа. Первоначально в группе было одиннадцать человек: пять оперативников, пять кураторов и капитан. Теперь осталось шесть: три оперативника, два куратора и Крюгер. Набирать новых сотрудников они, похоже, не собираются, так что после смерти Сергея, Кая и меня эта программа, скорее всего, будет закрыта.

По дороге в кабинет Крюгера дверь лифта в коридоре открывается, и из него выходит мужчина. Его пальто расстегнуто, показывая белую рубашку, испачканную кровью. Кай Мазур. Последний из нашей тройки оперативников.

С длинной иссиня-черной косой, развевающейся по спине, он поворачивает налево и направляется к кабинету Крюгера. Меня всегда удивляло, почему Крюгер позволяет ему носить такие длинные волосы. Успех нашей миссии зависит от скрытности. Невозможно не заметить человека ростом метр восемьдесят и с косой, свисающей до пояса.

Когда он идет по коридору, из коричневого бумажного пакета в правой руке Кая на пол капает кровь, оставляя на бетоне красные пятна. Видимо, капитан хотел получить еще один сувенир, и, судя по размеру пакета, это, видимо, чья-то рука. Дойдя до двери кабинета, Кай бросает пакет, и тот, ударившись об пол, издает отвратительный гротескный звук. Может, это все-таки не рука?

Кай мимоходом кивает мне, и я замечаю на его подбородке плохо зашитый порез, из которого все еще сочится кровь. Наверное, снова сам себе наложил швы. Кай убил своего куратора, и медицинский персонал отказывается лечить его, если он не находился под действием снотворного.

Я берусь за ручку двери и, перешагнув через окровавленный мешок на полу, вхожу в кабинет капитана. Крюгер сидит за столом и просматривает на компьютере отчет о проделанной работе. Что бы он сделал, если бы знал, что завтра я буду недоступен?

Скорее всего, капитан пошлет кого-нибудь избавиться от меня. Наверняка Кая. Но к тому времени, когда это произойдет, мы с Натали будем уже мертвы. Я уже решил, что это мое последнее задание, и перед отъездом велел жене собрать вещи и быть готовой к отъезду, как только вернусь домой. По дороге на базу я дважды пытался дозвониться до жены, но все звонки попадали на голосовую почту.

— Присаживайся, Аз. — Крюгер показывает на стул по другую сторону стола.

— Я постою.

— Как хочешь. — Он берет кофе и делает глоток. — Твоя жена сегодня утром попала в дорожно-транспортное происшествие.

У меня темнеет перед глазами, пока я осмысливаю его слова. Хватаюсь за спинку стула.

— Что?

— Сотрудник больницы упомянул, что она может не пережить ночь, так что, думаю, тебе следует поехать туда, — бесстрастно говорит он, оглядываясь на экран, как будто обсуждая погоду.

Я разворачиваюсь и ухожу, а сердце подскакивает к горлу.

* * *

Я пристально слежу за губами доктора, когда он говорит, как будто это поможет понять и осознать его слова.

— …множественные переломы, вызвавшие обширное внутреннее кровотечение…

Я не могу понять смысл его слов. Мой разум как будто не хочет воспринимать это.

— …дважды реанимировал ее…

Я хватаю его за грудки белого халата и прижимаю к стене. Он все говорит и говорит, и с каждым словом во мне закипают ярость и отчаяние. Я хочу, чтобы этот сукин сын замолчал!

— …мы пытались. Мне очень жаль.

Я ослабляю хватку на халате мужчины. Мне хочется стукнуть его головой об стену, пока он не возьмет назад все, что сказал, но я, кажется, потерял чувствительность своих рук.

— Я хочу ее видеть, — рявкаю ему в лицо. — Сейчас же.

Доктор кивает и отходит от меня. У меня звенит в ушах, пока иду за ним по коридору к двери справа.

— Уходите, — рявкаю, хватаясь за ручку.

Я слышу удаляющиеся шаги, но просто смотрю на дверь перед собой. Это самая обычная деревянная дверь бледно-голубого цвета, но у меня такое ощущение, что стою перед вратами судьбы. Ярость, переполнявшая меня, развеялась, и на сердце осталась только душераздирающая боль. Я крепко держусь за ручку, но не могу заставить себя войти внутрь. В глубине души еще теплится надежда и отчаянное чувство, что это, наверное, какая-то большая ошибка. И за дверью лежит чужая жена. Что моя Натали дома, сидит в своем любимом кресле в нашей гостиной и ждет, когда я вернусь, чтобы мы могли наконец уехать.