Читаем ООО «Стикер» онлайн бесплатно

У ПАО «СтройинвестБанк»  украли полмиллиарда рублей! Деньги списали прямо со счета в Центральном банке России. И это уже не первый такой случай, – Громогласно сообщило радио и выдавшая Диме книжки библиотекарша встрепенулась.

– Вот окаянные, полиции на них нет! – Перед собой грузная светловолосая женщина поставила высокую стопку книг и неодобрительно посмотрела на студента, не обращающего внимания на ее дивный маникюр. Парень был чуть выше среднего роста, черноволос, причем вовремя не подстриженная челка, то и дело норовила закрыть ему обзор. Одетый в джинсы и вязанную кофту, за которой проглядывала футболка, он принципе ничем не выделялся, если бы не его завораживающие зеленые глаза. Он никак не отреагировал на высказывание, лишь искоса бросил взгляд на верхний учебник Операционные системы и среды. Маникюр и маникюр. Библиотекарша Ниночка по его мнению была чудна как сорока: то в нос блестяшки вденет, то на пальцы приделает. Зачем безвкусице потворствовать? Хвалить бы язык не повернулся, но и обижать зря не хотелось. Он делал вид, что не замечал ярко играющие стразы.

На третьем курсе началась специализация. Растущая на столе библиотекаря стопка учебников сплошь по математике и программированию с каждым новым экземпляром повышали ему настроение. В предложенных дисциплинах он чувствовал себя как рыба в воде. Единственное, оставался немецкий язык, который до сих пор портил ему кровь. В эту сессию за зачет он чинил сервер. В следующую предстоял завершающий экзамен, и фрау Марья должна была закончить вытягивать из него жилы. Как бы удивилась библиотекарша, но он условно был соавтором программы, два года назад обокравшей банк. Сегодня похоже состоялся второй акт пьесы. Нет, он не участвовал, ни в коей мере. Всего-то исправил корневую ошибку в программе. Преступником Дима себя не считал. Он же не обворовывал никого. Но ИП Ибрагимов что-то подозревал и взял с него слово не участвовать ни в чем криминальном, учиться в колледже и вести себя как примерному мальчику, а он в ответ не увольнял его. Дима слово дал. Работу найти было трудно, он не хотел ее менять. Но даркнет служил ему отдушиной,. Без входа в скрытую сеть было скучно. И он как мог находил себе занятие. В узком кругу хакеров его знали как Gracha. Grach хранил свою тайну. Он всего-то один раз исправил чужой вирус. За вознаграждение. Как программа использовалась, его не касалось.

– Грачевский, вот здесь распишись и иди в деканат, – Библиотекарша положила перед ним ведомость.

– Нин, а что случилось? У меня же сессия без хвостов, – Парень расписался в графе на месте поставленной карандашом галки.

– В рамках профориентации, чтоб ты понял, правильно ли выбрал род деятельности, пройдешь производственную стажировку.

– А я итак работаю, Нин. Меня все устраивает.

– Иди, Грачевский. В деканате тебе все расскажут, – Не стала вдаваться в подробности библиотекарша. Вздохнула, не дождавшись похвалы, и вынула из тумбочки пирожок.

Он пересчитал: девять учебников и положил в ранец. Тяжесть, когда он надел его на спину, была терпимой. Ему не хотелось идти в деканат, цель деканата факультета информационных систем и программирования обычно были интриги и усложнение жизни студентов. Например, курс немецкого языка в профессиональной деятельности в расписании на следующий семестр точно был послан ему в наказание. Оставалось узнать, что такое производственная практика.

В приемной декана две его помощницы, в белых блузках и терракотовых юбках, распивали кофе от нечего делать.

– Здравствуй, Дима. Ты пришел выбирать практику? – улыбнулась младшая помощница, Маргарита Владимировна. Если библиотекарь Нина питала слабость к излишне вычурным вещам, то младшей помощнице нравилось подчеркивать свою значимость и без конца повторять, что она помощник декана.

– А зачем мне стажировка? – пожал плечами Дима. – Я работаю. Вы же знаете.

Младшая помощница декана улыбнулась и затараторила как в рекламе:

– Как помощник декана, я, конечно, это знаю. Но производственная стажировка, входящая в программу профориентации, является элементом обучения. Для закрепления и расширения знаний, полученных в процессе обучения, приобретения практических навыков. Ты сможешь оценить нравится ли тебе выбранный род деятельности. Напоследок скажу, стажировка, например, в международной компании Стикер оплачиваемая.

– Так я итак работаю. Я любую бумагу вам принесу, какую скажите.

– Список компаний, где можно пройти стажировку, представлен на сайте техникума. Ты учишься в техникуме космического приборостроения. Абы где стажироваться нельзя, а только в аккредитованных техникумом организациях. Прими к сведению, – Старшая помощница Анна Эдуардовна и отхлебнула кофе.

– Глупость несусветная. Я программист, а не робототехник. Я бомбы не строю. Никаких тайн не раскрываю.

– И тем не менее. Держи список. Выбирай. Мы тебе советуем ООО «Стикер», ты парень толковый, то придешь и заполнишь анкету. У них стажировка оплачиваемая. Они отбирают лучших. На то это и международная организация. Стажировку нужно пройти в течение года.

Дима закатил глаза и взял документ. Дело было смехотворным. Он мог пойти к заведующему кафедры по проектной работе и попробовать договориться с ним. Но он бывал исключительно по вторникам и четвергам, а сегодня была пятница.

Дима попрощался с сотрудницами деканата и пошел домой.

По дороге надо было зайти в магазин купить хлопьев и молока. Дима спустился по лестнице с третьего этажа на второй и пошел петлять по коридорам к большому внутреннему переходу к главному выходу из здания техникума. Идя по коридору, он рассматривал портреты преподавателей вдоль стены, на которые до сегодняшнего дня не обращал внимания. Обновленный паркет блестел от падающего на него света. Городской техникум космического приборостроения Новосибирского технического государственного университета был представлен во всем своем великолепии. Ему стало интересно, кто оплатил дорогостоящий ремонт. Ответ был получен на крыльце техникума: международная компания Стикер, выступившая спонсором Технического университета, предлагала перспективным студентам пройти оплачиваемую стажировку. Его повеселила сама формулировка на разложенных на подоконнике листовках: перспективный. Пусть он сдал сессию без хвостов, а зачет по немецкому получил с боем, за починку сервера, он не был готов судить о собственной значимости.

– Привет Димка! Ты выбрал стажировку?! – Подлетел к нему однокурсник Коля.

– Я работаю. Мне этого не надо, – Захотел по-быстрому отвязаться он.

– ААА… – По мнению Димы Николай не блистал умом. Элементарную задачу решить не мог. Постоянно просил списать. Может для него вариант пойти туда, куда сказали, был подходящим.

– Мне Борис Витальевич сказал, что в ООО «Стикер» меня не возьмут. Посоветовал идти в ООО «Копытце». Может ты тоже захочешь пойти в Копытце? У них два места предусмотрено. Вместе веселей.

Дима поморщился. Ни в ООО «Копытце», ни в ООО «Стикер», никуда еще угодно он не собирался. Тем более в обществе тугодума Коли. Он работал у индивидуального предпринимателя. Имел свободный распорядок дня. Успевал создавать программы еще и для заказчиков из даркнета.

– А разве заведующий по проектной деятельности в техникуме сегодня? Он же вторник и

четверг, – Возразил Дима.

– Ну, да. Здесь сегодня Гнедов, – Пояснил Коля. – Он сказал его почему-то вызвали и он до вечера пробудет. А во вторник, наверное, тогда не придет.

– Я тогда к нему схожу. Спасибо Коля.

Дима развернулся и пошел обратно через подновленный переход подниматься на третий этаж к кабинету триста сорок восемь с массивной дверью и красной табличкой, на которой золотым шрифтом было сообщено, что Гнедов занимал должность доцента, кандидата математических наук.

Заведующий техникума по проектной деятельности и информационным технологиям сидел за дубовым столом и читал какую-то бумагу. Это был невысокий смуглый брюнет с пышными нафабренными усами. Занавески на окне были отодвинуты, прямо на широкий стол светило яркое январское солнце. Обитатель просторного кабинета не включил электрическое освещение.

– Добрый день, Борис Витальевич. Мне Коля сказал, что вы сегодня здесь, – Поздоровался Дима. Вопрос со стажировкой хотелось решить, не откладывая в долгий ящик.

– Да, я смотрю, Грачевский, стараниями Залесского ко мне скоро паломничество откроется, – Оскалился на него Гнедов. Снял очки и отложил читаемый документ.

Полюбопытствовал:

– По какому ты вопросу? Затрудняешься в выборе стажировки?

– Понимаете, Борис Витальевич, я работаю. А в деканате сказали, что мне надо что-то выбрать…

– Ты кем работаешь и у кого?

– Я программист у ИП. Я все делаю, и компьютеры чиню, и программы пишу. Мне не…

– Ты смотри, Дима же… Да? – Гнедов взял из стояка список компаний, предлагавших стажировку.

– Дима, – Подтвердил он. Заведующий кафедры продолжил свою мысль:

– Дело в том, Дима, что прошлую сессию ты сдал очень хорошо. Несмотря на казус с немецким, – Дима фыркнул. – Поэтому и стажировку я бы тебе предложил пройти в хорошей компании. Ты же не собираешься всю жизнь работать у своего индивидуального предпринимателя? Хочешь потом поступать в Технический университет? Рекомендательное письмо по результату стажировки идет в личное дело. ООО «Стикер», например. Международная компания, издатель, который сам осуществляет производство компьютерных игр. Совсем неплохой вариант для тебя. Стажировка проходит в течение семестра. До седьмого апреля ты должен определиться и уведомить деканат. Последний срок ее прохождения в мае. Ты, конечно, можешь сам написать себе рекомендацию на коленке, но я бы тебе не советовал этот вариант.

– Я вас услышал. Я подумаю, – Согласился Дима. Заведующий кафедры вслед за представительницами деканата предлагали ему ООО «Стикер». Как будто на компании свет клином сошелся. В моменты, когда он сомневался, то брал паузу. Решение всегда находилось само собой. К тому же получалось, что стажировка для него была делом добровольным. Это радовало. Он пошел домой.

II

Последний четверг января пришёлся морозным. Высаженные вдоль бордюров кустарники покрылись легкой изморозью. Но полуденное солнце светило ярко, туч почти не было.       У подъезда рабочие выгружали рояль. Толпа местных кумушек загородила проход. Пенсионерка Клавдия Васильевна – его соседка – высунувшись на улицу из окна своей квартиры на втором этаже с волнением комментировала происходящее, точно оно касалось её напрямую. Он терпеливо пропустил носильщиков и следом зашел внутрь. Сверху донесся раздражающий шум, будто бы рояль тащили волоком. Дима подождал какое-то время у почтовых ящиков, зная, что на лестнице вместе с носильщиками и роялем будет не развернуться, и после отправился наверх. Дойдя до своей двери, парень обнаружил, что музыкальный инструмент вносили в квартиру напротив. Сосед собирался разучивать гаммы над ухом. Новость не радовала. Классической, да и любой музыке в принципе, Дима предпочитал тишину и ночами, как правило, работал. Когда со стороны раздалось приветствие, он уже как раз проворачивал ключ в замочной скважине. По пролёту наверх поднимался рослый, тёмно-русый мужчина. Знакомиться не хотелось. Предупреждать о соблюдении тишины по ночам было рано. Про себя он отметил, что сосед по лестничной клетке имел правильные черты лица. Он, должно быть, отлично выходил на фотографиях. Дима кивнул и молчаливо скрылся в квартире. Снял ранец, переобулся и потопал в кухню раскладывать продукты. Он не считал нужным спешить с выбором стажировки. Он мог сам себе состряпать любое рекомендательное письмо. Искать что-то другое ему не хотелось. Он привык к своей жизни и не хотел ее менять.

А сейчас пора было ехать к крестной. Ранее, во вторник или в среду, он пообещал что заедет к ней в гости. До ее квартиры от его техникума можно было дойти пешком, а от дома приходилось час ехать на автобусе, поэтому, выйдя из дома Дима поспешил на остановку. Разумовская Агнесса Павловна была его опекуном и воспитывала его с девяти лет. Дочь крестной Свету он считал своей сестрой.

Крестная впустила его в квартиру в синем бархатном платье и подивилась его удаче. Она только-только вернулась из театра, куда ходила с пригласившим ее на свидание учителем труда Виктором Эрнестовичем. Пришел бы он раньше, ему бы пришлось бы идти восвояси – дома никого не было. К сорока пяти годам она не утратила свежести и миловидности, тщательно следила за собой: красила пепельные волосы в светлый блонд и не забывала наносить макияж.

– Дима, Света подъезжает. Пока мы дожидаемся я хотела с тобой переговорить.

Они прошли в комнату. Он не любил пережевывать воспоминания, но сегодня фотоальбом лежал на столе. Дима посмотрел на висящие на стене часы. Минутная стрелка пересекла половину девятого. Немного подумав, он произнес:

– Через час у меня автобус. О чем ты хотела поговорить?

– Ну, – замялась крестная, это не простой разговор.

– Давай тогда отложим его на другое время. Сегодня у меня был тяжелый день, – Попросил Дима.

– Хорошо, – Согласилась Агнесса Павловна.

Дима кивнул, Перевернул страницу в фотоальбоме и наткнулся на незнакомую фотографию. На ней была мама на роликах: яркая, молодая и неизвестный молодой человек, тоже на роликах, улыбающиеся чему-то.

В коридоре послышался шум. Он встал и направился встречать единственного человека, которому верил. Мягкая, доверчивая, всем верящая Света. В синем пуховике, подчеркивающем синеву глаз. Копной светло-каштановых волос. Он встретился с ней взглядом и сразу определил, что что-то случилось, но спрашивать первым не стал. Пора было ужинать и ехать домой. Фотографию он сложил и засунул в карман.

По кухне плыл сладковатый запах яблок, чернослива и специй. Мясо курицы прекрасно запеклось и таяло во рту. Гарнир из картофеля и моркови получился вкуснейшим, а вот шарлотка, увы, по краю обгорела. Света неторопливо ела. Она была отчего-то немногословной. Дима вместо пирога выбрал к чаю сушеные фрукты, вазочка с которыми стояла сбоку от него. Время от времени он скучающе таскал финики или какой-то другой затесавшийся среди них вкусный плод, отправляя в рот. Лакомства наполняли рот приторной вязкой сладостью и сродни жвачке липли к зубам. Не надоедали. Их можно было лузгать как семечки. Дима залпом допил свой чай.

Крёстная, расстроенная разговором с ним, обратилась к дочери:

– Свет, как дела на работе?

– Мне выдали уведомление о сокращении. Придется продавать квартиру. Я не найду работу с такой же высокой заработной платой и не смогу оплачивать проценты в нужном размере, – Доложила им девушка. Сестра мягко улыбнулась. Она не умела злиться и была готова отказаться от того, о чем столько мечтала.