Читаем One More Time Again (ЛП) онлайн бесплатно

========== ЧАСТЬ ПЕРВАЯ - Глава 1 ==========

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

This is not the end

This is not the end

— History (One Direction, 2015)

Гарри проснулся, крепко прижатый к чьей-то груди.

Если не считать медленных вдохов и выдохов, его сосед по постели не двигался, а значит, еще не проснулся. Гарри не был «маленькой ложечкой» так долго, что это просто казалось правильным — проснуться и быть в безопасности, быть в чьих-то объятиях. Быть не одним. Так что его нельзя винить за то, что он снова прижался к человеку и провалился обратно в сон.

Явное давление члена на его задницу заставило его быстро заморгать, приспосабливаясь к утреннему свету.

Даже с его затуманенным после сна зрением было ясно видно, что он не окружен красно-оранжевыми обоями своей нью-йоркской квартиры. Он мог подумать, что заснул в номере Джеймса в Хилтоне, но в постели с ним определенно не Джеймс Корден.

Блять.

Он снова закрыл глаза. Прошло так много времени с тех пор, как он делал это. По крайней мере несколько месяцев. Сегодня должен быть его второй концерт в Мэдисон-сквер-гарден, и он не мог — он уверен, что заснул под шум телевизора. Насколько он был пьян, когда уходил от Джеймса?

Он позвонит Саре, решил Гарри. Все, что нужно сделать, это не дать парню, в чьей постели он лежит, уйти или заставить Стайлса уйти, пока она не придет с документами о неразглашении.

Сара, конечно, не обрадуется, но это лучше, чем встретиться с Джеффом и признаться, что он был в стельку пьян посреди самой важной остановки своего тура.

Боже, он надеялся, что не делал парню минет. Это, вероятно, ложные надежды, но из-за минета его голос становится хриплым, и он не мог себе этого позволить…

Вообще-то он не мог позволить себе ничего из этого.

Гарри протер глаза и вслепую потянулся за чем-нибудь, что было бы похоже на телефон. При этом движении человек позади него издал сонный недовольный звук и крепче прижал его к себе. Стайлс чувствовал лоб парня на своем плече, теплое дыхание на своей голой коже. Наверное, звонок Саре мог немного подождать. Не похоже, что парень куда-то собирается. И в любом случае они проработали все технические детали перед первым выступлением — можно не возвращаться на стадион до позднего вечера.

Гарри снова расслабился в объятиях парня. Тот издал удовлетворённый звук. Более высокий тон прозвучал почти как «нет». Гарри не позволит своему разуму сделать это с ним. Правда, стало еще труднее удержаться от сравнения, когда он провел пальцами по предплечью парня и нащупал жилистые мышцы, гладкие волоски и узкое запястье…

Но Гарри прошел через это сам. Он мог сравнить любого мужчину, с которым проведет следующие пятьдесят лет, с человеком, которого полюбит по крайней мере на это время.

Или он мог просто не делать этого.

Он уверен, что парень, с которым он вчера вечером вернулся домой, очень милый. Просто нужно увидеть, что это не тот человек, о котором он старался не думать, и все будет хорошо.

Он повернулся в чужих объятиях и наконец полностью открыл глаза.

Отполз назад.

А потом завизжал, когда не обнаружил спинки, на которую можно вскарабкаться.

Он не знал, что было первым: удар или высокое смущенно-паническое «Гарри?». Но следующее, что он осознал, это то, что он лежал в куче одежды сомнительной чистоты и смотрел в пространство между двумя двухъярусными кроватями. Три пары глаз — нет, там еще одна кровать, так что четыре пары глаз — уставились на него.

Одни глаза комично расширились под обесцвеченными волосами, и их владелец сказал:

— Гарри, чт…? — Парень рассмеялся, как будто подумал, что это шутка, но он не настолько проснулся, чтобы ее рассказать.

Другие глаза, темные, под нахмуренными бровями, сонно моргали. Их хозяин сел на кровати, и одеяло сползло с его плеч.

Еще одна пара глаз совершенно не подходила ее обладателю — молодому человеку, похожему на Лиама, со взъерошенными волосами, который бросился к нему, спрашивая:

— Что случилось? С тобой все в порядке?

Последняя пара глаз — те, которые Гарри увидел, проснувшись. Тот, кому они принадлежали, спрыгнул с кровати, встал на колени рядом с ним и схватил его за руки.

— Гарри, ты в порядке?

— Да, — медленно произнес Гарри. — Думаю, да.

Он протянул руку и убрал мягкие волосы со лба парня.

— Мне больше всего не хватает твоих глаз, — сказал ему Стайлс.

Губы парня приоткрылись, но тут двойник Лиама встревоженно спросил:

— Ты знаешь, где находишься? И кто мы? Как тебя зовут, Гарри?

— Ты только что назвал его имя, придурок.

Внезапно бледная рука ткнула ему в лицо, и голос, очень напоминавший голос Найла, спросил:

— Сколько пальцев я показываю?

Гарри отвел руку от лица и с трудом сел на кровать.

— Значит, с тобой все в порядке? — спросил темноглазый парень с другой нижней койки. Это юный Зейн, волосы у него спутаны от вчерашнего геля.

— Я в порядке. — Гарри оглядел парней вокруг, беспорядок в комнате, кровати с коричневыми одеялами. Все это обескураживающе знакомо.

Она сказала «восемь лет», и он ответил «да» не задумываясь. Он знал, что предложение не могло быть реальным, и отодвинул эту возможность на задний план, в коробку, которую назвал «вещи, которые я не могу».

Он сложил это не в ту коробку.

Очевидно.

Он посмотрел на юношей. Найл нервничал, Лиам хмуро смотрел на него, Зейн уже снова в постели, с натянутым на голову одеялом, а Луи — Луи сидел на корточках рядом с ним, сжимая его руку и глядя на него из-под мягкой челки.

— Я в порядке, — пробормотал Гарри. — Наверное, приснился плохой сон или что-то в этом роде.

— Проснуться с Луи в одной постели — достаточно, чтобы напугать любого, — сказал Найл. Он хихикнул, когда Луи столкнул его с кровати, и начал забираться обратно.

Луи, все еще не сводя глаз с Гарри, нежно произнес:

— Ты настоящая угроза, ты знаешь это?

Стайлс смотрел на руку парня, сжимавшую его руку. Тонкие пальцы, ногти коротко обкусаны. Он покачивал большую руку Гарри в своей. Рука Гарри узловатая, голая, ни колец, ни татуировок. Она слишком большая для его запястья, а запястье слишком велико для его руки. И все же его рука до боли идеально подходила к руке Луи, как это было всегда.

Это заставило его почувствовать себя совсем зеленым, открытым нараспашку. Он моргнул, чтобы прогнать жжение в глазах.

— Ты уверен, что с тобой все в порядке? — спросил Лиам. Гарри неохотно отвел взгляд от Луи и кивнул.

— Мне просто нужно…

Он обвел взглядом грязную комнату One Direction на «Х-Факторе». Ему нужно было подумать.

— Мне нужно отлить, — сказал он.

Стайлсу потребовалось добрых несколько минут, чтобы рассмотреть в зеркале круглые щеки, пятнистую кожу, спутанные со сна кудри и большие зеленые глаза. Он немного горд тем, что, по крайней мере, не настолько жалок, чтобы ущипнуть себя.

Когда он вышел из ванной, остальные парни были уже в кроватях, но Луи все так же ждал его; мягкие волосы спадали ему на лоб.

— Хей. — Гарри опустил голову. Он вдруг смутился, неуверенный в себе и переполненный чувствами к этому прекрасному мальчику.

— Не торопись, Кудряшка, — сказал Луи и сунул Гарри спортивные штаны и футболку.

Стайлс смотрел на них сверху вниз. Он не был уверен, кому они принадлежат, но точно не ему.

Луи пихнул его в плечо и подсказал:

— Тебе больше не разрешается ходить в трусах, помнишь? Если Вагнеру нельзя, то никому нельзя. Это бремя, которое мы все должны нести.

Гарри подумал, что, возможно, следовало ответить дерзко, но сейчас он просто не в состоянии.

— Давай, поторопись, — сказал Луи. — Я сделаю нам по чашечке чая.

Гарри не мог оторвать взгляд от него. Он знал, что выглядит как ненормальный. Найл начал называть это взглядом серийного убийцы, после того как прочитал несколько твитов от фанатов, а затем Зейн узнал слово «яндере»¹ где-то во время их первого тура по Японии.

Но Луи это, похоже, не беспокоило. Он просто поднял руку, провел большим пальцем по щеке Гарри и спросил:

— Сотрясения нет?

Гарри прильнул к прикосновению.

— Я в порядке. Просто… устал.

— Ох. — Луи повернулся к двухъярусной кровати. Коричневое одеяло наполовину свисало с верхней койки. По нижней разбросаны чемоданы и одежда, которая, как помнил Гарри, технически принадлежала Луи. — Мы могли бы вернуться в постель.

Это заманчиво, но Гарри не был уверен, что сможет справиться с такой близостью прямо сейчас.

— Нет, — решил он. — Я хочу, чтобы ты сделал мне чай.

Стайлс наблюдал, как Луи поставил чайник и бросил пару кусков хлеба в огромный тостер.

Луи стоял к нему спиной. На нем все та же выцветшая футболка «Юнайтед» и спортивные штаны, в которых он спал. Гарри не удержался и посмотрел вниз. Великолепен и соблазнителен: узкая талия и сильные бедра.

И да, Луи был болезненно худым, и все, что Гарри привык видеть на нем в последнее время, это непомерно большие футболки и толстовки через экран телевизора. Но Стайлс мог бы прожить сто лет и никогда не забыть, как выглядит задница Луи в спортивных штанах.

Он полез в шкафчик за чайными пакетиками. Футболка немного задралась, оголив гладкую полоску кожи на пояснице. Гарри закусил губу.

— Уже проснулся, любимый? — спросил Луи, поворачиваясь к нему, и улыбнулся — под черной оправой очков в уголках глаз появились морщинки.

— Может, после чашечки чая.

— Справедливо. — Луи подошел к нему со спины и обнял за талию. Гарри даже не нужно было сутулиться, чтобы тот положил подбородок ему на плечо.

Он закрыл глаза, наслаждаясь теплом тела. Луи всегда был тихим по утрам. И они были одни на кухне, хотя слышались разговоры из другой комнаты. Он больше не узнавал конкурсантов по голосу. Но, судя по количеству людей, которых он слышал, — и по тому, что они прошли мимо Кэти и Пейдж, — они не так уж далеко продвинулись в живых выступлениях.

Но он не знал, сейчас «до» или «после» лестницы.

Кнопка на чайнике щелкнула, и Луи отошел, чтобы приготовить чай. Тут Гарри уловил запах чего-то горящего.

— Лу, тосты! — воскликнул он, ковыляя через кухню, чтобы нажать на кнопку тостера.

— Ой, — только и сказал Луи, хмуро оглядываясь. — Что случилось?

— Почему он стоит на максимуме? — спросил Гарри, начиная вытаскивать их бедный испорченный завтрак.

— Так быстрее, — пожал плечами Луи, как будто это вполне логичное объяснение.

— Тосты так не делают… Неважно. — Стайлс покачал головой. Он знал, что лучше не начинать. Вместо этого он просто вернул тостер к нормальным настройкам, чтобы следующий человек не получил сюрприза.

Чуть позже парни собрались в гостиной. Были еще пара других участников, но съемочная группа давно переехала в другую часть дома. Похоже, они все ждали, когда их отвезут. Просто Гарри не знал куда.

Он последовал за Луи наверх — после приличного завтрака, который, к счастью, был накрыт для участников на обеденном столе, — и натянул брюки и поло, которые Луи выудил из одной из стопок на полу. Поло белое, дешевое и, скорее всего, принадлежит Гарри. Брюки слишком велики, с ремнем на бедрах и, к сожалению, тоже его собственные.

Стайлс никогда не критиковал то, как одеваются люди. Особенно после всего, что он слышал о своем любимом костюме от Гуччи с цветочным принтом. Люди должны носить то, что делает их счастливыми. Но он решил, что для юного себя сделает исключение.

Однако ностальгия по старым фиолетовым кроссовкам компенсировала все остальное. Он оплакивал их с тех пор, как они пропали без вести после необдуманного розыгрыша в туре «Х-Фактора».

Как бы то ни было, Гарри уже был одет и сидел на ковре между ног Томлинсона, там, где тот его устроил. Найл развалился на диване и что-то печатал в телефоне. А Лиам сидел на другом конце дивана, перелистывая бумаги и сосредоточенно хмурясь.

Зейн сидел с темноволосой девушкой в огромном кресле. Гарри решил, что она из Belle Amie², но не мог вспомнить ее имя и из-за этого стыдливо избегал ее взгляда.

Он ненавидел забывать имена.

Он также не мог шепотом спросить кого-нибудь, кто она, как он обычно делал, когда забывал, в каком городе они находятся или должен ли он свернуть направо или налево по коридору.

Это навело его на мысль…

— Какой сегодня день? — выпалил Гарри. Он надеялся, что вопрос не прозвучит подозрительно.

И, очевидно, получилось.

— Среда? — не слишком уверенно предположил Найл.

— Четверг, — ответил Луи из-за спины Гарри. Одной рукой он теребил ниточку на брюках Стайлса, а другой листал какой-то сайт на телефоне.

Лиам вздохнул и сказал:

— Сегодня пятница.

— Нет, сегодня точно четверг, — уверенно сказал Томлинсон. — Мы собирались встретиться с Сандипом, помнишь?

— Мы встретимся с Сандипом на саундчеке, — сказал Пейн, в его голосе слышалось раздражение. — Что мы и делаем сегодня, в пятницу.

— Отлично, Хазза, — сказал Луи, и его голос стал теплее, когда он обратился к нему. — Мы выяснили, что никто из нас не знает, какой сегодня день.

— Сегодня пятница, — донесся сонно-раздраженный голос Зейна, лежавшего с закрытыми глазами. Можно было бы подумать, что он только что встал с кровати, если бы не подведенные глаза и зачесанные вверх волосы, на которые, как знал Гарри, ушло не меньше получаса и много геля самой высокой стойкости.

— Два голоса за пятницу, — заключил Луи. Он положил руки на плечи Гарри и начал рассеянно их массировать. — А поскольку мы современная демократическая группа, значит, сегодня пятница.

— Вы опоздали, — сказала ассистентка режиссера, увлекая их за кулисы.

— Мы не виноваты, — быстро ответил Лиам. — Машина опоздала. А потом пробки.

Не обращая на него внимания, она произнесла в рацию:

— One Direction наконец-то здесь для She’s the One.

— Саймон думает, что мы не воспринимаем это всерьез? — спросил Лиам, окидывая взглядом другие группы и сжимая в руках бумаги.

— Мы играем She’s the One‎? — вырвалось у Гарри. — Песня, которую мы поем с Робби?

В доме слишком много участников, чтобы это был дуэт в предпоследний вечер.

— Робби? — поддразнил его Луи, толкая в бок. — С каких это пор ты разговариваешь на «ты» с самим мистером Уильямсом?

Правдивым ответом будет: вероятно, с тех пор, как они тусовались полупьяными на вечеринке после награждения. Ну, Гарри был той половиной, которая пьяна, Робби в основном просто смеялся над ним. Но сейчас он не мог объяснить все это.

Найл все еще хихикал над Луи, и, боже, ему, должно быть, уже семнадцать, он старше Гарри, но с этими эльфийскими волосами, все еще кривыми зубами и мальчишеским лицом он выглядел вполовину моложе.

— Неплохо, Гарри. Петь с Робби Уильямсом. Представь, что в нашей группе есть настоящий профессиональный певец. Мы бы точно выиграли.

— Мы и есть настоящие певцы, — проворчал Зейн.

— Пойдемте, — устало сказала ассистентка и ускорила шаг, ведя их через лабиринт закулисных коридоров.

— Подожди. — Лиам остановился и, прищурившись, посмотрел на Гарри. — Ты серьезно забыл, какую песню мы поем? Как сильно ты ударился головой утром?

— Конечно, не забыл, — огрызнулся Томлинсон. — Остынь. Он явно прикалывается.

— Эм, — протянул Гарри. Найл снова рассмеялся.

— Может, тебе стоит на всякий случай просмотреть текст? — Пейн сунул Гарри свои бумаги. И это не что иное, как строки и аккорды She’s the One‎.