Читаем Однажды в Марчелике 4 онлайн бесплатно

Каньон Прямого Пьяницы, Марчелика, 20 июня 1937 года М.Х.

Гул затих, кресло дёрнулось в последний раз и замерло. Ульрих медленно открыл глаза и огляделся. С момента, когда он сел в кресло, ничего не изменилось. Тот же странный стол, те же мерцающие изображения в воздухе. И всё тот же чёртов Мэйсон Нэш в соседнем кресле.

— Ну вот всё и закончилось, дорогой мой! — лучезарно улыбнулся тот, продемонстрировав просто неприлично белый оскал. — Мы на месте! В том самом каньоне, о котором вы говорили. Но мне что-то подсказывает… Мне что-то подсказывает, что это плохое место для укрытия, метен Томази!

Как бы ни был удивлён, поражён и устрашён Ульрих, он не собирался уступать этому странному человеку. Ещё в Дусинэ, пока они вели переговоры, Томази настоял на том, чтобы взять с собой бойцов. Мэйсон Нэш торговался долго, но всё-таки вместе с ними отправился Иона Маринао и пятеро дельтианцев.

Вот только Нэш ни в какую не соглашался на то, чтобы люди Ульриха хоть что-то видели. На подходе к пункту назначения он достал необычные шприцы и вколол каждому из «лишних» спутников какое-то средство. И — о чудо! — люди Томази уснули крепким сном, прервать который не смог даже взрыв ручной гранаты поблизости. Проверено!

После этого Нэш призвал два ужасающих механизма, и те перенесли людей Ульриха туда… А, собственно, куда? Этого Томази не знал до сих пор, несмотря на все объяснения Нэша. Главное, что он усвоил — что это была летающая лодка. И летать она могла так высоко, куда ни одна птица не заберётся.

Вот в этой летающей лодке метен Нэш и доставил Ульриха в каньон Прямого Пьяницы, что находился к северу от Грисглада. Название этого места появилось благодаря безымянному пьянчуге, который на спор прошёл через всё ущелье, после того как влил в себя четыре бутылки горлодёра — и за весь путь ни разу не пошатнулся.

Собственно, на этом достоинства местечка и заканчивались — если, конечно, не считать его совершенной непривлекательности для возможных посетителей. Это был просто один из множества небольших и никому не нужных каньонов в Марчелике. А в случае с Мэйсоном Нэшем и его тайной — это было самое главное.

— Надо проверить, туда ли мы переместились… — буркнул Томази и начал возиться с ремнями, которыми пристегнул его к креслу хозяин летающей лодки.

— Позвольте! — перегнувшись через подлокотник, метен Нэш дотянулся до ремней и отщёлкнул их одним ловким движением, после чего загадочно улыбнулся и произнёс: — Ну раз надо проверить, то пойдёмте проверим! Хоть это и временная точка…

Летающая лодка Нэша была огромна. Всё хозяйство трактира в Грисгладе занимало меньше места, чем это металлическое чудовище. Только выбравшись из его мрачного чрева, Томази почувствовал, что ему стало легче дышать. Внутри ему было не только неуютно, но и, откровенно говоря, прямо-таки страшно.

Нэш умудрился посадить свой транспорт ровнёхонько в долину, делившую каньон на две части. Огромная металлическая капля, прикрытая отвесными стенами и зарослями местной растительности, была надёжно укрыта от людских глаз.

Томази сразу узнал каньон — потому что сам бывал тут многажды. И хорошо помнил каждую деталь ландшафта. Не приходилось сомневаться: они находились именно там, куда предложил временно переместиться Ульрих. Вот только тогда он ещё не знал, что именно им придётся прятать здесь от чужих глаз…

Теперь-то Томази понимал, почему убежище Мэйсона Нэша находилось в кратере потухшего вулкана… Если надо спрятать такую махину, то, пожалуй, найдётся не так много мест, где это можно сделать. Но всё же ещё одно такое местечко, только понадёжнее, Ульрих знал. И обещал его показать Мэйсону… Когда тот поможет очистить бухту и выдаст оружие.

— Дорогой мой метен Томази! Верно ли я направил свой корабль по бурным волнам ветров? — с усмешкой уточнил Нэш, выбираясь из чрева своей лодки на воздух. — Или мы промахнулись, и следует вновь разворачивать воздушные паруса?

В этот момент Ульрих и Мэйсон тихо ненавидели друг друга. Как это, впрочем, обычно и бывает у двух амбициозных метенов, которые встретились, о чём-то договорились — и даже выполнили часть договорённостей. А теперь хотят получить своё.

Томази готов был оторвать Нэшу голову: и за его гаденькие улыбочки, и за брошенные вскользь фразы… И за то слегка презрительное отношение к себе, которое наблюдал с момента, когда впервые увидел воздушную лодку.

Единственное, что останавливало его от того, чтобы схватиться за револьвер и пристрелить придурка — это два ужасающих механизма, которые, как помнил Ульрих, стреляют так, что могут скалу сточить за пару дней. А ещё он отлично помнил, каким сильным и быстрым может быть пухлый Мэйсон…

Томази не на что было рассчитывать в открытом столкновении с Нэшем. И потому он старательно сдерживался, стараясь не выдать истинного отношения к полному человеку в странной одежде, который умел за несколько часов пересечь весь континент на своей небесной лодке.

Мэйсон Нэш, к слову, тоже старался сдерживаться — и не показывать своего истинного отношения к Томази. А описать это отношение можно было одним словом. Презрение. Глубочайшее презрение к дикарю и варвару, решившему показать зубы и настаивать на очень уж обременительном договоре…

Если бы Нэш просто получил координаты места, куда ему можно без опаски спрятать корабль, он уже убил бы и Томази, и его прихвостней. Но проклятый дикарь упорно утверждал, что не уверен, что надо всё проверить — и вообще нагло требовал: «Выполните свою часть сделки, уважаемый метен Нэш». И это было просто возмутительно!

С каким бы удовольствием Мэйсон Нэш её не выполнял… Но приходилось идти на жертвы. Ради того, чтобы вернуться на Землю с трюмами, полными специй, стоило потерпеть. В конце концов, он уже попытался сунуться к внутреннему морю Марчелики. И еле увёл корабль оттуда. Без местных дикарей, к сожалению, специи не добыть…

— Нет, метен Нэш, место верное!.. — Томази сделал большую паузу перед ответом. И слишком уж внимательно посмотрел на собеседника, чтобы это могло укрыться от Мэйсона Нэша.

Землянин еле сдержался, чтобы не вспыхнуть и не вспылить. Пауза, сделанная перед ответом, сказала ему больше, чем все слова Ульриха за прошедшие дни.

— Так не пора ли подсказать мне место… — начал Нэш, но был бессовестно прерван.

— Метен, договорённости! Сначала очистите бухту от морского гриба и выдайте моим людям оружие! — напомнил Томази и улыбнулся. — И тогда я без промедления покажу вам, где можно надёжно спрятать летающую лодку.

— Что ж, так тому и быть… — не стал спорить Нэш. — Тогда пора заняться делом! Где там ваша бухта, метен Томази?

— Давайте сначала выгрузим моих людей… — Ульрих криво усмехнулся. — А потом отойдём немного подальше от вашей лодки. И уж тогда двинемся на юг. Грисглад в двух днях пути отсюда. Правда, в нашем случае — в трёх. Вы же не стали брать с собой ни лошадей, ни воллов.

— Нам что, идти три дня пешком?! — не поверил Мэйсон.

— А как вы хотели, метен Нэш? — удивился Томази. — В окрестностях города вашу лодку не спрячешь.

Ульрих говорил с серьёзнейшим выражением на лице, но внутренне хохотал в голос. Когда он упрашивал этого странного человека взять с собой обычный транспорт, тот только отмахивался, утверждая, что это лишнее. И вот теперь стоял и хлопал глазами.

— Что ж… Видимо, придётся так и сделать, — вздохнул Нэш после недолгого раздумья. — Но моя безопасность, метен Томази, теперь всецело на вас!

— Не беспокойтесь, метен Нэш… — недовольно посопев, ответил главарь дельтианцев. — Вам нечего опасаться в моём обществе. Разве что хищников, но их тут нет.

— Пожалуй, я всё равно буду опасаться, — заметил Мэйсон, разворачиваясь ко входу в корабль. — Думаю, если я выдам вам часть вооружения авансом, это поможет мне оставаться в безопасности.

— Как пожелаете, метен Нэш, — скрывая торжество, ответил Ульрих, но возражать не стал, боясь, что его собеседник передумает. — Как пожелаете…

Спустя пять часов Томази и Мэйсон стояли у входа в каньон Прямого Пьяницы и ждали, когда придут в себя дельтианцы, всё ещё сладко спавшие после уколов неизвестного средства. Рядом с ними лежало семь автоматических винтовок, три ящика патронов и несколько контейнеров, где находилась мобильная лаборатория Нэша. И ещё один дрон, аккумуляторы которого были заряжены под завязку.

Мэйсон Нэш смирился с тем, что часть сделки ему придётся выполнить. Ради нового укрытия он готов был потерпеть все неудобства: и длительную пешую прогулку, и общество дикарей — и даже живого Томази. Но как только появится возможность, он собирался жестоко отомстить…

Город Коста Бьянка, Марчелика, 23 июня 1937 года М.Х.

Мишель услышал крик и остановился. Кричала явно жена. Вот только он не расслышал, что и кому. Отложив топор и молоток, фермер поднялся и направился к выходу из сарая. Закатное солнце било сквозь щели досок, продырявливая сарай полосками лучей. В последние несколько дней стояла просто удушающая жара.

Выходить из сарая не было никакого желания — даже под закатное светило. Поэтому Мишель просто добрался до двери, приоткрыл её и приложил ухо к щели. Он ждал повторного крика жены. И поэтому не видел, как из-за угла сарая вышел Пауло, работник фермы — и громко заорал:

— Метен Брюн! — голос у парня был громкий, низкий и редкостно противный.

Этот звук резанул Мишеля по ушам, заставив отшатнуться от двери, выругаться и прочистить ухо. А Пауло услышал ругань хозяина, заглянул в сарай и радостно сообщил:

— О! Метен Брюн! Вас просила позвать эрбе Брюн!

— Что ты орёшь, идиот?! — возмутился Мишель, стерев с лица Пауло радостную улыбку. — Чуть не оглушил…

— Простите, метен Брюн… Мы с эрбе звали вас, но вы не откликались! — попытался оправдаться работник.

— Ай, всё… Иди! Я скоро подойду! — с досадой отмахнулся Мишель.

Он прекрасно понимал, что всё это случилось лишь потому, что сам он не стал узнавать, чего кричат, решив переждать под сенью сарая. Но признаваться в этом, само собой, не собирался. Ладно бы его так оглушили Димитрос или Леонель — этих работников было за что ценить. Но дурачок Пауло в жизни бы не догадался о причинах раздражения метена Брюна.

Он всё принимал за чистую монету. Если на него ругаются — значит, он сделал что-то не так. Если хвалят, то всегда гордо улыбается, даже не расслышав сарказм в словах. По-настоящему его почти не хвалили. Потому как максимум что Пауло мог сделать — так это выполнить без ошибок простую работу. Вот, даже позвать нормально хозяина фермы не смог…

Натянув соломенную шляпу, Мишель покинул тень под крышей сарая и направился к воротам вслед за Пауло. Метен Брюн надеялся, что верно рассчитал, и парень идёт отчитываться о выполненном задании жене хозяина, а не решил внезапно заняться чем-то ещё.

Опасения были напрасными. Жена Мишеля стояла именно у ворот фермы, а рядом находился какой-то неизвестный метену Брюну мужчина.

И даже одного внимательного взгляда хватило, чтобы понять: гость на ферме оказался совсем не простой. Одежда, манеры — всё в нём выдавало либо аристократа, либо кого-то очень близкого к аристократическим кругам…

Мишель таких людей за свою жизнь навидался. И теперь заранее испытывал к своему гостю глубочайшую антипатию. Аристократов и прочую шушеру из Старого Эдема метен Брюн не любил, если не сказать больше — ненавидел. И было за что, хотя и не хотелось о таком вспоминать.

Самым хорошим способом избавиться от гостя, как считал Мишель, было бы спустить на него собак. Но аристократов и тому подобных личностей обычно собаками не травили. Чаще аристократы и их прихлебатели сами спускали собак на простой люд. Все так говорят — а значит, это именно так и есть.

Но раз нельзя спустить собак, то надо просто сказать незваному гостю, что Мишель никого не хочет видеть. И ни с кем не хочет общаться. Метен Брюн, правда, не был уверен, что сумеет легко отбрить этого человека. У гостя было очень уверенное лицо…Такие наглецы всегда найдут, что сказать и как отшутиться…

Однако если так случится, то всегда можно прикинуться дураком, решил Мишель. Это помогает быстро закончить разговор и сбежать. В любом случае, сначала придётся начать разговор — и только потом решать, что делать.

— Дорогой муж, этот метен говорит, что искал именно тебя! — сварливо заметила жена, оставляя Мишеля наедине с гостем и удаляясь в сторону дома.

То, что она сказала, Мишелю сильно не понравилось. Дело в том, что он здесь был никому неизвестен. А потому искать его никто не мог.

— Здрасьте! — не слишком приветливо поздоровался метен Брюн. — Кто такой?

— Меня зовут Альфареро, — представился гость. — Гарри Альфареро. Частный детектив. А вы, как я понимаю, Мишель Брюн?

Гость резко стал нравиться фермеру ещё меньше. И он поспешил ответить как можно неприветливее:

— Да… И что надо?

— Вас было очень сложно найти, метен Брюн! — заметил Альфареро, улыбаясь так, что Мишель решил побыстрее перейти ко второму сценарию разговора.

— А? — с самым глупым выражением лица уставился он на гостя.

— Ну ясно… — вздохнул тот. — Давайте не будем ходить вокруг да около, дорогой мой Михель Лори. Вы, конечно…

Мишель больше не слушал. Он понял, что пришла пора спускать собак, и со всех ног кинулся к дому. А вернее, собирался кинуться… Он даже не успел развернуться.

— Стоять! — прошипел Альфареро, выхватывая револьвер, тыкая его в бок фермеру и взводя курок. — Куда это вы собрались, метен? Бежать?

— Ну… Э!.. Как бы это сказать… — смутился Мишель, скосив взгляд на дуло револьвера.

— Повернитесь-ка ко мне лицом, метен! — попросил детектив, и пришлось подчиниться. — Думаете, я буду вас убивать? Это необязательно, метен Лори. Мне достаточно того, что я вас нашёл. Уйти от меня вы уже не сможете, как ни пытайтесь!.. Я найду вас везде.

— Зря так думаете, метен! — хмуро буркнул Мишель, стараясь изобразить уверенность, но не получилось: голос дал петуха. — Что вам от меня надо?..

— Я спрошу прямо! — предупредил Альфареро. — Кто купил землю вашего отца?

— Спросите у него… — предложил Мишель.

— Да полно вам! — усмехнулся детектив. — Ваш отец на момент продажи земли был мёртв. Продавали её вы, дорогой мой!.. И это я знаю точно! Правда, скрывшись, вы так наследили, что я даже удивлён тому, как долго вас пришлось искать… Кто покупатель, метен?

Мишелю стало тоскливо и грустно. Когда он согласился на аферу с землёй, ему обещали, что никто и никогда не сумеет его найти. Однако же вот… Стоит сыщик, тыкает в него револьвером — и требует назвать настоящего покупателя.

А Мишель отлично помнил этого покупателя! Отлично помнил! Будто сделка состоялась только вчера. И хоть фермер видел этого человека один раз в жизни, но тот напугал его до дрожи в коленях. И сказал он тогда весьма ясно и понятно, что если Мишель хоть кому-то расскажет об этом самом покупателе… Тогда его, Мишеля, найдут и убьют. Где бы он ни спрятался.