Читаем Однажды я умер (СИ) онлайн бесплатно

========== Глава 1. Что черт возьми происходит? ==========

С чего бы начать мою историю? Нет, конечно, я мог бы начать с самого начала, но мы все тут собрались не для того, чтобы слушать, как я пересказываю вам всю свою скучную жизнь. Правда, похоже, предыдущую. Сейчас, сидя в абсолютной темноте, тепле и духоте, у меня достаточно времени подумать о том, что же пошло не так. Каждую минуту я вспоминаю тот злополучный день.

А ведь всё так хорошо начиналось! Учился я тогда в университете. В аспирантуре, по специальности сельского хозяйства, на секундочку. Это вам не хиханьки да хаханьки. «Почвовед», хотя мы иногда называли себя «почвоедами», — звучит гордо! Именно нам кормить огромное число ртов на планете. Следить за землёй, экологией и так далее. Я вот, лично, занимался культурами закрытого грунта. Мы с научным руководителем почти вывели новый сорт огурцов! Вкусный и хрустящий. «Кузнечик Московский» — так почему-то мы решили его назвать. Или так мы его называли в шутку, между собой, потягивая свежезаваренный чаёк.

В общем, припёрся я с лаборатории на пары, а пары-то и отменили. Препод отправился на какую-то конференцию, а нас не предупредил. С одной стороны обидно, мог бы и сообщить, что уезжает. Сидел бы я дома, смотрел какой-нибудь сериальчик и попивал очередную порцию чая. С другой стороны — какому студенту не в радость услышать, что пары не будет? Вот и мы всей группой решили немного отметить. Отправились в ближайшую кафешку да выдули по литру светлого пенного. Хорошо это было. Интересно, когда-нибудь я смогу снова ощутить этот приятный вкус? Нет, вы не подумайте, я не алкоголик. Просто нравится.

А вот потом всё пошло по известному маршруту. Навеселе попёрлись домой, побежали через дорогу и… Дальше всё как в тумане. Помню вроде бы скрип резины и визг тормозов — наверное, меня сбил какой-то придурок. Обидно, на самом деле, умереть от такой банальщины. Помню ещё крики друзей, или это были переговоры врачей? Да, не так уж и важно. Писк какого-то медицинского оборудования разве что запомнил очень хорошо. Кажется, он отпечатался у меня в голове до конца моей жизни… Это глупо звучит, знаю. Но я до сих пор его слышу, когда пытаются понять, где я.

Так вот, ребята, всегда смотрите по сторонам, когда переходите дорогу. А иначе какой-нибудь мудак вас собьёт. И не факт, что вы окажитесь в такой же ситуации, как и я.

Я вот думаю: попал я в Чистилище или в Ад? Раем место, где я оказался, точно нельзя назвать — темно, мокро, дышать тяжело, мерзкая слизь заполняет глотку и лёгкие, хочется её сплюнуть, а не получается. Чистилище? Ну, тоже не похоже. Ни жаркого пламени, ни вопящих грешников. Если же это Ад, то какой-то он странный. Ни котлов, ни симпатичных демонесс с острыми вилами. Всегда думал, что меня в преисподне встретят с распростёртыми объятиями, почти как своего. А может, поэтому это место и такое? Через сколько минут я сойду с ума? Даже не знаю, сколько я уже тут сижу. Может, день, а может, уже целую вечность? Нет, не подумайте, я вообще не особо религиозный. В церковь не ходил, библию читал только ради интереса. Ужаснулся, конечно… Но это, опять-таки, разговор не для этой истории. Может, в другой раз?

В общем, сижу я непонятно где. И всё, что остаётся – это думать. Иногда считаю до десяти тысяч, иногда умножаю в голове. Порой вспоминаю занятия по выведению этих проклятых огурцов. Пытаюсь сохранить остатки воспоминания прошлого и понимаю, насколько моя память дырявая. Это, блин, даже не дуршлаг, это сеть, прикрытая по краям какой-то рваной тканью. Столько всего забыл… И чем больше думаю, тем сильнее замечаю, что моя спина упирается во что-то. Как и всё остальное. Уж не знаю, на что похожа моя тушка сейчас, но мне постепенно становится тесно в этой проклятой темноте, даже двинуться не могу. Свернулся клубком и ни туда ни сюда. Жуть, в общем. Даже самому злобному преподу не пожелал бы подобного.

А что поделать? Вот и «сижу», разговариваю со своей растущей шизой и с вами. Знаете, бездействие сводит с ума. Такими темпами скоро у меня разовьётся клаустрофобия. Нет, надоело, к чёрту всё! Эта штука твёрдая? Твёрдая. Значит, я её сломаю, чего бы мне это не стоило! А ну, мир за пределами пустоты, поберегись! Я иду!

Забавно, будто знаю, что делать. Упираю свои руки в твёрдую стену и задираю лицо вверх… Странно, такое чувство, что у меня чертовски длинный нос. Ну да и фиг с этим, не хочу больше тут сидеть. Меня сейчас стошнит. ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА. Я сейчас начну орать тексты этой песни! Выпустите! Выпусти меня отсюда, дурацкое яйцо! Стоп, я знаю, что это такое? Какое ещё яйцо, это вообще моя мысль?

Я прислушиваюсь к себе, пытаясь понять, что происходит. Кто-то вложил в мою дырявую голову какие-то знания? Понятия? Мне это начинает казаться скорее плохим сном или комой. Вот сейчас открою глаза после живительного укольчика, а надо мной ухмыляющийся врач: «Поздравляю, долбоёб, вы провалялись без сознания пару лет». А я ему расскажу про эту прекрасную темноту и поехавшую крышу. Ха. Ха. Ха. Нихера не смешно.

Ладно. Я в яйце. Яйцо как смысл перерождения? Это что же, выходит, всякие индусы и буддисты были правы? Какая глупость. А ну, яйцо, держись, сейчас я тебя растормошу!

Так и тыкаюсь в эту чёртову скорлупу носом. Не знаю, какой бы нормальный человек тыкался в яйцо носом. И тут у меня в голове зарождаются нехорошие подозрения. Всегда считал истории про попаданцев самыми дурацкими. А сейчас я оказался в похожей до отвращения ситуации. И куда я попал? Я что, стал курицей, цыплёнком? Просто, блять, идеально. Самый умных петух на всей планете Грязь! До тысячи точно могу считать и в обратном порядке тоже.

Странно, что-то острое скользит по внутренней стороне яйца, когда я в очередной раз тыкаюсь в него носом… Внезапно кто-то постукивает снаружи. Я напрягаюсь всем телом. Это что ещё за азбука Морзе? Не смешно, между прочим. Было бы очень неловко и неприятно быть сожранным тут же каким-нибудь злобным хорьком, или кто там на птичьи яйца охотится? Я замираю в недоумении, а стук повторяется.

Тук-скрёб-тук.

Себе по голове постучи, вражина! Мне и тут хорошо, в одиночестве и тесноте. Уж лучше я посижу тут, чем… Да чтоб тебя!

Что-то трещит, и я чувствую, как стены моей неожиданно приятной, комфортной и очень просторной крепости рушатся.

Ну всё. Пиздец. Не свезло, давай по новой. Надеюсь, в следующий раз всё-таки человеком, а не курицей… А вот хером тебе по носу, я просто так не сдамся!

С яростью я набрасываюсь на преграду, пробивая себе дорогу на свободу. Хотя бы погляжу на небо перед очередной смертью…

Скорлупа расползается трещинами, и наконец несколько кусков отлетает в сторону, а в глаза через мутную жидкость бьёт долгожданный свет. Что-то ненадолго склоняется над образовавшейся трещиной, загораживая мне свет. Но вместо того, чтобы оттяпать мне голову, этот неведомый зверь продолжает драть скорлупу. Ну и я без боя не сдамся!

Инстинкты, если они вообще есть у цыплят, гонят меня вперёд. Ещё треск, ещё несколько трещин разбегается от начальной дыры. Мутная жидкость устремляется в ширящуюся брешь, а сам я расшатываю ещё несколько кусочков яйца, продираясь наружу и… Ну, мои глаза уже открыты, в них бьёт резкий свет, и я стараюсь проморгаться, руками счищая со своего лица отвратительную слизь. Стоп… У меня всё-таки есть руки?

Странное существо, которое тормошило моё укрытие, теперь перебирается к следующему яйцу, начиная его бодать и грызть, а я рассматриваю собственные… лапы? Какие-то они странные. Вроде и пальцев по пять штук и большие противопоставленные есть, но цвета вызывают вопросы. Какие-то мелкие тёмно-зелёные точки да плотная жёсткая кожа. Ещё когти… так. Подожди.

Я пытаюсь что-то спросить у своего «спасителя», чем-то подсознательным ощущая, что он всё сделал правильно и, вообще, его не стоит бояться. Но вместо понятных слов из моего рта вырывается лишь тихий писк, а лёгкие с болью заполняет вонючий воздух, и я сгибаюсь в нескольких спазмах кашля, выплёвывая из пасти густую слизь.

Прекрасно. Первый вдох – в груди жжёт огнём, а из пасти рвётся хриплый выдох, когда я свешиваюсь через край яйца, скребя коготками на лапках по скорлупе. С тем, что у меня теперь не руки, я уже смирился. Какая злая ирония, шутки про то, что я не могу что-то сделать из-за лапок, стали правдивыми!

Очередной вдох, на этот раз спокойнее, теперь я стараюсь проморгаться. Итак, всё вроде пока что хорошо. В первую очередь надо понять, что я такое и чем являюсь.

Мой спаситель продолжает скребсти по очередному яйцу своими маленькими коготками, тыкая небольшим выступом на кончике носа в скорлупу и пробивая маленькие, еле заметные вмятинки и дырочки.

Он так будет помогать всем? Похоже, что да. Почему-то к этому существу я испытываю тёплые, преданные чувства. Хочется вытащить задницу из этой чёртовой вязкой лужи и прижаться к спасителю из «заточения» всем телом, греясь под его крылом… Стоп. У него есть крылья? Или третья пара конечностей: маленькие, пока ещё не окрепшие, покрытые остатками какой-то кожи и блестящие от слизи.

Конечно же я читал фэнтези, пока был живым, и сразу догадываюсь, что именно я имею честь лицезреть — дракона! Пока ещё крохотный и безобидный, не ворующий дев и не дышащий огнём — детёныш.

Нехорошая догадка кольнула моё сознание, и я опустил взгляд на свои тёмно-зелёные лапки, покрытые плотной чешуей. И я, выходит, тоже? Ну… это лучше, чем быть какой-нибудь курицей! Драконы, они ведь большие, грозные, опасные. А ещё их частенько убивают рыцари. Но я-то не буду настолько глупым, что-нибудь заранее придумаю. В конце концов, напишу свой «кодекс Дракона», ха! Какие-то чересчур далеко идущие планы ставишь, балбес! Сначала бы тебе из яйца выбраться, а уж потом задумываться о неприступных крепостях, горах сокровищ и прекрасных балах. А может, я ещё и магией какой-нибудь владею? В некоторых книгах драконы — могущественные чародеи, изредка принимающие облик каких-нибудь двуногих. Они в тайне ото всех путешествуют по миру и творят добрые или не очень дела. Как в ДнД! Игра такая настольная. Опять не о том думаю…

Маленький спаситель–помощник пробивает очередное яйцо, и оттуда показывается крохотный носик. В моём сердце вспыхивают нотки радости, когда я вижу… одного из своих братьев? Или сестру… Откуда я это всё знаю?

Ещё немного поскребя лапками по яйцу, я всё-таки нахожу в себе силы выбраться из своего уже разрушенного убежища, тут же падая на что-то мягкое. Зелёный, пушистый, ну точно — мох! Маленькие пальчики осторожно сжимают пучки этого столь знакомого многим растения, и я осторожно оглядываюсь, пытаясь понять, где именно нас оставили родители, а заодно, откуда я знаю столько об окружающем меня мире. Почему я так уверен, что вокруг меня братья и сёстры, что большому здоровяку, которого я увидел самым первым, можно доверять? И где мама и папа? Не земные, а те, которые оставили яйца в просторном гнезде из мха и камней посреди леса. Неужели нас бросили?

Я чуть прислушиваюсь к собственным ощущениям и нервно подёргиваю хвостом из стороны в сторону… Так. У меня есть хвост. Изгибая голову на короткой шее назад, я с интересом смотрю на него. Такой же тёмно-зелёный, как и мои лапы. И конечно же он у меня есть, как и у Хранителя… Как я его назвал? Ох, моя голова… В ней придётся очень долго рыться, выуживая оттуда каждую крупицу знания о новом мире.

Хранитель. Я катаю это слово на языке, пусть из моей пасти и вырывается лишь тихий, неуверенный писк, переходящий в негромкое шипение. Взгляд вновь перемещается с окружающей меня мешанины из болотной растительности — мха и редких деревьев — на спину «Хранителя». Он сильный, он защитит и поможет — подсказывают мне инстинкты. А я слегка ёжусь на месте, вжимаясь сильнее своим крохотным тельцем в слегка тёплый мох, принимаясь медленно слизывать со своих коготков и пальцев остатки влаги. Конечно, не очень вкусная эта слизь, однако это лучше, чем жевать травку, а давящий голод требует закинуть в желудок хоть что-то похожее на еду. Интересно, родители за нами придут? Почему я не беспокоюсь по поводу их отсутствия? Конечно, никто ведь не бросит детёнышей посреди… кхм, болота. Да, гнездо и правда находится в болоте.

Ещё немного полежав, стянув тонкую плёнку с крыла, я поднимаюсь на лапы и перебираюсь к краю гнезда, выглядывая из-за особо высокого пучка мха. Конечно, стоило бы помочь своему Хранителю с братьями и сёстрами, что тоже спешили проклюнуться и показать свои носики на свет, однако к этому краю меня ведёт банальное любопытство. Очень быстро я перестаю ползать и ощущаю, как в пока что пухлых лапках появляется сила и уверенность. Пальцы сжимают клочки мха, и я подтягиваюсь, выглядывая из-за края гнезда.

Определённо. Самое настоящее болото. Похоже, ещё и низинное, если судить по растительности вокруг. Стоп. А почему растения точно такие же, как и на планете Грязь?

Вы, кстати, не подумайте, я не какой-нибудь инопланетянин, просто люблю так называть матушку Землю. Планета Грязь. Ладно, вернулись к теме.

Вон по краям на еле заметных склонах растут ивы и ольха. На невысоких холмиках, на одном из которых и наше гнездо, распустились различные болотные травы. Вот тебе и пушица, и дремлик, а вон там, на соседнем бугорке, около заросшей реки, растёт сабельник. Камыш, естественно, из воды торчит. И мох, целый океан мха, вперемешку с другими растениями.

Может, я всё ещё на той же планете? Просто в другой временной период? Это что, выходит, в мифах и легендах о драконах говорили правду, и крылатые ящерицы когда-то шугали наших бабок и дедов? Прямо сюжетик для какой-нибудь дурацкой передачи. Или это будущее, когда люди вымерли? Или какой-нибудь правительственный эксперимент? Чем дольше я в этом мире, тем больше вопросов у меня возникает. Просто бардак в голове творится. Вот возьму, сяду и потрачу время на то, чтобы со всем разобраться.

Но нет. За спиной раздаётся громкий, просящий о помощи писк, и я тут же бросаюсь на помощь своему Хранителю, что помогал выбираться слабой, но уже любимой мной семейной любовью сестричке. Она была совсем маленькая, особенно на фоне остальных вылупившихся драконят, и казалась такой беззащитной. Как вылезший из яйца вторым, уже крепко вставший на лапы, я бросился к ней, осторожно когтями отламывая кусочки скорлупы и откидывая их в сторону. Давай, Хранитель, поможем маленькой сестричке!

Раз — хрустит под пальцами яйцо. Два — осторожно подхватываем малышку под её плечи и вытягиваем наружу, перед этим толкнув яйцо на бок. Её хвостик радостно подёргивается, и крохотный язычок проходится сначала по носу самого большого дракончика, а потом по моему. В глазах блестит благодарность.

Улыбнувшись ей в ответ — интересно, как выглядит моя драконья улыбка? — я осторожно отхожу в сторону, оглядывая свою большую семью. Нас пятеро: две сестры, два брата и я. Как я отличаю внешне абсолютно похожих драконят — понять до конца не могу. Наверное, по запаху, хотя тут всё смердит одним огромным, вонючим болотом. Ещё и мелкая мошкара начинает слетаться с округи, омерзительно жужжа над ушами. Интересно, я могу полыхнуть огнём в таком возрасте?