Читаем Однажды и навсегда (СИ) онлайн бесплатно

Маккензи

Полтора года назад

До сих пор не могу поверить, что завтра я отправляюсь на годовую стажировку в Париж. Чёрт, да это же моя мечта, которая начинает сбываться. Всё моё тело буквально гудит, вибрирует от переполняемой энергии. Хотя возможно, что этому виной алкоголь, который рекой льётся на этой вечеринке. На празднике в честь меня.

Когда мама узнала, что меня приняли на стажировку, то её уже было не остановить. Она сразу же занялась подготовкой праздника и сделала это с размахом. Я безумно рада, что мы живём за городом, иначе музыка из колонок перебудила бы весь Аннаполис. Наш дом, строительством которого занимался лично мой отец, стоит в окружении высоких елей. Я всегда любила этот запах хвои. Но мы не всегда жили в этом городе. Я родилась в Вашингтоне. И всё своё детство провела там, пока в один прекрасный день папа с мамой не огорошили меня новостью о переезде. В Аннаполисе жила семья моей матери, а у отца на тот момент были проблемы в бизнесе. Поэтому они решили переехать туда, где у них будет поддержка. Я всегда была вздорным ребёнком и долго сопротивлялась переезду. Но дети любят узнавать неизвестное, расширять горизонты и я не была исключением. В итоге я сдалась и приняла факт переезда. Теперь я понимаю, как глупо было сопротивляться. Этот тихий городок полная противоположность огромному Вашингтону, но благодаря ему я стала тем, кто я есть. Здесь я встретила новых друзей и обрела мечту стать дизайнером. И понимая, что завтра я покину этот город и всех своих близких на целый год, мне становится тоскливо. Конечно, я рада, что моя мечта начинает сбываться, но эта радость с капелькой грусти.

— Не помню, чтобы Маккензи Джонс когда-то была такой грустной, — слышу я знакомый голос своей подруги. Джиллиан Морано идёт мне навстречу с бокалом шампанского в руках. Светлые длинные волосы развеваются на ветру, как и лёгкое шифоновое платье сочного жёлтого оттенка. Кажется, мы с Джилл дружим всю жизнь. Я знаю её наверно, даже лучше, чем себя. Она всегда со мной и я очень рада, что у меня есть лучшая подруга, которая мне ближе всех. Несколько лет назад она потеряла мать, и ей пришлось туго, но я всеми силами старалась держать её на плаву. Вместе с матерью умерла и часть моей подруги. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь увидеть ту Джилл, какой она была раньше.

— Я просто переживаю, как вы тут все без меня справитесь, особенно ты, — отвечаю я, улыбаясь ей.

— Всё будет хорошо, ты об этом мечтала. Не время отступать от своих целей, — она задумчиво смотрит на слоняющихся туда-сюда людей, в дорогих костюмах и с шикарными причёсками. По большей части это друзья и знакомые моих родителей.

— Ты одна? А где твой выпендрёжник в глаженых брюках? — отпиваю из своего бокала и смотрю на подругу. Джиллиан смотрит на меня взглядом, которым на меня когда-то смотрела мама, когда хотела отругать. Но я замечаю в этом взгляде усмешку.

— Если ты про Итана, то он уехал в командировку. Я наверно никогда не пойму, почему вы так друг друга ненавидите, — она качает головой и ставит пустой бокал на поднос мимо проходящего официанта.

— У меня нюх на мудаков. И поверь мне, за всей этой красивой обёрткой, находится гнилой шоколад, — отвечаю я, и меня чуть ли не передёргивает от одного воспоминания об Итане. Не знаю, что моя подруга нашла в этом слизняке, но я чую, что добром это не кончится.

— Мне с ним хорошо, а это главное, — подруга пожимает плечами и смотрит на свои наручные часы. — Мне пора домой.

— Ещё нет и десяти, — протягиваю я, умоляюще глядя на Джиллиан.

— Мне нужно проверить пришла ли Элизабет домой. Ты же знаешь, как она любит искать приключения на свою пятую точку, — Джилл вздыхает и заключает меня в крепкие объятия. — Повеселись там хорошенько. Пусть все узнают, как ты талантлива.

— Обязательно, — шепчу я, — а ты прекрати бегать за сестрой, она уже большая. Наиграется и успокоится.

— Как бы её игры не закончились слишком плохо, — говорит подруга и, подмигнув мне уходит. А я снова остаюсь в одиночестве. Практически все мои друзья разъехались после школы. В этом городке мало кто остаётся, как правило, большинство только и грезит, как бы отсюда сбежать. Поэтому сейчас у всех своя жизнь, а дружеские связи, связывающие нас когда-то, истончились и порвались. Так бывает и даже чаще, чем вы думали. Мы знакомимся, заводим друзей, отдавая им частичку себя, а потом они уходят. И это происходит снова и снова, пока рядом не останутся те, кто на самом деле является твоим другом.

Прохожу по наполненной людьми лужайке к бару. Играет лёгкая фоновая музыка, над головой сверкают гирлянды, а на небе появляются яркие звёзды, которые я бы точно не увидела в большом мегаполисе. Меня окружает шум голосов и весёлый смех девушек. Обычно, я бы без проблем могла влиться в любую незнакомую компанию, но сейчас мне больше всего хочется побыть одной. Я жутко нервничаю перед завтрашним днём. Самое страшное, когда вы приближаетесь к своей мечте, своей цели, не испортить всё в самом конце. Ведь одна неосторожность и все ваши старания полетят к чертям.

Подхожу к бару и беру баночку пива из ящика со льдом. Несмотря на то, что сейчас ночь воздух кажется душным. Лето в Аннаполисе часто бывает слишком жарким. И то, что на мне только джинсовые шорты и лёгкий топ вовсе не облегчает мне задачу. Отпиваю пиво и направляюсь в беседку за домом. Когда-то давно папа построил её специально для мамы. А потом это стало моим местом, где я могла подумать и отдохнуть от всего. Прохожу сквозь собравшихся, попутно принимая поздравления, улыбаясь незнакомым людям и наконец, выхожу к беседке. Музыка здесь практически не слышна и я, наконец, могу спокойно вздохнуть. Но не успеваю я сделать и шаг к беседке, как из темноты выходит мужская тень. Я отшатываюсь назад, но когда он выходит на свет, то прихожу в себя.

— Чёрт бы тебя побрал, Джек Хастлер, что ты тут забыл? — говорю я, глядя на парня. Высокий, хорошо сложен, в прекрасной физической форме, о чём говорят накаченные мышцы груди и рук. Чертыхаюсь про себя, стараясь сделать вид, что я не рассматривала, то, как футболка обтягивает его тело. И эти татуировки на руках меня вовсе не интересуют. Слышу его смешок и поднимаю глаза, встречаясь с дьявольской усмешкой. Взгляд его чёрных глаз проходится по моему телу, от чего у меня бегут мурашки и внутри зарождается приятное тепло. Чёрт! Чёрт! Да что со мной не так? Это же просто Джек, мы знакомы слишком давно и всегда были лишь друзьями. Наверняка это всё из-за выпитого алкоголя. Точно, так и есть, я просто перепила и совсем не хочу скинуть свои трусики перед Джеком Хастлером. Он же знаменитый бабник, вся женская половина Аннаполиса готова запрыгнуть к нему в кровать. Я не собираюсь становиться его трофеем. Ни за что.

— Хотел попрощаться, твоя мама сказала, что ты пошла сюда, — отвечает Джек, продолжая сканировать меня взглядом. Его руки лежат в карманах джинсов, и при всём этом он выглядит слишком хорошо, чтобы быть реальным. Наверно сегодня я перегрелась на солнце, раз раскисла от одного взгляда этого коварного мужчины.

— Ну, пока, всё попрощался? Можешь идти, — говорю я, стараясь вложить в слова как можно больше безразличия. Поднимаю голову и решительными шагами прохожу мимо него, но Джек хватает меня за руку, поворачивая к себе лицом. Он практически прижимает меня к себе, от чего мои соски мигом твердеют. Чёрт! Что за фокусы?! Я чувствую запах его парфюма пряный и терпкий, этот запах опьяняет меня больше, чем алкоголь. Джек тяжело дышит, глядя на меня взглядом от которого буквально подгибаются ноги. Его губы так близко к моим и я сама не понимаю, в какой момент мои губы касаются его. Всё происходит, как по щелчку пальцев. В один миг мы сверлим друг друга глазами, а в другой наши языки сплетаются в яростной борьбе, в которой нет ни победителей, ни побеждённых. Руки Джека зарываются в мои длинные чёрные волосы, а его поцелуй становится всё настойчивее. Это голая страсть во всём своём естестве. Между нами нет никакой нежности или любви. Только жажда, голод, страсть, СЕКС.

Джек подхватывает меня за задницу и, не прерывая поцелуй, несёт в беседку. Я чувствую, как напрягся его член в джинсах и от этого возбуждаюсь ещё сильней. Из горла Джека вырывается звериный рык, и он опускает меня на деревянный пол. Одним рывком он поворачивает меня к себе спиной, снимая с меня джинсовые шорты вместе с красными трусиками. Я опираюсь на перила беседки, стараясь устоять на ногах. Моё сердце бешено колотится, перекачивая кровь по моим венам. В голове то и дело крутится мысль о том, какая я идиотка. Но, как только горячие ладони Джека касаются моей вспотевшей кожи, все вопросы и сожаления покидают меня. Да, я и правда, делаю это. Я собираюсь заняться сексом со своим другом. И пусть всё летит к чертям. Я подумаю об этом завтра. Но не сейчас.

Джек откидывает мои волосы со спины, оголяя шею и покрывая её поцелуями. Меня словно бьёт током при каждом его касании. Между ног уже всё горит от желания. Я издаю блаженный стон, когда Джек начинает посасывать мочку моего уха. Никогда бы не подумала, что такое может нравиться. А когда правая рука Джека оказывается на моём интимном месте, которое уже истекает соками, до меня доносится его довольный стон. Его пальцы перебирают влажные складки, поглаживая и потирая клитор. Каждое касание взрывается в моей голове яркими искрами. Боже, я давно не занималась сексом, слишком давно. А Джек в этом деле мастер и я боюсь, что могу кончить от одних его касаний. Он немного надавливает пальцем и проникает в меня. Его губы продолжают ласкать мою шею, плечи, заставляя меня изнывать от желания. Мне мало одних ласк, я хочу его полностью, прямо сейчас.

— Джек, хватит медлить, я больше не могу, — шепчу я, извиваясь от его ласк, пока его палец кружит по моей киске.

— Чего же ты хочешь, Маккензи? — спрашивает он, приблизившись к моему ушку. Только от того, как он произнёс моё имя, я готова кончить. Боже мой, Маккензи Джонс, ты сошла с ума.

— Я хочу тебя, — отвечаю я, между вздохами, ещё немного и я взорвусь, мне срочно нужно почувствовать его внутри себя.

— Скажи это ещё раз, — насмешливо произносит он, и я буквально вижу его кривую ухмылку, от которой у всех девушек мигом слетают трусики.

— Я хочу тебя, чёртов ты придурок, — рычу я, поворачиваясь к нему лицом и припадая к его губам в поцелуе. Руками я расстёгиваю его ремень и молнию на джинсах, те в свою очередь падают на пол. Он перешагивает через них и подхватывает меня на руки, заставляя обхватить его ногами. Его возбуждённый член в полной боевой готовности упирается в меня и мне стоит только чуть-чуть податься ему навстречу, что я и делаю. Он входит в меня с трудом, от чего я негромко вскрикиваю. Джек медленно насаживает меня на свой член, крепко обнимая за талию. Холодный ночной ветер опаляет мою влажную кожу. Где-то там всё ещё продолжается вечеринка в честь меня. А здесь и сейчас я занимаюсь сексом с самым горячим парнем в нашем городе. И скорей всего завтра я об этом пожалею. Но сейчас мне так хорошо, как не было слишком давно.

Когда я привыкаю к размерам Джека, он начинает увеличивать скорость, сильнее проникая в меня. Низ живота скручивает в узел, я чувствую, как напрягается член Джека внутри меня. Моё лоно горит от желания и скорого приближения оргазма. Джек целует меня всё жарче и яростней. Мы сталкиваемся зубами, но это нас не останавливает. Наш секс пропитан животной страстью и голодом. И как только меня накрывает волна оргазма, Джек кончает вместе со мной. Наши тела сотрясаются в экстазе. Джек обнимает меня, пока я цепляюсь за него, впиваясь ногтями в его спину под футболкой. Завтра там наверняка останутся ссадины, но иначе я не могу.

Когда оргазм проходит, Джек опускает меня на пол и надевает джинсы. Он почти не смотрит на меня, как и я на него. Ощущения какие-то странные, видимо опьянение прошло, и на его смену пришёл здравый смысл. Натягиваю джинсы и выхожу из беседки. Джек спешит за мной и хватает меня за руку, снова. Он выглядит побеждённым, его взгляд пропитан сожалением. Он хочет что-то сказать, открывает рот, но молчит.

— Ничего не было, Джек. Успокойся и забудь. Завтра я уеду, и мы обо всё забудем, — говорю я за него. Ведь ясно же, что это он и хотел сказать. Для него я ещё один крестик в книжке сексуальных свершений.

— Кензи, — начинает он, но я качаю головой, прерывая его.

— Прощай, Джек, — после чего вырываюсь из его хватки и ухожу. Быстрыми шагами направляюсь в дом, спиной ощущая пристальный взгляд Джека. Ускоряю шаг и почти забегаю в дом, оборачиваюсь назад и вижу, что Джека там нет. Облегчённо вздыхаю, но где-то в глубине души чувствую сожаление и беспомощность. Не знаю, о чём я думала, когда решила, что смогу просто заняться сексом с Джеком. Да пошёл он ко всем чертям! Я знала, на что иду и не должна строить никаких иллюзий. Это был простой секс, точнее божественный секс, но он ничего не значил. Завтра я уеду и обо всём забуду. Меня ждёт мир моды и шика. Я должна сконцентрироваться на своей цели, а не на мужчине, которому плевать на всех кроме себя.

— Всё в порядке, дорогая? — слышу я мамин голос позади и поворачиваюсь к ней. Она стоит в коридоре в прекрасном платье изумрудного оттенка и обеспокоенно смотрит на меня, отчего на её прекрасном лице образуются морщинки. Вообще мама у меня выглядит молодо для своих лет. Я почти полная её копия. У нас одинаковые черты лица, карие глаза и чёрные волосы. Многие могут посчитать нас сёстрами и маме, конечно же, это льстит.

— Всё хорошо, мам не переживай, — подхожу к ней и обнимаю её. Меня окутывает цветочный аромат её духов, и я прижимаюсь сильней. Даже взрослея, нам всё равно нужны материнские объятия. Мы с родителями всегда были очень близки, именно поэтому мне сложней всего уехать от них. Но каждый человек проходит эту стадию, покидая родной дом и начиная собственную жизнь.

— Я пойду спать, а то завтра рано вставать, — говорю я, освобождаясь от объятий.

— Спокойной ночи, дорогая, — мама целует меня в щёку, и я ухожу в свою спальню.

В моей комнате темно, лишь лунный свет проникает сквозь небольшую щель между шторами. Не раздеваясь, падаю на свою кровать королевских размеров с мягким матрасом. Закрываю глаза и расслабляюсь, стараясь полностью очистить свою голову от лишних мыслей. Но моё тело то и дело вспоминает прикосновения Джека. Со мной определённо что-то не так. Это же Джек — школьный хулиган и вечный бабник. Если бы Джилл не познакомилась когда-то с Кэмероном Пирсом, то мы бы и не знали кто такой Джек Хастлер. Но, когда моя подруга стала встречаться с Кэмероном, мы с Джеком стали видеться чаще и, в конце концов, стали друзьями. Это была немного странная дружба, мы часто друг друга подкалывали, ссорились, нас это устраивало. Но я никогда не думала переступать через эту черту. Атеперь я понимаю, что друзьями мы больше точно не будем.