Читаем О нас (СИ) онлайн бесплатно

За окном мелькали придорожные столбы вперемешку с неясными силуэтами кустов и деревьев.

Отчаянно хотелось спать. Но я, героически борясь с этим греховным желанием, рассматривал своего спутника, который, кстати, и вел машину.

Олег приходится сводным братом матери моей невесты. Да уж, без пол-литра в их запутанных семейных связях не разберешься!.. На самом деле это только звучит внушительно: сводный брат матери… а так ему лишь немного за тридцать.

Правда, справедливости ради, надо отметить, что по всем остальным критериям внушительности ему было не занимать: начиная с высокого поста в редакции одного известного издания и заканчивая внешними качествами. Высокий блондин… нет, увы, не с голубыми, а с карими глазами. Правда, его волосы выгорели на солнце так, что стали казаться почти белыми. Но это мелочи.

Без всяческих глупых ужимок, Олега можно было назвать весьма симпатичным парнем. Но, к сожалению, поведать вам что-либо о характере моего вынужденного визави не могу: после знакомства (довольно сухого) мы едва ли перекинулись парой-тройкой фраз.

И сейчас, слушая радио, я не мог дождаться, когда же мы, наконец, окажемся на месте.

А направлялись мы на дачу родителей Жени (моей невесты), чтобы забрать оттуда пару ящиков со спиртным да несколько банок с всякими соленьями.

Как же, спросите вы, угораздило меня жениться?

На самом деле это история темная… шучу. Вообще-то, случайно. Женя – активная, но весьма рассудительная девушка попалась на моем пути внезапно…

В прямом смысле. Я чуть не сбил её, когда ехал на велосипеде на работу.

Так начались наши отношения. И продолжались почти полгода. А потом я все же решился сделать ей предложение, от которого она не сможет отказаться… Лучше бы не решался!

Потому что с момента помолвки моя жизнь превратилась в настоящий ад. Кто же знал, что мне придется знакомиться со всеми её родственниками?! И это только теми, что живут в Москве… а покупка новых занавесок на кухню? Вы думаете, это безобидный процесс? Как же вы ошибаетесь! Марфа Сергеевна сможет вас переубедить.

Но даже после всех этих испытаний я не отказался от своей полубезумной затеи — не это ли показатель серьёзных намерений?

— Подъезжаем, — бархатисто-глубокий голос Олега почему-то вызывал ассоциации с дорогим вином.

Я решительно тряхнул головой и широко зевнул: вот, уже на почве недосыпания в голову лезут всякие странные мысли.

Мы вышли из машины и направились к воротам.

— Марфа сказала, что все должно быть в погребе.

Я кивнул, и мы заторопились к дому.

Таскать тяжелые ящики то ещё удовольствие… было бы. Когда мы нагруженные вышли из дома, возле ворот, вместо мицубиси Олега, нас ждала пустота.

— Твою ж мать! – Олег, конечно, не ограничился этими безобидными словами. Ну, а я… я был слишком шокирован такой откровенной наглостью угонщиков, чтобы хоть как-то выражать свои чувства. Так и замер с ящиком в руках.

— Да брось ты его! – в сердцах крикнул Олег. Я послушно опустил ящик на землю и зашарил по карманам в поисках телефона.

— Я сейчас в полицию позвоню… и Марфе Сергеевне, чтобы она не волновалась.

Я прекрасно помнил, что свой телефон Олег забыл в бардачке. Дисплей телефона, пару раз огорченно мигнув, погас. Батарея разрядилась!

— Твою ж налево и через огороды!.. — Первым желанием было разъебать телефон к чертям собачьим, но я, сдержавшись, всего лишь хорошенько обматерил его.

Олег, молча куривший неподалеку, поймав паузу между моими словесными пируэтами, спокойно заметил:

— Закончил? Теперь мы можем идти искать телефон?

Я лишь апатично кивнул.

_____________________________

Телефон – это, конечно, хорошо. Но искать его в дачном поселке, в апреле месяце, да ещё и в начале рабочей недели явно не самая лучшая идея. А если говорить начистоту, иголку в стоге сена сейчас найти проще, нежели телефон!

К дому мы вернулись под вечер усталые и голодные.

Хвала богам! В буфете на кухне нашлись и макароны, и гречка, и даже рис, а в погребе, ко всему прочему, притаились, ожидая своего звездного часа, всякие соленья.

Ужин прошел за неспешным разговором: я расспрашивал Олега о его работе, впрочем, он тоже не отставал, выпытывая у меня сведения о моей жизни.

А потом мы пошли наверх в гостиную смотреть телевизор. Ну, и, конечно, прихватили с собой бутылочку коньяка, который, к моему вящему удивлению, нашелся в буфете.

Тихое тарахтение телевизора, по которому шел какой-то голливудский боевик, и лёгкий полумрак в комнате создавали странную, даже интимную атмосферу.

Интересно, а каково это – спать с… парнями? Я поймал себя на мысли, что пристально разглядываю Олега.

И вроде бы выпил немного, а…

— Слушай, Олег… а ты когда-нибудь спал с парнями? – казалось, он только и ждал этой фразы.

С тихим утробным рыком он смял мои губы в жадном поцелуе.

Всё, на что меня хватило, это лишь тихо застонать ему в губы и сильнее притянуть, почти укладывая на себя. Его язык всё требовательнее ласкал мой, и на эту ласку невозможно было не ответить. Он брал уверенно и жестко, и я совершенно потерялся в таких волнующих и таких правильных чувствах. Его колено легко раздвинуло мои ноги, и я ощутил, наконец, такую нужную мне сейчас тяжесть его тела.

Он ласкал, гладил, целовал моё тело, а я просто наслаждался, стараясь не расплавиться под его жаркими прикосновениями.

— Спальня, — едва выдохнул я, но он отрицательно покачал головой.

А потом случился самый лучший минет в моей жизни.

Правда, и самый короткий: мне хватило всего пары движений, чтобы кончить.

— Я… можно мне? – едва отдышавшись, я оказался на полу у его ног.

— Можно, — он закрыл глаза в знак одобрения и откинулся на спинку дивана.

Я дрожащими руками расстегнул ширинку на его штанах и, аккуратно оттянув резинку трусов, извлек наружу сочащийся смазкой член.

Сначала я робко лизнул головку, а потом взял в рот. С возрастающим желанием принялся посасывать его, старательно лаская языком упругий ствол, стараясь не застонать от одной мысли обо всем этом.

Кончал Олег бурно, и, в первый раз ощутив на языке солоновато-горький вкус его спермы, я едва не задохнулся.

А Олег, затащив меня к себе на колени, всё хлопал по спине, помогая прокашляться.

До кровати дотащил меня тоже он. Поскольку мой мозг отказывался адекватно анализировать сложившуюся ситуацию, я совсем не возражал, когда Олег залез ко мне под одеяло и притянул к себе. Поудобнее устроившись в его объятиях, я почти сразу же уснул.

_____________________________

Следующие три дня мы трахались как кролики.

А в редкие перерывы между любовными играми разговаривали. Олег оказался удивительным собеседником! И с каждым часом, проведенным в его объятиях, я всё больше задумывался, а нужна ли мне вообще теперь Женя? По сравнению со зрелым, сильным, даже в какой-то мере властным человеком, каким был Олег, она серьёзно проигрывала.

Олег был настоящим мужчиной. Именно таким, о котором мечтает большинство девушек. И теперь я прекрасно понимал почему. Сразу стали понятны и мое неумение возражать, и, как любила говорить Женя, «мягкотелость». И только сейчас я начал понимать, что определенный контроль, поддержка и внимание — это было именно то, в чем я так отчаянно нуждался. Олег, сам об этом не догадываясь, открыл мне глаза на меня самого, на мои скрытые желания. И это оказалось невероятно притягательным. Кажется, я начинал влюбляться в него…

А утром пятого дня нашего вынужденного «заключения» приехали соседи и привезли с собой телефон.

Трубку Пётр Михайлович взял сразу же, после чего сонным виноватым тоном начал оправдываться.

Оказалось, что, как только молодое поколение покинуло отчий дом, старшие устроили пьянку в честь будущей свадьбы. На следующий день всех естественно мучило жуткое похмелье и им, конечно, было не до того, что жених куда-то запропастился. С вечера и до самого утра они старательно опохмелялись. И лишь когда закончился весь алкоголь, они засуетились. Ведь жених-то и должен был привезти остальную выпивку.

В общем, они обещались в самое ближайшее время нас забрать.

После сеанса телефонной связи к нам нагрянул местный участковый. Оказалось, что он нашел машину Олега.

Мы ещё в первый день пребывания здесь обратились в местные органы власти с заявлением об угоне.

Как рассказал нам участковый, машину угнали малолетние хулиганы. Накатавшись вдоволь, они бросили её в ближайшем овраге.

Стоимость бензина, который прокатали мальчишки, была возмещена их родителями, а, поскольку никаких повреждений на машине Олега не появилось, мы решили отпустить хулиганов с миром, при условии, что им будет сделан серьезный выговор.

Теперь можно было возвращаться домой. Мы позвонили Петру Михайловичу, а затем погрузили многострадальные ящики со спиртным в багажник.

Мало того что сборы проходили в тяжелом молчании, так к тому же, сев за руль, Олег не проронил ни слова. Меня же одолевала неловкость: после всего, что между нами было, а особенно вчерашнего вечера, который напоминал о себе отчетливой болью в заднице, я решительно не знал, как мне теперь вести себя с Олегом.

— Знаешь, это глупо прозвучит, но… мне теперь кажется, что я совсем не люблю Женю.

Я осторожно провел пальцами по его щеке.

Бросив на меня непонятный взгляд, он резко произнес:

— Прекрати! Если ты действительно рассчитываешь на что-то после, то серьезно заблуждаешься. У тебя есть невеста, а у меня постоянный партнер. Нам было хорошо вместе эти несколько дней, так давай же остановимся на этом.

Я замер. А что, если ему просто хотелось развлечься? Трахнуть меня первым? Что, если это был глупый фарс, направленный на мое соблазнение?

Я нервно сглотнул, но мой голос прозвучал твердо:

— Пожалуй, ты прав. Пусть это останется хорошим воспоминанием.

— Рад, что ты это понимаешь.

В тот же вечер я напился до беспамятства.

_____________________________

-… и самое отвратительное – Женя хочет любить настоящего мужчину. А я сам желаю того же.

Я уткнулся носом куда-то в шею Аристарха, моего собрата по несчастью.

— Знаешь, Сереж, мне сложно тебе что-то советовать. Я никогда не был в подобной ситуации, и, видит бог, никому бы такого не пожелал, — На этих словах я душераздирающе всхлипнул. — Думаю, тебе стоит оставить всё как есть, а дальше исходить только из собственных желаний.

Я ещё раз всхлипнул и громко высморкался в любезно предоставленный мне носовой платок.

— Спасибо, что выслушал. Я поеду уже домой, пожалуй, — кое-как выдавил из себя я.

— Думаю, ничего страшного не случится, если я подвезу тебя.

Я только кивнул.

Алкоголь и стресс сделали свое черное дело: я едва смог доползти до кровати, после чего благополучно отключился.

_____________________________

Это только говорится, что у депрессии есть внешние проявления. На самом же деле человек может страдать глубоко внутри, внешне оставаясь невозмутимым. К тому же, те, кто нас окружает, настолько заняты своими собственными проблемами, что попросту не замечают, когда с нами что-то не так. Даже самые близкие люди, порой, оказываются слепы, когда дело касается нашего внутреннего состояния.

Во многом муки общения с Женей и её семьей помогала перенести мне сестра. Аня взяла на себя все хлопоты по устройству свадьбы, а уж то, как они замечательно ладили с Женей, вполне достойно отдельного описания.

На фоне свадебных приготовлений перемены, произошедшие во мне, были незаметны.

Я старался по возможности избегать встреч и общения с Олегом, и мне нередко это удавалось, при вынужденных столкновениях с ним я старался держаться холодно и отстраненно. А потом срывался: заезжал в ставший таким родным бар, где меня неизменно ждал Аристарх, и напивался.

_____________________________

— М-м-м… что-то случилось? – я бросил выразительный взгляд на стакан с виски в его руках.

Аристарх в ответ пожал плечами:

— Чтобы выпить, мне не нужно искать повод. Тем более, я слишком устал. Иногда даже мне требуется отдых.

— Мда-а? Ну, значит, в этот раз я подвезу тебя до дома, — я усмехнулся и залпом выпил стакан яблочного сока.

Жил Старх довольно далеко отсюда. В старом, но, как было видно сразу, престижном районе.

— Спасибо, что подвез, — не успел я и глазом моргнуть, как он мягко, но властно поцеловал меня. Поцелуи у Старха были такими же, как он: неторопливыми, даже обстоятельными, с привкусом дорогого виски.

— Зайдешь на чашечку чая? – улыбнувшись, спокойно поинтересовался он. А я запоздало понял, что он был не так уж пьян.

— Если только мы действительно отграничимся чаем, — отвернувшись, пробормотал я.

— Обещаю, — он потрепал меня по волосам и выбрался из машины.

_____________________________

Утро красит нежным светом… Я резко сел на постели. Рядом на тумбочке голосил мобильник, а сам я находился в чьей-то спальне.

— Да? – я все-таки рискнул взять трубку.

— Где тебя черти носят? – с места в карьер рванул Олег. Голос у него был неоправданно злой и рассерженный.

— Где-где… у друга ночевал. И вообще… чего ты так орешь-то? – поморщившись, буркнул я. Это было не то начало утра, что я себе представлял.

— У друга? Ну-ну, – в его голосе снова проскользнула та же, что и тогда в машине, непонятная интонация. – Нам надо сегодня посмотреть несколько банкетных залов.

Я хлопнул себя ладонью по лбу: ну какой же я растяпа!

Почти смирившись с неизбежной свадьбой, я взялся за свои обязанности жениха со странным мазохистским удовольствием. Зато Женя была довольна тем, что я включился, наконец, в процесс подготовки к самому важному в жизни событию.

— Понял. Буду минут через сорок. Встречаемся возле свадебного салона?

— Ага. Жду, — ответил он и отключился.

Я же с тяжелым вздохом упал обратно на подушки.

— Может, чаю? – в комнату заглянул Аристарх. Он был одет в домашний халат, а в руках он держал большую чашку.

— Нет-нет, ничего не надо! Я сейчас соберусь и поеду в салон.

Он кивнул и, прежде чем выйти из комнаты, насмешливо бросил:

— Подвезти?

_____________________________

Когда мы подъехали к свадебному салону, Олег уже ждал меня на улице.

— Спасибо, что подвез… а ещё подожди минуточку, — я принялся увлеченно рыться по карманам, после чего извлек на свет божий помятое приглашение.

— Я буду очень рад, если ты придешь, — в моем голосе слышалась неприкрытая грусть, а он неожиданно мягко сжал мою руку и серьезно произнес:

— Ничего страшного не случится, если ты передумаешь. Во всяком случае, я постараюсь тебя поддержать.

Я слабо, но искренне улыбнулся ему и ничего не ответил.

Помешала вставшая комом в горле горечь.

Я и не думал, что настолько трудным окажется пребывание рядом с Олегом. Я не имел права к нему прикоснуться, ведь даже легкое касание руки могло быть расценено им как призыв к чему-то… чего он совсем не хотел. Но никто не запрещал мне смотреть на него. И я смотрел украдкой, когда, как мне казалось, он не мог этого заметить.

Я скучал по нему. По его голосу, шепчущему всякие глупые нежности. По его редкой улыбке, по его поцелуям, из-за которых на коже расцветали огненные цветы. Я скучал по нему, а он… он был слишком далек и недостижим для меня.