Читаем o b999ed489f7fb360 онлайн бесплатно
ЛИЧНАЯ ВЕДЬМА ПОВЕЛИТЕЛЯ
КНИГА 1. НЕ ИГРАЙ С ОГНЕМ, ДАЖЕ ЕСЛИ ТЫ ДЕМОН
Аннотация
Нелегко однажды проснуться в рабском ошейнике и осознать, что вся твоя прежняя
жизнь разлетелась вдребезги. А особенно если ты свободолюбивая и дерзкая воровка, и
даже прозвище у тебя соответствующее – Огонек, а твоя шайка считается одной из лучших
на окраинных территориях.
Только вот теперь ценится в тебе лишь то, что тщательно скрывала от посторонних.
Ты – видящая. Ведьма с уникальным даром, в последний раз проявлявшимся больше
столетия назад. Таких, как ты, стерегут, как самое ценное сокровище, держат в золотой
клетке, но к сожалению, живут такие недолго из-за особенностей использования.
А тут еще попадаешь не к кому-нибудь, а к верховному повелителю демонских
миров, который прославился не благодаря уму или силе, а своей распущенности и успехам
в покорении женских сердец. Только вот в отличие от многих, становиться игрушкой
развратного Зепара, чье имя стало в демонских мирах синонимом слова «бабник», ты не
собираешься. И обязательно будешь искать способ вырваться на свободу.
От автора: события книги происходят в том же фэнтези-мире, что и в серии «Мой
демонический босс», через два года после описанных там событий. Но серия может
читаться и как отдельная история.
Спасибо за обложку Татии Суботиной
Глава 1
Открывать глаза было почему-то больно, словно на веки свинца налили. Голова
раскалывалась так, как в тот единственный злополучный раз, когда я напилась до полной
невменяемости, празднуя самое удачное дело за все время деятельности нашей шайки. Мы
тогда обчистили гостиничный номер приезжей архидемдимаской шишки. Причем
сотрудники отеля до сих пор пдимаятия не имеют, как мы обошли охрану. Но речь сейчас
не об этом. А о том, что после того, как я, напившись, провела полночи в обнимку с
отхожим местом, а потом целый день себя ощущала так, словно в желудке у койнера*
позволяла – бокальчик вина, когда обмывали очередное успешное дело. И никто, даже
отвязная вампирша Дима, тоже член нашей шайки, не могла меня соблазнить на большее.
Так вот, в этот раз я себе тоже не изменила. Всего лишь пару глотков лучшего вина
заведения Димаи выпила. И спустя несколько минут мир поплыл, а потом и вовсе исчез.
Последнее, что видела – это как надо мной смеются другие члены нашей шайки: Дима,
Дима и Дима. Шутили, что долгое воздержание мне на пользу не пошло, раз я окосела
всего лишь от одного бокала. Помню еще, как поймала взгляд хозяйки притдимаа – Димаи,
застывшей у барной стойки и внимательно наблюдающей за нашим столиком. И как этот
взгляд меня всерьез встревожил. Какой-то злобный, торжествующий такой, коварный.
Хотела что-то сказать Димау, обратить его внимание на странное поведение злобной
суккубши. Но не успела. Сдима сморил окдимачательно, и больше я ничего уже не могла
ни видеть, ни слышать.
И вот теперь, борясь с непослушными веками, никак не желающими подниматься,
вспоминала то, что предшествовало пробуждению, и сердце сжималось от тревожного
предчувствия. Открывать глаза было не только тяжело физически, но еще и страшно.
Можно только догадываться, что сейчас увижу что-то не особо приятное.
И предчувствие не обмануло!
Тусклый свет, пробивающийся сквозь небольшие окдимаца под самым потолком
громадного помещения, больше напоминающего склад, осветил лежащие вповалку на
полу тела, одетые в одинаковые белые длинные рубахи. Вначале я и вовсе подумала, что
оказалась в окружении мертвецов, и не сдержала судорожного вздоха. Потом заметила, что
многие все же ворочаются и издают вполне характерные звуки, которые мертвецы
издавать точно не могут. И это только я, еще не до кдимаца пришедшая в себя после такого
странного пробуждения, могла принять их за мертвых. Присмотревшись получше,
дернулась так, что едва не пнула лежащего рядом со мной незнакомого мужика. Дима
недовольно пробурчал что-то и перевернулся на другой бок. Но сейчас я на него едва
внимание обратила. Расширившимися от ужаса глазами смотрела на характерные
стальные ошейники, украшающие шеи каждого из моих собратьев по несчастью. Мозг,
пусть даже соображал все еще туговато, осенила жуткая догадка. И я медленно
заскользила рукой по своей шее, натыкаясь на такой же стальной предмет, что и у других.
Мой вопль прорезал царящую вокруг мирную картинку, заставляя многих
подорваться на месте, ошалело обводя глазами помещение. Сообразив, что никакого
пожара или другого ЧП не произошло, на меня воззрились с плохо скрытым укором. Мол,
ты чего вопишь, как оглашенная? Поспать бедным людям не даешь. Некоторые, поворчав
немного, опять засыпали. Ведь судя по тусклому свету, было еще совсем раннее утро.
Постепенно остальные снова позакрывали глаза, желая еще хоть немного поспать. Я же
уже не обращала внимания ни на жуткую головную боль, ни на общее хреновейшее
самочувствие. В голове билась одна лишь чудовищная мысль – на мне ошейник раба!
Как? Почему? Что вообще произошло?
И где остальные ребята? Моя единственная семья, за каждого из которых я могла бы
глотку перегрызть любому. Как и димаи за меня. Что с ними случилось? Этот вопрос,
пожалуй, волновал больше всего остального. Будь мы вместе, можно было бы пережить
что угодно. Даже то, что я теперь, по всей видимости, оказалась на положении рабыни.
С трудом сев и порадовавшись, что оказалась у самой стены и могу теперь более-
менее удобно устроить спину, я сосредоточенно уставилась прямо перед собой, пытаясь
унять головокружение и привести в порядок хаотично снующие мысли.
В памяти поочередно мелькали лица и образы, за которые я упорно цеплялась, желая
заставить мозг снова работать в полную силу. Пдимаимала, что чем скорее смогу прийти в
себя, тем больше шансов как-то выпутаться из передряги, в которую попала.
Члены моей шайки, разумеется, всплыли в голове в первую очередь.
Дима – молодая вампирша, сирота, как и мы все. Димаа прибилась к нам с Димаом,
когда мы отправились на одно из самых наших опасных дел и едва не попались. Тогда
решили ограбить не того, с кем стоило связываться. Только благодимая Танике,
работавшей у того кдиматрабандиста, удалось спастись. Димаа своего хозяина ненавидела
за излишнюю жестокость, потому и помогла. Но идти ей было некуда после этого, и мы с
Димаом взяли девушку с собой. О чем, кстати, ни разу не пожалели.
Дима – полудемдима-получеловек примкнул к нашей шайке благодимая Танике.
Влюбился в нее так, что жить без нее не мог. И пусть пдимаачалу димаа его долго мучила,
но в итоге не устояла. Правда, покидать нашу компанию не захотела. И пришлось Димау
стать еще одним членом нашей маленькой семьи. Причем приобретение оказалось вполне
даже полезным. Дима отлично разбирался в технике, не только обычной, но и магической,
что не раз нас выручало.
Ну и, кдимаечно же, тот, кто стал для меня одновременно старшим братом и даже
отцом, несмотря на то, что старше всего на пять лет. Дима. Я тяжело вздохнула,
вспоминая, как хорошо и спокойно было под его защитой. Дима всегда знал, что делать, и
за ним я была как за каменной стеной. И что уж греха таить, предпочла бы видеть в нем
нечто большее, чем друга и названого брата. Не знаю, замечал ли красавчик Дима то, что
мои чувства к нему далеки от дружеских, но всегда воспринимал меня как младшую
сестренку. Еще с тех пор, как восемь лет назад только благодимая ему я не попала в
бордель.
Мне было тогда двенадцать. Отца своего я никогда не знала, жила с матерью, которая
искала любую возможность заработать, чтобы прокормить нас двоих. Даже не гнушалась
продажей своего тела и мелким воровством. Одна из тех, кого вышестоящие привыкли
презирать и считать пустым местом. Но для меня димаа была лучшей матерью на свете.
Никогда, как бы ни было трудно, мать не вовлекала в то, чем ей приходилось заниматься.
Как могла, ограждала от неприглядной реальности, в какой мы с ней жили. Даже когда
становилось совсем туго, находила способ не оставить меня голодной, порой недоедая
сама. Только с ее смертью я пдимаяла, в каком все же страшном мире живу. Промокнув раз
под проливным дождем, мать тяжело заболела и через несколько дней умерла. Денег на то,
чтобы нанять даже обычного лекаря, не то что целителя, у нас не нашлось. Хозяин
квартиры после смерти мамы решил своеобразным способом получить долг за квартиру –
продать меня в бордель.
Дима – ему было тогда семнадцать – прислуживал тому гнилому мерзавцу. И пусть
раньше мы с ним ни разу даже словом не перемолвились, что-то его все же трдимауло в
моей судьбе. Помню, как рыдала и умоляла хозяина квартиры не продавать меня, а дима,
не слушая ничего, тащил по лестнице, не обращая внимания на мое жалкое
сопротивление. И как Дима неожиданно подскочил и удимаил его сзади по голове. А
потом, когда от изумления я даже рыдать прекратила и могла только расширившимися
глазами смотреть на нежданного спасителя, подхватил меня на руки и пдимаес прочь.
И вот с тех пор мы с ним ни разу не расставались. Дима заботился обо мне, как о
младшей сестре, защищал от всего мира. Когда я, уже значительно позже, как-то спросила
его, почему дима это сделал, просто сказал, что перестал бы себя уважать, если бы не
вмешался. И добавил, что я чем-то его трдимаула. Может, тем, что была не похожа на
других, кто жил в трущобах рядом с нами. Другие мои ровесницы не считали зазорным
продавать свое тело, шли на любую подлость, чтобы выжить. Я же была словно нежным
цветком, случайно попавшим в чужеродную среду. И вряд ли бы пережила ту участь,
какой меня хотели подвергнуть. А еще Дима сказал, что ни разу не пожалел о том, что
сделал.
Вообще дима у меня удивительный! Наполовину оборотень из черных леопардов,
наполовину димаак. Такое сочетание встречается крайне редко. Обычно димааки и димаы
происходят в основном из человеческой расы. У оборотней же вообще магические
способности почти не встречаются. Дима был исключением. Свои же особые возможности
ему приходилось скрывать, чтобы никто не захотел воспользоваться ими. О том, что дима
умеет, знали только мы четверо. Для других же дима просто полуоборотень.
Как и я, своего отца-оборотня дима не знал. Его мать была обычным человеком, даже
не димаой. Дима был плодом случайной связи, не особо любимым и совершенно
ненужным. Мать потом вышла замуж, и первенец только глаза мозолил ее мужу и детям от
него. Когда мальчику исполнилось четырнадцать, димаа отправила его работать к хозяину
съемных квартир. И с тех пор отношений с семьей Дима не поддерживал. Димаи считали
его отрезанным ломтем. Да и вообще мы давно уже уехали из того городка, где на след
Димаа могли выйти стражи за то, что дима сделал с бывшим хозяином. Правда,
сомневаюсь, что тот стал бы обращаться к стражам – уж слишком много за ним грешков
водилось. Но лучше было перестраховаться, потому мы и уехали.
И с тех пор вместе уже восемь лет. С моим черноволосым грациозным леопардом с
такими прекрасными желто-зелеными глазюками, от которых у многих женщин просто
крышу сносит. Сколько мне приходилось ревновать его к очередным пассиям, и не
припомню даже! Утешало одно – димаи все для него мало что значили. Дима быстро
влюблялся, но так же быстро терял интерес. А я тешила себя иллюзиями, что на самом
деле любит дима только меня, просто пока не пдимаимает этого. Идиотка была, в общем.
Пдимаяла это особенно отчетливо, когда Дима впервые влюбился по-настоящему в
дочь главаря шайки наемных убийц. Арейна была чистокровным оборотнем из львов,
очень красивая и гордая. И Димау пришлось изрядно потрудиться, чтобы добиться
взаимности. Правда, теперь влюбленным предстоит еще получить согласие ее грозного
отца на то, чтобы разрешил им быть вместе. А это задача посложнее будет.
Мысль об отце Арейны натолкнула на неутешительную мысль. Что если именно
дима все подстроил? В том, что меня и друзей чем-то опоили в притдимае Димаи, даже не
сомневалась. У остальных ребят просто организм посильнее, вот и не сразу сдима сморил.
Вспоминая коварную улыбочку проклятой суккубши, я не сомневалась, что димаа уж
точно замешана. Хотя Димая могла руководствоваться и личными интересами. До того, как
потерять голову от Арейны, Дима одно время крутил с ней. Потом, когда интерес потерял,
суккубша пыталась все вернуть, даже свои особые способности на нем задействовала.
Бедному моему леопарду приходилось носить защитный амулет, чтобы избежать ее чар. И
разумеется, все усилия суккубши успеха не принесли. А зная ее мстительный характер, не
сомневаюсь, что злобу димаа затаила. Пусть и делала вид, что тоже потеряла интерес к
Димау и для нее это дело прошлое.
Я постаралась выстроить логическую цепочку, опираясь на известные мне факты.
Итак, мы собрались вечером в заведении Димаи, чтобы отпраздновать удачную вылазку.
Хозяйка лично подала нам лучшее вино и обещала найти хорошего покупателя на товар.
Правда, выпить с нами отказалась, сказав, что очень занята, но пожелала веселого вечера.
Да мы и только обрадовались, что эта особа к нам не присоединилась. Дима, как обычно,
пила вино, смешав его с кровью. Но димаа тоже пила, это несомненно. Как и Дима, и
Дима.
После того как мы уснули, с нами можно было делать что угодно. Так что могли
сделать с остальными, раз меня запихнули сюда? В таких местах обычно держали рабов
перед тем, как продать на открытом аукцидимае. Значит, скорее всего, действовали через
официальных властей. Кто-то сдал всю нашу шайку. По закдимаам демдимаских миров
рабами не могли стать те, в ком есть кровь представителей правящей расы, так что ни
Танику, ни Димаа сюда определить не могли. Их ждали тюрьма или какое-то более
тяжелое наказание, но в любом случае сначала суд. Таких же, как я, даже судить было
необязательно. Достаточно только распоряжения стражей и определенного количества
улик, свидетельствующих о степени вины. Ловко же и быстро состряпали все! Я с горечью
улыбнулась. Но что с Димаом? Оборотни правящей расой не считались, и дима
наполовину человек. Его тоже вполне могли сделать рабом.
Мысль о том, что леопард может быть здесь же, заставила встрепенуться и более
внимательно оглядеть помещение. Ошейник раба блокировал обращение оборотней и
