Читаем o 650e8660de4f860a онлайн бесплатно
Леена Крун
В одежде человека
Леена Крун
В одежде человека
Часть 1
Булыжники мостовой
Появление
В городе было много профессий, о которых Эмиль никогда раньше даже не слышал,
такие как раздатчик, наладчик, фрезеровщик или, например, укладчик пижамы. После
переезда в город мама Эмиля складывала пижамы в большой прачечной каждый день с
восьми утра до четырех вечера. А по вторникам и четвергам она еще мыла полы в какойто
конторе, и тогда Эмиль обедал в столовой мясным супом или макаронной запеканкой.
Столовая была не оченьто уютная, но дешевая и рядом с домом. На окнах висели
непонятные оранжевые занавески с рыбками, а металлические ножки стульев с таким
мерзким звуком царапали пол, что просто мурашки пробегали по коже.
Эмилю больше нравилась макаронная запеканка, но в тот четверг давали только
мясной суп. Дождь прекратился, и в зале запахло псиной, куревом и пивом. Эмиль сидел
за столиком возле окна, ждал, пока принесут тарелку, и рассматривал осу, которая ползала
по листу пластмассовой герани.
– Отвратительное лето, – сказал ктото за соседним столиком.
Возле стены на узком диванчике отдельно от всех сидел мужчина и читал газету. У
него был узкий выдающийся вперед подбородок и очень бледный вид. Только вот газета…
Чтото было не так. Он держал ее вверх ногами!
Официантка принесла тарелку с супом и на мгновение заслонила собой странного
посетителя. Эмиль не мог дождаться, пока она уйдет, чтобы продолжить свои наблюдения.
На мужчине был опрятный костюм и галстук. Поплиновое пальто небрежно брошено на
спинку стула.
Какой странный человек. Да и человек ли это? Он шуршал газетой и делал вид, что
внимательно изучает новости, но она попрежнему была вверх ногами.
Эмиль прикрыл рот бумажной салфеткой. Ему стало одновременно и смешно, и
страшно. Нет, это не человек, это какаято большая птица. Белая, с большим клювом…
Точно! Пеликан!
Эмиль оглянулся. Неужели никто больше не заметил этого? Официантка устало
вытирала тряпкой столы и с грохотом переставляла стулья. За соседним столиком
смеялись и бранились, а из музыкального автомата лился приторный голос:
Я уже не девчонка видная,
Я давно уже дама солидная.
Пеликан перевернул страницу и помешал ложечкой кофе. Кофе ему явно не
нравился. Похоже, он совсем остыл.
Чтобы сделать глоток, птице приходилось запрокидывать голову. Горловой мешок
при этом растягивался, и слышалось легкое урчание. Допив кофе, пеликан махнул
официантке длинным рукавом и попросил счет. У него был низкий гортанный голос.
Официантка протянула ему сдачу и не обратила никакого внимания на его необычную
внешность и странный выговор.
Пеликан надел серую фетровую шляпу, заправив под нее желтые волосы парика,
набросил на еле заметные плечи пальто и направился к двери. На нем были замшевые
ботинки песочного цвета, наверняка сделанные на заказ, потому что ни в одном магазине
не найти такой широкой обуви.
Эмиль тут же вскочил, чтобы бежать за пеликаном, но его остановил ворчливый
голос официантки.
– А заплатить?! Кто платитьто будет? Ишь, смыться захотел!
Мужчины за угловым столиком разом смолкли и повернулись в сторону Эмиля. В
автомате как раз закончилась песня. Наступила тишина. Эмиль залился краской, вынул из
заднего кармана кошелек и достал оттуда однуединственную купюру.
Официантка отсчитала сдачу и протянула было мальчику, но его уже и след простыл.
Позабыв про все на свете, Эмиль бежал по Заводской улице, но пеликана нигде не было.
Вконец отчаявшись, Эмиль решил, что больше не увидит эту странную птицу, как вдруг
ему пришлось резко затормозить. Пеликан стоял, уткнувшись клювом в витрину, и
разглядывал выставленную там мужскую одежду. Через мгновение его раскачивающаяся
фигура исчезла в глубине магазина, а Эмиль сделал вид, что внимательно рассматривает
перчатки, галстуки и рубашки.
Вскоре пеликан снова появился в дверях. На его длинной белой шее развевался
краснозеленый клетчатый шарф. Он был чересчур ярким и вызывающим и к тому же
совсем не сочетался с другой одеждой. Эмиль подумал, что необычный внешний вид
пеликана и без того бросается в глаза, но, наверное, птице просто нравились яркие цвета.
Пеликан повернул обратно к столовой, дошел до перекрестка, пересек улицу и
направился прямо во двор дома, где жил Эмиль. Там он открыл дверь пятого подъезда и
вошел внутрь.
Эмиль досчитал до десяти и кинулся следом за птицей. На площадке первого этажа
никого не было, но цифры над лифтом сменяли одна другую. Лифт остановился на самом
верхнем, восьмом этаже. Интересно, пеликан жил в этом доме или просто зашел в гости?
Дома в энциклопедическом словаре Эмиль нашел статью о пеликанах. В ней
говорилось, что пеликаны – крупные коренастые птицы, гнездятся колониями. У них
большие крылья, неуклюжее короткое туловище, толстые ноги с широкой перепонкой
между пальцами и длинный клюв. На нижней стороне клюва – эластичный кожаный
мешок для ловли рыбы. Обитают пеликаны в умеренном и тропическом климате и могут
селиться по берегам как пресных, так и соленых водоемов. Залетных пеликанов
неоднократно видели в северных странах.
Хлопнула входная дверь.
– Отгадай, что сегодня произошло! – крикнул Эмиль и выбежал маме навстречу.
У мамы был усталый вид, и в ее голосе слышалось раздражение:
– Дай мне хотя бы раздеться.
Эмиль вернулся к себе в комнату. Спустя некоторое время мама заглянула к нему.
Она была уже в домашнем халате и собиралась в ванную.
– Ты обедал?
– Да, мясным супом. Знаешь, сегодня в столовой был такой странный…
– А сдача?
Эмиль стал торопливо выворачивать карманы, хотя сразу вспомнил, что забыл взять
сдачу.
– Не осталось.
Наступила тишина. Мама ждала, что Эмиль продолжит, но он молчал.
– Не осталось? Я же дала тебе десять марок, а ты взял только суп.
Эмилю стало стыдно.
– Я забыл. Вернее, не успел…
– Как забыл? Куда ты дел оставшиеся деньги?
Вопрос о деньгах звучал теперь постоянно, с тех пор как они переехали в город, а
папа остался там, дома. Здесь у них дома не было, а была только квартира. Теперь Эмилю
предстояло объяснить маме, что он не мог дождаться сдачи и вообще забыл про нее. А все
почему? Изза птицы, изза пеликана, который сидел в столовой и пил кофе. Как об этом
расскажешь? Ведь пеликаны не пьют кофе.
– Я забыл про сдачу, потому что там был один странный человек. Я же тебе уже
говорил.
– Что за человек? И как это связано со сдачей?
– Ну, он был такой странный, что я решил посмотреть, куда он пойдет.
– Не понимаю, Эмиль.
Мама тяжело вздохнула и присела на край кровати.
– Что значит «решил»? Ты следишь за незнакомыми людьми?
– Но это был не человек, это была птица.
– Эмиль, что за чушь ты несешь? Ты здоров?
Мама потрогала лоб Эмиля и недоверчиво посмотрела ему в глаза.
– Или ты придумал все это ради забавы?
– Не придумал, мама, честное слово! Это была птица – пеликан. Он живет в нашем
доме в пятом подъезде на восьмом этаже. У него на подбородке был такой же кожаный
мешок, как на картинке в энциклопедии.
– Эмиль, боже мой!
Мама громко рассмеялась.
– Ты имеешь в виду господина Хурулайнена? Это за ним ты бегал по всему городу,
забыв обо всем на свете? Придется тебе утром пойти в столовую и попросить вернуть
сдачу.
Мама пошла в ванную и открыла кран. Эмиль пришел к ней.
– Что за Хрюлайнен?
– Хурулайнен. Госпожа Капио сдала ему свою квартиру на лето, а сама уехала за
границу к дочери. Она сказала, что это очень вежливый господин. Я тоже уже успела с
ним познакомиться.
Конечно, у него несколько странный вид, двойной подбородок и все такое прочее. Но
это не повод, чтобы на него таращиться, да еще и преследовать. Ты же уже большой
мальчик, а мелешь всякую чепуху.
– Никакой он не Хурулайнен, – возразил Эмиль. – Это птица, пеликан, я сам видел!
– Эмиль, ты в своем уме? – сказала мама. – Человека от птицы отличить не можешь.
Все, хватит об этом, и прекрати обзывать добропорядочных людей.
Мама закрыла кран с горячей водой и вытолкала Эмиля из ванной в коридор.
Как человек может быть таким невнимательным? Эмиль лежал на кровати, и слезы
капали на картинку с пеликаном. Но он совсем не думал о том, что книга намокнет и
бумага испортится. Хотя раньше Эмиль всегда очень бережно обращался с энциклопедией,
ведь ее подарил ему папа на двенадцатилетие.
Это пеликан, точно пеликан, Эмиль был в этом абсолютно уверен. И он обязательно
всем это докажет.
Немного о снах
Эмиль проснулся. Оказывается, он заснул прямо на энциклопедии. Уже совсем
стемнело. Августовский вечер заглядывал в окно. Эмиль больше не думал о пеликане, он
думал о доме, о другом доме, том единственном и настоящем, что остался в Катинкюля.
Во сне он снова был там, в родной деревне. Так случалось почти каждую ночь. Он
открывал знакомые двери и ходил из комнаты в комнату, словно в поисках чегото, но
никогда не мог найти это чтото и даже не знал, что он ищет. А еще Эмилю снилось, как
будто он проснулся в полночь и в темноте пробирается на ощупь через всю избу в комнату,
где спят мама и папа. Он стоит там и слушает, слушает… Не решаясь даже прикоснуться к
ним, потому что боится, что папа будет снова ворчать: «Ну что опять стряслось?» Папа и
мама лежат так близко, что Эмиль чувствует их дыхание, но на самом деле их там нет…
Были еще и другие сны, где они даже не дышали, а лежали, словно на картине, картиной и
были.
Во сне они всегда лежат рядом, но на самом деле этого никогда уже больше не будет.
Там, в комнате, рядом с папой спит теперь другая женщина, а мама и Эмиль переехали в
город. Чтобы остаться здесь навсегда.
Мама и Эмиль должны быть счастливы, что смогли снять квартиру в многоэтажном
доме. В городе не хватает квартир, и многие люди никак не могут найти себе жилье и
вынуждены всю жизнь мыкаться по углам у родственников и знакомых, жить в какихто
ночлежках или ютиться под старыми лодками. Мама и Эмиль должны быть счастливы,
ведь у них есть двухкомнатная квартира с ванной, электроплитой и холодильником. Всего
этого в деревне не было, там была только сауна, дровяная печь и погреб. А еще колодец и
озеро вместо душа и горячей воды. Только колодец и озеро.
Эмиль вздохнул и натянул на себя пижаму. Он не хотел думать о деревне, он хотел
уехать туда. Но это было возможно только во сне.
Один за другим гасли яркие квадраты огромных домовкубиков, плотно набитых
разными людьми.
Эмиль задернул шторы и выключил свет.
Когда он был маленьким, он старался как можно дольше не ложиться спать и боялся
темноты. Теперь уже не боится. От сна невозможно убежать, он все равно рано или поздно
тебя настигнет. Даже рыбы спят по ночам. А муравьи и ежи вообще спят всю зиму. Нельзя
не спать дольше одних суток, не получится. Сон, настоящий глубокий сон, который
начинается еще до сновидения, заключит тебя в свои объятия и лишит всеговсего, а взамен
подарит невероятную легкость.
И вот прочь уходят свет, цвета и звуки, прочь ушел и дом, теперь он уже там,
далеко, – дом, который был с Эмилем все это время. Вместе с домом пропали поля вокруг
него и мрачный лес вдалеке. Не стало ни папы, ни мамы, ни книг, ни вещей.
Что же Эмиль получил взамен? Ничего, совсем ничего, но это и было самое лучшее
из всего того, что он мог получить. Словно с плеч упал многотонный груз, который
взрослые называют действительностью: люди, дома и вещи, лес и поля, искрящаяся на
солнце река, а теперь еще и этот город, тяжелый, как сталь или железо. Все это
накапливалось целые сутки и давило Эмилю на плечи.
Ночь забирала все, даже его собственное тело. И все равно следующим вечером он
снова оттягивал ее приход – облегчение, испытанное во сне, быстро забывалось.
Но здесь, на пороге глубокого сна, он ни за что на свете не повернул бы назад по
доброй воле. Ночь была самым притягательным цветом, а тишина – единственным звуком,
который он хотел слышать.
Для него теперь существовал только один запах, но это был неуловимый запах, был
только один вкус, но его нельзя было почувствовать языком.
А потом приходили сновидения. Все возвращалось на свои места, но уже в новом
свете и новых картинках. Глаза были закрыты, а свет выключен, но Эмиль все равно все
видел.
И это было самое удивительное.
Встреча
Когда Эмиль проснулся, мама уже ушла на работу. На столе стоял йогурт, лежали
вареные яйца и пустой бумажный пакет, на котором было написано:
НЕ ЗАБУДЬ СХОДИТЬ В СТОЛОВУЮ.
Эмилю не хотелось снова идти туда, но он знал, что все равно придется. За столиком
в углу сидели все те же мужчины, что вчера, и пили пиво. Та же официантка стирала пыль
со стола все той же тряпкой и выглядела такой же усталой, как и накануне, хотя было еще
только утро.
Официантка сразу же узнала его и догадалась, что он пришел забрать сдачу. Все
прошло неожиданно легко.
– Ишь, как малыш торопился вчера, – сказала она и засмеялась. От смеха она стала
почти красивой, вот только зря обзывается малышом.
– Пожалуйста, семь марок и двадцать пенни. Так ведь и разбогатеть можно, если все
посетители будут такие же щедрые.
И она направилась к столику в углу, чтобы убрать пустые бутылки, а Эмиль с
облегчением выдохнул и вышел на улицу.
Порыв ветра ударил в лицо, словно была уже осень. На другой стороне улицы
развевался знакомый шарф.
Пеликан! Он почти позабыл о нем.
Птица медленно шла по улице на своих коротких ногах, покачиваясь из стороны в
сторону, ужасно смешная в фетровой шляпе, как все животные в одежде человека. Но
никто из толпы, запрудившей тротуары и магазины в поисках вещей и продуктов, не
обращал на пеликана никакого внимания, будто красный клюв и кожаный горловой мешок
были для жителей города самым обычным явлением.
Эмиль зашагал вслед за пеликаном.
Скоро они пришли в Центральный парк. Под ногами захрустел гравий. На пеликане
были смешные широкие ботинки, похожие на ласты, а на Эмиле – кроссовки. Пеликан
замедлил шаг. Он задрал голову и посмотрел на шумящие под ветром высокие липы. Затем
тяжело вздохнул и чтото пробормотал себе под нос.
У него из кармана выпала бумажка, и Эмиль поспешно подобрал ее. Птица ничего не
заметила. На бумажке неровно, как курица лапой (или лучше сказать, как пеликан лапой),
было выведено несколько букв «А».
Пеликан учит буквы!
Эмиль подбежал к нему.
– Простите, вы уронили вот это.
Пеликан повернулся к нему, вежливо прокряхтел «спасибо», но было видно, что он
заволновался. Может, смутился, что комуто стало известна его тайна. Учить буквы – в
егото возрасте!
– Пожалуйста, господин Пеликан, – громко сказал Эмиль.
Пеликан вздрогнул и вновь выронил бумажку. Он попытался поднять ее с земли
