Читаем Нулевая станция онлайн бесплатно

Глава 1

От автора: Это первая моя работа в жанрах ЛитРПГ и РеалРПГ, поэтому не судите строго и порадуйте лайком, если вам понравится. За комментарии — отдельный поклон, так как автору всегда важно получить обратную связь.

Поезд дёрнулся, и я проснулась. От неудобной позы всё тело затекло настолько, что даже кончики пальцев онемели и не шевелились.

Судя по положению — я сижу. Затылок упирается в высокий и довольно мягкий подголовник, однако, с моим невысоким ростом, я едва до него достаю. Видимо, именно из-за этого шею и свело. Но, чёрт побери, почему я не могу пошевелиться? И почему не могу открыть глаза? Что это за паралич такой?

Поезд снова дёрнуло, послышался визг тормозов, и я стала заваливаться на бок. Рядом раздался возмущённый мужской голос:

— Они совсем там охренели?!

Крепкие руки подхватили, не давая упасть. Второй голос оказался более равнодушным:

— Не суетись. Всё равно выживут лишь единицы. Если выживут.

— Наша задача не угробить пассажиров до момента прибытия, а потом пусть делают с ними, что хотят.

— Послушай. Давно хотел тебя спросить: ты в курсе, что именно происходит за нулевой станцией? Я слышал такое…

— Ты разве документ о неразглашении не подписывал? На предмет твоего молчания.

— Подписывал.

— Вот и молчи.

Где-то вдалеке раздался резкий свисток.

— Пора!

Мужские шаги удалились и секунд пять стояла тишина, нарушаемая лишь звуками работающего электровоза, а затем послышался мягкий и довольно приятный женский голос:

— Дамы и господа, просыпаемся! Вы достигли точки назначения. Забирайте свои вещи и проследуйте к выходу. Дамы и господа, просыпаемся!

До моего плеча, дотронулась чья-то ладонь, пуская по телу приятный импульс. Я попробовала пошевелиться, и на этот раз мне удалось. Однако глаза упрямо не хотели открываться. Внезапно, прямо под носом появился сладковатый, но очень резкий запах.

Мужской голос, который ранее рекомендовал своему коллеге молчать, произнёс мне прямо в ухо:

— Делаем глубокий вдох.

Я вдохнула на рефлексах и тут же закашлялась. Восприятие мира вернулось полностью, делая звуки чётче, а свет от ламп — ярче. Тело заломило от внезапной свободы, а моя шея хрустнула, давая возможность повернуть голову. Я распахнула глаза и, стерев невольно брызнувшие слёзы, осмотрелась по сторонам.

Рядом со мной, повернувшись лицом к длинному проходу, стояла девушка похожая на стюардессу. Она была одета в белоснежную рубашку, короткий синий жилет, и такого же цвета круглую шапочку.

Я в самолёте? Но был же поезд. Видимо, проводницы теперь должны выглядеть именно так.

Тем временем девушка, снова произнесла:

— Дамы и господа, просыпаемся! Вы достигли точки назначения. Забирайте свои вещи и проследуйте к выходу.

Справа от меня виднелся ряд кресел. Соседей рядом не наблюдалось, однако наискосок от прохода я увидела миловидную девушку со светлыми волосами, которая удивленно моргала своими длинными ресницами. Повернув голову в противоположную сторону, я обнаружила большое квадратное окно, за которым, к моему удивлению, разгулялась зима. Не знаю почему, но мне казалось, что её в данный момент не должно быть и в помине.

— Вы хорошо себя чувствуете? — с заботой в голосе спросил, наклонившийся над моим креслом, молодой человек.

В его руках был небольшой флакончик, с той самой пахучей жидкостью, которая привела меня в чувство.

— Говорить можете? — спросил он.

— Наверное, могу, — прохрипела я пересохшим горлом.

— Мы прибыли на конечную станцию. Пора выходить. Возьмите, пожалуйста, свои вещи и дорожный набор. Это презент от нашей компании.

Дорожный набор? Что за набор? Я воззрилась на большой чёрный пакет. Молодой человек указал на него рукой и добавил:

— Вам необходимо забрать его с собой и пройти на выход.

Надо отдать ему должное, он спокойно ждал, пока я включусь в реальность и соображу, что от меня хотят. Чтобы не испытывать его терпения я поднялась с места. Меня слегка качнуло в сторону, и я снова почувствовала крепкую руку, которая не дала мне упасть.

— Не переживайте, совсем скоро координация вернётся полностью. К сожалению, у нас ограничение по времени, и вам необходимо поторопиться.

В этот момент в моей голове что-то щелкнуло, и в мозг посыпался шквал закономерных вопросов.

«Что вообще происходит? Где я? Какой на фиг поезд? Какой дорожный набор? Я сплю?».

Не удивлюсь, если это так, потому что сны мне всегда снились очень даже реалистичные. Реалистичные, но наполненные под завязку неким сюром, который осознаешь только тогда, когда просыпаешься.

— Я могу узнать, где нахожусь и куда нужно выходить? — обрела я наконец ясность ума и утерянный ранее дар речи.

— Вам нужно пройти на улицу. Ответы на свои вопросы вы получите позже. Поторопитесь, пожалуйста.

Мимо нас начали проходить более расторопные пассажиры. Некоторых поддерживали, потому что они явно были не в себе. Где-то в глубине вагона послышался женский голос, переходящий в истерику. Он оборвался на самой высокой ноте так резко, что это не могло не насторожить. Мой сопровождающий метнул взгляд поверх кресел, и на секунду в его глазах промелькнуло что-то вроде жалости.

— Минус одна, — прошептал ему на ухо проходящий мимо коллега. Он провожал до выхода довольно грузного мужчину, а тот, словно на автомате, тащил за собой чемодан, который гулко ударялся о края сидений.

— Дамы и господа, просыпаемся. Вы достигли точки назначения. Забирайте свои вещи и проследуйте к выходу!

Проводница в образе стюардессы продолжала улыбаться во все свои тридцать два зуба и указывать рукой, где именно находится этот самый выход.

Ничего не поделаешь, придётся выходить. Я потянулась за своим рюкзаком, опознав в нём единственное до боли знакомое. Привычным, отработанным движением забросила его за спину. Затем потянулась за так называемым дорожным набором. Пакет неожиданно оказался тяжёлым. Было видно, что он под завязку наполнен какими-то вещами.

— Вам помочь? — участливо спросил мужчина, который меня разбудил.

— Я сама.

— Замечательно. Сюда, пожалуйста.

Как оказалось, моё место располагалось недалеко от выхода, поэтому я сделала лишь десяток шагов. Пластиковая перегородка отъехала в сторону, и я почувствовала, как по ногам прошла ледяная волна, словно напоминая, что на улице совсем не лето.

Когда я спустилась на перрон, то мои ноги, обутые в невысокие осенние кроссовки, провалились в небольшой сугроб. Сделав пару шагов в сторону, я глянула на небо и подумала, что день, по всей видимости, подходит к концу. Закатное солнце едва пробивалось из-за плотных облаков, а совсем скоро и вовсе пропало в серой пелене.

Неподалёку от меня стали скапливаться остальные пассажиры. Все жались от холода и пытались хоть как-то укрыться от ветра, который кидал снежные вихри прямо в лицо. Только в этот момент я обратила внимание, что на мне надето довольно тёплое худи, и, обнаружив капюшон, поскорее накинула его на голову, после чего натянула пониже рукава. Однако, скажу я вам, довольно неприятно выходить из тёплого вагона в не слишком гостеприимную погоду, в явно непригодной для сезона одежде.

Пока мы ждали остальных, ветер усилился, завывая где-то над головами, и стоявшие рядом люди начали возмущаться. Большая часть до сих пор не понимала, что происходит.

— Быстрее, быстрее, — поторопили последних пассажиров два, одетых в зимние куртки, стюарда, которые встречали нас на улице.

Когда все оказались на перроне, из вагона вышла та самая девушка, будившая нас своим прелестным голосом. Этим же голосом она произнесла следующее:

— Дамы и господа! Пару дней назад прошла ежеквартальная лотерея, по итогам которой сорок счастливчиков получили возможность доказать миру, что они лучшие: самые сильные, умные и одарённые. Если вы пройдёте с честью все испытания, то получите обратный билет. Ровно через три месяца наш поезд вернётся и заберёт тех, чей браслет будет гореть ровным зелёным светом. Мы же будем рады видеть вас снова на этом самом месте, если вы останетесь в живых.

Со стороны кучки сгрудившихся перед вагоном людей послышались разрозненные возгласы:

— Останемся в живых?

— Вы в своём уме? Что за шутки?

— Именной браслет? Что за браслет?

— Перестаньте издеваться над людьми!

— Мне это всё не нравится. Я хочу обратно!

Проводница поправила шапочку и, игнорируя вопросы, как ни в чём не бывало, продолжила:

— Каждому из вас был выдан так называемый «дорожный набор», который включает в себя предметы первой необходимости. В пакете находятся несколько тёплых вещей, сменное бельё, фляга для воды, набор сухих галет и одна рандомная вещь из сорока возможных. Но самое главное — это именной браслет. При активации он покажет ваш индивидуальный номер, и только благодаря ему вы сможете вернуться обратно. Это важная вещь, и я рекомендую надеть его сразу же, как только вы окажетесь на нулевой станции. Нулевая станция прямо за вами, — девушка показала рукой куда-то за наши спины.

Все машинально повернули голову. Выданная информация была за гранью понимания. Какая к чёрту лотерея?

Лично я до сих пор не верила, что происходящее — это реальность. Никто не верил. Тем временем наша сопровождающая продолжила говорить:

— Как только вы активируете браслеты, то увидите обратный отсчет, поэтому всегда будете знать, сколько вам осталось до того, как вы сможете вернуться. Сегодня у нас пятое марта, а соответственно, к пятому июня мы ждём вас на этом самом месте. Сегодня мы заберём только одного человека. К сожалению, из предыдущей партии игроков, лишь он один оказался достоин пробуждения. Давайте встретим его аплодисментами.

Через заслон из столпившихся людей протиснулся молодой человек со шрамом через всю щёку. На его спине висел грязный, повидавший жизнь рюкзак. Парень зыркнул на вновь прибывших и поднялся в вагон. Стюарды ему скупо похлопали, тогда как пассажиры всё ещё пребывали в ступоре. Стоявшая рядом со мной блондинка постоянно зевала. В её глазах не было даже проблеска осознания того, что она понимает, где именно сейчас находится.

Тем временем наша сопровождающая закончила свою речь словами:

— Каждый выживший получит не только право на пробуждение, но и сертификат на получение квартиры в ставшем единственным оплотом человечества городе. Ревивэл примет вас в свои объятия. Желаем успеха всем и каждому, и помните, что только ум, хорошая реакция и выдержка помогут вам остаться в живых. Удачи!

С этими словами стюардесса слегка поклонилась и, развернувшись, поднялась в вагон. Следом за ней вернулись в вагон и два стюарда.

— Эй! Что значит «остаться в живых»? — крикнул им вслед один из мужчин.

Но отвечать на его вопрос никто не собирался. Двери вагона закрылись, раздался гудок, и поезд тронулся с места.

— Эй! Постойте! Что значит «остаться в живых»!? — мужчина уцепился за поручень. — Мне всё это не нравится! Я не собираюсь оставаться!

Он попытался забраться на ступеньки, однако поезд довольно быстро начал набирать ход, и ему пришлось разжать руки, чтобы не попасть под его колёса. Надо сказать, что поезд оказался не современной электричкой, как я подумала в начале, а вполне старинной версией с паровозом во главе. Более того, он состоял всего лишь из двух вагонов, а когда отошёл, стало видно лишь одно железнодорожное полотно. Получается, что поезда здесь ходят только по этому пути. Других не имеется.

Сигнальные огни скрылись в снежной пелене, и рельсы стало заметать. По ту сторону пути было серое ничто: ни огней, ни других опознавательных знаков. Просто открытое поле, простирающееся до самого горизонта, который темнел на глазах. Я повернулась по направлению, где должна была находиться нулевая станция. Ей оказалось прямоугольное, ярко-освещенное здание, построенное словно из стекла.

Из него оно и оказалось.

Когда я вместе со всеми подошла ближе, то увидела при входе небольшой тамбур. Внутри работал кондиционер, создавая тёплую завесу, но, шагнув в само помещение, я поёжилась. Здесь отопление едва ощущалось.

На первый взгляд, станция была метров восемь-девять в ширину и около двадцати в длину. Три стеклянные стены и только задняя из красного кирпича. Слева и справа от центрального входа стояли металлические сиденья, похожие на те, которые обычно ставят в залах ожидания. Их было по пять в ряду, а рядов имелось четыре, итого по двадцать сидений с каждой стороны. Если, нас здесь сорок человек, то получается по одному на каждого.

Я повертела головой. Обстановка и в самом деле как на вокзале, только здесь не было ни кафе, ни камер хранения, ни охранников при входе. По углам стояло по одной большой мусорке и фонтанчику с водой. В противоположной стороне виднелся проход в узкий коридор, ведущий, по всей видимости, к туалетам. По крайней мере, сопутствующая табличка обозначала именно это. В сложившейся ситуации довольно ободряющая информация, учитывая, что непогода разыгралась во всю и выходить на воздух, даже по нужде, совсем не хотелось. Кроме вышеперечисленного, никаких удобств на этой станции больше не имелось, если не брать в расчёт электронное табло, которое показывало текущее время, температуру воздуха, и надпись: «Нулевая станция».

К моменту, когда я закончила исследовать периметр, в здание вошли последние, задержавшиеся в тамбуре люди. Некоторые из них были легко одеты и тряслись от холода. Они немного согрелись под ветродуем, но места в тамбуре было маловато, и поэтому, немного там потоптавшись, они всё же решились присоединиться к остальным.

Я более внимательно оглядела тех, с кем оказалась в далеко не ясных обстоятельствах. Большинство до сих пор выглядело довольно потерянно. В одном из углов, обособленной кучкой, стояло около пяти молодых парней. Было странно осознать, что они говорят по-английски. Видимо, студенты. Далее мои глаза зацепились за яркую девушку с шоколадной кожей и тугими кудряшками тёмных волос. Мексиканка? Кубинка? На её фоне выделялась пара альбиносов — парень с девушкой.

По большому счёту, все сторонились друг друга и молчали, переваривая ситуацию, в которой они оказались. И только мужчина, пытавшийся остановить стюардов, продолжал громко возмущаться, интенсивно размахивая руками и сотрясая воздух гневными тирадами. Но вот и он, растеряв боевой настрой, насупился и принялся рыться в вещах. Этот точно русский. Блондинка, которая перестала зевать, видимо, тоже.

Неожиданно было услышать рядом с собой корейскую речь. Я обернулась и застыла от увиденного: два молодых человека скинули капюшоны и явили свету выходцев из дорам. Красивые заразы! Но почему я сразу определила, что они говорят на корейском?