Читаем Новый путь. Начало! (СИ) онлайн бесплатно

====== Пролог ======

Меня зовут Алексей Тигров, мне 17 лет с хвостиком, и я с нетерпением жду своего 18-го дня рождения, чтоб свалить из места, зовущегося «домом». Живу я в России, у тёти Натальи Тигровой и дяди Ивана Вредова, бабушки Софьи и дедушки Бориса Тигровых, и наконец с моей матерью: Кристиной Тигровой. Мы все вместе живём на улице Сербской, в доме под номером 4¾, на первом этаже в четырёхкомнатной квартире. У меня разноцветные как у кота глаза, левый голубой, как безоблачное ясное небо, а правый цветом словно расплавленный янтарь или мёд, разрез глаз был как у анимешных персонажей, зрение у меня не то что бы хорошее, а где-то на отметке плохо и средне, из-за чего приходится одевать очки. Мои волосы очень густые и всегда в причесоне «А-ля взрыв», а необычный белый, словно снег, цвет привлекал внимание, что иногда бесит жутко. Я невысокого роста 1.63, из-за чего меня обзывают коротышкой и лилипутом и иногда бьют больно, я собой представлял тощего (А: скелета), зашуганного (А: кролика) и забитого ботаника-дрыща. Закончил школу в 16-лет с красным дипломом и золотой медалью, на данный момент учусь в университете имени Сталина на инжинера-химика-физика (А: вы представили себе такого зверя?), из-за чего насмешек стало вдвое больше. Сейчас каникулы (А: летние, я даже завидую) и я нахожусь на даче у бабушки и дедушки, сижу на полу у кресла-качалки, в которой сидит бабушка Софья. Тётя, дядя и мать улетели в Германию на три недели, оставив меня на дедушку и бабушку, и те были очень мне рады. Из всей семьи меня любят и гордятся моими успехами, будь то хорошо сданная контрольная, экзамен или просто так, только бабушка и дедушка, а остальная семья открыто ненавидит, брезгует, словно я заражённый радиацией упырь или ещё что похуже, и презирает. За что? А за то, что я родился не таким, как все. А ещё за то, что мой отец бросил нас, едва узнав о беременности матери. На веранде было немного прохладно, а вот за верандой палило жаркое солнце.

— Ба, за что они так со мною?! — спросил я, положив голову ей на колени и прикрыв устало глаза.

— Ох, внучок, ты ведь знаешь, что ненависть к твоему отцу передалась к тебе... — ответила бабушка.

— Но ведь это глупо! — воскликнул я, открыв глаза, и почувствовал, как бабушка гладит меня по голове.

— Так часто бывает. Многие не любят детей от нелюбимых или предавших людей! — ответил дедушка, сидевший до этого рядом с бабушкой на другой качалке.

Дедушка встал и медленно пошёл к качелям, что были в саду под вишней. Качели выглядели как скамейка, но сделанные вручную и расписанные разными узорами, слегка раскачивались из-за порывов ветра.

— Ты точная копия своей прабабушки Виктории Тигровой, моей старшей сестры! — отметил дедушка, я чуть помедлив сел между дедом и бабушкой, меня тут же приобняли с двух сторон за плечи.

— Правда? А какой она была?! — спросил я, навострив в любопытстве уши.

— О, Вика была невероятной и красивой девушкой, вся наша деревня стояла на ушах от её выходок! — хихикнул весело дед, смотря на меня своими голубыми как льдинки глазами, в которых плескалось веселье.

— Да, Вишенка была девушкой с бойким, вспыльчивым, немного трусливым, но добрым, дружелюбным характером и умной! — сказала бабушка, прикрыв глаза вспоминая весёлое детство.

— Вишенка? Откуда эта кличка?! — хихикнул я.

— Хи-хи-хи, как-то раз наши родители насобирали целый бассейн черешни и вишни, Вика, увидав любимое лакомство, прыгнула в бассейн, чумазая через час выбралась от туда со словами: «Усё, можно с чистой совестью умирать»; Пол бассейна выжрала, от неё потом неделю несло вишней так, как будто вылила на себя канистр две духов, из-за чего и прозвали Вишенка! — хихикал дед.

— А чем же я на неё похож?! — задал я интересующий меня вопрос.

— С самого рождения Вика была не такой как все остальные люди! — вздохнула бабушка! — белые как снег волосы, анимешные глазки разного цвета, невысокий рост, хрупкая и ОЧЕНЬ умная.

— Её настоящий характер она прятала за маской девушки-сорванца, истинный характер был совсем другим, она была серьёзная, храбрая, добивающаяся своей цели до конца своими силами! — сказал дед. — Ты же у нас копия Вики, но с более мягким характером.

— Но при чём же тогда успех?! — спросил я, вздохнув приятный вишнёвый запах.

— Ей всегда везло: в учёбе, в друзьях, в работе, в деньгах, ей много кто завидовал, из-за чего появлялись те кто хотел убить Вику! — сказал дедушка. — Её раз десять пытались убить, но ничего не выходило, Викина удача спасала её каждый раз от всего плохого.

— Вау! — только и смог сказать я, представив девушку, как две капли воды похожую на меня, в костюме супер-героя и легко уходящую от пуль.

— Запомни, Ал, даже если нас не станет, мы всегда будем за тобой присматривать, будем горды тобой и счастливы, что ты у нас такой! — сказала бабушка.

— Ба, деда… Спасибо! — из моих глаз полились слёзы счастья, я крепко обнял их, как и они меня в ответ.

Через три недели прилетела наша семейка и с воплями утащила меня в город. Сейчас я иду в магазин за продуктами, так как эти сволочи сами сходить не могут. Было обидно слушать упрёки каждый божий день, но потом я привык, и стало всё равно. Так вот, перехожу, значит, дорогу на зелёный, чтобы потом через парк добраться до магазина. Я настолько погрузился в свои мысли, что не сразу услышал визг тормозов. Поворачиваю голову налево и вижу двух детишек, одной на вид двенадцать, а второй семь, а на них мчится Великий Грузовик-сама. За секунду я подбежал к ним и оттолкнул вперёд, а дальше на мгновение была адская вспышка боли, а после блаженная тьма.

13:36 Больница. Палата №666

На койке лежал замотанный (А: словно мумия) бинтами и с множеством трубок юноша. Его состояние было катастрофически критическое из-за сломанных рёбер, проколотого лёгкого, средней степени сотрясения мозга, трещины в черепе, сломанной правой руки с запястьем, вывихнутого левого плеча, носа, ноги, повреждённого желудка, селезёнки, почки и печени. Две девочки, Марьяна и Маргарита, отделались лишь парой синяков и шоком (Автор: хотя они были в ужасе от окровавленного Алекса).

— Как он?! — спросила Софа, с нескрываемой болью и надеждой в глазах смотря на лучшего хирурга в стране.

— Плохо, его состояние в ОЧЕНЬ критическом положении, каждые пять минут еле успеваем откачивать, шансы, что ваш внук выживет, уменьшаются с каждой минутой! — сказал врач, с горечью и пониманием смотря на пожилую пару.

Тут к ним подбежала запыхавшаяся от бега медсестра, следящая за Алексеем.

— Михаил Семёныч, он очнулся! — вскрикнула она, все трое побежали в палату в Алексу.

Я резко открыл глаза, но из-за яркого света глаза заслезились и кольнули болью. Всё плыло и двоилось, как будто я побывал на американских горках и впридачу покатался раза 6-7 на бомбере (А: те, кто пробовал этот актрацион, поймут меня), да и состояние было как у наркомана, принявшего большущую дозу. Тело болело, ломило и горело адским огнём. Минута. Две. Три. Зрение восстановилось, но боль и жара никуда не делись.

— Внучёк! — услышал я где-то слева голос бабушки.

Еле сумел чуть-чуть повернуть голову в право, хотя мне казалось, что моя голова вот-вот взорвётся от простреливающей как и во всём теле БОЛИ, я еле-еле улыбнулся.

— Ба…бу…шка…! — кое-как прохрипел я. — где… я?

— В больнице, ты спас двух детишек, а сам попал под автомобиль! — сказал деда. — Тш-ш-ш, не говори, не трать силы…

— Те…ло… горит… Боль…но…! — прохрипел я, из глаз полились слёзы.

Вот после этого и говори, что мужики не плачут и что это позор для них, но бывают такие ситуации как, например, моя, что плакать можно, и никто при этом не скажет ничего.

— Что? Мы ввели ему две дозы обезболивающего, этого хватило бы с головой, это даже опасно — столько обезболивающего вкалывать…! — удивился врач, по-настоящему без фальши и наигранности сочувствуя мне.

В голове шум, как от старого радио, веки начали тяжелеть, словно наливались свинцом, при этом сознание пыталось капитулироваться от всей этой херни, что вокруг творится в данный момент. Но я старался не отключаться, старался ради двух людей в этом мире, что любят меня, ради бабушки и дедушки, я старался из-зо всех сил, что ещё у меня были (А: держись бро, мы тоже с тобой ᕙ(⇀‸↼‶)ᕗ).

— Бгха…! — я закашлялся кровью.

— Срочно в операционную! — заверещал как истеричка врач.

Я отрубился от очередной волны невыносимой боли.

Спустя неопределённое время

Я открыл глаза, вновь лицезрея этот грешный мир, но боли и жара я уже не чувствовал, я вообще ничего не чувствую кроме своей головы и левой руки. Вдруг слышу скрип двери и топот множества ног. Только не они (А: вспомни говно вот и оно). Боже, прошу тебя, забери меня от этих тварей куда-нибудь.

— Как ты посмел попасть в больницу! — о, пискляво-скрипучий голос мамы.

— Мы тебя кормим, одеваем, даём всё чтобы ты жил, а ты вот как нам отплатил! — ох, тётин грубый скрипучий басок.

— Кто теперь будет работать и зарабатывать?! Нам ещё и за твои операции платить придётся! — ух, дядин скрипучий, как старая дверца шкафа, голос.

Они орали на меня как обезумевшие. И только сейчас я понял, что моё терпение наконец-то лопнуло как воздушный шарик, и что терпеть все их побои и крики сил больше нету. Как же вы меня бесите, суки (А: правильно, убить их нужно ٩(╬ʘ益ʘ╬)۶)!

— Ха…ха… ха…! — тихо засмеялся я, походу, и я становлюсь безумцем вместе с этим блядским миром.

Они заткнулись и уставились, а меня как бараны на новые ворота. Как же я вас НЕНАВИЖУ.

— Хахахахахахах! — в голос засмеялся я, смех получился очень пугающим, как из фильмов со злыми героями! — вы… мне… Проти…вны… Ничтоже…ства…

— Да как ты посмел, сучонок! — взревела мать, ударив по моей левой ноге! — ты не смеешь так разговаривать со мной, я тебя родила!

Сука, чтоб ты сдохла в адском пламени Дьявола.

— Вы… Без меня… ничего… не… можете… Я, бабуш…ка и… дедуш…ка соде…ржали вас… ВЫ же… пальцем… не шеве…лив… НИЧЕГО …не дела…ли… сидели…дома, когда Я… Кха-кха…*Пип-пип-пип-пип*… учась… и рабо…тая… на… трёх… работах… с… четырнадцати лет (А: и то это были подработки после школы)… содер…жал… ВАС…! — шипел я, кашляя и захлёбываясь собственной кровью, под противное пиликанье датчиков жизнеобеспечения. — ВЫ… мне… больше… ни…кто… и знать… я… вас… не… хочу… Пип-пип-пип-пип Я… прокли…наю… ВАС… на… всю… вашу… и… последую…щие… жизни… НАВСЕГДА…чтоб… ВЫ… ГХА… ГОРЕЛИ В АДУ! — последнее я проорал, и меня вырвало кровью, литр, не меньше, окропив пол с кровью.

(А: Ад готов к новым грешникам ψ(▼へ▼メ)～→)

Тут в палату влетели врачи и бабушка с дедушкой. Ба и деда подбежали по мне со слезами на глазах. Остальных оттеснили, и я услышал, как кто-то сказал: “Алло, это полиция?!”

— Ба… Деда… Сил… Больше… Нету…

— Не говори, ты поправишься и мы заберём тебя! — сказала плача бабушка, она прям на глазах постарела ещё на лет двадцать – двадцать пять.

— Не… Попра…влюсь… Хочу… Покоя… Прошу…

— Не разговаривай, внучок, всё будет хорошо! — плакал дедушка. — Будет тебе покой, только прошу, не…

— Спасибо… Что… Всегда… Были… Со мной… Дедушка… Бабушка… Не… Плачьте… Я вас… Очень люблю…! — улыбнулся я.

— Не говори таких слов… Ты поправ-вишся, и всё б-будет хорошо! — сказал дедушка.

— Мы тоже тебя любим и гордимся тобой! — всхлипнула бабушка, держа меня за правую руку.

— Я рад… спасибо… за… всё… Gratias omnia, te amo! — улыбнулся я, сказав на латыни.

Дед с бабушкой поняли мои слова и разрыдались ещё сильнее. Стало тепло и спокойно, и с души как будто скал штук с двести упало. Я закрыл глаза со счастливой улыбкой на потрескавшихся от ветра окровавленных губах, стало как-то лениво, сонливо и в следующую секунду я отправился в спасительную и как будто родную тьму.

(А: отдыхай, а мы сторожим твой покой (￣^￣)ゞ)

— ”Пиииииииииииииии”! — раздался протяжный писк.

Софья рыдала в три ручья, а Борис впервые в жизни на пару с Софьей лил слёзы. Алексея пытались спасти, но все попытки были безрезультатны. Он умер со слезами на глазах и со счастливой улыбкой. Умер, но стал Героем для двух маленьких девочек и Софьи с Борисом. Мать Алекса и её брата с сестрой посадили в тюрьму. С того дня Софья и Борис Тигровы отреклись от своих детей и переписали завещание, отдав его нотариусу, собрали все вещи, продали дачу и уехали в Италию. 17 июля стало траурным, чёрным днём для семьи Тигровых.

Комментарий к Пролог Сильно не ругать. Тапки приветствуются!

Я честно старалась, не судите строго.

IV:бечено

_{Озарённая Рассветом}: исправлены ошибки. Исправлены ещё ошибки. Сюжет подправила, теперь мне не так стыдно. Исправлены ещё ошибки, да. Но мне всё ещё кажется, что я могу лучше

====== Часть 1. Встреча ======

Середина июля. Жа­ра. Ужас­но душ­но, и да­же вен­ти­лятор не по­мога­ет хоть немно­го ох­ла­дить­ся. В лаборатории за очередным изобретением сидел Энтони Тони Старк, самый богатый, умный и крутой мачо всея Нью-Йорка. Раздался вой сирены.

— Что стряслось?! — спросил он.

— Неизвестный всплеск энергии в семи кварталах от нас! — ответила система.

— Хм, интересно! — сказал Тони.

Одев свои доспехи, он вылетел из лаборатории, как пробка из-под шампанского, и полетел по направлению туда, где бушует неизвестная энергия. Джарвис подсказывал, в какую сторону лететь.

Тем временем в 7-ми кварталах от компании Старк-Индастрис

В трёхэтажном доме №6⅜ на первом этаже было кафе «Голубой блеск» с найвкуснейшей выпечкой и сладостями, которые делаются вручную, а верхние этажи были домом. На втором и третьем этаже жила семья, управляющая этим кафе, из четырёх человек: мужчины, женщины и двух детей. Вдруг раздался вой противопожарной системы, заставив мирно спящих людей в ужасе повскакивать и ломануться к выходу.

Раздался грохот. Первый этаж взорвался, снеся пол второго этажа, пламя стало стремительно увеличиваться, жадно поглощая всё, до чего дотягивалось. Вскоре приехала пожарная машина и, как могла, старалась потушить огонь, но всё было безуспешно, пламя разгорелось очень сильно.

Что-то снова взорвалось. Раздались ужасные звуки внутри дома, и им вторил плач ребёнка, а точнее, двух детей, лежащих вместе в кроватке.

— Смотрите! Это же Железный человек! — кричал кто-то из зевак на улице.

В дом на огромной скорости влетел Старк, снеся при этом стену на втором этаже.

— Ух, как тут горячо! — ухнул Старк, ища то, зачем он сюда припёрся.

— Мистер Старк, неизвестная энергия находится на третьем этаже! — раздался в наушнике голос дворецкого.

Залетев на третий этаж, Старк увидел мужчину и женщину лежащих на полу у двери с разными смешными наклейками.

— Они мертвы! — сказал Старк сам себе, проверив их пульс.

— Мистер Старк, за дверью! — сказал дворецкий.