Читаем Новые линии (СИ) онлайн бесплатно

― Яна, вернись! ― закричала мама, следуя за мной по ступеням.

Я бежала по ступеням, не веря, что это происходит со мной. Она же не может так поступить с родной дочерью? Не может же?

― Яна, немедленно остановись и вернись в кабинет отца. Он не договорил!

Я резко развернулась и одарила маму гневным взглядом:

― Я не собираюсь плясать под вашу дудку. Мы живет в современном мире, где девушки имеют право на выбор! Тебе ли этого не знать, мама?

― Я тоже знаешь ли, выходила замуж не в средневековье и ничего, стерпелось, слюбилось. Не делай из мухи слона.

Я склонила голову и едва улыбнулась, выражая через улыбку свою боль.

― Как ты можешь так говорить? Ты хочешь отдать меня замуж за нелюбимого, прекрасно зная, что у меня есть мужчина.

― Который опасен для тебя. Ты не понимаешь, что Давид просто приведет тебя к гибели. У него слишком небезопасный бизнес.

― Давид любит меня, а я люблю его, и он не допустит того, чтобы мне навредили.

Следом за мамой по лестнице поднялся отец. Он был в гневе. Плотно сжатая челюсть, напряженные желваки и раздувающиеся крылья носа говорили о том, что он едва сдерживается. И будь я сыном, а не дочерью, он бы давно меня ударил.

― Телефон! ― приказным тоном произнес он, протягивая руку.

Я покачала головой.

― Я не сделаю этого.

― Телефон отдала сюда.

― Нет. И я не выйду замуж за Рустама.

― Тебя никто спрашивать не будет, ― зло прорычал отец, и я заметила, что его глаза начали наливаться кровью.

― Я не девственница! Понял?

Он резко перехватил меня за руки, скрутил их, а мама, воспользовавшись моментом, вытащила из кармана джинс мой телефон.

― Нет, отдай мне его!

В следующую секунду отец затолкал меня в мою комнату, и запер дверь на ключ.

― Вы что делаете? Выпустите! Мама! Папа! Прекратите. Это же ненормально так поступать с родной дочерью. Я люблю другого человека. И я не хочу выходить замуж за Рустама!

Я принялась стучать кулаками по двери, дергать ручку, бить ногой по косяку, но все безуспешно. Они меня словно не слышали. И лишь когда я, обессиленная и отчаянная опустилась на пол, дрожа и всхлипывая от обиды, услышала наконец‐то голос мамы.

Сухой и холодный.

― Посиди до завтра. А мы пока подумаем, как объяснить Рустаму что наш товар оказался испорченный.

Летний ветер приятно ласкал разгоряченную кожу, и я едва заметно улыбнулась, наслаждаясь вечерним закатом. Невероятно красиво и завораживающе. Я всегда любила наблюдать, как желтый диск прячется за горизонтом, оставляя после себя разнообразные краски на небе. Мне всегда говорили, что я законченный романтик, который наблюдает за мелочами и восторгается ими. А подобное в девушках не всем мужчинам нравится. Но разве это не прекрасно радоваться самым обычным мелочам? Да и какая это мелочь? Чудо природы, не меньше.

Сегодня мне исполнилось двадцать восемь лет, и я до сих пор не замужем. И как говорят мои родители, я слишком наивная и глупая девочка. Да уж, люблю цветы и закаты. Разве не это причина отсутствия у меня мужа? Смешно ведь! Ну что мне, на первого встречного вешаться что ли? Нет, если замуж, то только раз и на всю жизнь. А мой суженый куда‐то запропастился.

Я покачнулась, когда яхту приподняло очередной волной. Ухватилась за поручень и хохотнула. Со стороны могло показаться будто я выпила лишнего, но в руке я держала свой первый бокал вина.

Странно ведь, день рождения, а я, как всегда, одна. И нет, дело вовсе не в мужчине. Просто каждый год в этот день я любила оставаться наедине с собой. Перезагружалась, либо же… лгала себе. Пыталась обмануть, мыслями возвращаясь в далекое прошлое. На десять лет назад. И снова ждала, как и прежде та, маленькая наивная дурочка, влюбившаяся в мужчину на десять лет старше себя. Ждала его, чтобы снова убедиться, что вовсе не нужна ему. Тем более теперь, когда у него уже восемь лет, как появилась жена.

От одной мысли об этом, по телу прошелся неприятный озноб. Вроде бы и привыкнуть пора, а я не могу. Каждый раз представляю, что он обнимает ее, и хочется кричать от боли. Но не сегодня. Хватит с меня. Я хочу научиться жить без мыслей о нем. Встретить своего мужчину и подарить ему всю свою нерастраченную любовь. Надоело ждать непонятно чего, и постоянно оглядываться назад. Я ведь тоже больше не наивная дурочка.

Отпила немного вина, и отметила, что солнце практически скрылось за горизонтом. Еще минут двадцать и на палубе станет прохладно. Я рукой обхватила плечи, отмечая, что для дневной прогулки мой наряд очень актуален. Голые плечи и живот, короткая юбка из джинсовой ткани. Идеально и сексуально. Но вот к вечеру лучше надевать что‐то с длинным рукавом. Ведь не чьи мужские руки не согреют мое тело в этот прекрасный летний вечер.

Вообще у меня имелся мужчина, который удовлетворял мои сексуальные потребности. Но в день рождения его присутствие для меня не было необходимым. Это только мой день. Мой, и для меня.

Помяни черта, как говорится.

Телефон раздался звонком, а на экране появилась добрая улыбка Ильи. И ничего. Ни учащенного сердцебиения, ни бабочек в животе, ни даже обычной человеческой радости от того, что мне звонит мой мужчина. Только правильно ли его так называть? У нас едва ли не свободные отношения. Мы видимся не так часто, как бывает у влюбленных людей. Не знаем кто когда и с кем проводит время, и при этом нормально ощущаем себя в таких отношениях.

Я вру. Для меня нормально. Илья же ревнует и бесится от того, что я настолько холодна к нему.

― Привет, Илья.

― Прости, Яна, не удержался и решил позвонить тебе.

― Ты слишком настойчив, знаешь же об этом.

― Я бы хотел быть с тобой в твой день рождения.

Его слова не были для меня чем‐то новым, наоборот, я привыкла, что Илья постоянно хочет быть рядом. Контролировать меня, жить со мной и знать, чем я занимаюсь каждые полчаса.

― Этот вопрос мы обсуждали еще на берегу. Прости, но это мой день.

― Ладно, может быть завтра составишь мне компанию? Меня пригласили на открытие яхт‐клуба, не хотелось бы ехать одному.

― Завтра сообщу о своем решении.

― Не затягивай с ответом, ― в голосе проскочили нотки раздражения, но мне было плевать.

Я знаю, если не соглашусь, он пойдет с другой женщиной, и меня это вовсе не цепляло.

― Как буду знать точно.

― Чем занимаешься?

― Пью вино на палубе. Здесь очень красиво.

― Много мужчин подцепила уже?

Я закатила глаза и вздохнула. Он же хочет знать, что я по‐прежнему отдыхаю в гордом одиночестве.

― Были парочку красавцев, но я отшила их.

― Сказала обо мне?

― Илья, давай завтра поговорим? Меня заждались дельфины в море.

― Я завтра позвоню. Одевайся теплее и менее соблазнительно.

― Слушаюсь и повинуюсь.

Я сбросила вызов и выдохнула. Меня начинает напрягать этот контроль. Еще мужчины мне не рассказывали, как нужно одеваться. Да в свое время даже темпераментный Давид слова не говорил о том, что я надевала. Любовался и наслаждался моим видом. Хотя, зная его натуру, он мог лично переодеть меня, даже не слушая мои возражения и пожелания.

От мысли об этом мужчине, я поежилась и снова обхватила себя руками. Нет, это просто прохладный ветер, и больше ничего.

На плечи неожиданно лег тонкий плед, и крепкие руки, тут же вызвавшие в моем теле горячую волну.

― Не хочешь познакомиться? ― хриплый с надрывом, до боли знакомый шепот заставил меня резко обернуться.

Коваль.

Я уставилась, в темно‐карие, практически черные глаза не веря, что это происходит со мной. Бокал выскользнул из рук, падая на палубу и разбиваясь на сотни мелких осколков. Оставшийся алкоголь расплескался на ноги. Я тут же сделала шаг назад и поняла, что лучшей идеей было бы спрыгнуть в воду.

Значит, и через десять лет желания могут сбываться?

Но от чего же так больно? Не от того ли, что он принял меня за другую, желая поразвлечься, чтобы в одиночестве не коротать эту ночь?

― Яна?

― Прости, что это я.

Я резко развернулась и радуясь, что для вечерней прогулки надела простые сандалии, быстро побежала по палубе, в надежде скрыться в своей каюте. Но стоило мне оказаться около дверей тамбура, как я почувствовала захват на локте, и в следующую секунду оказалась прижата к твердой грудной клетке. В нос ударил мускусный аромат парфюма перемешанного с нотками алкоголя и запахом сигарет. Я от пронзившей мою душу боли, в отчаянии зажмурила глаза и затаила дыхание. Только мне нужна была эта встреча. Я знаю.

― Какого черта ты здесь делаешь? Отвечай!

Нет, я не хотела слушать его. Я хотела заткнуть уши и представить, что нахожусь в другом месте. Не видеть его ненавистный взгляд и не ощущать призрение к себе. Я хотела, как раньше, как в первые дни нашего знакомства. Тогда он был лучшим мужчиной в моей жизни и относился так, словно я самый хрупкий и нежный цветок на свете. Но то, что было сейчас, это необъяснимо и несочетаемо с моими воспоминаниями.

Он крепко удерживал меня за предплечья причиняя боль своими руками. Я разомкнула веки, и стараясь унять свои эмоции с ненавистью посмотрела в его глаза. Пусть не думает, что я стану терпеть подобное отношение, даже несмотря на свои чувства к этому человеку.

― Искала место, где тебя не встречу, и надо же, как просчиталась! Пусти меня!

Я соврала, я всегда мечтала его увидеть, обнять, посмотреть в глаза ни на кого не похожие. Но то, как он себя повел сейчас, вызвало лишь отвращение. И для этого мне понадобилось десять лет?

― Хорошие девочки, не ходят в море на яхтах в гордом одиночестве. Или может твой муж здесь?

От его вопроса сердце полосонули будто ножом. Он таким образом решил поиздеваться надо мной, или действительно не в курсе, что я не замужем?

― Эта яхта для проституток, что я не могу здесь находиться одна? Отпусти меня и исчезни. На десять лет, а еще лучше на всю жизнь, чтобы я больше не видела тебя. Никогда!

Он посмотрел по сторонам и бросив взгляд на мои губы, неожиданно затащил в тамбур и пригвоздил к стене, нависая надо мной грозной тучей.

― Огорчу тебя, малышка. Там, где я, там всегда опасно.

― Наркотой промышляешь? Не низко пал, великий Коваль?

Он прищурился и в один момент ослабил хватку на моих руках, а после и вовсе отпустил. Я стояла смотрела на него и не могла поверить, что вижу его спустя долгие годы. Как сильно и долго я мечтала о нем. Как ждала. Как хотела ощутить его губы на своем теле.

Я едва не пискнула от отчаяния, и медленно развернувшись, пошла в сторону своей каюты. Ноги практически не держали, душевная боль накрыла меня с головой, и я, схватившись за поручень, с силой прикусила губу, чтобы не разреветься при нем. Не хотела, чтобы он видел мои слезы, чтобы знал, как мне больно, даже спустя время.

Моя слабость точно не для него. Я попыталась сделать глубокий вдох, но вышло очень плохо и прерывисто. Внутри все дрожало, а душу скручивало в тугой узел, напоминая, чем может закончиться эта встреча. Как долго после я буду собирать себя по частям и смогу ли сделать новый вздох, зная, что этот мужчина никогда не будет моим?

Яхта пошатнулась, а вместе с ней и я не удержалась на ногах и стала заваливаться, когда вдруг меня подхватили крепкие руки. В нос снова ударил знакомый аромат, и я, прикрыв глаза, постаралась прогнать чувство дежавю. Какого черта меня отбросило на десять лет назад?

Давид прижал меня к груди и куда‐то понес, а я пыталась найти в себе силы, чтобы прогнать дурацкие воспоминания из прошлого. Но, как это сделать, когда тебя держат руки, о которых ты мечтала больше всего на свете? Его запах, его дыхание, его сила.

Я медленно подняла веки и взглядом застыла на темно‐карих глазах. Давид смотрел на меня, и в душе что‐то перевернулось от его пронзительного внимания. Мне захотелось быть ближе к нему. Настолько ближе, насколько он позволит мне. Но позволит ли?

Мы оказались в каюте. Огромной, явно из тех, что люкс‐класса и предназначался для богатеньких, которые могли себе позволить подобные апартаменты. Я тоже сняла не дешевую каюту, но то, как выглядела эта комната, явно не вязалось с моим пониманием. Для чего весь этот пафос? Богатые дяди не любят простоту?

Давид поставил меня на пол и прикрыв за собой двери, прошел по каюте. Схватил со стола бутылку виски и плеснул в два стакана. Я втянула через нос воздух и прикусив губу, громко выдохнула. Напряжение росло, нервы закручивались в тугую спираль, и не выдержав, я обняла себя руками. Зачем он принес меня сюда? Разве он здесь не с женой?

Я поджала пальчики на ногах, а Давид, развернувшись и держа в руках два стакана, уверенной походкой прошел ко мне. Протянул один стакан и прищурившись, посмотрел так, словно изучал меня. По коже побежали мурашки. Я выхватила один стакан и облизнув губы, с вызовом во взгляде посмотрела на него. Сделала глоток виски, чувствуя, как алкоголь неприятно обжигает горло и зажмурилась от горечи.

― Маленькие девочки не любят крепкий алкоголь?

― Я предпочитаю вино. И давно уже не маленькая девочка.

Он ухмыльнулся и взглядом обвел мою фигуру, отчего соски напряглись и натянули ткань моего топа. Черт, я же подумать не могла, что окажусь перед Давидом. Знала бы, натянула бы на себя десять кофт, а еще лучше мешок, чтобы не видеть его заинтересованный взгляд на моей груди.

― Я вижу, что не маленькая, ― двусмысленно ответил он, и неожиданно приподняв стакан, принялся выливать его содержимое на мою грудь.

― Что ты… ― на выдохе произнесла я, но договорить так и не нашла в себе силы.

Моя грудь набухла, соски налились и превратились в две тугие горошины, которые теперь четко очерчивались благодаря мокрой ткани. Давид наслаждался тем, что видел, вызывая во мне бурю негодования и… и желания. Черт!

― Однако надо прятать все это, а не на показ выставлять, ― произнес он стальным голосом и слегка наклонившись, отставил пустой стакан на тумбочку.

― Ты…

Его рука накрыла мою грудь, и он большим пальцем надавил на сосок, вырывая из моего рта приглушенный стон.

Между ног стало жарко и влажно, и я поняла, как сильно хочу почувствовать его руки в своих трусиках. Но говорить об этом я не решусь.

В следующую секунду он резко дернул топ вниз, освобождая мою изнывающую по ласкам грудь. Я прикусила губу и расправила плечи, готовая к тому, что сейчас между нами произойдет. Я понимала, для чего он меня сюда принес, и была не против. Пусть только сделает это, чтобы я познала хотя бы раз в жизни, как это заниматься любовью с любимым человеком.

― Сколько рук касалось твоей груди?

― Тебе не кажется этот вопрос неуместным? По крайней мере в эту минуту?

― Я жду ответ, ― стальным голосом произнес он, заставляя меня сцепить зубы от злости.

― Возможно я одна из эскортниц, которых ты наверняка привык здесь видеть.

― Откуда тебе знать, что я привык видеть. Ты следишь за мной?

― Не много ли чести следить за тобой? Или ты считаешь, что у меня нет своей личной жизни?

Давид нагло ухмыльнулся и большими пальцами обеих рук накрыл мои соски. Я выдохнула и снова почувствовала между ног горячую волну возбуждения. Никогда с Ильей подобного чувства у меня не было. А Давиду стоит только прикоснуться, и я готова отдаться ему в первую же встречу. Но разве не об этом я мечтала?