Читаем Новенькая онлайн бесплатно

Моей любимой Звёздочке.

«Может быть, кто-то в этой

повести попытается разглядеть себя?

Не стоит. Это всего лишь история,

а не Ваше отражение в зеркале».

(Евгений Натаров)

Все персонажи вымышлены, совпадения случайны.

Глава 1

1

Мария Ивановна вошла в класс. Ученики дружно встали, приветствуя педагога.

– Здравствуйте. Садитесь, – Мария Ивановна посмотрела поверх очков на присутствующих и указала рукой в сторону двери. – Хочу представить новую ученицу. С сегодняшнего дня она будет вместе с вами «грызть гранит науки».

На пороге стояла «новенькая»: среднего роста, джинсы по щиколотку, худи чёрного цвета, волосы до плеч, с нижними прядями, выкрашенными в фиолетовый цвет.

– Если честно, не совсем представляю, зачем переводиться в конце учебного года в другую школу, – пожала плечами Мария Ивановна. – Осталось три месяца: март, апрель, май. И всё. Финиш. А ты переводишься в новую школу? Может, откроешь завесу тайны мне и своим новым товарищам? Чем вызвана такая поспешность?

– Семейными обстоятельствами, – голос новенькой оказался низким и не совсем сочетался с хрупкой фигурой.

– Понятно, – нараспев произнесла Мария Ивановна. – Не любишь откровенничать?

– Куда мне сесть? – спросила новенькая, проигнорировав вопрос педагога.

– Туда. На последнюю парту, – Мария Ивановна, не глядя, махнула рукой в сторону стены, увешанной портретами литературных гениев.

– Меня Марусей зовут, – представилась девочка одноклассникам, глядевшим на новенькую с нескрываемым любопытством.

– Ах, да, – Мария Ивановна сдвинула брови. – Забыла представить. Маруся Макарова. Прошу, по возможности, любить и жаловать. Садись уже, не стой.

Маруся медленно пошла в конец класса, придерживая большим пальцем правой руки лямку рюкзака, висевшего на плече. Поравнявшись с последней партой спросила:

– Здесь свободно?

Вихрастый парень, улыбаясь, смотрел на неё сквозь очки. Толстые линзы увеличивали глаза и от этого они казались большими и удивлёнными.

– Свободно, садись, – «очкарик» передвинул книги на свою половину парты. – Я – Лука. А ты Маруся?

– Да, Маруся. Привет.

– Будем знакомы, – Лука перешёл на шёпот. – Я всё время один сидел. Сначала на первой парте, потому что плохо вижу. А потом, как-то незаметно, перебрался в самый конец класса.

– А чего так? – Маруся скосила глаза на соседа.

– Я очки ношу и меня дразнят «очкариком». А ещё «циклопом», из-за толстых стёкол. Очки в таком возрасте многие считают недостатком. Наверное, поэтому с друзьями у меня не сложилось. Но я не обижаюсь, – Лука вздохнул. – А у тебя есть кличка?

– Нет. Я же не собака.

– Скоро будет, – прошептал Лука.

– Это, если я захочу, – Маруся серьёзно посмотрела на соседа.

Раздался громкий хлопок. Учительница стукнула полуметровой линейкой по столу. Маруся вздрогнула, Лука втянул голову в плечи.

– Во время урока в классе должен быть слышен только мой голос, – грозно произнесла Мария Ивановна, выделяя каждое слово. – Я понятно говорю?

– Вы это мне? – уточнила Маруся.

Мария Ивановна медленно встала и направилась к Марусиной парте. Учительница была похожа на ледокол, пробивающий себе дорогу в арктических торосах. Она подошла вплотную и, наклонив голову, пристально посмотрела Марусе в глаза.

– Для своих тринадцати лет – ты дерзкая. Любишь спорить и доказывать свою правоту?

Класс затих. Было слышно, как за окном, в квартале от школы, просигналила машина.

– Я люблю честность и справедливость, – Маруся спокойно выдержала взгляд педагога.

– Не так надо начинать знакомство с новым коллективом, – язвительно прошипела Мария Ивановна.

– А как надо?

Звонок об окончании урока прозвучал, как гонг на боксёрском ринге. Ученики оставались на своих местах, привычно ожидая команды. Мария Ивановна медленно выпрямилась, оглядела класс и снисходительно объявила:

– Урок окончен. Все могут идти на перерыв. Обращаю внимание: идти, а не бежать сломя голову.

***

На перемене одноклассники обступили новенькую.

– Ну, ты крутая!

– Поспорила с самой МарИвой!

– Она смелая!

– Нет, она – самоубийца! Ха –ха –ха.

– Дерзкая! А может быть новенькая – наглая?

– Может – дикая?

– Разошлись, муравьи, – две девочки в одинаковых ярких нарядах и с одинаковыми причёсками, раздвинув одноклассников, подошли к Марусе. – А ты, клёвая. Нам нравятся смелые и прикольные девчонки. Идёшь в нашу команду?

– Какую команду? – Маруся с удивлением смотрела на оживших персонажей детского комедийного сериала.

– Мы главные в этом классе. Я – Ева, – представилась та, что повыше. – А это мой второй номер – София.

– Привет, – София, приторно улыбнувшись, помахала Марусе рукой.

– Сегодня будет дискотека? – спросила Маруся, недоумённо разглядывая эклектичные наряды подружек.

– Нет. Почему ты так решила? – Ева поправила волосы, заплетённые в косички.

– Любишь танцевать? – вставила свой вопрос «второй номер».

– Просто вы одеты, как на дискотеку, – улыбнулась Маруся.

– Мы всегда яркие и клёвые, – одновременно пропели подружки и отбили ладошками «пять».

– Сладко-леденцовые, – передразнила их в рифму девочка с короткострижеными чёрными волосами.

– «Серой мышке» слово не давали, – Ева изменила интонацию с карамельно-приторной на грозно-ядовитую.

– «Серая мышка» – это её кличка, – ехидно уточнила «второй номер».

– Почему «серая мышка»? – спросила Маруся.

– Потому, что она маленькая, тихая и одевается не ярко, – пояснила Ева.

–Это не повод, чтобы унижать человека, – возразила Маруся. – Одежда – это дело вкуса каждого. А, как известно, о вкусах не спорят.

– Вы посмотрите на неё – а она и правда, дикая, – Ева брезгливо взглянула на Марусю. – Мы предлагаем нашу дружбу только один раз. София, мы уходим.

– Только один раз, – эхом отозвалась «второй номер», скорчив обиженную физиономию.

Маруся подошла к «серой мышке» и улыбнулась, протянув руку для приветствия.

– Будем знакомы? Я – Маруся.

– Варя, – глаза девочки блеснули яркими лучиками радости. – Хочу предупредить – Ева и Соня не любят, когда с ними так жёстко. Они могут озлобиться.

– Нормально. Забей, – Маруся махнула рукой. – А ты чего одна?

– Я в этой школе тоже новенькая. Пришла в сентябре, в начале учебного года. Общаюсь ровно со всеми, а по-настоящему ещё не успела ни с кем подружиться, – и, через паузу, вздохнув, Варя продолжила: – Честно говоря, со мной не особо хотят общаться. Понимаешь, Маруся, в нашем классе, каждый человек состоит в каком-нибудь микро-коллективе, с закрытым доступом. Здесь популярны, так сказать, кружки по интересам.

– Дай угадаю: а тебя никуда не принимают?

– В общем, да. Сначала ко мне приглядывались. Тестировали по стандартным показателям. Наверное, пытались понять к какой социальной группе меня отнести. А теперь я и сама, не особо хочу вступать ни в какую команду.

– Клановая система – это не есть «хорошо», – покачала головой Маруся.

– Когда ты одна, то сложно судить сообщество, – вздохнула Варя.

– Теперь ты уже не одна. Теперь нас двое.

– Я рада, – улыбнулась Варя. – Ты мне сразу понравилась.

– А всё-таки, почему «серая мышка»? – спросила Маруся.

– Это Ева с Софией так решили. Но они меня ещё плохо знают, да и не было случая проявить себя, – Варя показала сжатые зубы, и, имитируя волчий оскал, зарычала. – А, как видишь, клыки у меня есть и они острые.

Звонок поторопил школьников занять свои места в космическом корабле, улетающем на «планету знаний».

2

Первый учебный день в новой школе подошёл к концу. Маруся вышла на улицу и жадно вдохнула свежий весенний воздух. Ветер дунул в её волосы и они, взмахнув прядями, словно крыльями, рассыпались по плечам. Через парк, прилегающий к школе, уходила Варя, пиная ногой, пустую банку из-под чипсов.

– Варя! – окликнула одноклассницу Маруся и помахала рукой. – Подожди!

Варя остановилась, улыбаясь краешками губ и поджидая новую подружку.

– Я пойду с тобой, если не возражаешь? – предложила Маруся.

– Конечно, не возражаю и даже наоборот – очень рада. А ты где живёшь?

– В двух кварталах отсюда.

– Отлично. Тогда нам по пути, – обрадовалась Варя. – Мы ведь почти соседи, а друг друга ни разу не встречали. Странно, да?

– Это нормально. Просто, мы раньше снимали квартиру в другом районе. А сюда переехали зимой. Эта школа оказалась ближайшей и наиболее полно отвечающей предпочтениям моей мамы. Она очень серьёзно относится к месту моей учёбы. А ещё не приемлет государственных учебных заведений. Так я здесь и оказалась.

– У меня аналогичная история, – улыбнулась Варя. – Скажи, а в твоей старой школе было лучше, чем здесь?

– Сложно сравнивать, проучившись только один день. Просто, в старой школе я провела несколько лет и оттого она мне роднее и ближе. Но могу сказать точно, что учителя там другие. Более душевные, наверное. Таких узурпаторов, как Мария Ивановна, точно не было.

– МарИва педагог старой закалки и пытается в школе держать жёсткую дисциплину, проверенными временем методами, – покачала головой Варя. – Ты сегодня с ней пошла на конфликт. Будь осторожна, Маруся, она этого не забудет и не простит. Теперь ты для неё – цель номер один.

– Посмотрим ещё, кто для кого «цель номер один», – усмехнулась Маруся.

– Может, по дороге, зайдём в блинную или бургерную? – предложила Варя. – Отметим начало учебного года.

– Конечно, – обрадовалась Маруся. – И ещё отметим наше знакомство. Только пойдём в хорошее кафе. Выпьем чаю или кофе, съедим по вкусному десерту.

– Нет, Маруся, я не могу в кафе, – смутилась Варя.

– Не парься, подруга, я угощаю. От чистого сердца, – Маруся обняла Варю за плечи. – Я знаю рядом неплохое место, где шеф-кондитер готовит настоящие французские десерты. Идём, тебе непременно понравится.

***

Колокольчик звякнул на двери при входе в кафе, извещая бариста о новом госте. Варя улыбнулась, с наслаждением вдохнув шоколадно-ванильный аромат кофе и булочек.

– Ну как тебе заведение? – спросила Маруся, скидывая рюкзак и плащ.

– Зачётное место, – радостно ответила Варя, аккуратно повесив куртку на спинку кресла.

Официантка принесла меню и притворно-бодрым голосом задала дежурный вопрос: «Что-нибудь закажете сразу или будете выбирать?»

– Мы ещё не определились. Чуть позже будем готовы и Вас позовём, – привычно ответила Маруся.

– Здесь дорого, Маруся, – настороженно произнесла Варя, глядя в меню.

– А ты закрой цены ладошкой и выбери то, что покажется достойным внимания. Я же сказала, что угощаю.

– Кого я вижу, – раздался елейный голос Евы. – Глазам своим не верю.

– Какими судьбами? – с той же интонацией произнесла вопрос София.

– А, сладко-леденцовая парочка, привет, – помахала рукой Маруся, внезапно появившимся одноклассницам.

– Девочки, вы не заблудились? – театрально округлила глаза Ева. – Это не блинная и не пельменная.

– И не шаверма, – подыграла подруге София.

Подружки притворно засмеялись отбив друг другу «пять».

– Ой, а мы не посмотрели на вывеску, когда заходили, – Варя обхватила щёки ладошками и закачала головой. – Что будем делать, Маруся?

– Теперь не знаю, Варя, – включилась в игру Маруся. – Может, уйдём отсюда?

– Это будет правильное решение, – согласно закивала головой Ева. – Это же французская кондитерская, девочки. Дорогое заведение. Не ваш формат.

– Совсем не ваш формат, – поддакнула София, ехидно улыбаясь.

– Нет. Мы всё же останемся. Неудобно будет уйти, ничего не отведав, – надула губы Маруся. – А вы не могли бы нам помочь, девочки?

– Как помочь? – насторожилась Ева.

– Деньгами? – уточнила София.

– Нет. Деньги у нас есть, спасибо, – Маруся развернула меню. – Вы могли бы нам помочь сделать правильный выбор. Вот, например, порекомендовать какой-нибудь десерт. Похоже, что вы здесь частые гости, да?

– Конечно, – заносчиво ответила Ева.

– Часто бываем, – гордо ответила София.

– Хорошо. Тогда подскажите, что мне заказать: бламанже или парфе? – Маруся в упор смотрела на подружек.

– Я думаю… Ну… Наверное…, – Ева покраснела.

– Ой, а я постоянно путаюсь в этих французских названиях, – притворно захихикала София.

– Тогда специально для вас, сладко-леденцовые подружки, экскурс в кондитерский мир Франции, – развела руки в стороны Маруся. – Бланманже – это сладкое желе из коровьего или миндального молока, которое подается холодным. Парфе – лакомство из взбитых сливок с сахаром и ванилью, обладающее поистине изысканным вкусом. Надеюсь, вам пригодится эта информация. Для общего развития.

– «Кринжово», да, красотки? Куда же вы?! – засмеялась Варя, прокричав вслед спешно удаляющимся подружкам.

– Я так понимаю, это и был ваш заказ? – весело улыбаясь, спросила официантка, невольно ставшая свидетельницей пикировки одноклассниц.

– Точно так. И чайничек зелёного чая, пожалуйста, – добавила Маруся.

– Отличный выбор, – похвалила официантка.

***

– Ну как, понравился десерт? – спросила Маруся.

– Очень. Спасибо, Маруся, – улыбнулась Варя. – Давай ещё посидим, поболтаем.

– Конечно, посидим. Торопиться некуда и незачем. Сегодня наш день, – согласилась Маруся. – Ты мне расскажешь о себе. Хочу узнать тебя поближе.

– Хорошо. Расскажу, – вздохнула Варя. – Только я не знаю, с чего начать?

– Детский сад можно опустить, – засмеялась Маруся.

Варя положила голову на ладонь правой руки и, немного подумав, начала рассказ.

– Мы живём вместе с мамой Наташей в съёмной однокомнатной квартире. Она работает продавцом-кассиром в крупной торговой сети. Деньги получает нормальные, но за это приходится много работать. Есть бабушка Виолетта, по маминой линии. Она какой-то там заслуженный деятель каких-то искусств; живёт в Москве. Всё зовёт нас переехать к ней, но мама не хочет. Говорит, что родственников лучше любить на расстоянии. Мы не часто с ней видимся. Раньше я ездила к ней на каждые летние каникулы, а теперь перестала.

– Поссорились? Идеологические разногласия по вопросу исторической роли современного подростка в развитии вселенной? – улыбаясь, спросила Маруся.

– Нет. Просто, в какой-то момент я поняла, что общение мне больше не приносит удовольствия. Бабушка хорошая, добрая и заботливая. Но, доброта иногда принимает катастрофически убийственные формы: окутывает, обволакивает и захватывает так, что становится трудно дышать и двигаться самостоятельно. А ещё бабушка очень правильная, какая-то. Весь уклад её жизни подчинён строгому регламенту и здравому смыслу. Практически армейский распорядок дня. А ещё, она очень любит учить жизни и критиковать маму. Раньше я на это не обращала внимания, а теперь меня это просто бесит. Мама работает день и ночь, чтобы у меня было всё необходимое и не хуже, чем у других. Её просто не за что критиковать и ругать. А бабушка постоянно её в чём-то обвиняет. И потом, в Москве у меня нет ни подруг, ни друзей. Весь круг общения – это бабушкино интеллигентное сообщество. Этакий клуб рафинированных престарелых эстетов, которые каждый раз, когда обращаются ко мне, говорят: «Сударыня, не соблаговолите ли Вы?» или «Будьте так любезны, юная леди». Когда я возвращаюсь домой, в Питер, мне кажется, что я вся пропахла нафталином. И в прямом и в переносном смысле.

– А твой папа?

– Папа погиб, когда мне было два года,– вздохнула Варя.

– Прости, я не знала.