Читаем Ник онлайн бесплатно
– Даже не знаю, что и сказать. Про запасы жизненной энергии я тебе говорила. Но если и получится отправить – держать связь с ними на большом расстоянии не смогу.
– Ну ты же как‑то задавала программу действий конструктам, которые искали в округе тех же горных козлов и приводили к тебе.
Девушка снова задумалась.
– Если дать примерное направление, расстояние, – забормотала она, – внешний вид зданий, городов… ауру отца я не помню, вернее, помню, но привязку дать все равно не смогу, надо иметь хотя бы отпечаток. Следы моей ауры в наших домах давно развеялись… Не получится. На внешность папы ориентироваться нельзя – конструкты чародея моего уровня плохо узнают человека по внешнему виду. Много ошибок. Так…
– Про отца не думай, это моя забота. Думай, как сделать так, чтобы конструкты нашли нужные места.
– А как насчет энергии?
Я рассказал ей, что мне пришло в голову ранее. Карина вдруг хлопнула себя по лбу:
– Вот я дура! Такое простое решение! Правда, если попадется чародей, он может уничтожить конструкт – поди разбери, что в нем сокрыто… А так да, хорошее решение.
– Еще давайте! В комбинациях с разных положений! – крикнул я, бегая по отдельно очерченной площадке, резко меняя направление движения.
С трех сторон в меня полетели, с азартом выпускаемые мужиками из сделанных мною же амулетов, различные плетения как боевого, так и небоевого характера. На площадке, тоже в хаотичном порядке, были раскиданы подобные плетения. Результат пока удручал: Драко где‑то в половине случаев не разбирался в их назначении – то псевдобоевые пропустит, то безобидные уничтожит.
Это я типа придумал потренировать Драко, чтобы он отличал хотя бы на примерном уровне опасные магические прибамбасы от безобидных. Ну вроде тренировки‑обучения нейронной сети. Только компа нет, поэтому приходится прогонять разные ситуации не виртуально, а в реале, корректировать и снова испытывать. Правда, и Драко – не тупая нейронная сеть, так что надежда есть. Плетения, разумеется, не совсем боевые, я их формировал совершенно разной, случайно генерируемой формы и назначения (без запитывания энергией), подсказывая дракончику, какие пропускать, а какие нет. Причем реагировать он должен был мгновенно. Чувствую, что дело в общем‑то гнилое. Нет, это поможет, но тут надо все же обладать навыками Умника или хотя бы моими, чтобы на ходу хоть примерно определять, что за гадость в тебя летит, особенно если она неизвестна. В целом все эти настройки мне нужны, чтобы можно было не выключать магическую защиту и чтобы больше не могла сложиться ситуация, подобная той, когда похитили Карину.
Чародейка, кстати, все же воодушевилась моими словами и решила прыгнуть выше головы – создать конструкт, достойный чего‑то там… Я не очень понял ее бормотания, да и не вслушивался. Главное, что она отвлеклась от своих переживаний и начала работать. Тем более что по какой‑то причине после своего почти коллапса она стала значительно сильнее. Но с новыми возможностями ей надо еще освоиться. Вероятно, случившееся расшатало и расширило ее энергетические каналы или еще что‑то, но остановилось на краю, не разрушив систему.
Карина, кстати, не сразу, но выгнала меня из домика, сказав, что я ее отвлекаю. Сколько она уже переделала этих конструктов! Пару десятков точно. Но каждый из них после внимательного изучения браковала. Я сначала решил понаблюдать за работой настоящей чародейки, и Карина даже была не против. Обняв ее сзади, я после нескольких минут медитации синхронизировался с ее аурой, а если точнее – с ментальной составляющей, и, можно сказать, почти сам участвовал в создании конструкта. Мелькали образы домов, людей, зданий. Какие‑то из них Карина останавливала как стоп‑кадром, в ее душе начинала звучать иногда приятная и мелодичная, а порой и диссонирующая нота, образ начинал скукоживаться, сворачиваться и… оставался в воздухе в виде полуразмытого энергетического облачка.
Затем шел другой стоп‑кадр, который присоединялся к предыдущему. Накопив достаточно образов, Карина на мгновение замирала, а затем в ее душе возникало сильное чувство стремления вперед, оно сопровождалось простенькой энергичной мелодией. Волны возмущений накладывались на висящую в воздухе энергетическую кляксу, по которой шли переливы, деформации и изменения формы и… В общем‑то, это было все. Минут пять на внимательное обследование конструкта – вот тут я уже ничего не мог уловить, кроме размытых образов, – и разочарованная отмашка рукой, после которой конструкт развеивался.
