Читаем Нигилист онлайн бесплатно

Государственное издательство «Художественная литература»

Москва – 1936

Электронное издание осуществлено в рамках краудсорсингового проекта «Весь Толстой в один клик»

Организаторы:

Государственный музей Л.Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY

Подготовлено на основе электронной копии 7-го тома Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого, предоставленной Российской государственной библиотекой

Электронное издание 90-томного собрания сочинений Л.Н. Толстого доступно на портале www.tolstoy.ru

Предисловие и редакционные пояснения к 7-му тому Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого включены в настоящее издание

Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам info@tolstoy.ru

Перепечатка разрешается безвозмездно

–

Reproduction libre pour tous les pays.

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л.Н.Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л.Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером –компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л.Н. Толстого.

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Л. Н. ТОЛСТОЙ

1862 г.

Размер подлинника.

Глафира Ѳеодоровна, старая барыня.

Ѳіона Андреевна, ея приживалка.

Семенъ Иванычь, сынъ Глафиры Ѳеодоровны, помѣщикъ лѣтъ 40.

Марья Дмитріевна, его молодая жена

Люба, ея сестра.

Наталья Павловна, подруга Любы.

Николинька, гимназистъ, племянникъ Семена Иваныча.

Хрисанфъ[1] Васильевичъ, студентъ, нигилистъ, учитель Николеньки.

Дѣйствіе происходитъ въ деревнѣ Семена Иваныча.

Глафира Ѳеодоровна, Ѳіона Андреевна, Семенъ Иванычь (за чайнымъ столомъ).[2]

Глафира Ѳеодоровна.

Сеня, ты вотъ назвалъ гостей, а я и ума не приложу. Добро бы были люди путные, а то Богъ знаетъ кто. Вчера въ кладовую забрались, все перерыли, затѣи тамъ какія то. Съ прислугой нынче и такъ бѣда. Охъ, ужъ эта мнѣ молодежь!

Ѳіона Андреевна.

И-и,[3] батюшка, по нынѣшнимъ временамъ ужъ не гостей звать. У Животовскихъ, въ Золотухинѣ, изволили слышать, кучеръ въ окошко влѣзъ.

Семенъ Иванычъ.

Не въ кучерѣ дѣло, Глафира Ѳедоровна. Отчего же, маменька, молодежи не повеселиться? Одно удивительно, куда они всѣ дѣлись?

Глафира Ѳеодоровна.

Да, мой другъ, ты вотъ думаешь объ ихъ удовольствіи, а они всякое уваженіе къ старикамъ потеряли. Твои имянины, никто до сихъ поръ и не поздравилъ.

Ѳіона Андреевна.

Все, матушка, новые порядки, генелисты[4] завелись. A всѣхъ напоить, накормить надо.

Семенъ Иванычъ.

Да много ль же ихъ? И изъ чего вы, маменька, дѣлаете такое затрудненіе? Племянника на вакаціи нельзя было не взять, ну, съ нимъ учитель, студентъ....

Глафира Ѳеодоровна.

Ахъ, мои батюшки,[5] нельзя же....

Ѳіона Андреевна.

Матушки, свѣты!

Семенъ Иванычъ.

Потомъ, свояченицу изъ института отпустили, а съ ней подруга, очень милая дѣвушка.

Глафира Ѳеодоровна.

Ужъ эти подруги, зададутъ онѣ тебѣ.

Ѳіона Андреевна.

Зададутъ, матушка, зададутъ.

Семенъ Иванычъ.

Что?

Глафира Ѳеодоровна.

Ничего.

Ѳіона Андреевна.

Ничего, батюшка, сахарку пожалуйте.

Тѣ же, и входитъ Марья Дмитріевна.

Семенъ Иванычъ.

А, вотъ и она.

Марья Дмитріевна (въ дверяхъ).

Смотрите жъ, не забудьте. (Подходитъ ко всѣмъ поочереди и цѣлуетъ мужа.) Здраствуй, мой другъ, поздравляю тебя. Здраствуйте, maman, поздравляю васъ съ имянинникомъ. Ѳіона Андреевна, мое почтеніе.

Глафира Ѳеодоровна.

Нынче кажется, ma chère,[6] для насъ радостный день.

Марья Дмитріевна.

Знаю, слишкомъ хорошо знаю. (Цѣлуетъ мужа.)

Семенъ Иванычь.

Ты не видала, гдѣ всѣ, гдѣ Люба и вся молодежь?

Марья Дмитріевна.

Видѣла… ахъ нѣтъ, не видала…

Глафира Ѳеодоровна.

То ли дѣло въ наше время! бывало, какъ покойный мой Иванъ Захарычъ имянинникъ, чѣмъ свѣтъ встанешь, все осмотришь, приготовишь сюрпризы тамъ разные, букеты. Кто стихи выучитъ, сестра разъ куплетъ на клавикордахъ разучила…

Ѳіона Андреевна.

А помните, матушка, какъ комедію играли, – струну?

Глафира Ѳеодоровна.

Какую струну?

Ѳіона Андреевна.

Такъ заглавіе было.

Глафира Ѳеодоровна.

Войдетъ, мой голубчикъ, пойдутъ поздравленія, даже со стороны трогательно смотрѣть. Не такъ у васъ.[7]

Ѳіона Андреевна.

Безъ слезъ вспомнить не могу. Вотъ ужъ имянины, такъ имянины, не то, что въ нынѣшнее время… На ихъ любовь глядючи наплачешься. (Плачетъ.)

Марья Дмитріевна.

Такъ вотъ какъ бывало, maman, – а теперь хуже?

Глафира Ѳеодоровна.

Да, мой другъ, хуже.

Тѣ же; вбѣгаютъ Наталья Павловна, Люба и студентъ.

Люба.

Здраствуйте, Глафира Ѳедоровна, честь имѣю поздравить съ имянинами! Здраствуйте, Семенъ Иванычь, и васъ поздравляю.

Наталья Павловна (жеманно присядаетъ).

Bonjour, madame, je vous félicite, et vous aussi, monsieur.[8]

Люба (весело).

Что это вы плачете, Ѳіона Андреевна! (Отходитъ въ сторону.)

Хрисанфъ Васильевичъ (къ Машѣ тихо). Досталъ, посмотрите.

Марья Дмитріевна (тоже тихо).

Хорошо, очень хорошо.

Семенъ Иванычь.

Что? (Сцена общаго молчанія.)

Крисанфъ Васильевичъ (къ Семену Иванычу).

Такъ какъ существуетъ обычай поздравлять, то и я поздравляю васъ.

Семенъ Иванычь (къ Марьѣ Дмитріевнѣ).

Чтò, ты не видалась съ Крисанфомъ Васильевичемъ?

Марья Дмитріевна (съ замѣшателъствомъ).

Нѣтъ.... Да.... Нѣтъ, мы не видались, здраствуйте.

Хрисанфъ Васильевичъ (кланяясь).

Нѣтъ мы уже видѣлись съ вами. (Къ приживалкѣ.) Что это вы, Ѳіона Андреевна такъ разрюмились? Въ нынѣшнія времена прогресса доказано, что слезы есть только отправление организма.

Ѳіона Андреевна.

Ну васъ съ сурганизмомъ,[9] я те сама[10] такъ обругаю, и почище васъ видала. (Отворачивается.)

Глафира Ѳеодоровна.

Очень рада, mes chers amis,[11] что пріѣхали навѣстить моего сына, боюсь только не соскучились бы съ нами старухами.[12] Теперь время уже не то. Et vous, ma chère, avez vous terminé vos études?[13] (Обращается къ Натальѣ.)

Наталья Павловна.

Non, madame, pas encore.[14] – (Люба дергаетъ ее сзади за платье.) Нельзя, узнаютъ.

Марья Дмитріевна.

Ахъ, какъ здѣсь жарко. (Идетъ къ молодежи.) Ради Бога, осторожнѣе,[15] чтобъ онъ не видалъ! (Молчаніе.)

Глафира Ѳеодоровна.

Какъ однако твоя жена скоро сошлась съ этими господами.

Семенъ Иванычь.

Что?

Ѳіона Андреевна.

Очень обходительна. 

Тѣ же и Николинька.

Николинька (вбѣгаетъ).

Поздравляю васъ съ имянинникомъ,[16] Глафира Ѳеодоровна, и васъ, дядинька. (Кланяется комично Ѳіонѣ Андреевнѣ; отходитъ къ молодежи; перешоптываются и всѣ убѣгаютъ.)

Семенъ Иванычь (имъ въ слѣдъ).

Маша, a Маша!

Глафира Ѳедоровна, Ѳіона Андреевна и Семенъ Иванычъ.

Глафира Ѳеодоровна.

Да, мой другъ, молодость[17] нынче по своему смотритъ на эти вещи. Не скажу, чтобъ была большая разница въ вашихъ лѣтахъ,[18] все таки могла бы оказать больше вниманія. Грустно, очень грустно.

Ѳіона Андреевна.

Точно всѣ на пожаръ побѣжали.

Семенъ Иванычъ (съ сердцемь).

Ужъ вы то молчите! (Ѳіона Андреевна встаетъ съ испугомъ.)

Глафира Ѳеодоровна.

Ахъ, мой другъ, какъ ты кричишь. Жена твоя убѣжала съ этимъ стюдентомъ, вмѣсто того, чтобъ съ мужемъ посидѣть, а она-то чѣмъ виновата, что ты приревновалъ ее къ этому мальчишкѣ.

Семенъ Иванычъ (вставая).

Ахъ, maman, что вы только говорите! Съ какой стати! Неужели я унижусь до такой степени, чтобъ ревновать! И слово то это мнѣ мерзко. (Съ сердцемъ стукаетъ кулакомъ по столу) А позвольте мнѣ сказать, что ежели вы хотите меня поссорить съ моей женой....

Глафира Ѳеодоровна.

Ахъ, батюшка, Христосъ съ тобой, на меня то не кричи. Назвалъ Богъ знаетъ кого, а я виновата. Пойдемте, Ѳіона Андреевна, я вижу, что мы лишнія.

Ѳіона Андреевна.

Лишнія, матушка, лишнія. (Уходятъ.)

Семенъ Иванычъ (одинъ).

Ревновать – не ревновать, это глупости. Но странно, дѣйствительно странно. Что за перемигиванье, перешоптыванье, – убѣжала.... И всѣ онѣ, эти дѣвчонки, обрадовались этому костлявому Крисанфу какому то. Все это примѣръ.[19] Дѣвчонки кокетничаютъ, и она зa ними. Но то дѣвчонки! Непостижимо![20] Однако, что это за таинственныя улыбки, перемигиванье? Ахъ, какъ досадно! Нѣтъ, это даже страшно… Да, страшно. Ахъ, женщины![21] (Уходитъ.)

Марья Дмитріевна, Люба, Наталья Павловна, Николинька разсматриваютъ транспарантъ. Въ комнатѣ безпорядокъ, бумага, крахмалъ, костюмы.

Марья Дмитріевна.

Отлично, отлично устроилъ Хрисанфъ, намъ Богъ послалъ этаго Хрисанфа.

Наталья Павловна (смѣется).

Ахъ, Марья Дмитріевна, какъ онъ мнѣ надоѣлъ? Выдумалъ[22] зa мной ухаживать, говорить о какой то разумной любви, такой противный!

Люба.

Неправда, Маша, она очень рада. Сама съ нимъ кокетничаетъ.

Наталья Павловна.

Я? вотъ еще вздоръ! Нѣтъ, Марья Дмитріевна, это она съ нимъ кокетничала. Все объ эмансипаціи говорила.

Люба.

Нѣтъ ты.

Наталья Павловна (обиженно).

Ужъ извините, совсѣмъ не я.

Люба.

Нѣтъ ты!

Наталья Павловна (тѣмъ же тономь).

Ужъ сдѣлайте милость, не я.

Люба.

Нѣтъ ты.

Марья Дмитріевна.

Будетъ, будетъ вамъ спорить. Пора за дѣло приниматься. У насъ еще и S не конченъ.[23]

Люба.

Нѣтъ, Маша, я не умѣю; надо Христанфъ Васильевича позвать.

Наталья Павловна.

Nicolas, бѣгите за нимъ скорѣй.

(Николинька убѣгаетъ).

Тѣ же, безъ Николиньки.

Наталья Павловна (съ живостью подходитъ къ Машѣ).

Марья Дмитріевна, когда онъ работаетъ, онъ снимаетъ сюртукъ. Вы ужъ ему позвольте. Посмотрите, какая у него рубашка ситцевая.

Тѣ же, входятъ студентъ съ Николинькой.

Марья Дмитріевна.

Стихи готовы?

Люба.

Мажьте сажей transparent, а то я руки замараю.

Наталья Павловна.

Чтожъ фонари?

Хрисанфъ Васильевичъ (останавливается въ дверяхъ).

Вотъ она, равноправность женщинъ. Вездѣ сущимъ можетъ быть только одинъ Богъ, а я всюду не поспѣю. Нѣтъ, я говорилъ вамъ, Наталья Павловна, что еще далеко нашимъ женщинамъ до понятія о разумной любви.

Люба.

Не въ любви дѣло, мажьте сажей.

Марья Дмитріевна.

Снимайте сюртукъ.

Наталья Павловна.

Клейте фонари.

Хрисанфъ Васильевичъ.

Такъ позвольте же. (Снимаетъ сюртукъ.)

Марья Дмитріевна.

Сдѣлайте одолженіе. Николинька, ступай на крыльцо; если кто пройдетъ, бѣги сказать.

Николинька.

Ужъ будьте покойны, ни кота, ни кошки не пропущу. (Убѣгаетъ.) 

Тѣ же, безъ Николиньки (Всѣ обращаютъ вниманіе на рубашку студента.)

Наталья Павловна (насмешливо).

Лиловая!

Марья Дмитріевна ( так же).

Грязная!

Люба.

Съ голубыми цвѣточками!

Xрисанфъ Васильевичъ.

Что? Что?

Люба.

Ничего, я только говорю, что голубенькіе[24] цвѣточки будутъ очень хороши на фонарѣ.[25]

Xрисанфъ Васильевичъ.

Но прошу вашего содѣйствія, господа.

Наталья Павловна.

Хорошо, я подклею. (Подклеиваетъ ему звѣзду на рубашкѣ.)

Люба (краситъ ему воротъ рубашки).

А я подкрашу.

Марья Дмитріевна.

Ну, чтожъ стихи?

Хрисанфъ Васильевичъ.

Позвольте минуту вдохновенія, Марья Дмитріевна. (Проводитъ рукой по волосамъ и мажетъ лобъ сажей.)

Наталья Павловна и Люба (вмѣстѣ).

Еще, еще вдохновенія!

Хрисанфъ Васильевичъ (пачкаетъ опять лицо, не замѣчая этаго).

Извольте. (Отходитъ въ сторону и становится въ позу.) «Съ имянинами поздравить…» Нѣтъ, не хорошо…

Николинька (вбѣгаетъ).

Идетъ, идетъ!

Марья Дмитріевна.

Кто идетъ?

Николинька.

Николай поваръ.

Люба.

Ахъ, дуракъ!

Марья Дмитріевна.

Не въ поварѣ дѣло, а если кто изъ нашихъ придетъ…

Хрисанфъ Васильевичъ.

Позвольте, позвольте, господа. Вы меня измазали и приклеили. Приклеили двояко.

Наталья Павловна.

А стиховъ всетаки[26] нѣтъ.

Марья Дмитріевна.

Ну, какъ хотите съ вашимъ вдохновеніемъ, а мы будемъ клеить.

Хрисанфъ Васильевичъ (въ сторону).

«Съ имянинами поздравить…» Нѣтъ, не хорошо.[27] «Поздравленіе принесть…» (Подумавъ.) Возьму готовое…[28] Пожалуйте, Марья Дмитріевна, готово. (Декламируетъ.)[29]

Хоть поздравлять не современно

Въ костюмѣ граціи съ цвѣтами, —

Я консерваторъ совершенно,

И занята одними вами!

Позвольте еще?

Марья Дмитріевна.

Довольно. Отлично, очень хорошо. Мы въ костюмахъ трехъ грацій поднесемъ ему вензель, и я спою стихи. Очень вамъ благодарна, Хрисанфъ Васильевичъ. (Жметъ руку студенту. Въ это время отворяется окно и показывается голова[30] Семена Иваныча.) (Испуганно, между тѣмъ какъ дѣвочки закрываютъ фонари.) Ахъ, Семенъ Иванычь, не ходи сюда, не ходи!

Семенъ Иванычъ (глядитъ съ ужасомъ на жену).