Читаем Невольный лекарь онлайн бесплатно
Автора вы можете найти тут: https://vk.com/public188668336
Случай первый.
Размеренный стук секундной стрелки выводил Андрея из себя. Мужчина лениво встал с мягкого кресла, в котором дремал до этого. Забравшись повыше, он вытянулся изо всех сил и попробовал снять настенные часы, но достать их так и не смог. Поискав взглядом, и не найдя что можно подложить, мужчина плюнул и вышел в коридор. Оглядевшись по сторонам, он быстро юркнул в соседнюю палату и тяжело упал в похожее кресло. Здесь уже висели электронные часы, и ничто не помешало Андрею быстро уснуть.
Очнулся мужчина от внезапного шума. Едва разлепив глаза, он увидел сердитого врача, что возвышался над ним. Высокий, усатый и грозный. Так выглядел источник шума.
– Николаев, ты что тут делаешь? – спросил доктор, стараясь не сорваться на крик.
Его голос был вкрадчивым и спокойным, но в нем проскальзывали злость и раздражение.
– Вячеслав Андреевич! – вскрикнул Андрей, очнувшись ото сна.
Он быстро вскочил со стула и поправил свой чепчик. Затем заметив в палате спящего ребенка, продолжил уже шепотом:
– Я лишь прикрыл глаза на пару секунд.
Помимо них в палате стоял удивленный мужчина. Он был одет в кожаную куртку, потрепанные джинсы и синие бахилы, надетые на черные лакированные туфли.
– Доктор, что тут происходит и кто этот человек? – спросил удивленный мужчина.
– Это младший медбрат Андрей Николаев, который в связи с чрезмерной загруженностью присел отдохнуть и, похоже, случайно уснул. Я прошу прощения, Иннокентий Александрович, мы обязательно разберемся в этой неприятной ситуации и накажем виновного.
Во время речи доктор всячески старался подать руками сигнал, чтобы Андрей вышел из палаты. Но все еще сонный медбрат не смог вовремя уловить намек, а когда он понял, уже стало слишком поздно.
– Это что, вы здесь спите в палате моей дочери, когда я вам столько плачу? И вместо того, чтобы лечить ее, вы тут прохлаждаетесь!? – непроизвольно повысил голос мужчина, но затем, спохватившись, перешел на шепот, – да я позвоню Вашему и Вашему, – указав сначала на медбрата, а потом и на врача, сказал отец, – начальству. Вы уже месяц не можете определить, что с моей дочерью. Не способны даже боль устранить, – грозно зашипел отец.
Неожиданно от шума в палате проснулась больная девочка. Она лежала на широкой кровати со слегка поднятым изголовьем. Мужчины в палате сразу замолкли. Отец подбежал к девочке, поцеловал в лоб и успокаивающими движениями начал гладить ее по голове. Андрей в это время тихо выскользнул из палаты.
– Прости милая, мы тебя разбудили? – зашептал отец, – сильно болит?
– Совсем не болит, – удивленно сказала девочка.
Она неуверенно, опираясь на руки отца, поднялась и села. На ее лице было сильное облегчение:
– Совсем не болит, папа! – удивленно воскликнула она и попыталась встать.
Ее ослабленные ноги не выдержали такого напряжения, и девочка моментально рухнула. Отец успел среагировать и подхватил дочку, аккуратно посадив на кровать.
– Доктор, как такое возможно? Вы же еще вчера говорили, что все без изменений, – удивленно спросил мужчина.
– Это действительно странно. Еще вчера вечером, когда я проверял ее, изменений и правда не было. Хм, понимаете, – ответил врач, задумчиво поглаживая бороду, – мы все еще не смогли найти причину и не знаем, что именно вызывает боли у вашей дочери. Я буду честен. То, что боль пропала, может быть как хорошим признаком, так и плохим. Либо болезнь отступила, и организм сам поборол ее, либо это наоборот, лишь результат развития болезни. Считаю, что вашей дочке следует здесь еще полежать пару дней, чтобы мы смогли взять и проверить анализы.
– То есть за месяц наблюдений в вашей больницы у вас даже ни одной идеи не появилось!? – снова начал закипать отец.
– Сожалею, на данный момент мы имеем лишь очень смутные представления. Однако уверяю вас, все наши ресурсы направлены на лечение вашей дочери.
Отец хотел еще что-то сказать, но в этот момент заговорила девочка:
– Папа, не ругайся, – устало попросила она.
– Хорошо, доченька, – вздохнул мужчина, продолжая гладить ее по голове.
***
– Ну, и как это понимать!? Ты хоть понимаешь, кто такой Иннокентий Александрович?
– Понимаю, хоть и не знаю, – виновато ссутулившись, ответил санитар.
– Что ты там вообще забыл, ты что, не мог выбрать любую другую палату!? Я молчу о том, что ты вообще спал на рабочем месте, это отдельная история. Но заявиться спать в палату к неизлечимой, поскольку мы не можем найти причину болезни, девочке, когда мы и так под ударом. Я не знаю. Если Иннокентий Александрович решит обратиться к Виктору Семеновичу, даже то, что ты жених мой дочери, тебе не поможет, – затем, перейдя на шепот, добавил про себя: «любовь зла».
– Извините, – только и смог выдавить из себя Андрей.
***
Случай второй.
– Не усни, прошу ради дочери, – устало потирая переносицу, попросил бородатый и строгий мужчина.
– Такого больше не повториться, обещаю.
– Ты мне это уже говори. Смотри, мне удалось тебя прикрыть. Думаю, причиной стало то, что девочка необъяснимым образом вылечилась. Что конечно хорошо. Но плохо, что необъяснимым.
– Вы так и не выяснили, что с ней было?
– Нет, анализы на следующий день показали, – потом доктор осекся, – Зачем я тебе вообще все это объясняю?
– Потому что я жених вашей дочери? – улыбнулся Андрей.
– Смотри, если опять уснешь на рабочем месте, вылетишь отсюда, и даже моя Аня не заставит за тебя заступиться снова. У всего должны быть границы.
***
Закончив обход, Андрей устало направился в палату к тяжелобольному пациенту. Это был пожилой мужчина с лицом, иссеченным глубокими морщинами. Старик периодически вскрикивал во сне, то хмурил лицо, то, словно просыпаясь, стонал от боли, но в себя так и не приходил.
Андрей устроился в кресло, достал свой телефон, и начал решать головоломки. Время тянулось чудовищно медленно. Санитар снова обошел пациентов, умылся холодной водой, посмотрел на часы. Прошло только двадцать минут. Он обреченно вздохнул, снова сел с ногами в кресло и снова открыл головоломки.
Это была нудная скучная ночь. Когда начали приходить люди утренней смены, Андрей не мог поверить, что его дежурство, наконец, закончилось.
Когда санитар направлялся к стойке регистрации, к нему подошел молодой врач, еще в уличной одежде, он подмигнул и с улыбкой спросил:
– Неужели не уснул?
– Сам удивлен, – с усталой улыбкой ответил санитар.
– Ну, знаешь, лучше твоя скука, чем происшествие с пациентом. Так что считай, ты платишь своей скукой за их жизни, – сказал молодой врач, – как там профессор? В себя не приходил?
– Нет, всю ночь только стонал, ну и вымотал же он меня. Знаешь, как трудно находиться в палате с умирающим?
Врач не дал ему договорить.
– Тсс, ты совсем дурак что ли? – зашипел он, – не говори такого больше. Семен Васильевич не умирает. Заболел, да. Тяжко, тоже верно, но не умирает. Тебе ясно?!
– Да ясно, Антоха. Извини, забыл. Просто ночная смена полностью меня вымотала.
Молодой врач раздраженно посмотрел на собеседника и быстро ушел дальше по коридору.
***
Андрей устало уже складывал свою больничную форму в выделенный ему ящик, как в раздевалку, словно ураган, вбежал Антон, уже переодетый в больничный халат.
– Ты же сказал, что ночью все было обычно!? – громко начал он разговор.
Санитар тревожно посмотрел на своего друга.
– Да, а что случилось?
– Профессора не увозили в реанимацию?
– Нет, была обычная спокойная ночь, без каких либо происшествий.
– Ему ничего не ставили, и никто не приходил к нему, так?
– Да. Все верно.
– Тогда я ничего не пойму, – врач тяжело опустился на скамейку рядом с Андреем и сдернул свой чепчик.
– Да что случилось-то, Антоха? – все еще напуганный, спросил санитар.
– Сейчас делал обход, зашел к Семену Васильевичу. Прикинь, он стоит у окна и бодро разминается. Мне чуть плохо не стало. Я подбежал к нему и хотел, было, его уложить. Но оказалось, что сегодня утром он проснулся полным сил и, видите ли, чувствует себя просто отлично!
Я сразу же направил его на МРТ. Повреждений словно не было! Я, конечно, рад за Семена Васильевича, но это значит, что я снова поставил неверный диагноз. Не могла же болезнь рассосаться сама, не такая. Хватило мне инцидента в прошлом месяце с ним, так теперь опять. Я был уверен, я трижды перепроверил, консультировался с Вячеславом Андреевичем, – затем, согнувшись, грустно прошептал, – как же так? Как я умудрился снова ошибиться? А если бы назначенное лечение убило его?
– Антоха, ты не виноват в том, что случилось в прошлый месяц, у всех бывают ошибки, – Андрей дружески положил руку на плечо врача, – а в том, что случилось сегодня, вообще нет твоей вины, я уверен. Ты хороший врач. Просто иногда обстоятельства складываются не лучшим образом. Не зацикливайся.
– Спасибо, Андрюх. Ладно, пора работать. Надо доложить о пациенте и его чудесном исцелении, – Антон встал, кинул усталый взгляд на друга и вышел в коридор.
***
Вывод первый.
– То есть, раз пациент выздоровел, Вячеслав Андреевич решил тебя не увольнять? – улыбнулся Андрей.
Друзья сидели в месте, отведенном для курения, и потягивали сигареты.
– Вроде того. Но слушай, он был крайне удивлен и сказал, что это уже второй такой случай, – задумчиво сказал врач.
– Да? А когда был первый? – удивился Андрей.
– С девочкой той шишки, что недавно здесь разносил больницу, помнишь? Когда мы еще не могли выяснить что с ней.
– И что же у них общего?
– У обоих не было верного диагноза, оба выздоровели и ты, – сказал, словно выплюнул, врач и медленно выдохнул дым.
– Что-то все еще не могу понять, – нахмурился Андрей.
– Ты знаешь, я не суеверный. Однако смотри, как интересно получается. Ты засыпаешь в палате тяжело больной девочки, чью болезнь мы даже не можем диагностировать. Она на следующее утро просыпается здоровой. Потом ты всю ночь дежуришь рядом с профессором. И он тоже выздоравливает, – мысль закончить врач не успел, его перебил Андрей, повернувшись лицом к нему:
– Ты сейчас это серьезно? – озабоченно спросил друг.
– Пока, конечно, это лишь гипотеза, основанная на совпадении, но знаешь, до закономерности всего один похожий случай, – серьезно ответил врач.
– Я все понимаю, эйфория, что ты не уволен. Радость, что ты можешь и дальше по двенадцать часов в больнице пахать. Груз неудач. Но даже все это не причина для таких теорий, ты меня пугаешь. Ты сам-то себя послушай.
– Андрюха, – начал доктор, но друг его перебил.
– Подожди, я не закончил. Смотри, даже если бы я мог лечить людей. Я бы давно это заметил, я уже год как работаю в больнице. Но всего два «волшебных», – это слово он взял в кавычки, показав их руками, – случая. Как ты это объяснишь, гений?
– Не знаю, но у меня есть к тебе предложение, – друг повернулся лицом к санитару, – давай проверим эту теорию? Посадим тебя на ночь в палату к онкобольным и посмотрим что будет.
– Эм, и что я там буду делать?
– А что ты делал в палате той девочки?
– Да ладно тебе, Антоха, я всего третий раз уснул на смене! – возмутился санитар.
Врач улыбнулся, но потом снова стал серьезным.
– Забавно, но я не об этом. Посидишь, книжку почитаешь, поиграешь в телефон. В общем, просто побудешь рядом с больными. Если судить по предыдущим случаям, этого должно хватить.
– Нее, – протянул Андрей, – я в прошлый то раз на ночной смене чуть со скуки не умер. Снова по своей воле я на такое не пойду, – санитар потушил сигарету и выкинул в урну.
– Но подумай, что если эта абсурдная теория верна? Вдруг, ты каким-то способом можешь исцелять людей. Разве не стоит даже невероятно маленький шанс, что ты поможешь людям, одной дополнительной смены?
– Ты серьезно просишь меня проверить этот бред? – спросил Андрей.
– Знаешь, я понимаю, как это звучит. И более вероятно, что девочка излечилась сама. Может, это было какое-то психическое отклонение, не зря же мы не могли определить болезнь. А Семен Васильевич просто был неверно диагностирован мной, снова. Знаешь, МРТ, например, дало сбой, либо его результаты были прочитаны неверно. Несколько раз и разными врачами, – Антон грустно улыбнулся, – просто я подумал, что, если это и правда так, что я два раза подряд ставил неверные диагнозы одному пациенту и два раза это чуть его не убило. Имею ли я право оставаться врачом? Мне кажется, нет. Знаешь, я хватаюсь за соломинку, это мой последний шанс остаться врачом. Поэтому ради меня можешь потерпеть еще одну лишнюю смену?
Андрей озадаченно почесал затылок, наблюдая за хаотично снующими голубями, потом выдохнул и сказал:
– Я соглашусь, ведь понимаю, как провалы порой могут подкосить. Но когда окажется, что у меня нет способностей исцелять, ты мне будешь должен и должен сильно. По рукам?
– И что же ты потребуешь за эту услугу? – печально ухмыльнулся друг.
– Ты дашь себе еще одну попытку, ради меня. Ты не уволишься, а продолжишь лечить людей. Стараясь изо всех сил, без притворства ради долга. И только на таких условиях я соглашусь на эту авантюру, – Андрей улыбнулся.
– Нет, это исключено, если мой второй диагноз был опять ошибочен, я не имею права продолжать лечить пациентов, рискуя их жизнями, – врач покачал головой, опустив ее.
– Но разве не стоит шанс, что ты сможешь помочь неизлечимым людям, усилия простить себя? – грустно ухмыльнулся Андрей, возвращая фразу.
В этот раз задумчиво уставился перед собой уже молодой врач. Он не заметил, как сигарета истлела, и пепел осыпался на пальцы рук.
– Ладно, договорились, – наконец сказал он и тоже грустно улыбнулся.
***
Эксперимент первый.
В палате было тесно. Помещение, рассчитанное всего на четверых больных, сейчас было перегружено в два раза. Больничные комфортабельные кровати были близко сдвинуты друг к другу.
Андрей, нахмурившись, смотрел на палату сквозь щель приоткрытой двери.
– Еще раз, как ты умудрился их разместить в одной палате так, что они не устроили скандала, и что эту бредовую затею не убил в зародыше главврач? – спросил санитар друга, который стоял рядом и оценивал итог своих трудов.
– Ему не сказал, им соврал, – шепотом ответил он.
– Знаешь, если тебя уволят, то ты не сможешь заплатить мне по долгам.
– Если все пройдет успешно, этот проступок станет пустяком.
– А если нет?
– Я об этом не думал.
– Значит, ты решил меня обмануть, когда давал обещание вчера?
– Нет, просто решаю проблемы по мере их поступления.
– И какую, на самом деле, проблему мы решаем сейчас, когда собираемся оставить меня на ночь с людьми, умирающими мучительной смертью? – спросил Андрей, серьезно посмотрев на друга.
– Не понял? – задумчиво, без интереса спросил врач.
– А тебе стоит понимать, – ответил Андрей и отвернулся.
– Ладно, я буду рядом, если что. Пациентам я сказал, что ты здесь находишься на случай, если аппаратура даст сбой, в связи с временным переполнением палаты
– Я бы на месте пациентов воспринял эту информацию без энтузиазма. Почему они еще не подняли панику и не устроили скандал?
– Я подмешал им снотворное, – наконец признался врач.
– Ты что!? – непроизвольно вскрикнул санитар.
