Читаем Невеста колдуна онлайн бесплатно

Домик Гошиного деда оказался в абсолютной глухомани. Сначала мы сутки ехали на поезде, потом два часа на автобусе, а потом ещё пешком от деревни километров пять с рюкзаками на плечах по самому солнцепёку. Зато место и в самом деле оказалось изумительное. Первозданная природа. Лес — густой и дремучий, как в сказке, река — широкая, раздольная. А воздух! Хоть ложкой ешь. Не испортил впечатление даже неказистый маленький сарай, который Гоша расписывал как добротный особняк — оплот цивилизации среди лесных просторов. Но не зря же мы с палатками и спальниками тащились. Так что с ночлегом проблем не будет.  

Мы с друзьями давно собирались отдохнуть на природе большой компанией, но то времени не было, то места подходящего. Наконец, всё совпало. Гоше дом в наследство достался от деда, но жить в такой дали от цивилизации наш гламурный денди, конечно, не мог и продать развалюху в лесу тоже не мог — кому нужна такая недвижимость? Вот и позвал нашу компанию провести недельку на лоне природы. Уставшие от городской суеты ребята с радостью согласились и прибыли — аж в количестве семи человек. 

Думаю, приглашая друзей в гости, Гоша преследовал свои цели: во-первых, Наташкин брат — Андрей — владелец маленькой туристической фирмы, и Гоша решил впарить ему проект дикого туризма в этом отдалённом райском уголке. А во-вторых — я. 

Ни для кого не секрет, что Гоша ко мне неровно дышит и всячески подбивает клинья. Мне Гоша в целом симпатичен. Парень видный и не дурак. Дура — это я, двадцать пять лет, а всё жду какой-то безумной любви, которая нагрянет, оглушит и закинет в океан счастья. Столько раз уже ударялась о твёрдую землю реальности, а всё жду. 

Вот Гоша и решил обеспечить меня дикой романтикой, чтобы я стала сговорчивей и наконец-то сдалась на его милость. Но что в Гоше меня сильно смущало, так это то, что я всегда для него буду «во-вторых», «во-первых» для него  — выгода и его собственная бесценная персона. И ещё я сильно сомневалась, что Гоша так уж жаждет провести со мной больше, чем пару месяцев и что интересует его моя чуткая душа, а не доступ к телу. Но он так смотрел на меня всю дорогу своими голубыми глазами, так проникновенно говорил, какая я чудесная-расчудесная и как он ради меня готов на всё и даже больше, что я почти капитулировала. 

Да и Наташка над ухом зудела: 

— Чего тебе ещё надо, Ритка? Такой мужик! Красивый, умный, обеспеченный. Упустишь  — будешь потом локти кусать.  

Отчасти Наташка, моя одноклассница и подруга детства, была права. Гоша самая подходящая кандидатура для серьёзных отношений. 

Мне на кавалеров не везло: в клубах ко мне подкатывали либо папики, либо настолько карикатурные мачо, что тошно становилось. А через интернет искать любовь я опасалась. Парочка неудачных романов за плечами имелась, но ничего такого, о чём можно было бы сказать: серьёзные отношения, у меня не было. 

С Гошей меня познакомила Наташка, он приятель её мужа — Славика. И её заботами мы часто оказывались в одной компании: Наташка вбила себе в голову, что, мы с Гошей созданы друг для друга. 

Наташка со Славиком, Наташкин брат Андрей с женой Мариной, я, Гоша и его двоюродный брат Сергей со своей девушкой Владой  — таков был состав нашей скромной компании для отдыха в тиши и глуши.  

Конечно же, едва установив палатки, мы окунулись в реку, чтобы стряхнуть усталость и дорожную пыль, а затем решили отметить наше прибытие. Разожгли костерок, сварганили шашлыки из закупленного в деревеньке мяса, достали горячительные напитки, заботливо притащенные из города. Было на диво хорошо: птички поют, от реки веет прохладой, деревья над головой шумят. Гоша сидит рядышком и то заботливо вина подливает, то шашлычок подкладывает. И смотрит так нежно. Благодать! 

— А что там посреди реки? Остров какой? — спросила вдруг Влада, указывая вдаль наманикюренным пальчиком. 

— Ага, остров, — лениво отозвался Гоша. 

Действительно, примерно в паре километров от берега, — а река здесь была очень широкая, — виднелся остров, и оттуда даже как будто дымок поднимался, словно из трубы. 

— А там что, живёт кто-нибудь?

— Не знаю, может, и живут, — Гоша приобнял меня, придвинувшись ближе. 

— Дурное это место, — вдруг мрачно проговорил Сергей. 

Сергей сразу показался мне довольно угрюмым типом, поездка не доставляла ему удовольствия, и он ко всему придирался. Я ещё в поезде гадала, зачем он поехал, если так не любит отдых на природе. 

— Что ты имеешь в виду? — с любопытством спросила Наташа. 

— А то и имею! Не стоило нам сюда соваться! — Сергей залпом выпил стопку водки, поднялся на ноги и ушёл.

— Что с ним такое? — обеспокоенно спросила Марина.  

Влада растерянно смотрела вслед своему парню, явно размышляя: бежать за ним или послушать Гошу, который собрался раскрыть причину странного поведения кузена.  

— Плохие детские воспоминания у него с этим местом связаны. Нас с Серёгой в детстве каждый год на лето ссылали к деду. Я в деревне болтался больше, там клуб был, ребята моего возраста. Чего в лесу-то сидеть? А он с дедом мотался на рыбалку, на охоту. И на острове этом бывал. Там какие-то сектанты-отшельники жили. Община: человек в пятьдесят, а, может, и больше. Натурпродукт, холщовые рубахи, какая-то своя вера и с внешним миром почти никаких контактов. Ни телефонов, ни машин, ни телевизоров. Психи, в общем. Ну и вот, как-то дед с Серёгой туда поехали, а там один из психов свою дочку в жертву каменному истукану принёс.  

— Ужас! — ахнули мы почти в голос. 

— И парня какого-то из деревни убить пытался, да дед помешал. Серёгу в деревню за ментами послал. Он прибежал, бледный весь, дрожит. Деда, говорит, сейчас заколдуют, быстрее, надо спасать. Его сначала на смех подняли, а потом, как он про девчонку убитую сказал, и про то, что паренёк деревенский на острове, живо собрались. Парня второй день по всей округе искали. Приехали, но не успели, убийца и его жена в доме закрылись и дом подожгли изнутри. Сгорели. А этот мужик у них вроде главного был. Поселение потихоньку и развалилось, разъехались психи. Но, видимо, не все, кто-то остался. А Серёга долго ещё говорил, что они колдуны, что он чего-то там видел, типа магическое. Да это дед ему лапшу на уши вешал! Старик с прибабахом был, любил сказки рассказывать. Поживи-ка в лесу один, ещё не такое придумаешь. Колдуны! — он усмехнулся и потянулся за новой бутылкой. 

— Это ты с прибабахом, а дед знал, что говорит, — Сергей вышел из-за домика и, как ни в чём не бывало, вновь уселся рядом с Владой. — Колдун бы убил его тогда, не будь у деда оберега. Кто-то из островитян ему подарил. Вот и спасло. А что Илюха с ума сошёл и года после той истории не прожил, ты чего не рассказываешь? Он ведь попал под проклятье.

Мы все замерли, жадно слушая. Страшилка в полумраке — то, что надо для такого вечера. 

— Да спился этот Илюха, вот и всё! Сердечко пьянки не выдержало. Жалко, конечно, парня. Понятно, чего он в бутылку-то полез: его девчонку у него на глазах порешили, да ещё так, что кровь во все стороны. 

Марина приглушённо пискнула от страха и прижалась к мужу. 

— Ты не видел, что там было. Вот и смелый такой, — тихо проговорил Сергей и замолчал, вновь опрокинув в себя стопку. 

— А что произошло на самом деле? — осторожно спросила Наташка. 

— Это что же мы, в заповедном месте каком? — подал голос Славик. — Колдуны, проклятья… В фэнтези попали, что ли? 

— Расскажи, Серёжа, — повиснув на нём, уговаривала Влада. — Что там произошло? Интересно же! 

Все уставились в сторону острова. Теперь было отчётливо видно тонкую струйку дыма, а чуть поодаль ещё одну. 

— Да нечего особенно рассказывать, — буркнул Сергей, вновь потянувшись к водке. — Я же мелким был, лет двенадцати. Илюха из деревни к деду часто заглядывал, они рыбачили вместе, к острову ходили. А там эта община жила. Странные, в деревню никогда не ездили, жили своим мирком. Не знаю, как уж получилось, но дочка их старосты и Илюха как-то познакомились, полюбили друг друга. Илюха явился на остров руки её простить. 

— Сбежали бы по-тихому, всё было бы нормально, — фыркнул Гоша, но все на него зашикали. — Молчу, молчу! 

— И что? — нетерпеливо спросила Влада. 

— А то! Колдун повёл их к местному божку, типа за благословением. У них там такая большая каменная баба стояла. А возле этой бабы дочери горло перерезал. 

Он так это сказал, что я вздрогнула. Гоша обнял меня покрепче. Я не стала отстраняться. 

— А мы с дедом как раз рыбачили неподалёку, услышали крик. Причалили, а колдун над Илюхой склонился и что-то бормочет. Глаза красным светятся, а от самого сияние такое. Дед его оттолкнул, мне кричит: «Плыви в деревню!». Колдун вскочил, на нас идёт, глазами сверкает. Дед меня в лодку закинул, а сам на него бросился, Илюху прикрыл. Дальше я ничего не видел. Приехал с милицией, дом колдуна уже горел, все остальные вокруг рыдали, а дед Илюху пытался в чувство привести. А эта Белёна, как её звали, мёртвая лежала, но с открытыми глазами, и с улыбкой смотрела, как дом родительский горит. 

— Хочешь сказать, она с перерезанным горлом встала и подожгла? — усмехнулся Гоша.

Сергей неопределённо пожал плечами. 

— Ты же маленький был. Тебе многое могло померещиться, — миролюбиво заметил до того молчавший Андрей. 

— Да, я с психологом в итоге согласился, что мне показалось и никакого колдуна не было. И к деду меня больше не отправляли: отец посчитал, что опасно для моей психики в этих местах бывать. Но на самом деле я помню, что видел. 

— Ах, какая грустная история любви, — протянула вдруг Марина. — Ромео и Джульетта в славянском антураже. Страшная сказка с печальным концом.

— Не сказка это! — горячо возразил Сергей. — На этом острове не простые люди жили. Колдуны! Лучше было бы к ним не соваться вообще. А если остров и сейчас обитаем — это плохо. Вдруг они к нам явятся? 

— Добить свидетеля? — расхохотался Гоша. — Иди, проспись, братец. Хватит нам страшилки рассказывать. Там на острове бродяги, небось, какие-нибудь прячутся, а секту эту деревенские давно разогнали. 

Влада увела Сергея в их палатку. Разговор о колдунах и мистике постепенно свернул к истории любви несчастного деревенского паренька и девушки из секты. Мы были изрядно пьяны. Вскоре от разговоров о трагической любви перешли к действиям, и наши парочки принялись целоваться. Мы с Гошей тоже поддались общему порыву. Я удобно расположилась в его объятиях и наслаждалась поцелуями. Целоваться Гоша был мастер. 

Я всё больше и больше склонялась к мысли, что, действительно, пара из нас выйдет красивая. Поэтому позволила Гоше увести меня от костра, и мы романтично бродили по потемневшему лесочку в поисках палатки, прижимаясь то к одному, то к другому дереву. У меня кружилась голова. Но не от любви, а от количества выпитого вина. Гоша, кажется, тоже плохо соображал, куда и зачем нам идти, и начал раздевать меня на ходу, возле какой-то ели. Я немного пришла в себя, когда меня приложили голой спиной к шершавому стволу. Открыла глаза и вдруг заметил, как из кустов за нами кто-то наблюдает. Странные поблескивающие красным глаза...
Кажется, я тут же протрезвела. 

 — Эй, кто здесь?  — И, оттолкнув недоумевающего Гошу, бесстаршно бросилась в эти кусты, на ходу застёгивая джинсы. 

Там ожидаемо никого не оказалось. Гоша семенил следом и обиженно что-то бормотал. Но я его уже не слышала. Алкогольный дурман спал окончательно. Мне не померещилось! Хотя сейчас в кустах не было никого, на земле чётко просматривались следы. Как будто кто-то стоял на этом месте напротив нас. Дымок со зловещего острова по-прежнему поднимался вверх, а ещё мне показалось, что я слышу со стороны реки тихий всплеск, как будто кто-то работает вёслами.

Горячая ночь в одной палатке Гоше, конечно, обломалась. Но утром он не подал и вида, что расстроен. А, может, и правда выпил вчера столько, что плохо помнил наши обжимания в лесочке. Я на трезвую голову тоже вчерашнее видение в кустах списала на галлюцинацию. А следы… Да мало ли кто из ребят мог в кустики отлучиться? Я и сама кустики предпочитала деревянному туалету с дырявым полом и жирными нахальными мухами. 

Но рассказ о колдунах в голове всё утро прокручивала. Пока ребята приходили в себя после вчерашнего, купались, загорали, я стояла на бережку и смотрела на остров. Небольшой, тянется вдоль реки километра на три, от другого берега примерно на таком же расстоянии, как и от нашего. Никаких признаков жизни, на первый взгляд, на нём не просматривается. Ни домов, ни деревенской живности, ни причалов, ни лодок. 

Впрочем, половина островка покрыта лесом. Может, поселение в лесу? Или всё-таки прав Гоша, и живёт там какой-нибудь псих-отшельник. Секты из моды давно вышли, и община разбежалась. Всё-таки двадцать первый век на дворе, кто будет жить в глуши без интернета и благ цивилизации? Я уже на второй день взвыть готова без горячей воды и унитаза.

На трезвую голову Сергей разговоров о колдунах не поднимал. А я склонялась к версии Андрея, что впечатлительному мальчишке показалось всякое, как мне вчера. А насчёт деда и оберегов… Деревенские поверь — штука странная. Оберег ведь носят, когда верят, что он помочь может, и когда ничего плохого не происходит, оберегу это и приписывают. Мало приятного, конечно, в том, чтобы торчать поблизости от места кровавого убийства. Но убийство давнее, всё быльем поросло, как говорится. Да и мы не на самом острове. Хотя интересно было бы скататься посмотреть, что там… 

Голова после вчерашнего раскалывалась, я не привыкла много пить. Смех и болтовня друзей давили на мозги. Настроения для романтических заигрываний с Гошей не было, даже с Наташкой болтать не хотелось. Я в похмелье угрюмая и злая. Поэтому решила, что пару часиков поброжу по берегу подальше от всех и вернусь снова в благодушном настроении. Искупаюсь выше по течению, одна. Плаваю я неплохо, тонуть не собираюсь. Да и какое единение с природой в толпе? Надо одной в тиши всё прочувствовать. 

И, пока меня не хватились, по-тихому, через кусты, я удалилась от нашего импровизированного пляжа. Меня не окликнули, значит, побег остался незамеченным. Когда голоса ребят стали не слышны, я снова свернула к реке. Песчаный берег тянулся далеко, изредка прерываясь заводями с зарослями камышей, поэтому пляжики были словно отгорожены друг от друга.