Читаем Невесомость онлайн бесплатно

Предисловие

Бывают дни, когда человек внезапно понимает, что нужно что-то срочно менять. Многое зависит от мотивации и внешних обстоятельств. «Новая жизнь с понедельника» очень часто заканчивается к четвергу. И чаще за нас реальные изменения приносит сама жизнь. А иногда мы сами не понимаем какая огромная сила заложена в нас и сколько возможностей нас окружают.

Эта история написана на основе реальных событий. Вот так внезапно одним утром я поняла, что должна ее рассказать. Имена и некоторые действия при изложении этой истории были изменены. Многие детали и события, описанные в книге, являются символическими или собирательными образами.

Спасибо всем тем людям, кто принимал участие в моей жизни: как настоящей, так и прошлой. Все, что со мной произошло, обрабатывало меня, словно камень, превращая в статую, о изящности которой судить людям. Хотя безусловно меня ждет еще множество изменений. Или?..

На эти страницы я изложила не просто свою историю. Здесь частичка моей души и опыт, который, надеюсь, станет подсказкой и тем важным объятием всем тем, кто сбился со своего пути и ищет опоры.

Я написала эту книгу на одном дыхании: просто, быстро и естественно. Я просто больше не могла держать это в себе, и мне нужно было открыться, закрыв тем самым дверь в прошлое.

Читателей попрошу лишь о об одном одолжении: если у вас есть возможность, каждый раз, когда я добавляю музыку в описание какой-то ситуации и вы не знакомы с этой композицией, включите ее тихо на заднем плане. Это поможет проникнуться всей атмосферой.

Благодарю за внимание к этому скромному пассажу и желаю приятного чтения.

Вам когда-нибудь случалось испытать собственную смерть? Кто-то, возможно, удивится такому вопросу. А я до сих пор помню этот мой сон и ощущения от него. Я сидела летним вечером на небольшой скамье в парке, полном темно-нефритовых деревьев, поддерживающих своими могучими ветвями темно-бирюзовое, переходящее ближе к линии горизонта в коралловое, далее медное небо. Небо цвета полыхающей от своего необъемлемого кричащего желания сбыться, окованного ржавыми цепями реальности, умирающей надежды. Невероятная, недосягаемая красота, заставляющая почему-то почти рыдать от грусти, выворачивая сердце наизнанку, призывающая вспомнить все самые тонкие и важные, мельчайшие моменты из прошлого: один взгляд, одно касание, одно слово. Но самое весомое. Внезапно звук в парке полностью пропал, все стало, как в вакууме. Ни птиц, ни играющих на площадке детей больше не было слышно. По небу пошла волна, словно морская, накатывающаяся издали, становящаяся крупнее, и цвет его стал меняться до насыщенного кроваво-красного. Это была бомба, взорвавшаяся где-то неподалеку. Меня охватила паника: вот он, конец, уже совсем скоро. В горле пересохло. Осознание смерти как конечной точки ударило меня в грудь и в глазах слегка потемнело, стало трудно дышать. За долю секунды ко мне пришло понимание того, что больше меня не будет и больше ничего я не смогу изменить. Чувство паники заставило мое тело онеметь, и я не могла больше сдвинуться с места. Волна дошла до меня. От ног по всему телу до макушки головы я почувствовала адский жар, моментально сменивший состояние внутри меня на невероятное спокойствие и умиротворение. Какое чистое пурифицирующее чувство. Такой легкости я не ощущала прежде еще никогда ни во сне, ни наяву. Плотность моего существа стала равна плотности воздуха, но что действительно важно, – эта легкость была и в самой моей душе.

Вместе с весом моего тела ушел и страх. Я больше не боялась ее.

Возможно ли ощущать что-то подобное при земном нашем существовании? Обрести это не бесстрастье и не безразличие, но безмятежность, совершенное спокойное счастье.

Сколько в истории было мыслителей, художников, поэтов, пытавшихся через свое творчество передать то, насколько коротка, но прекрасна жизнь, и как важно научиться ценить ее, наслаждаясь каждым моментом, до того, как станет слишком поздно. Все об этом слышали, но мало кто действительно прочувствовал. Еще меньше людей дали своему вдохновению, что черпали из работ творцов, применение на практике.

Я сидела, закинув ногу на ногу. Реакции слегка замедленны. Огромный белый холл создавал такое эхо, которым отдавались, казалось, даже мои мысли.

Внезапно моего плеча кто-то коснулся:

– Добрый день. Бегония. – темноволосая женщина невысокого роста, лет пятидесяти в красном костюме, с выдающимся, можно сказать, носом протянула мне руку.

– Марго, очень приятно. – я ответила с легкой улыбкой.

– Пройдёмте сюда. Почти все готово… – Бегония провела меня в небольшой кабинет, заполненный книгами, футлярами, папками с документами. Свет, лившийся из большого окна, выходящего на сад, заполнял помещение. Женщина протянула мне документ на твердой папке и ручку. – Этот формуляр нужно заполнить. Укажите здесь свои данные, перечень работ с названием на второй странице. Его нужно проверить и подтвердить, как и проценты. Подпись на каждой странице.

– Проценты? – я спросила, смущенно.

– Ваш гонорар – Бегония поправила очки.

– А., да, простите, я не думала о том, что могла на этом заработать. – Я прокомментировала, глядя на свою собеседницу. Ее глаза внезапно заблестели ярче, чем золотая цепочка и кольца на пальцах ее правой руки.

– Забавно, – она улыбнулась, – Ваши представители гораздо лучше осведомлены о целях выставки в музее. Вы ведь будете продавать свои работы? В самом музее, конечно, ничего на продажу мы не выставляем. Но Вы должны быть в курсе, что после выставки будет проведен аукцион.

– Да… – я неуверенно проговорила c возрастающей интонацией, словно это был вопрос.

– Ну хорошо, – женщина вздохнула, – сообщите мне в таком случае, как только заполните все. Можем предоставить Вам сервис по перевозу картин, если необходимо. Нужно будет заполнить для этого еще один бланк, оставлю его здесь. – Бегония привстала, потянувшись к одной из полок шкафа, очевидно за документом.

В этот момент в комнату вошел высокий худощавый мужчина в костюме, лет 45 с бородой и легко пробивающейся сединой на висках.

– Добрый день. – он подошел к женщине. – На следующую неделю все готово уже?

– Да, вот автор подписывает контракт, – женщина указала на меня.

– Вы Маценг? – мужчина повернулся в мою сторону, пристально уставившись со слегка приоткрытым ртом.

– Да. – я ответила.

– Хосе Либрерос, – мужчина протянул мне руку. – Приятно познакомиться. Начальник отдела выставки. Я принимал финальное решение об организации. Видел Ваши работы еще в Кайон, меня они очень впечатлили, хотя рабочий стаж у меня уже солидный. – Хосе говорил медленно, внимательно меня изучая.

– Спасибо. – Мне было приятно услышать это от человека, чьей профессиональной сферой является художественное искусство. И все же его комментарий мне показался весьма странным. У меня были сомнения в том, что его интерес был вызван только лишь моим талантом: как Хосе отметил, у него был богатый опыт работы в музее Королевы Софии с лучшими полотнами.

– Один вопрос… – Он застыл, глядя на меня в течение нескольких секунд. – Картина «Боль потери» … Кто на ней изображен?

… В мире существует равновесие, и иногда в нашу жизнь вмешиваются силы, которых нам не понять, и что-то бросают на чашу весов, чтобы качнуть их в нужную сторону.

Ренсом Риггз. Город пустых. Побег из дома странных детей

2:04

Бутылка допита. Не могла не ощутить вкус моего любимого бельгийского вишневого в последний раз. Перелистываю страницы в социальных сетях.

Семьи, дети. Тусовки. Радость, любовь, веселье, роскошь. “Залили” на страницу всю жизнь, которой нет. За светом телефона где-то безразличие, отреченность. Остывший кофе, вчерашняя майка и собранные волосы наверх.

Просто скролю вниз уже даже не читая. Накатываются слезы, нервы, видение становится смазанным. На столе беспорядок, до полноты картины в ее классическом жанре не хватает угасающих окурков в пепельнице. Но вот проблема – я не курю.

Оглядела свой чердак в последний раз: приоткрытое окно на потолке, выходящее на крышу, неубранная постель, ночник, картины стопкой вдоль стены, одна – на подставке. Неоконченная. Пыталась его написать, не копируя с фото, ни с натуры. Только из моей памяти. Так точнее. Хотела получить образ его таким, каким его знаю и чувствую только я. Как же хорошо вышел, черт бы тебя…

– Не сверли меня взглядом, – я обратилась к картине.

Глаза получились особенно точно и выразительно передать.

Из ноутбука на заднем плане тихо Чет Бэйкер. Выключать не стану. Батарейка скоро разрядится, и он умолкнет сам.

Пора… Нужно что-то накинуть. Или выйти просто как есть.

Забавно, что меня вообще это волнует. Собираясь выходить из дома в последний раз, какая к черту разница джинсы на мне или юбка.

Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода.

Чтобы потом взять и обрезать.

Жизнь.

Я долго выбирала между многими видами самоубийства. Газом мне показался интересный вариант. Человек просто засыпает, отключается и ничего не чувствует. Но ни газовой плиты, ни машины c гаражом у меня нет.

С таблетками есть проблема: важно правильно рассчитать дозу. В противном случае, если повезет, я бы просто отделалась поносом. Если не повезет– осталась бы инвалидом, так и не добившись желаемого эффекта.

Лупе Велес была прекрасной женщиной, актрисой, но несчастной по жизни. Она так все старательно подготовила: украсила кровать лепестками роз, надела шикарное платье, чтобы уйти красиво. Но организм отреагировал не так, как ожидалось, и она просто испортила и платье, и кровать своей рвотной массой. Потом на ней же поскользнулась и умерла в итоге от удара головой об унитаз.

Мне в общем-то все равно как это будет выглядеть… Есть люди, которые никогда не наденут носок с дыркой: мол «что же будет, если произойдет несчастный случай и, сняв с меня туфли, медики застанут меня в неловком положении?» Ты будешь уже мертв, что может быть более неловким?

Повешение – долго и мучительно. Так каждая секунда покажется годом в пытках, притом, что до асфиксии так беспомощно висеть придется около четырех – пяти минут. Это не считая того, что после наступления биологической смерти, человек на протяжении еще минут трех может чувствовать, что-то осознавать. Хотя это только предположение, пока еще не доказанное наверняка… Тем не менее, я бы хотела избежать мучений. Мой смысл ухода – это как раз избавление от страданий… Свобода.

Я хочу просто, быстро и наверняка.

В Мадриде есть давно излюбленный способ уйти в «последнюю прогулку»– прыгнуть с моста на шоссе. Самым популярным был Виадукт Сеговии, но его со всех сторон закрыли стеклянными стенами, чтобы больше никто прыгнуть с него не смог. Тем не менее есть еще один мост недалеко от Мансанарес, и до него как раз идти недолго.

Майка, шорты кеды. Нет… юбка… длинная. Пусть струится во время полета.

Возьму, пожалуй, только плеер. Музыка – это единственное, что мне искренне жаль потерять, уходя. Это действительно страшно. Больше никогда, никогда не услышать музыку…

Почти подошла к коридору. Остановилась. Обернулась на холст. Нет, этого так не оставлю. Подошла к подставке и взяла в руки кисть, выдавливая черную краску. Не жалея масла черным цветом по холсту, где были написаны глаза.

– Чтобы не смотрел так больше.

Возможно, именно так и появились знаменитые работы Малевича. Что там было изначально под черным слоем?.. Было или не было что-то написано на том холсте первоначально, так вероятно были замазаны, спрятаны какие-то сильные эмоции, там непременно что-то важное…

Оставила кисть. Ухожу.