Читаем Нэцкэ онлайн бесплатно


Нэцкэ

Монография посвящена исследованию одного из интереснейших явлений японского искусства – миниатюрной скульптуры нэцкэ. Автор пытается проследить стилистическую эволюцию этого вида искусства от самых истоков до современного состояния, наметить основные этапы его развития. Значительное внимание уделено описанию традиционных для нэцкэ форм и материалов. Отдельная глава посвящена анализу сюжетов нэцкэ. Книга содержит около 200 иллюстраций. Рассчитана на специалистов и всех интересующихся изобразительным искусством.

Михаил Владимирович Успенский

Искусство и Дизайн
<p>М. В. Успенский</p><p>Нэцкэ</p><p>Введение</p>

Любителям искусства хорошо знакомы нэцкэ – небольшие резные фигурки из кости или дерева работы японских мастеров. На русском языке о них написано несколько специальных и популярных статей, они упоминаются даже в художественной литературе.

Интерес к нэцкэ возник еще во второй половине XIX века, когда любители искусства на Западе впервые получили возможность по-настоящему широко ознакомиться с искусством и культурой Японии. В 1868 году произошла так называемая незавершенная буржуазная революция Мэйдзи. Япония перестала быть страной, закрытой для иностранцев, и мощный поток информации о жизни японцев хлынул в Европу. Среди произведений искусства, которые в то время обратили на себя внимание европейцев, были и нэцкэ. Знали о них тогда мало. Привлекала, главным образом, экзотичность незнакомых образов, острая, экспрессивная, порой гротескная их трактовка. Затем началось серьезное изучение нэцкэ. Обрабатывались коллекции, идентифицировались мастера, выявлялись школы резьбы. В результате, нэцкэ перестали быть «восточными безделушками» и вошли как обязательный составной элемент в общую картину мирового искусства.

Это не значит, впрочем, что сейчас правильное восприятие нэцкэ, особенно их смыслового содержания, доступно без предварительной подготовки для человека, воспитанного в традициях европейской культуры. Странный и непонятный мир таится для него за миниатюрными изображениями божеств, благопожелательных символов, людей, животных, птиц, рыб. На первых порах эти произведения очаровывают только виртуозностью исполнения. В скульптуре высотой в три-четыре сантиметра не пропущено ни одной сколько-нибудь важной детали. Все передано точно и выразительно. Еще больше привлекают в нэцкэ неподражаемая живость, непосредственность в трактовке натуры, сочный юмор и богатейшая фантазия в композиционном, пластическом и эмоциональном решении каждого произведения. При более внимательном изучении нэцкэ раскрываются и с другой стороны. С художественной точки зрения нэцкэ – это искусство, которое на базе всего предшествующего развития японской скульптуры выработало в высшей степени своеобразный пластический язык. С точки зрения истории культуры сюжеты нэцкэ выступают как неисчерпаемый источник для изучения нравов, обычаев, религиозных и моральных представлений – словом, жизни японцев XVII- XIX веков.

Являясь по своему назначению утилитарными предметами, нэцкэ со временем превратились в Японии в подлинное искусство, которое, так же как и станковая скульптура, может быть объектом самостоятельного и полноценного эстетического восприятия; искусство, в котором не менее ярко, чем в других видах творчества японских мастеров, проявляется со всем присущим ему своеобразием художественный гений народа.

<p>Глава I</p><p>Происхождение нэцкэ. Формы и материалы</p>

Утилитарное назначение нэцкэ выявляется уже в самом названии. Слово «нэцкэ» (собственно «нэ-цукэ») пишется двумя иероглифами: первый означает «корень», второй – «прикреплять» . Нэцкэ – это брелок или противовес, с помощью которого у пояса носят кисет с табаком, связку ключей или инро – коробочку для парфюмерии и лекарств. Нэцкэ имеет сквозное отверстие (химотоси), через которое пропускается шнур со связкой ключей, кисетом и т. д. Концы шнура завязывают, причем узел, как правило, скрывается в одном (большем) из выходов отверстия. Сложенный пополам шнур продевают за пояс, так что на одном свисающем конце находится кисет или инро, а на другом – в качестве противовеса – нэцкэ. Необходимость такого приспособления вызвана отсутствием карманов в японском традиционном костюме

Вопрос о происхождении нэцкэ может быть решен двояко: либо они являются японским изобретением, либо заимствованы японцами. Казалось бы, о заимствовании не может быть и речи: слишком «по-японски» нэцкэ выглядят. Однако это не так. Рассматривая данную проблему, необходимо учитывать то, что нэцкэ – одновременно и утилитарная деталь костюма, имеющая специфическую форму, и художественное произведение, оформленное в определенном стиле. Каждый из этих «аспектов» может дать свой ответ на вопрос о происхождении нэцкэ.

Брелоки-противовесы типа нэцкэ использовались на обширной территории: в Японии и в Венгрии, на Крайнем Севере и в Эфиопии. В сущности, нэцкэ появляются там, где имеется костюм без карманов, но с поясом. Поэтому всегда рискованно искать корни подобного обычая у какого-либо народа за рубежом: этот обычай может оказаться и местным. Если же брелоки, существующие в разных странах, обнаруживают стилистическую близость – это веский повод для предположения о влияниях и заимствованиях. В Японии, если не сам обычай ношения предметов за поясом с помощью противовеса-брелока, то специфика его художественного оформления (в виде резной скульптуры, рельефной пластинки и т. д.), несомненно, не местного, но китайского происхождения. Уже в период Мин (1368-1644) в Китае носили так называемые чжуй-цзы, или пэй-чуй – предметы, аналогичные нэцкэ и по функциям и по оформлению 2. К этому времени уже давно существовали прочные традиции заимствования японцами различных элементов духовной и материальной культуры Китая, в том числе и одежды. Однако возникновение обычая ношения поясных брелоков в Китае, вероятно, относится к еще более раннему времени.

Когда начали носить художественно оформленные брелоки-противовесы, точно не известно. С. Кэммэнн, автор наиболее полного труда о чжуй-цзы, предположительно относит возникновение этого обычая к династии Юань (1280-1368) и считает возможным заимствование его китайцами от монголов 3. Однако некоторые археологические находки, относящиеся к периоду Хань (206 г. до н. э. – 220 г. н. э.) и периоду Шести династий (375-583), свидетельствует о более древнем происхождении такой пластики в Китае. В раскопках могильников в районе Чанша провинции Хунань рядом с буддийским храмом Бао Лунь-юань, в районе Чжао хуа провинции Сычуань и в могильниках Пянь-ба провинции Гуй-чжоу найдены небольшие (3-4 см) изображения животных, выполненные из камня или кости. Каждое из них имеет сквозное отверстие, которое можно использовать так же, как и в более поздних чжуй-цзы. Художественные характеристики этих произведений (обобщенность, нерасчлененность объема, компактность композиции, изображение деталей гравировкой) в значительной степени совпадают с таковыми у чжуй-цзы 4. Вполне вероятно, что здесь мы имеем дело с прототипом чжуй-цзы XIII-XIX веков. Более того, если фигурки из погребений действительно использовались как поясные брелоки, то приспособления такого типа, скорее всего, появились в Китае без постороннего влияния. Поэтому сомнительной оказывается и самая смелая «сибирская» версия происхождения нэцкэ, принадлежащая советскому археологу Э. В. Шавкунову. Миниатюрные скульптуры из различных пород камня, которые он называет нэцкэ, выполнены в XII веке, то есть в период существования чжурчжэньского государства Цзинь (1115-1234). Исходя из этой даты, советский исследователь считает, что найденные им «нэцкэ» из раскопок Шайгинского городища – древнейшие в мире. «В связи с этим, – пишет Шавкунов, – возникает вопрос: не могли ли японцы и, очевидно, монголы заимствовать нэцкэ у чжурчжэней, с которыми и у тех и у других существовали сравнительно длительные политические и культурно-экономические связи» 5. На это предположение следует ответить отрицательно.

С одной стороны, находки в ханьских могильниках по существу не отличаются от брелоков Шайгинского городища, с другой – чжуй-цзы XIII-XIX веков и ранние нэцкэ обнаруживают несомненную стилистическую близость. Скорее, сами чжурчжэни, так же как и японцы, находившиеся в сфере культурного влияния Китая, заимствовали оттуда и обычай ношения предметов типа нэцкэ и общий характер их художественного оформления. На связь нэцкэ и чжуй-цзы указывают также и японские названия поясных брелоков. «Нэцкэ» – не единственное их обозначение в Японии. Встречаются и такие, как «кэнсуй», «хайсуй», «хайси» и некоторые другие 6. Но именно эти названия – по-китайски соответственно «сюань-чуй», «пэй-чуй» и «пэй-цзы» – использовались в Китае наравне с самым распространенным термином «чжуй-цзы» 7. Некоторые ранние нэцкэ назывались

«карамоно» («китайская вещь») и «тобори» («китайская резьба»).

Связь нэцкэ с их китайским прототипом очевидна. Но роль чжуй-цзы в истории нэцкэ не следует преувеличивать: очень скоро в Японии на основе чжуй-цзы были выработаны оригинальные формы и приемы резьбы, введены новые сюжеты и переосмыслены старые. В Японии нэцкэ превратились в самостоятельное и высокоразвитое искусство, чего не произошло с китайскими чжуй-цзы.

До конца XVI века сведений об использовании японцами нэцкэ нет. Вещи, которые необходимо было иметь при себе, носили по-другому. В истории японского костюма существовало несколько способов прикреплять вещи к поясу. Самый древний предмет, который носили в Японии с помощью приспособления, сходного с нэцкэ, это упоминаемый еще в сочинении VIII века «Кодзики» («Записи о делах древности») хиути-йукуро – мешочек для кремня и огнива 8, крепившийся к эфесу меча. Обычай оказался стойким. В живописи периода Хэйан (794-1185) нередко встречаются изображения хиути-букуро (например, в иконе божества охоты Кариба-мёдзин XII в., хранящейся в храме Конгобу-дзи монастыря Коя-сан). В это время хиути-букуро по-прежнему привязывается к эфесу меча.

Мешочек для кремня и огнива можно видеть и на свитке На-гатака Тоса (конец XIII в.) «Моко сюрай экотоба» («Живописное повествование о монгольском вторжении») у человека, докладывающего о появлении вражеского флота. Свиток датируется 1293 годом. В XIII веке хиути-букуро стали использовать как кошелек, портативную аптечку, но носили его так же, как и раньше.

Параллельно с этим распространены были и другие приспособления. Прежде всего это оби-хасами, которые, как сказано в сочинении 1821-1841 годов «Кинонэ ёру банаси» («Разговоры в ночь Крысы»), были предшественниками нэцкэ 9. Оби-хасами – фигурно оформленный крючок; верхний загиб его зацеплялся за пояс, а к выступу внизу привязывались различные предметы. Аналогичные вещи дошли до нас от минского времени в Китае. Особенно часто выполнялись они из нефрита – материала, постоянно используемого в прямом прототипе нэцкэ – чжуй-цзы. Форма оби-хасами не привилась, поскольку такой способ был небезопасен: при быстром движении, сгибании корпуса легко можно было уколоться длинным и острым крючком.

Еще одной формой, предшествовавшей в отчасти сосуществовавшей с нэцкэ, является обигурува – поясное кольцо, к которому крепились кошелек, ключи и т. п. 10 Возможно, что такой тип крепления попал в Японию из Монголии через Китай 11. В XVII веке обигурува были в моде и изготовлялись из дорогих материалов: нефрита и других ценных камней, слоновой кости («Мэдзамаси-гуса» – «Рассказы, прогоняющие сон», 1625-1647)».

Таковы основные приспособления для ношения предметов у пояса, которые существовали у японцев до появления нэцкэ 13 и в конечном итоге все без исключения были нэцкэ вытеснены.

Нэцкэ появляются в Японии во второй половине XVI – начале XVII века 14. Возможно, свою роль здесь сыграли конкретные события: походы в Корею (где так же, как в Китае, носили чжуй-цзы) военного правителя Японии Тоётоми Хи-дэёси в 1592 и 1597 годах 15. Эту дату появления нэцкэ подтверждают изображения костюмов в живописи того времени и сведения литературных источников. В росписи ширмы конца XVI века «Объездка лошадей» (Сидзуока, музей Моа) один из наездников изображен с инро, свисающим с пояса. Складки одежды скрывают предмет, к которому оно привязано, но судя по позиции инро, это – нэцкэ. Самое раннее письменное свидетельство о ношении нэцкэ относится к началу XVII века. В историческом сочинении Янагисава Киэна (1706-1758) «Дзисэки гоко» («Исторические комментарии») дано описание соколиной охоты сёгуна (военного правителя Японии) Токугава Иэясу (1542-1616). Здесь же подробно обрисован костюм сёгуна: «…когда под вечер он изволил приехать в свой замок, он был одет в бледно-желтое чесучевое косодэ (род кимоно. – М. У.), авасэбао-ри (род накидки-хаори. – М. У.) из ткани кокура на ватной подкладке, [у него был] кошелек-кинтяку из выделанной кожи, инро черного лака нагато (т. е. сплетенное из полос бумаги и покрытое несколькими слоями лака. – М. У.) и нэц-кэ в виде сэннарибётан (тыквы-горлянки. – М. У.)» 16. Не менее ценными являются для нас свидетельства художественной литературы XVII века, описывающие нравы и обычаи Японии того времени. Благодаря им мы знаем о материале и формах ранних нэцкэ. Известно, например, что большое распространение имели такие модели, как караси-си – «китайский лев» (Курокава Дою, «Ёсюфуси» – «Записки о столичной области», 1686) и лошадь («Косёку итидай онна» – «Женщина, предавшаяся любви», 1686). Уже тогда нэцкэ делались из различных материалов: дерева, причем иногда привезенного из Китая (Ямаока Гэнрин, «Такагуpa» – «Драгоценная сокровищница», 1660), слоновой кости (Ихара Сайкаку, «Нихон эйтайгура» – «Вечная сокровищница Японии», 1688), оленьего рога (Ихара Сайкаку, «Нансёку окагами» – «Зерцало чувств мужчины», 1687). Интересно также упоминание о том, что небогатые люди вместо художественно оформленных нэцкэ использовали маленькие тыквы-горлянки («Дзинрин куммо дзуи» – «Собрание рисунков для нравственного воспитания детей», 1690), корни и т. п. Таким образом, простонародье, в отличие от состоятельных людей, удовлетворялось брелоками, «изготовленными» самой природой.

Похожие книги