Читаем Вечное Лето, Том I: Несовершенный рай (СИ) онлайн бесплатно

========== действие I - глава 1 - «должно быть, это рай» ==========

Were we chosen

to be the new beginning?

Ослепительно-белая вспышка обжигает веки.

Сердце отбивает бешеный ритм по рёбрам, в горле – сухость и мерзкий привкус желчи от подступающей паники.

Молодой человек с пепельными волосами и бледным от страха лицом цедит сквозь зубы:

– Не двигайтесь! Оно идёт сюда!

От его тона мурашки по коже, и становится ещё хуже, когда ужас сковывает каждую мышцу в теле. На периферии резким контрастом к привкусу страха мелькают яркие, удивительно насыщенные цвета окружающей природы – мне казалось, что таких не существует, попросту не может существовать…

Ещё одна вспышка кажется такой яркой, что к горлу подкатывает тошнота.

В полумраке заброшенного здания, наполненного запахом плесени, смутно знакомый темнокожий парень протягивает ладонь и взволнованно произносит:

– Мари! Дай руку…

Тянусь к нему, но пальцы не успевают соприкоснуться,

когда очередная вспышка заставляет что есть силы зажмуриться.

Лицо обдаёт жаром от лавового кратера, и похожий на затаившуюся змею мужчина в неуместно безупречном костюме-тройке, ухмыляясь, небрежно бросает:

– Ты ничего не понимаешь, не так ли? Конечно, нет. Но ты поймёшь… В своё время.

1/06/2017

4.35 a.m. CST

воздушное пространство

над Карибским морем

Самолёт ныряет в воздухе, и я просыпаюсь резко, не вполне понимая, где нахожусь.

– Эй, Мари? Ты чего?

Надо мной склоняется добродушно-озабоченное лицо Диего. Моргаю, пытаясь сфокусировать взгляд, ослеплённая ярким солнечным светом, что пробивается в иллюминатор.

Я качаю головой в попытке сбросить реалистичные видения из сна и перевожу взгляд на друга. Диего игриво подмигивает, и на душе как-то сразу становится почти хорошо.

– С добрым утром, соня.

– Я точно уже не сплю? – хриплым ото сна голосом интересуюсь я, усаживаясь поудобнее и потирая затёкшую шею.

– Кажется невероятным, правда? – Диего продолжает счастливо улыбаться, и я невольно начинаю заражаться его энтузиазмом. – Но это наконец происходит!

Да… Это действительно происходит. Десять студентов Хартфилда – я в их числе – за различные достижения в университете получили эту прекрасную возможность провести неделю в настоящей сказке. Разве может быть шанс отдохнуть ещё круче перед выпускным курсом, чем этот? Ла-Уэрта, остров в Карибском море, славящийся восхитительной природой и неподражаемой дороговизной курорта. Это звучало, как сказка, когда я увидела себя в списке счастливчиков, а теперь звучит ещё более невероятно, даром что мы, в общем-то, довольно близки к цели своего путешествия.

– Неделя в раю приближается! – отлипая от иллюминатора, восклицает моя сокурсница, Куинн Келли. Жизнерадостная, как обычно. Хотя во время учёбы мы едва перекидываемся парой фраз в неделю, мне нравится Куинн: что-то в её облике и поведении вызывает желание оградить её от всех возможных опасностей. Может, дело в том, что она такая хрупкая, миниатюрная и необыкновенно женственная. Пожалуй, рядом с Куинни даже Дюймовочка будет казаться Бруталочкой.

– А круче всего то, что расходы оплачены! – Спереди восторг Куинн поддерживает Крэйг. Мы с ним ходим на один факультатив по истории, хотя он и попал в Хартфилд благодаря своим спортивным достижениям и, кажется, историей не интересуется от слова совсем.

– И это круто! После такого напряжённого учебного года мы определённо заслужили отдых, – добавляет Радж, вечно улыбчивый толстячок, и от одного его тона волей-неволей начинаю улыбаться, хотя и не вслушиваюсь особенно в то, что он говорит.

Диего, видимо, замечает, что улыбка моя несколько отстранённая, поэтому озабоченно касается моей руки:

– Эй, Марикета, всё хорошо?

– Просто странный сон, – пожимаю плечами. – Мне снилось… Ох, мне снился он!

Забывшись, я чуть ли пальцем не тыкаю в идущего по проходу парня – именно он во сне протягивал мне руку. Конечно, он показался мне знакомым – я совершенно точно знаю, кто он. А теперь прикрываю глаза на доли секунды и снова вижу ту же самую картину и слышу его голос.

Мари, дай руку…

– Тебе снился Шон Гейл? – ухмыляется Диего, не трудясь снизить голос ни на полтона. – Ну и чего ты ждёшь? Пойди и сообщи ему об этом!

О, Диего, вечно пытающийся устроить мою личную жизнь… Активнее, чем свою собственную.

Друг с неожиданной силой чуть ли не пинками выталкивает меня с моего сидения, и я, конечно, врезаюсь прямиком в Шона.

– Приветик, – у Шона приятный рокочущий басок, и я отчаянно краснею. Не то чтобы он был моим типом, но эти странные сны с его участием определённым образом сближают.

– Моя подруга Марикета хотела что-то сказать, – невинным голосом сообщает Диего, а я ставлю себе мысленную зарубку огреть его чем потяжелее.

Напускаю на себя безразличный вид и в ответ на заинтригованный взгляд Шона бросаю:

– Я видела сон о тебе, – как будто говорю Шону о том, что у него развязаны шнурки.

– Вот как? – он демонстрирует ослепительно-белые зубы в широкой улыбке. – Надеюсь, хороший сон?

– Да нет, довольно жуткий, – ухмыляюсь я, расслабляясь. Ну, подумаешь, флиртую тут с лучшим игроком футбольной команды. Если кто-то, конечно, думает, что это флирт, потому что я, например, совершенно не уверена. Я ведь только что сморозила какую-то… – Конечно, не из-за тебя, – торопливо добавляю я, осознав, что именно сказала, – просто…

– Расслабься, – не прекращая улыбаться, отвечает Шон, – я всё равно уже решил, что это комплимент. – С этими словами он проходит мимо, и я наклоняюсь, чтобы ткнуть Диего пальцем в бок. Безошибочно попадаю ногтем в пространство между рёбер, и мой лучший друг морщится, но тут же хитро мне подмигивает.

– Я снял это на видео, – я только теперь обращаю внимание на телефон в его руках, – видела бы ты своё лицо!.. Ох, чёрт, – улыбка сползает с лица Диего, – уже четверть шестого. Но разве мы, знаешь, не должны были приземлиться час назад или около того? Я даже не заметил, что ты храпела так долго…

– Я. НЕ. ХРАПЛЮ. – Полушёпот-полушипение получается таким суфлёрским, что это, наверное, слышат все немногие пассажиры нашего чартерного рейса. Почувствовав на себе посторонние взгляды, глубоко вздыхаю и добавляю: – Пожалуй, проведаю пилота. Возможно, что-то случилось.

Прохожу мимо однокурсников, когда один из них, Алистер, раздражённо произносит:

– Вы все не могли бы прекратить это бормотание? Гид пытается что-то сказать!

Алистера я знаю совсем плохо, даже не вполне уверена, откуда помню его имя, но один факт о нём кажется неоспоримым: он редкий зануда и та ещё заноза в заднице.

– О, спасибо, Алистер, – Лейла, наш гид, бросает на него исполненный благодарности взгляд. – Я просто хотела сказать, что мы все должны постараться, ну, знаете, подружиться за эту неделю, пока я буду вашим гидом… Ведь мы будем, понимаете, постоянно рядом друг с другом!

Она хихикает, и меня разрывают два желания: закатить глаза или заржать над её непосредственностью. Хотя, конечно, это ведь часть её работы.

– Из самолёта выпрыгивать уже поздновато? – с полувопросительной интонацией произносит Зара, известная склонностью к хакерству и необычным стилем. Лампа в салоне самолёта отражается в её блестящей лиловой чёлке и коже на выбритом наголо виске.

Я толкаю дверь в кабину пилота. Не очень понимаю, почему вообще пилот у нас один, но, может, дело в том, что самолёт правда очень маленький.

В глаза бросаются тяжёлые военные сапоги, уютно расположившиеся на приборной панели. Я задыхаюсь от возмущения. Какого пилота они нам раздобыли – того, что закидывает ноги на панель управления? Вот это, мать его так, сервис!

– Прошу прощения, Джейк, верно? – я несколько раз глубоко вздыхаю, пытаясь сохранить самообладание и не наорать на этого, очевидно, совершенно сумасшедшего пилота. – Разве мы не должны были уже приземлиться?

Никакой реакции. Я делаю шаг в сторону кресла – и обнаруживаю, что он… Он спит. СПИТ. Эй, кто-нибудь, сообщите куда-то там, что для нас наняли совершенно охреневшего пилота!

– Твою мать! – восклицаю я, и он, вздрогнув, просыпается.

– Что-а-а… – протягивает пилот, поворачиваясь ко мне. У него пронзительно-синие глаза, и от узнавания я теряю дар речи. Те же пепельно-русые волосы, то же привлекательное лицо, что и в моём сне… Это так странно. Говорят, нам снятся лишь те, кого мы встречали наяву, но я совершенно точно знаю, что впервые вижу этого молодого человека. А в ушах звучит отголоском сновидения его взволнованный полушёпот: не двигайтесь…

– Слушай, Принцесса, ты разве не в курсе, что невежливо будить кого-то, кто решил вздремнуть?

У него приятный баритон и интонации в голосе какие-то скучающие.

– Принцесса? – переспрашиваю я, забыв, что надо было бы уточнить, насколько вежливо спать в самолёте, когда ты его пилот. Джейк нагло оглядывает меня с ног до головы и кивает.

– Совершенно точно, типичная Принцесса, – бросает он в ответ и поворачивается к приборной панели.

– Тогда я буду называть тебя Арагорном, – я пожимаю плечами, испытывая жутко раздражающее, чуть ли не детское желание не остаться в долгу. С каких это чертей я вдруг «типичная принцесса»? А вот шевелюра Джейка действительно напоминает причёску Вигго Мортенсена во «Властелине Колец», даром что у Джейка волосы светлые.

– Арагорном? Не понимаю, о чём ты.

Он бросает на меня взгляд из-за плеча, и от цвета его глаз почему-то мне становится очень жарко.

– Хм, ну… «Властелин Колец» – тебе это о чём-то говорит?

– Никогда не слышал.

И, хотя я не вижу его лица, откуда-то знаю, что он улыбается.

– Ты крайне хреновый лжец, – констатирую я. Делаю полшага в сторону, чтобы иметь возможность видеть его лицо хотя бы в профиль. Потому что… Просто потому что мне так хочется. Что я вообще тут забыла, кстати?..

– Ладно, называй Арагорном, если хочешь. Мне нравится. Этот мужик был крут. – Я фыркаю, желая показать, что его одобрение меня не особенно интересует, а Джейк тем временем возвращает меня к цели моего визита: – Не волнуйся, мы приземлимся по расписа… Ах ты чёрт, – я вижу, как он хмурится, в непонимании уставившись на показатели, – кажется, время сбилось… Да грёбаный же ты ад – что, нахрен, происходит с приборами!..

Он несколько раз ударяет по панели, а мне становится дурно.

– Ты вообще уверен в том, что делаешь? – выдавливаю я, стараясь не поддаваться панике.

– Если бы ты знала, из каких задниц я выбирался, ты бы поставила на меня олл-ин, – говорит Джейк, и это даже не звучит самодовольно – обычная констатация факта.

Эхо его совершенно не успокаивающих слов ещё не успевает смолкнуть, как самолёт начинает трясти от турбулентности. Трясти с такой силой, что я теряю равновесие и ударяюсь спиной в стену кабины. За окнами моментально наступает тьма, и я не сразу понимаю, что мы находимся в самом чёртовом центре грозы.

– Прекрасно, твою мать. Откуда она только взялась, – бормочет Джейк и хватается за штурвал. Через плечо бросает мне: – Пойди и усади свою задницу в кресло, да скажи всем, чтобы пристегнулись!

– Но… – я хочу знать, что происходит. Я хочу задать десяток вопросов сразу, но даже дышать толком не могу – в стену кабины меня втащило порядочно, так что весь воздух из лёгких оказался выбит.

– Сейчас же, Принцесса!

Что-то в его тоне заставляет меня забыть о дискомфорте в груди и даже о неотвратимо надвигающейся панике, что вызвана долбанной бурей, в центр которой мы весьма, мать его так, «благополучно» угодили.

Я возвращаюсь в салон по стеночке, оказавшись в проходе ровно в тот момент, когда чёрные тучи окончательно поглощают остатки наружного света. Потолочные лампы мигают, и всё вокруг напоминает хреновый, низкобюджетный фильм-катастрофу.

В салоне самолёта царит какофония визгов и ругательств.

И я бы тоже хотела покричать вместе со всеми, если бы не знала, что это не поможет.

– Меня сейчас вырвет, – стонет Радж, и он действительно выглядит очень бледным.

– Если блеванёшь ты, блевану и я, – испуганно добавляет Крэйг. Как в «Титанике». Почти. Боже, о чём я вообще думаю…

– Откуда, чёрт побери, взялась буря? День был ясным! – Мишель, студентка медицинского корпуса, выглядит не то чтобы испуганной – скорее, крайне сердитой из-за того, что какая-то гроза посмела испортить ей планы.

А дверь-то в кабину пилота я не закрыла, так что Джейк её каким-то чудом слышит. И, перекрикивая рёв мотора, его голос звучит из динамика:

– Не паникуйте! Так бывает! Это нормально!

Его тон совершенно не внушает доверия.

– Да, блядь, ЭТО совершенно нормально! – выплёвывает Зара, когда вокруг нас начинают сверкать молнии.

В какой-то степени это даже красиво – молнии возникают вспышками, и те взрываются миллиардами искр в бескрайних тёмных небесах. Жаль только, что у меня совершенно нет ни возможности, ни желания любоваться этим природным явлением.

– Это похоже на шаровые молнии, – лепечет Грейс, наша умница-отличница, – но я никогда не видела ничего подобного…

– Так не должно быть! – истерит Алистер, и мне жутко хочется его ударить. – Я не могу умереть, окружённый этими кретинами!

Козёл.

– Все, успокойтесь! Просто дышите! – громоподобный голос Шона перекрывает гвалт. – Мы прорвёмся!

Вопреки его словам, Куинн раскачивается из стороны в сторону, безостановочно бормоча под нос что-то, похожее на «О Боже».

Внезапно раздаётся такой мощный раскат грома, что у меня закладывает уши. И мне кажется, что молния ударяет прямо в самолёт, хотя, может быть, и не кажется, но, оглушённая, я совсем ничего не понимаю.

– Двигатели отказывают, нужно посадить самолёт, – словно сквозь толстый слой ваты доносится голос пилота, и я, конечно, догадываюсь, что этого не должно быть в динамике, что он не собирался сообщать об отказывающих двигателях всем пассажирам.

Моё сердце заполняет грудную клетку от страха, что всё может закончится вот так.

И только один пассажир выглядит спокойным – незнакомая мне девушка. То есть, конечно, в Хартфилде много студентов, и я действительно могла прежде её не встречать, но есть что-то в её спокойствии такое дикое, такое неправильное – как шрам, пересекающий её бровь и веко по прямой линии и доходящий до середины щеки. Я смотрю на неё в упор, изумлённая, и она отвечает мне таким взглядом, словно мы находимся на лекции, а я позволяю себе неуместное поведение.

– Марикета, сядь! – кричит Лейла, и я, будто очнувшись от транса, осознаю, что всё это время пыталась удержаться на ногах. Оглядываюсь в поисках свободного сидения и плюхаюсь рядом с Куинн как раз в ту секунду, когда самолёт начинает крениться вперёд. Куинни жмурится, отказываясь смотреть вокруг, и я хорошо её понимаю. Она задыхается, и я кожей ощущаю потребность утешить её.

Протягиваю руку и касаюсь её сжатой в кулачок ладони.

– Просто дыши. Всё пройдёт.

– Этого не может быть, – вместо ответа бормочет она, кажется, даже не замечая меня, – не сейчас… Это слишком скоро…