Читаем Несломленная (СИ) онлайн бесплатно

Глава 1

     Муторно – промозглым весенним воскресным вечером в квартире Ярцева, нагло вырывая хозяина из благостного состояния, трепетно созданного коньяком и компьютерным покером, истерично заверещал звонок домофона. Кого принесла нелегкая?! - первая мысль, она же единственная. По доброй воле по такой погоде и в такое время приличные люди не шастают по чужим домам. Да и вообще, кто без звонка к кому-то сейчас идет? Точно - посланец нечистой силы - в аду-то мобильной связи нет! Чертыхаясь, он вытащил себя из мягких объятий кресла.

   -Кому не сидится дома? – не слишком любезно рявкнул в домофон.  

   - Феликс, открой, пожалуйста. Это Жанна.

    «Ярцев, по ходу ты перебрал с коньяком», - имя, засунутое им в далекую –предалекую задни…юю комнату  памяти,  резануло, как ножом. Но не острым, а тупым, разворачивающим душу на рваные клочки. Сердце бухнуло.

    Он завис. Несколько секунд  заторможенно, словно впав в анабиоз, смотрел на дверь, в которую бесцеремонно ломилось давно похороненное, но, как оказалось, не забытое прошлое. Наконец, вдохнув, как перед прыжком в воду он спросил:

      - Думаешь, это имя как «Сим-сим, откройся» работает?

      -Ну не через домофон же разговаривать?  Феликс, открой, пожалуйста. Позволь мне все объяснить.

     Сука!  Ярцеву казалось, что кнопка домофона для него превращается сейчас в ядерную. Нажмет – и разлетится его почти счастливая жизнь на миллиарды жалких ошметков. Конечно, он не тот слюнявый романтик, но береженого Бог бережет! Вдруг эти годы были лишь стойкой ремиссией? И получив грамм наркотика по имени Жанна, он сорвется? И опять будет ломка? Послать на хрен?! Инстинкт самосохранения подсказывал именно такое решение, но…

     То ли топкое болото одиночества, то ли коньяк, заранее выдавший индульгенцию Жанне, то ли любопытство, то ли уверенность в своем иммунитете к любви – но что-то заставило его принять решение.

   – Входи, - глухо сказал Феликс.

      Сняв легкий плащ, Жанна посмотрела на него своим обезоруживающим взглядом, подошла совсем близко и застыла, как зачарованная. Залюбовалась. Он очень сильно изменился. Худощавая юношеская фигура превратилась в манящую стать хищника. Футболка открывала крепкую шею и  мускулистые сильные руки с выступающими пружинными венами .

       Женщина затаила дыхание. Ее ноздри затрепетали в предвкушении. Она всегда питала слабость к мужским рукам – это как признак породы.  Аккуратная сильная кисть с длинными пальцами… Представив эту ладонь на своем теле, Жанна вынуждена была несколько раз моргнуть, чтоб стряхнуть наваждение. Широкая рельефная грудь, подтянутый живот… Научившись получать удовольствие от секса, она безошибочно определяла, на что можно рассчитывать в постели с мужчиной. Тем более потенциал этого мужчины она уже знала. От нынешнего Феликса, заматеревшего, уверенного в себе,  за версту несло опасностью и способностью прогибать.

      Черт! Как она захотела сейчас прогнуться! Его прежний дерзкий взгляд зеленых глаз становился телячим, когда она вертела им. Нынешний же насмешливо – изучающий заставлял ее подтянуть и без того плоский живот, слегка выпятить задницу и едва ли не замурлыкать. Вот это поворот! Задача в разы усложняется, но … Жанна почувствовала, что азарт овладевает ею, как изголодавшийся страстный любовник – грубо, без прелюдий, без пощады и отсрочек. Она словно превратилась в дикую пантеру, со сужеными зрачками,  с гибким черным телом, готовым к прыжку. Сердце забилось часто и гулко. И сыграть роль уже не представляло никакого труда.

   - Мне так много нужно тебе сказать…

  - Не перетрудишься?! – сарказм, прозвучавший в голосе мужчины, непроизвольно выдал градус не остывшей до конца боли. Словно давно потухший вулкан вдруг проснулся .

      - Не гони меня!  Я знаю, что виновата перед тобой, но у меня не было выбора. Прости! Мне нужна твоя помощь! – умоляющий взгляд бархатных карих глаз всегда действовал безотказно. Сработало и на этот раз. При всей своей наработанной  циничности, словно панцирь, наросшей на его некогда романтичной душе, Ярцев не мог оставить без помощи женщину. Хоть и  его бывшую.

    Жанна снова томно и почти скромно взмахнула ресницами,

     Она должна вернуть его расположение любой ценой! Она найдет нужные слова!   Однако, почувствовав запах спиртного, гостья облегченно выдохнула – слова не нужны – есть универсальный язык, более эффективный  в диалоге между мужчиной и женщиной. А им она уж владела в совершенстве.

   А Феликс ощутил слегка дурманящий запах духов. Какая –то феерическая смесь сладких цитрусовых с терпкими пряностями и свежестью зелени. Сладкая женщина. Сладкая. И падкая. На деньги. Стряхнув ностальгию, как упавшую с ветки мерзкую гусеницу, он снова невозмутимо уставился на нежданную гостью.

Глава 1.2

      - Мы не с того начали, - проговорила она, призывно заглядывая в глаза мужчине.

      Она интригующе провела кончиками пальцев по внутренней стороне его руки, задержавшись и поласкав нежную кожу на сгибе локтя, огладила предплечье. С удовольствием отметила, что от ее прикосновений там пробежали мурашки. Затем поднесла его кисть к губам, приникла к запястью и начала покрывать порхающими поцелуями его ладонь.  Ярцев замер. Растерявшись от неожиданной и такой пронзительной ласки, он оказался неподготовленным к дальнейшей атаке. А Жанна продолжила ее незамедлительно. Она обняла его шею руками и жадно поцеловала в губы. Опалив жарким дыханием шею, прикусила мочку уха, втянула ее в рот, поглаживая языком. Затем, стащив с него футболку, принялась ласкать его грудь, иногда отрываясь, чтобы кинуть на него свой трогательно –виноватый, но  переполненный страстью взгляд. И вот ее смелые руки уже скользнули вниз, безбоязненно вторгшись в зону ограниченного доступа, но, правда, пока только через ткань.

    Черт! Ум и тело Ярцева пошли вразрыв. Он хорошо  помнил, как сходил с ума от тоски, отчаяния, сколько боли пришлось затолкать в глубь души, чтобы снова научиться  жить, дышать и не думать б этой женщине.

     Но физиология, мать ее волшебницу, не хотела внимать протестам ума и сдавалась почти без сопротивления. Ведь однажды найдя код доступа к ней, Жанна с успехом его использовала и сейчас. К тому же за работой он просто похерил личную жизнь, и сейчас тело мстило самым что ни на есть подлым способом. В паху стремительно нарастала тяжесть, словно вся кровь хлынула туда, грозя разорвать его достоинство.

    Убедившись, что самая сокровенная часть тела нужного ей мужчины послушно поднялась поприветствовать ее, Жанна соблазнительно медленно сняла с себя платье. Облизнув губы, дразняще выпятила грудь и спустила сначала одну бретельку, затем вторую, заставив мужчину непроизвольно следить за ее движениями. По его учащенному дыханию, она поняла, что телом он ее уже простил и готов к моральному падению. Поэтому осталось только слегка подтолкнуть. Отшвырнув бюстгальтер и бесстыдно вышагнув из трусиков, она оставила на себе как символ похотливой страсти лишь порванные чулки. И не ошиблась. Феликс уловил тайный развратный  посыл, и судорожно сглотнул – Жанна умела даже недостатки превращать в фишки.

     Она по-прежнему была хороша. Стройная, без единой складочки фигура, гладкая чистая кожа и ее призывный взгляд способствовали окончательной капитуляции Феликса. Однако это был уже не тот романтичный юноша, который боялся причинить боль, боялся дать волю своей страсти, быть грубым. Время вылечило почти все, и он готов был показать, что прошлое осталось в прошлом. И что она для него значит не больше, чем девушка по вызову. Тут он, конечно, безбожно врал самому себе – эта женщина умела прочно зацепить за жабры крючком своей сексуальности, поэтому он сильно рисковал.

     Жанна, окрыленная первой победой, снова жадно потянулась к его губам, однако вместо того, чтоб ответить, Ярцев, схватив ее за плечи, резко развернул к себе спиной. Разбуженное либидо и желание отомстить, боролись в нем, словно гладиаторы, не на  жизнь, а на…право быть удовлетворенными. Раздираемый этими чувствами, он запустил руку в ее гладкие, ламинированные  волосы, черными змеями струившиеся по плечам, грубо оттянул на себя. Затем его ладонь спустилась на шею, погладив, прихватив пальцами «кошачье место», и заставила прогнуться Жанну. Теряя равновесие, она испуганно оперлась двумя руками о невысокий комодик, бывший свидетелем еще их романтической страсти.

   Ярцев, сцепив зубы, не знал, на что решиться. Мягкие спортивные штаны топорщились колом, выдавая с головой его предельную планку возбуждения.

     Осознавая, что его потряхивает от желания разрядиться и без прелюдий ворваться в нее, Ярцев все же заставил себя притормозить. Безупречной чуйкой он ощущал, что этот секс-батл будет не единственным, поэтому сейчас он должен ее заставить скулить от нетерпения, бесстыдно течь и извиваться в его руках. Должен, чтобы не превратиться в прежнего слюнявого щенка, готового носить тапочки в зубах.

     Оттянув штаны вниз, он провел напряженной плотью по ее складочкам и замер, подразнивая, у входа.  Одна рука неторопливо скользнула к ее груди, сжала ее и, захватив сосок, смяла до боли. Жанна коротко выдохнула – эта боль отозвалась мучительным тягучим спазмом внизу живота. Что и отметил удовлетворенно Феликс – вторая рука его уже дерзко скользила по увлажившейся промежности, поглаживая и распаляя ее чувствительные точки.  Женщина, пришедшая завоевать и покорить, выгнулась под ним тугим, натянутым луком, коротко всхлипнула и нетерпеливо заерзала под его пальцами. Еще немного. Он откинул ее волосы, обнажив шею, и впился в нежную кожу поцелуем хищника. Слегка куснув, прижал губами, оттянул, поласкав языком, и снова придавил зубами. Он наслаждался тем, что мог безнаказанно оставлять следы, причинять боль, быть грубым. Сейчас он мог делать с ней все.

       Огладил руками ее тонкую талию, прошелся по спине и смачно шлепнул ладонью по оттопыренной попке, ожидая возмущения. Вместо этого Жанна застонала и прогнулась еще больше, бесстыдно подставляясь его члену.

     Все. Можно. Он одним резким движением вошел в нее, заполнив всю. С размахом вколачиваясь в податливое, ждущее женское тело, Феликс, не осторожничал. Не боясь оставить синяки, он сжимал упругие ягодицы, вдавливался пахом в них.

      Получив власть над некогда любимой женщиной, он почувствовал облегчение. Как же все просто!  Ей нужна жесткая рука! Ей нужно хрипеть от страсти, извиваться, теряя контроль. Ну что ж, тогда он не против повторить!

?????????????????????????? И чтобы окончательно заякорить, прижал ладонью низ ее живота, затем коснулся, словно невзначай набухшего бугорка и убрал руку. Жанна жалобно выдохнула:

     - Еще!

    Ярцев вернулся и довершил начатое: пара точных движений, и она застонала, низко, утробно, содрогаясь и словно пытаясь удержать его пальцы.

      Несколько толчков, и он тоже разрядился, излившись на покрасневшие ягодицы.

       Почувствовав, что Жанна едва держится на ногах, он взял ее на руки и понес в спальню, по пути захватив полотенце из ванной. Растерянная, оглушенная давно не испытываемым наслаждением, она покорно ждала, пока он сотрет с нее свои следы.

      А Феликс, несмотря на истерично воющую систему душевной безопасности, невольно залюбовался. Удовлетворенная женщина в порванных чулках, с распущенными волосами была так притягательна!

      Сейчас она была настоящая, без лжи и притворства. Она дышала сексом и наслаждением.

         Жанна не ожидала, что все получится именно так. Она собиралась еще раз использовать прием, позволивший ей когда-то завоевать строптивого, ершистого, тогда еще совсем молодого сыщика.

     Посмотреть на него потерянным взглядом, сочетающим страдание, безмолвный упрек и вселенское прощение. Нервно покусав губы, скорбно прошептать: « Как же ты жесток, Феликс. Ты делал мне больно! » И тут же бархат карих глаз покрыть глянцем слезинок.

     Но сейчас она не могла играть. Каждая ее клеточка словно пропиталась сывороткой правды.

Глава 1.3

      Не зря эзотерики утверждают, что в момент близости мужчину и женщину объединяет энергетическое поле, и аура одного и другого партнера сливается, образует единое целое.

      Внизу она еще трепетала, там чуть саднило от жесткого вторжения – казалось, что Феликс был еще в ней.  Если бы это продлилось немного дольше, она бы расплакалась.     

      Она и сейчас еле сдержала слезы – такого шквала эмоций она давно не испытывала. Обычно она в постели была ведущей, чутко улавливала желания партнера, подстраивалась. Была ласковой , страстной, нежной, агрессивной. Но для собственного удовлетворения ей нужно было, чтоб ее покоряли, подчиняли. И не по-игрушечному «ата-та, плохая девочка», а так как Феликс. По праву сильнейшего. По праву завоевателя. В низу живота снова вспорхнули бабочки. Еще не отойдя от звезд в голове, она готова была усесться на его бедра. Склоняясь над ним, поглаживать, целовать, поиграть с чувствительными сосками. Касаясь грудью его кожи, чувствовать, как в нем снова загорается желание. Она выдохнула.  

      Нужно немного протянуть время. Тяжело врать, понимая, что Ярцев может не поверить ни одному слову. Да это и не нужно, главное, чтоб сделал вид, что поверил.

     Она легко поднялась с кровати, тряхнула волосами и кошачьей походкой направилась в гостиную, где стоял «философский эликсир» . Нашла второй бокал и присела на край кровати.

      Янтарный миротворец налит в два бокала.

      - Я хочу выпить за тебя!

      - Нет уж, за себя я сам еще могу выпить. Давай просто выпьем.

    – Хочешь, я тебе массаж сделаю в благодарность за бесподобный секс. И ничего не говори сейчас, ладно?   

   - Подожди с массажем. Ты же не рассчитываешь, что я опять как честный человек предложу тебе руку и сердце?   Может, объяснишь, зачем пришла?

      - Сначала я хотела бы объяснить, почему ушла…

      - Слушай, давай не будем лезть в эту помойку! Меня тогда сильно тряхануло, и если бы не Сашка, меня бы давно пристрелили, как пса помойного. Так что для тебя я точно покойник.

      - Тогда я некрофил. Да и для покойника ты слишком сексуален, - попыталась придать разговору постельное направление Жанна. - Феликс, прости меня. Я тогда не могла с тобой поговорить, была юна и глупа. Когда ты был на дежурстве, я не пришла домой, тебе мама, наверно, об этом сказала. Я поздно возвращалась из института, и меня изнасиловали. Мне не хотелось жить. Я не знала, простишь ли ты меня, но боялась, что можешь наделать глупостей в поисках преступника. Я была раздавлена, уничтожена.  Я не смогла бы быть с тобой, потому что от этой грязи нельзя отмыться. В отчаянии я собралась утопиться. И сделала бы это! Уже перелезая через парапет, я почувствовала, что меня схватили чьи-то руки.

     - Ты куда собралась?