Читаем Нераскрытое дело (СИ) онлайн бесплатно

   Спокойный вечер очередного выходного дня неожиданно стал беспокойным. Кто-то настойчиво стучал в дверь. Помощник следователя Алекс Болтин стоял на пороге и отряхивал воду со своего серого плаща. Выше среднего роста, крепкого телосложения, на его насупленном лице слегка расширились зрачки, и от этого густые брови казались нахмуренными еще больше. Крепкими мозолистыми пальцами Алекс расстегнул пуговицы на плаще и аккуратно повесил его в прихожей. Затем помощник разулся, поставил сапоги внушительного размера на специальную подставку для обуви, после чего разгладил слегка помятый зеленый форменный камзол и, наконец, произнес:

   - Простите, что отвлекаю от вашего отпуска, но я за вами, сеньор капитан.

   - Да это я понял. Надеюсь, труп чиновника еще не убрали с места преступления?

   - Нет, сеньор. Но откуда вы...

   - Не хмурьтесь, Алекс, это вам не идет. Все достаточно просто. Когда в такую неприглядную погоду к следователю, находящемуся в отпуске, приходит посыльный, можно сделать однозначный вывод. Случилось что-то помимо банальной кражи. Из-за убийства простого смертного тоже вряд ли послали бы за мной, значит, убит кто-то приближенный к власти. Не кривитесь так, я знаю ваше отношение к чиновничьей братии, я их тоже всем сердцем ненавижу. Но ведь не каждый чиновник взяточник и бюрократ? Даже, если и каждый, убивать за это - слишком суровое наказание.

   - Вы правы, сеньор капитан.

   - Дуглас. Мы пока еще в неофициальной обстановке. Зовите меня Дугласом.

   - Вы правы, Дуглас. Но мне бы не пришлось ехать к вам лично, если бы у вас в доме оказался пруфон. За вами послали полисовский мобиль, он будет минут через двадцать, водитель заехал на заправку. Вы же в курсе, что наши пружины в мобилях износились. Приходится часто заправляться. Заявку только два дня назад на новые пружины одобрили, а сегодня утром я на складе их лично получил. Но пока водителю приходится возиться со старыми, новые не прошли обязательную обкатку на стенде. А я решил не дожидаться его, пришел пешком. Слегка промок, погода сегодня прескверная.

   - Алекс, вы же знаете, как только в моем доме появится пруфон, то мне придется чаще общаться по работе в домашних условиях. Моя жена Марсель это точно не переживет. Но соглашусь, в таких случаях, как этот, пруфон бы не помешал. Пока я буду облачаться в походную одежду, присядьте за стол. Чай еще горячий, а варенье моей жены придется вам по вкусу, в этом я не сомневаюсь. Что касается готовки, Марсель все делает изумительно. К сожалению или к счастью, она уехала к своей матери в Борсунь, будет только послезавтра. В этом есть свои минусы, готовить я совершенно не приучен. Но есть и плюсы. Никто меня не будет пилить за бездарно проведенный, как она всегда считает, вечер на работе. А пока вы можете ввести меня в курс дела. Мне бы не помешало ваше видение ситуации.

   Гладко выглаженный сюртук в последнее время немного жал в боках, что свидетельствовало о слегка пополневшей фигуре. В отпуске я предпочитал копаться в мастерской, ремонтируя домашние пруботы собственного изготовления, а не бегать по городу в поисках очередного злодея. Но перебрать посудомоечного прубота сегодня не удалось, работа нашла меня и в отпуске.

   - Звонок в полис поступил сегодня в семь вечера. Звонил охранник центрального склада пруботовского оборудования. Он нашел тело неизвестного на складе. Дежурство сегодня мое, поэтому я выехал с водителем сразу же, не дожидаясь медицинского эксперта. Пока охранник сторожил вход, я бегло осмотрел место преступления. По всей видимости, чиновнику проломили голову молотком, орудие убийства лежит рядом с трупом, я ничего не трогал. Убитый - Заур Митрыч, министр образования.

   - Митрыч? Что он делал на складе? Даже нет, что он делал в нашем городе? Он же со столицы редко выезжает.

   - Сейчас этот вопрос лично курирует начальник полиса. Это он приказал вас привлечь, когда узнал, кто убитый.

   - Ну, это понятно. Майкл мне доверяет, другим следователям у него почему-то доверия нет. Но вернемся к трупу. Кто обследовал тело?

   - Медицинский эксперт Сомов, он приехал минут через двадцать после меня на своем мобиле. Как только умудрился заработать на такой? Куда уж мне со своей зарплатой. Крутая тачка, Бельц третей модели, сорок лошадиных сил, мощная пружина гарантирует езду по городу в течение десяти часов. Куда там нашему полисовскому, там и на два часа с трудом зарядки пружины хватает.

   - Ценное замечание, но к делу не относится. Что выяснил Сомов?

   - Сказал, что точно время смерти он определить не может, тело лежало неподалеку от воздушного нагревателя. На складе паровой котел работает круглосуточно, котельщик два раза в сутки подбрасывает топливные брикеты, как раз растопил котел за три часа до обнаружения тела. Вскрытие Сомов проведет завтра утром. Может, тогда по времени смерти будет какая-то определенность.

   - А что, на складе никого, кроме Митрыча не было, если не считать охранника? Там же территория как десять наших полисов. Что вообще охранник говорит?

   - Склад работает до четырех часов дня, потом его закрывают, обслуживающий персонал расходится по домам до утра. Остается только внутренний охранник. Да и он, думаю, лишний. Чего там красть на том складе? Мелкое хозяйственное оборудование? Или нелицензированные пружины? Ведь пока они не пройдут обкатку на стенде, ни одна заправка без выданной страховой лицензии не станет заправлять их. А ворованные пружины никто не будет страховать. Кому они нужны? Разве что таким изобретателям, как вы, Дуглас.

   - Да я разве изобретатель, так, переделываю разный хлам.

   - Не скромничайте, ваши бытовые устройства уже почти все получили высшую оценку и приняты в массовое производство.

   - С посудомоечной машиной немного не получается, но я над этим работаю. Но вернемся к нашему делу. Скажите мне, Алекс, а что говорит охранник по поводу Митрыча? Как тот прошел на склад, и когда это произошло?

   Алекс насупился и слегка пожал плечами.

   - Да я, если честно, не успел толком его допросить. Как только выяснилось, кто убитый, я по пруфону доложил начальству. Сеньор полковник приказал мне дождаться эксперта и сразу выехать за вами. С Сомовым удалось перекинуться только парой слов, да и с охранником скрупулезно пообщаться не получилось.

   - Ну что ж, - сказал я, надевая непромокаемый плащ, - тогда поехали на склад. Надеюсь, водитель уже заправился.

   Улица встретила нас холодным пронизывающим ветром и брызгами дождя. Зонт личного исполнения, словно парашют, надулся и норовил выскользнуть из рук. С сожалением, я нажал на кнопку свертывания и спрятал зонт в чехол, прикрепив его к поясу. До мобиля осталось идти всего метров двадцать, когда резкий порыв ветра сбросил на меня огромную дубовую ветку.

   - Осторожно, - выкрикнул позади Алекс и толкнул меня в спину.

   Когда я обернулся, то увидел, что Болтин лежит на земле, а сверху обломанным черенком у виска покоится злополучная ветка. Алекс просто спас меня, но сам попал под каприз разбушевавшейся стихии.

   - Сеньор капитан! Что случилось?

   Сержант Ван Бурей открыл дверцу со стороны водителя и изумленно уставился на меня своими огромными глазищами. В полисе его многие называли циклопом, но не только за глаза, а и за большой рост под два метра и мощную, но короткую шею, от чего голова казалась втянутой в плечи.

   - Ван, помогите, Алекса ударила ветка по голове.

   Я с трудом дотащил грузное тело помощника до мобиля, пообещав себе в очередной раз заняться спортом на досуге. До госпиталя мы добрались за десять минут. Санитары прибежали с носилками почти сразу, завидев мобиль на въезде в скорое приемное отделение. Все это время Алекс находился без сознания, что очень нервировало меня. Когда пострадавшего унесли, я только сейчас осознал, что остался без помощника в трудном деле. Теперь все придется делать самому. Пожелав в мыслях Болтину скорейшего выздоровления, я попросил водителя отвезти меня на место преступления.

   Тело чиновника лежало в комнате, которая находилась недалеко от центрального входа на склад. Вокруг головы покойного растеклась небольшая лужица крови. Заур Митрыч при жизни отличался ухоженной, крашенной в черный цвет бородкой и темным париком. Я лично его не знал, но в газетах часто печатали фотографии министра. Сейчас бородку ухоженной не назовешь. Кровь от удара молотком попала на нее, и слипшиеся волосы смотрелись пучком чужеземной травы бурого цвета. А съехавший на бок парик оказался испачкан не только кровью, но и грязью, что придавало общей картинке совсем не эстетичный вид. Глядя на тело, я очень удивился, что Заур Митрыч совершенно не похож на того представительного чиновника, которого я помню по фотографиям.

   - Приветствую наш всезнающий сыск, - пожал мне руку Сомов.

   - И вам, светилам медицинской науки, не хворать, - ответил я в том же духе, отмечая повышенную температуру в комнате. После сырой и ветреной улицы контраст оказался слишком большим.

   Эксперт кивнул на тело и сказал:

   - Смотреть будешь или так завернуть? Ребята на входе скучают без дела.

   "Ребята" - служащие морга стояли в сторонке, перебрасываясь односложными фразами, и без всякого интереса поглядывали на тело. Действительно, ничего интересного, труп как труп.

   - Конечно, буду смотреть. Иначе, зачем я здесь? Мог бы и в полис сразу поехать, а не тут башмаками стучать.

   Сомов пожал худощавыми плечами, вытер тыльной стороной пот со лба и отошел в сторону. На его безупречном камзоле не было заметно ни пятнышка. А ведь он осматривал тело довольно продолжительное время. Я же отличался от него тем, что постоянно пачкал одежду на работе. Хорошо, что жена уехала, и мне сегодня не предстоит выслушивать от нее очередную речь об аккуратности перед тем, как забросить камзол в стиральную машинку. Я достал из кармана перчатки, надел их, тщательно разглаживая складки. Одноразовые перчатки хороши тем, что их не надо стирать, я постоянно держу несколько штук в правом боковом кармане и надеваю при осмотре места преступления. Они компактны, после использования просто выкидываешь, и не надо утруждать себя поиском воды, чтобы тщательно вымыть руки. Наклоняясь ближе к телу, я отметил, что одежда бывшего министра не испачкана так, как его парик и борода. Митрыч не защищался от убийцы, его ударили по голове, и он аккуратно упал, почти не запачкав синий сюртук и белую рубашку. Только воротник слегка запылился, и на него попала капелька крови.

   - Что скажешь по делу? - обратился я к Сомову.

   - Официально получишь завтра все после вскрытия.

   - А неофициально? Мне до завтра перед начальством версию толкнуть надо, а я что-то пока ни подозреваемых не вижу, ни света в конце туннеля этого расследования. Еще и помощник мой в больницу попал. На улице черт-те что творится, его веткой по голове стукнуло.

   - Надеюсь, Алекса не сильно приложило, и он поправится. А неофициально могу сказать, что потерпевшего ударили молотком.

   - Гениально, как я сам не догадался.

   - Его ударили два раза, причем между ударами прошло достаточно много времени, кровь после первого удара успела свернуться.

   - А вот это уже кое-что. Есть еще что интересного?

   - Отпечатков в комнате мало, принадлежат потерпевшему. Такое впечатление, что сюда не заглядывали уже давно. Орудие убийства - тяжелый молоток, составная деталь от кузнечного прумолота. Вот отсюда его сняли, молоточек крепился двумя зажимами. Но силенок должно быть у убийцы много, не каждый сможет не только поднять молот, но еще и ударить быстро им так, чтобы жертва раньше не убежала.

   Наковальня, еще одна деталь составного прумолота, весила раза в три больше самого молота. Я внимательно осмотрел ее, отметив одну странность. Наковальню явно кто-то недавно перемещал. Раньше она стояла на складе в метре от того места, где находилась сейчас. Молот валялся рядом с жертвой, ударная часть перепачкана запекшейся кровью. Я прикинул траекторию.

   - А ведь не обязательно убийце быть сильным. Молот опускается от работы взведенной пружины. Посмотри, если убитый стоял здесь, а потом немного наклонился, то молоток мог точно попасть в голову. Тем более что наковальню явно двигали, чтобы жертва наверняка встретилась с орудием убийства. Затем убийца мог отсоединить молот и бросить его рядом с телом. Для этого много силенок не требуется.

   Сомов со свойственным ему скепсисом разрушил мою версию сразу же.

   - Если не считать абсурдом твое предположение о том, что министр наклонился зачем-то, то после своего падения где-то через полчасика убийца вернулся, увидел, что Митрыч еще жив, с легкостью приподнял молот и добил жертву. Так говоришь, немного нужно силы для этого? Очень хочется посмотреть, как ты сам будешь орудовать таким инструментом.

   - Вдвоем мы легко поднимем молоток.

   - Ага, значит, это твоя версия? Убийц было двое?

   - Не знаю, я перебираю варианты.

   Рычаг, за который мог дернуть убийца, чтобы нанести Митрычу первый удар молотом мне показался слегка потертым. А ведь на складе хранилось только новое оборудование. Я вернулся к телу, тщательно осмотрел карманы убитого. Странно, но в них я нашел только безымянный билет на поезд, который прибыл со столицы в наш город в шесть вечера. Ни документов, ни ключей, ни денег. "Может, это банальное ограбление"?

   Я тщательно осмотрел помещение. В нем помимо прумолота находилась еще несколько устройств, но они явно не имели ничего общего с убийством. Еще в комнате рядом с наковальней стоял большой белый шкаф с десятком выдвижных ящиков. Я проверил каждый, все они оказались пусты. Но вот тщательно осмотрев пол, нашел, что шкаф тоже кто-то передвигал недавно. Пылевой след отчетливо это показал. Я взялся за короткую ножку шкафа и потянул ее в сторону. Огромная мебель, скрипнув, поддалась. Шкаф развернулся, и я увидел короткий не больше десяти сантиметров кусок веревки, продетой в широкое отверстие. Другой конец оказался прикреплен к крайнему нижнему ящику, если его выдвинуть, то веревка потянется следом. Только вот сама веревка слишком короткая.

   - Ну что ж, странностей в этом деле прибавилось, но тут мне делать больше нечего, пойду собирать улики в другом месте.

   Я попрощался до утра с Сомовым и направился к выходу. Охранник сидел на стуле, но при моем появлении вскочил с места.

   - Можете сидеть, если хотите. Но у меня к вам пара вопросов по поводу случившегося.

   - Конечно, задавайте. Помогу, чем смогу. Такое случилось, я до сих пор успокоиться не могу.